Услышав это, Синьян резко сел и, бесстрастно вглядываясь в лицо Лу Бэя, задал вопрос, который его явно беспокоил:
— Писать умеешь?
— Умею. — Лу Бэй давно заметил, что письменность в этом мире совпадает с земной, просто используются традиционные иероглифы.
У жителей Поднебесной навык распознавания традиционных знаков встроен по умолчанию.
— Спускайся и напиши слово на земле, — Синьян указал на свободный пятачок под карнизом.
Лу Бэй проворно сложил свой табурет и, покачиваясь, слез по деревянным мосткам с крыши.
Зрители в прямом эфире, коих набралось уже более двухсот тысяч, опешили. Кто-то даже виртуально «закурил», анализируя поведение бывшего ученика секты Ван Цзянь Цзун.
«Есть тут знатоки? Что он задумал?»
«Да какая разница, сейчас подпишется — и узнаем».
«Интересно, какое слово он заставит написать?»
«Стриммер, сколько у тебя было баллов по китайскому на ЕГЭ? Надеюсь, иероглиф будет не слишком редким?»
Некоторые даже начали переживать, хватит ли Лу Бэю образования, чтобы справиться с заданием.
«Ничего, даже если слово сложное, у него есть мы! Если что, напишем в чате, пусть срисовывает».
В этом и прелесть эпохи высоких технологий: никому в мире совершенствующихся и в голову не придет, что за спиной Лу Бэя стоят двести тысяч репетиторов.
Тем временем Лу Бэй уже спустился. Осмотрев площадку, на которую указал «Десять-Не-Спрашивай», он подобрал веточку неизвестного растения.
Зажав импровизированную ручку в руке, он задрал голову к лежащему на крыше мечнику и крикнул:
— Старший брат, какое слово мне писать?
— Я буду говорить, а ты — записывай, — Синьян сел поудобнее и жестом велел парню повернуться спиной.
Когда Лу Бэй встал поудобнее и приставил ветку к земле, сверху раздался голос:
— Сверху вниз — вертикальная черта.
Лу Бэй послушно провел длинную линию на земле.
— Слева — откидная влево, справа — откидная вправо.
Зрители в чате начали повторять движения за мечником: многие достали бумагу и ручки. Лу Бэй же старательно выводил на земле огромные штрихи, следуя указаниям Синьяна.
— Ответ на твой вопрос — внутри этого иероглифа.
Как только Лу Бэй закончил последнюю горизонтальную черту, Синьян снова улегся.
Лу Бэй отбросил ветку, отошел на пять шагов назад и посмотрел на результат своего труда.
На земле красовался огромный иероглиф «悟» — Озарение.
В чате воцарилась тишина. Многие зрители, которые писали под диктовку, тоже замерли.
Юноша, которому через полгода должно было исполниться восемнадцать по земным меркам, посмотрел на иероглиф и вздохнул, обращаясь к зрителям:
— Вот она, легендарная разница культур.
Вместо того чтобы просто спросить наставника, который находится под боком, нужно тратить время, чтобы самому сидеть и «осознавать». Для землян это — непозволительная трата времени!
«Наверное, это потому, что им не нужно сдавать зачеты, сессии, ВПР, ОГЭ и ЕГЭ».
«Боже, если бы я пришел к учителю с вопросом, а он велел бы мне "осознать", мои родители бы его стол перевернули, честное слово!»
«В мире без экзаменов время можно тратить как угодно. Сиди себе, осознавай потихоньку».
Зрители сокрушались, но нашлись и те, кто посчитал мечника правым.
«Путь бессмертных — это и есть путь понимания. Если бы каждый мог просто так стать бессмертным, кто бы обеспечивал повседневную жизнь? Тем, кто не понимает или не может осознать, советую поскорее возвращаться в реальность и не забивать голову сказками».
«Древние культиваторы жили в свое удовольствие. Но на дворе двадцать первый век, и мы, простые люди, живем не хуже богов. Любая кухня мира доступна в любой момент, хочешь в отпуск — купил билет на самолет и лети. Мы и так живем как небожители».
