Готовый перевод Qiang Jin Jiu / Поднося вино: Глава 152. Хасэн

⚠️ Предупреждение: Жестокое обращение с лошадьми

Крупные капли дождя скатывались по изогнутому лезвию клинка, стекая по его острой кромке. Лошадь под Хасэном фыркала, выпуская горячие струи воздуха. Хасэн уже давно ждал под дождём. Было три четверти часа Хай*. Мир полностью погрузился во тьму.

П.п.: 亥时 [hài shí] — древнекитайская единица времени, соответствующая периоду с 21:00 до 23:00 ночи.

У Хасэна была густая шевелюра рыжих волос. Он не походил на мужчин Дачжоу, которые обычно завязывали волосы в пучок; вместо этого он носил их коротко подстриженными, с маленьким хвостиком, завязанным на затылке.

После смерти Хухэлу, Баиня перевели под начало Хасэна. Он натянул поводья, следуя за Хасэном, и тщательно завернул свои драгоценные военные книги, прежде чем снова спрятать их за пазуху. Осторожно он спросил:

— Почему ты так уверен, что он не сбежит?

Хасэн почесал свои промокшие под дождём волосы, взъерошивая их в беспорядок, и ответил:

— В бою с Хухэлу он был очень отважным. Если говорить словами людей из Дачжоу, он искушён в искусстве обмана. Я слышал, что он младший сын князя Либэя, волчонок; пока есть хоть малейший шанс для контратаки, он определённо не выберет бегство.

Баинь сказал:

— Он и вправду очень смел, и вдобавок очень осмотрителен.

— По сравнению со своим старшим братом, Сяо Чие — человек импульсивный. — Дойдя до этого места, Хасэн слегка смутился. — Хотя я и не гений, я понимаю гордость гения. Неважно, как сильно он себя предостерегает, после победы над нашим могущественным Хухэлу в лагере Шасан он неизбежно утратит толику своей осмотрительности. Его жажда победы слишком сильна. Баинь, даже я могу это почувствовать. Как и мой отец, он не позволит себе трусливо отступить. Это его сила, но также и его слабость.

Баинь тихо погладил лошадь.

— Мы победим?

— Мы непременно победим, — произнося это, он смотрел ясным взглядом, и слова его звучали мощно. — Он не сможет победить меня.

Боевой стиль Хасэна и Сяо Чие был схож, оба сражались дико и необузданно. И Ци Чжуинь, и Лу Гуанбай успели изрядно от него помучаться, но их характеры были полными противоположностями. Хасэн был замкнутым и даже немного застенчивым; прекрасные девы двенадцати племён Бяньша засматривались на него, но одного лишь их взгляда было достаточно, чтобы он покраснел. Он был любимым сыном Амуэра, и дело было не только во влиятельности рода его матери, но и в его собственном характере.

Сяо Фансюй любил воспитывать волчат в дикой природе. Он даже любил закалять своих сыновей суровыми испытаниями, пока те не начинали выть от боли; но Амуэр был полной его противоположностью. Пока Хасэн не достиг совершеннолетия, Амуэр никогда не позволял ему отходить от своей стороны. Каждое сражение, которое Хасэн провёл в ранние годы, было лично преподано ему самим Амуэром.

— Ты тоже гений, — отозвался Баинь, слегка запоздало.

Хасэн громко рассмеялся, вытирая свою саблю, и покачал головой.

— Баинь, я нет. Я обычный человек. Я просто нашёл свой путь, сражаясь против гениев. Если честно, перед походом на север я беспокоился, что встречу здесь Сяо Цзимина, потому что Сяо Цзимин и Ци Чжуинь принадлежат к одному типу полководцев. Они искуснее в защите, чем в нападении. Понимаешь? Не в обычном смысле защиты, а в таком, который оставляет тебя беспомощным, неспособным найти ни одной уязвимости для атаки; с ними сложно иметь дело. Но Сяо Чие другой. Он очень… — Хасэн с трудом подбирал описание. В конце концов, он рассмеялся: — Не могу точно сформулировать, но у него, очевидно, полно недостатков, и он даже не пытается их скрывать.

— Тогда он высокомерен, — Баинь подогнал лошадь ближе к Хасэну. Он поднял руку и легко хлопнул Хасэна по плечу. — Ты наш новый «Эсухэри», орёл пустыни и будущий муж Дорлань. Неважно, насколько ты скромен; Хасэн, в наших глазах ты — гений, ниспосланный богами племени Ханьшэ. Ты не уступаешь никому.

— Спасибо, — сказал Хасэн. — Мой хороший друг, тебе следовало раньше перейти ко мне.

Они обменялись взглядами и улыбнулись. Внезапно они услышали несколько срочных свистов, прозвучавших в ночи. Хасэн поднял голову к небу, и капля дождя упала ему между бровей; ливень уже не был таким сильным, как днём. Он похлопал лошадь, глядя на запад от знамени Тудалун.

— Пора нам вытягивать сеть.

◈ ◈ ◈

Элитные войска Хасэна ещё не вступали на поле боя; войска, которые он выставил перед Сяо Чие, были обычными частями, изначально стоявшими к востоку от знамени Тудалун. Более того, отправленные им войска на восточный горный хребет крепко держали Чжао Хуэя, не позволяя тому развернуться и прийти на подмогу. Путь к передовой также был перекрыт; он превратил знамя Тудалун в мешкообразную ловушку, чтобы заманить в неё Сяо Чие.

У Сяо Чие не было выхода. Хасэн уже давно подготовил для него на востоке свои основные силы, отдохнувшие и полные решимости. Даже если бы Сяо Чие выбрал бегство, Хасэн неотступно преследовал бы его верхом, так что Сяо Чие, подставив уязвимую спину, вновь стал бы мишенью на охоте.

Снова раздался топот копыт, на этот раз в сопровождении факелов, которые надвигались с востока. Измотанная Императорская армия могла только отступать. Хотя дождь прекратился, холод усилился. Даже Таньтай Ху вынужден был отогревать замёрзшие руки тёплым дыханием.

Сяо Чие шёл по грязи, а позади него слышались тяжёлое дыхание и пыхтение солдат. Им нужно было как можно скорее отступить обратно на болотистые земли знамени Тудалун. Но Хасэн не упустил эту возможность. Его отборные войска днём досыта наелись, и теперь, яростно хлестая коней, заставляли их скакать быстрее, не оставляя Императорской армии времени на отход. Императорская армия, разделённая на небольшие группы, укрывалась среди кустарников и травянистых полей, но войска Хасэна проводили тщательную разведку и не оставляли им ни единого места, чтобы укрыться.

Гу Цзинь, обладавший хорошим слухом, очень быстро различил, что топот коней приближается сюда.

Сяо Чие поднял руку, вытер щёку и оглянулся на непроглядную тьму. У горизонта внезапно вспыхнули огни. Кавалерия Хасэна была подобна соколу, низко парящему над землёй, с распахнутыми крыльями, готовому к стремительной атаке.

— Господин, — Гу Цзинь вывел вперёд своего коня. — Вам следует уезжать первым!

— Садись на коня и двигай на север, — Сяо Чие оставался на месте. — Передавай военную информацию по пути и прикажи им отходить обратно на болотистые земли. Скажи Таньтай Ху, чтобы не упорствовал в бою и немедленно отступал.

Кавалерия Бяньша приближалась. Сяо Чие уже даже слышал звуки конского фырканья. Гу Цзинь оставался на месте и на мгновение заколебался. Сяо Чие сказал спокойно и собранно:

— Со мной здесь несколько сотен бойцов. Сражаться и отступать одновременно — не проблема. Я снова составлю план, как только мы отойдём вглубь болотистой местности.

Гу Цзинь знал, что Сяо Чие не станет менять свой приказ в такой момент, поэтому он вскочил на коня, пришпорил его и помчался в ночь.

◈ ◈ ◈

Хасэн уже заметил фигуры. Кавалеристы свистели, словно окружая диких зверей в пустыне. Они не полагались на военные флаги для передачи сигналов. Свист быстро передавался от центрального войска к обоим флангам. Вслед за этим кавалеристы на обоих флангах развернули коней, чтобы собраться в центре, превращая сокола с распростёртыми крыльями в прямую стрелу, чьей целью был Сяо Чие!

Скорость — ключ к победе на войне.

Хасэн знал последствия колебаний. Когда дело касалось Сяо Чие, он должен был вести молниеносный бой. В противном случае, если бы Сяо Чие отступил на болотистую местность и получил возможность перевести дух, это вполне могло бы привести к следующей внезапной атаке на них.

— Это он! — Баинь вплотную следовал позади и, указывая на Сяо Чие, крича на языке Бяньша. — Сяо Чие!

Хасэн выхватил свою саблю и одновременно низко наклонился. Ему не нужно было напоминание от Баиня, он уже узнал Сяо Чие. Рост и внешность Сяо Чие были слишком заметными. Выражение его лица, когда он поджал губы и оглянулся, было просто идентично Сяо Фансюю.