Последнее сообщение оставил сотрудник спецслужб. По распоряжению руководства было решено больше не следить за этим стримом всем отделом.
Сейчас контент Лу Бэя ограничивался территорией Байсэ Мэнь, городком Юйчи и деревней Закатного Солнца, где жили Фэн Куй с дочерью. Карта мира совершенствующихся, которую они успели составить, была меньше одного уезда. Что касается практик, после долгих раздумий было решено отобрать тысячу человек под руководством старого даоса из Циньлина для экспериментального обучения.
Все равно через два года Лу Бэй отправится в Ван Цзянь Цзун. Если за это время хотя бы треть из этой тысячи добьется каких-то результатов, тогда и будут приниматься решения о масштабных инвестициях.
Согласно данным мониторинга, многие зрители уже начали увольняться или бросать учебу, пытаясь сбежать от реальности в мир культивации. Эта часть аудитории могла стать дестабилизирующим фактором, поэтому спецотдел готовился «охладить» интерес к трансляции.
Приказ был отдан еще до того, как Лу Бэй утром получил первую порцию древесной ци. Несмотря на это достижение, распоряжение осталось в силе.
Стоя на пустыре, Лу Бэй и не подозревал, что в ближайшее время количество его зрителей резко сократится.
Рассмотрев иероглиф, он молча подхватил свои мостки и снова полез на крышу. Покачиваясь на зеленой черепице, он подошел к Синьяну, присел на корточки и улыбнулся:
— Старший брат, возьми это.
Синьян опустил взгляд на ладонь Лу Бэя, в которую тот вложил высший камень духа.
— Я понимаю, что ты хочешь научить меня не полагаться на других, а думать самому. Но я хочу знать лишь одну вещь. Если ответишь — камень твой.
Синьян повертел в пальцах камень размером с арахис, слегка удивленный сообразительностью парня. Лу Бэй понял намек и понял, почему ему отказали в прямом ответе. Он не был из тех глупцов, что сидят с открытым ртом и ждут, пока их накормят.
Мечник подбросил камень в воздух, поймал его и вернул Лу Бэю.
— Раз уж ты зовешь меня старшим братом — спрашивай.
— Обладает ли древесная ци способностью исцелять раны? — Это был единственный ответ, который сейчас интересовал Лу Бэя.
— Обладает. Но с твоим первым уровнем Закалки Ци… проще сходить к врачу, быстрее будет.
Получив подтверждение, Лу Бэй схватил Синьяна за руку и крепко потряс её в знак благодарности:
— Спасибо за ответ! Ты настоящий добряк!
«Добряк» Синьян смотрел, как воодушевленный парень, пошатываясь, слезает с крыши, не забыв прихватить с собой деревянные мостки.
«Характер у него даже более открытый, чем я думал», — мелькнуло в голове у мечника.
Лу Бэй прошел вдоль ручья и вернулся в бамбуковую рощу за своим двором. Он расстелил коврик, достал телефон и обратился к камере:
— Друзья, вы слышали? Древесная ци действительно обладает лечебным эффектом. Но я пока слишком слаб, так что и эффект, который вы чувствуете, будет слабым.
«Зря ты отдал высший камень духа, слишком дорого за такой вопрос».
Кто-то в чате искренне расстроился из-за такой траты.
Лу Бэй пошарил в рукаве и снова покрутил камнем перед камерой:
— Да вернул он его мне!
«В следующий раз начинай торговаться со средних камней».
«Можно было спросить Юань Чуньюй, она бы точно ответила бесплатно».
Лу Бэй небрежно убрал камень и махнул рукой:
— Да ладно вам, старший брат на самом деле отличный парень, он и так на кучу наших вопросов ответил.
Он так отчаянно хотел узнать про исцеление, потому что вспомнил своего одноклассника. Тот играл в школьной сборной по баскетболу и собирался поступать в физкультурный. Однажды после матча он увидел, как банда малолеток на мопедах задирает старика-тряпичника. Парень заступился за деда и отогнал хулиганов, но один из них развернулся и на полной скорости направил мопед прямо на него.
Парень успел оттолкнуть старика, но сам получил тяжелейшую травму — разрыв ахиллова сухожилия. С баскетболом было покончено навсегда. Весь одиннадцатый класс Лу Бэй видел, как тот подолгу замирал у окна, глядя на баскетбольную площадку.
Сегодняшнее сообщение в чате от зрителя, который начал чувствовать ноги, подарило Лу Бэю надежду. В мире еще столько неизлечимых болезней. Если методы этого мира в сочетании с земной медициной помогут людям… от одной этой мысли Лу Бэй был готов светиться от счастья.
Чтобы как можно больше людей почувствовали воздействие древесной ци, Лу Бэй перешел на строгий режим. Он уходил рано, возвращался поздно. Первым вскакивал без будильника, завтракал со своей «командой новичков» и бежал в бамбуковую рощу медитировать.
Так прошло десять дней. И вот, наконец, в чате появилось сообщение от того самого парализованного зрителя:
«Я сегодня был в больнице! Врач сказал, что чувствительность действительно немного возвращается. У меня есть шанс снова встать на ноги!»
За эти десять дней на секретном форуме многие вывели теорию: древесная стихия сама по себе несет энергию возрождения. Силы пяти стихий всегда были на Земле, просто пока стриммер не начал практиковать, никто их не замечал.
Тот зритель — бывший спортсмен — после обследования принял решение. Он уехал в деревню к родителям. Там не было гор, зато повсюду раскинулись поля и сады. Родственники каждое утро укладывали его на два дверных полотна, прикрепленных к тележке, и отвозили в самую гущу зелени.
Десять дней он лежал под солнцем среди трав и медитировал вместе с Лу Бэем. Вчера вечером его дочка случайно уронила шариковую ручку ему на ногу, и он почувствовал, как она катится по коже.
Всю ночь семья ждала результатов анализов в коридоре больницы. Утром врач, который раньше считал его случай безнадежным, долго прощупывал его ноги.
— Вы обращались к другим специалистам? По сравнению с прошлым обследованием, динамика поразительная. Если так пойдет и дальше, возможно, вы сможете сидеть самостоятельно.
Врач был осторожен, он не обещал полного выздоровления, но переход из состояния «полный паралич» в «способность сидеть» — это уже медицинское чудо.
«Я выложил все свои данные и отчеты на форуме. Кому нужно — пробуйте!» — написал зритель.
Лу Бэй прочитал это сообщение и, хотя не мог открыть ссылку, искренне пожелал человеку скорейшего выздоровления.
После десяти дней упорных тренировок Лу Бэю стало любопытно: а как проявляют себя другие стихии? Он убрал телефон в пояс и отправился на поиски обладателей других корней.
— Тук-тук-тук! Фэн Уцзин, ты дома? — Лу Бэй обошел весь двор и, не найдя самого талантливого из их четверки, постучал прямо в его дверь.
Внутри комнаты маленький представитель расы демонов, который в этот момент увлеченно грыз и царапал деревяшку, мгновенно насторожился. Он лихорадочно спрятал обгрызанные куски твердого дерева под кровать и убрал все лишнее в мешочек для хранения. Прижав к себе деревянный меч, он принял бесстрастный вид и только тогда отозвался:
— Входи.
Лу Бэй открыл дверь и недоуменно уставился на сидящего на тахте парня:
— Чего ты заперся среди бела дня? Проветривать не надо, что ли?
— Я спал, — не моргнув глазом, соврал Фэн Уцзин.
— Я хочу после обеда спуститься в город, прикупить кое-чего. Пойдешь? Говорят, наши старшие-исполнители массово закупили в кузнице мои "эксклюзивные кресла", теперь на мечах летать совсем не страшно.
Лу Бэй хотел было присесть на тахту, но запнулся о кучу опилок на полу. Он с подозрением попинал их ногой — они выглядели так, будто их нагрызла стая обезумевших мышей. Потом он приподнял край одеяла на кровати Фэн Уцзина — там тоже все было в трухе.