Сяо Чие выжал промокшую полоску ткани и быстро туго обмотал ею пространство между большим и указательным пальцами. Он наблюдал, как кавалерия надвигается на них, и всё его внимание было приковано к рыжим волосам Хасэна. Он тихо отсчитывал расстояние. Как раз когда лошадь Хасэна была готова споткнуться о верёвку, Хасэн внезапно развернулся в седле и опустил руку, чтобы одним ударом перерубить верёвку, скрытую в траве.

Следом за ним кавалеристы ворвались без помех.

Скачущие всадники размахивали саблями, но Сяо Чие не двигался. В мгновение ока копыта лошадей Бяньша угодили в замаскированные волчьи ямы, отчего несколько человек вновь слетели с коней. Люди впереди падали на землю, но Хасэн, находившийся позади, казалось, предвидел это. Тот шаг, который он замедлил ранее, был предназначен для проверки почвы.

Сяо Чие поднял палец, и Императорская армия перепрыгнула через кусты и бросилась вперёд.

Лошадь Хасэна фыркала, выпуская горячий воздух, а сам Хасэн снова свистнул. Эти наспех выкопанные волчьи ямы были недостаточно глубоки, и они могли просто перепрыгнуть их и продолжить преследование по пятам за Сяо Чие.

Цель Хасэна была ясна — Сяо Чие. Если он сможет убить Сяо Чие, разрозненная Императорская армия будет просто толпой без лидера. Тогда обозы с зерном на болотистой местности знамени Тудалун естественным образом попадут в их руки.

Сяо Чие шагал по грязи. Рядом с ним уже поравнялась лошадь. Сидевший на ней всадник Бяньша что-то крикнул Сяо Чие на своём языке. Сяо Чие прыгнул вперёд и присел, чтобы уклониться от сабли, занесённой на него. Тут же он разрубил седло всадника Бяньша. Испуганная лезвием лошадь в панике металась. Сяо Чие схватил руку всадника, державшую клинок, но вместо того, чтобы отрубить её, он дёрнул её изо всех сил, чтобы вскочить на лошадь. Не выдержав силы тяжести, всадник слетел с лошади, подняв фонтан грязи.

Лошадь племени Гума, сменив хозяина, жалко мотала головой из стороны в сторону и отказывалась бежать дальше. Позади Хасэн уже настигал его. Сяо Чие сжал бока лошади и дёрнул поводья, заставив лошадь рвануться вперёд под углом.

Хасэн был слишком поспешен в преследовании Сяо Чие. Грязная вода брызнула во все стороны, когда обе лошади столкнулись. Клинок Ланли со свистом рассёк воздух, обрушившись на грудь Хасэна с такой яростью, что тот не посмел проявить небрежность и парировал удар изо всех сил.

Какой тяжёлый!

Руки Хасэна онемели, и сабля почти выскользнула из его руки под напором Сяо Чие. Он тут же понял, насколько необыкновенной была сила рук Сяо Чие, и, избегая очередных взмахов клинка, больше не сталкивался с Сяо Чие в лоб.

Всадники, один за другим настигавшие их сзади, прильнули к спинам своих лошадей. Лошадь под Сяо Чие беспокойно забилась, когда они протянули сабли, чтобы перерезать её передние ноги. Лошадь взвизгнула от боли, её передние ноги провалились в грязевую яму.

Сяо Чие кубарем свалился с лошади. Он был окружён.

Всадники Бяньша сомкнули круг вокруг Сяо Чие, а бегущая Императорская армия громко ругалась:

— Чёрт возьми, наместник упал!

Императорская армия, ещё не успевшая скрыться в пределах знамени Тудалун, тут же развернулась, обнажила клинки и обрушилась на группу всадников. Они последовали примеру, что увидели ранее: если не могли уцепиться за всадников Бяньша и вскочить на их лошадей, то рубили лошадям ноги, сбрасывая всадников Бяньша на землю. Они твёрдо помнили слова Сяо Чие: «кавалерия Бяньша не была искусна в бою на земле и в ближнем бою».

Но это относилось к войскам, что скрещивали клинки с бронекавалерией Либэя на севере.

Хасэн сражался с лучшей пехотой Дачжоу на юге. Тот, кто сталкивался с ним, был Лу Гуанбай, и именно от него Сяо Чие почерпнул весь свой опыт в обращении с всадниками. Элитные силы Хасэна ничуть не боялись спускаться на землю. Напротив, они были довольно хладнокровны и неторопливы, когда сталкивались с Императорской армией после спешивания. Им даже не требовалось времени на адаптацию, они могли сражаться, мгновенно поднимаясь с земли.

Чёрт!

Императорская армия, никогда прежде не знавшая поражений, дружно выругалась.

Эти ублюдки даже сильнее нас!

http://bllate.org/book/15257/1350918