Фэн Уцзин вздрогнул от такой беспардонности и крепче сжал меч.
— Ты чего мое одеяло хватаешь?
— Да ты посмотри! Что это за мусор? Откуда это? — Лу Бэй был в шоке. Он буквально выставил приятеля с тахты и принюхался к одеялу. Звериного запаха вроде не было, но Лу Бэй не унимался: — Фэн Уцзин, у тебя что, крысы завелись? Смотри, как дерево искромсали, явно от голода грызли.
— Нет здесь крыс. Я их не видел.
— Если не крысы, то какой-то другой зверь! Посмотри, мебель-то вся целая, ножки на месте. Откуда тогда опилки? Значит, кто-то приносит сюда деревяшки, чтобы точить когти или зубы!
Лу Бэй был твердо уверен: в комнате завелись грызуны. И, судя по количеству опилок, целое семейство.
Чжао Тяньтянь и Вэнь Сиянь, практиковавшие во дворе, услышали шум и из любопытства заглянули в комнату. Там Лу Бэй командовал ледяным Фэн Уцзином, заставляя его двигать столы и кровать.
— Вы чего творите? — Чжао Тяньтянь с недоумением смотрела на перестановку.
— У Фэн Уцзина крысы завелись. Ищем норы, — Лу Бэй с детства терпеть не мог грызунов.
Возле черного хода его школы был переулок с закусочными. Там вечно скапливались остатки еды, и огромные крысы, шныряющие у мусорных баков, не раз доводили Лу Бэя до икоты, когда он возвращался с вечерних занятий.
— О, давайте поможем! — Тяньтянь и Сиянь тут же вооружились палками.
Фэн Уцзин с каменным лицом перетаскивал мебель, глядя на трех человеческих детенышей, которые вознамерились найти в его комнате мифическую крысу.
В его голове медленно всплыли четыре иероглифа: «Он проявил неосторожность».
Спрятать деревяшки он догадался, а вот про опилки, вылетевшие из-под когтей, забыл. «Может, сбежать по-тихому, поймать настоящую крысу и подбросить им, чтобы закрыть вопрос?» — лихорадочно соображал он.
— Не нашли! Значит так, надо купить кота, — Лу Бэй, осмотрев каждый угол и не обнаружив нор, решительно махнул рукой. Против крыс нет средства лучше.
— Отличная идея! Я как раз устала от тренировок, сходим в город, — поддержала Чжао Тяньтянь.
— Если покупать кота, то я помогу с выбором. У меня дома была кошка, она троих родила, я их долго выкармливала. Помню, как-то зимой проснулась, а они все четверо у меня в ногах спят, — мечтательно добавила Вэнь Сиянь.
— Не нужен нам кот. Вы же не нашли крыс, — подал голос единственный в комнате «настоящий большой кот».
Лу Бэй повернулся к девушкам:
— Представляете, захожу, а он сидит на этой тахте с мечом, и всё одеяло в опилках! Крыса, видать, испугалась моего стука и юркнула куда-то. Она уже к нему в постель лезет, а он кота не хочет!
— Это я сам намусорил! Крысы ни при чем! — мысленно кричал Фэн Уцзин, а вслух произнес максимально спокойно: — В следующий раз я просто не пущу её в кровать.
«В следующий раз я уберу все опилки дочиста», — пообещал он себе.
— Ага, крыса у тебя разрешение спросит. Ты что, кошек боишься? — Лу Бэй подозрительно прищурился.
— С чего бы мне их бояться? — «Это им стоит меня бояться».
— Значит, решено: идем за котом!
Через час четверка уже спускалась к подножию горы на «наемном мече». Фэн Уцзин сидел в специальном кресле, обнимал свой деревянный меч и напряженно думал: что ему сделать с обычной земной кошкой, чтобы та не упала в обморок от ужаса при встрече с ним?
http://bllate.org/book/15380/1422572
Сказали спасибо 0 читателей