Е Цзюньшу был плохо знаком со столичными порядками, но, к счастью, прежний владелец лавки оказался порядочным человеком и помог ему пройти через все бюрократические процедуры. В общей сложности Цзычжоу потратил чуть более трехсот пятидесяти лянов серебра, получив взамен две легкие, как пушинка, гербовые бумаги.
Эта лавка теперь полностью и безраздельно принадлежала семье Е.
Всё это время Сань-гунцзы был рядом. Он не вмешивался и не выказывал возражений, что подтверждало: бывший хозяин его не обманывает. К вечеру передача дел была завершена.
Прежний владелец думал, что на продажу уйдет как минимум пара дней, но сделка закрылась в тот же день. Хотя ему было жаль расставаться с делом, тревога за сына перевешивала всё остальное. Как только формальности были улажены, он поспешно распрощался, собираясь за ночь упаковать чемоданы и уехать на рассвете.
Е Цзюньшу и Ли Юй зашли осмотреть помещение. По чистой случайности прежний хозяин тоже торговал тканями, но ориентировался на простых людей: дорогих отрезов было немного, в основном полотна, которые носит простой люд. Владелец планировал распродать остатки за пару дней, но не ожидал, что лавка уйдет так быстро. Видя это, Е Цзюньшу предложил выкупить и весь товар.
Лавочник был так благодарен, что отдал всё почти даром — всего за пятьдесят лянов. Таким образом, потратив еще пятьдесят лянов, Е Цзюньшу получил помещение, полное товара.
Сама лавка была небольшой, около пятидесяти квадратных метров, но имела два с половиной этажа — на самом верху располагалась мансарда. Первый этаж предназначался для торговли, второй — под склад, а на третьем были две маленькие комнатки. Хоть они и были тесными, там вполне можно было заночевать при необходимости. В целом Е Цзюньшу остался крайне доволен.
Он присмотрелся к соседним заведениям. Прямо за стеной тоже была лавка тканей, но куда более высокого класса: изысканный интерьер, просторный зал. Покупателей там было много, и дело явно процветало. Е Цзюньшу одобрительно кивнул — его лавка не вступала в жесткую конкуренцию с соседом. Видимо, у прежнего хозяина была коммерческая жилка: понимая, что в элитном сегменте ему не тягаться, он выбрал нишу для народа.
Когда они вышли на улицу, Е Цзюньшу так так сиял от радости, что без умолку болтал с Ли Юем, рассыпаясь в благодарностях. Поскольку Ли Юй был главным героем этого дня, Е Цзюньшу во что бы то ни стало решил пригласить его на ужин.
Ли Юй взглянул на небо и вежливо отказался:
— Сейчас не совсем удобно, давайте в другой раз.
Получив отказ, Е Цзюньшу на мгновение сник, но тут же снова воодушевился:
— Тогда договорились — в следующий раз угощаю я!
Ли Юй немного помедлил, но всё же кивнул.
— Но... Сань-гунцзы, как мне с вами связаться? — полагаться на волю случая и случайные встречи Е Цзюньшу казалось слишком ненадежным.
Ли Юй немного подумал и ответил:
— Когда определитесь со временем и местом, передайте весточку через управляющего лавкой тканей «Чэнья». Я приду на встречу.
«Чэнья»? Так это же прямо по соседству с его новой лавкой!
— Это лавка вашей семьи?
Ли Юй кивнул.
Е Цзюньшу вмиг преисполнился гордости за своего знакомого — то заведение выглядело весьма процветающим! Время было уже позднее. Ли Юй, помня о наставлениях старшего брата, поспешил откланяться. Хотя на душе у Цзычжоу скребли кошки от нежелания расставаться, он лишь молча проводил его взглядом. Он порывался лично проводить Сань-гунцзы до дома, но тот вежливо отказался.
Е Цзюньшу вспомнил о строгих приличиях, разделяющих в обществе мужчин и гэров, и не стал настаивать. Хотя маска Сань-гунцзы скрывала родинку на лбу (признак гэра), а его рост и внушительная аура совсем не вязались с образом хрупкого «цветочка», неудивительно, что незнакомые люди могли принять его за обычного мужчину. Но если бы Е Цзюньшу появился с ним рядом возле его дома, это могло бы породить ненужные слухи и сплетни среди тех, кто знал Сань-гунцзы. Этого Цзычжоу допустить не мог.
Ростом Сань-гунцзы превосходил большинство гэров, да и многих мужчин тоже. Е Цзюньшу прикинул: тот доставал ему до мочки уха — значит, в нем было никак не меньше метра восьмидесяти. Среди всех гэров, которых Цзычжоу когда-либо видел, этот был самым высоким. А уж после службы в армии в его манерах не осталось ни капли той мягкости, что обычно присуща этой категории мужчин. Неудивительно, что первым впечатлением любого встречного было: «Перед нами суровый муж».
Пусть им не удалось сегодня вместе поужинать, Е Цзюньшу был более чем доволен: он провел с Третьим господином целый день и, что самое важное, теперь знал, как с ним связаться. В самом благостном расположении духа он вернулся в поместье Фан.
Первым делом он передал слуге сверток с уже остывшими каштанами, чтобы их заново обжарили, а сам отправился к детям. Все они собрались в его дворе; когда детей много, в доме всегда стоит шум и гам. Е Цзюньшу невольно улыбнулся. Цинь-гэр уже оправился и вовсю играл с братьями! К счастью, болезнь оказалась несерьезной: несколько дней заботы — и малыш снова стал румяным и бодрым.
Е Цзюньшань и Нань Чэнхэ состязались в борьбе. Маленькие зрители наблюдали за ними с таким замиранием сердца, что даже не заметили возвращения старшего брата. Цзычжоу с интересом пристроился рядом.
Честно говоря, после того как Сяо Шань и Сяо Хэ поступили в военную академию, он не особо следил за их успехами. Видел только, что им нравится учиться, их там не обижают, а сами они ведут себя достойно, вот и не лез. А сейчас глянул — и впрямь есть толк, кое-чему их там точно научили.
Первым его заметил Лу-гэр и позвал:
— Большой брат!
Остальные дети тут же облепили его со всех сторон. Е Цзюньшань и Нань Чэнхэ, услышав шум, прервали схватку.
— Брат, брат! Второй брат и брат Чэнхэ так здорово борются! — глаза Цинь-гэра сияли от восторга.
— Вот как? И кто же победил? — Е Цзюньшу ущипнул его за пухлую щечку.
— Второй брат выиграл четыре раза! — Е Цзюньвэй гордо вытянул четыре пальца.
— А брат Чэнхэ — три! — загнул пальчики Цинь-гэр.
«Ого, они, оказывается, долго тренировались, раз успели столько раз помериться силами», — подумал Цзычжоу.
Он поприветствовал каждого из детей. Смеркалось быстро, и в воздухе ощутимо похолодало, так что он увел всех в дом.
Они так и не привыкли к постоянному присутствию слуг, поэтому челядь поместья Фан появлялась только во время трапез или по особому зову. Так детям было спокойнее. Вскоре пришел управляющий Тянь спросить, подавать ли ужин. Дети за день набегались и явно проголодались, так что Цзычжоу кивнул.
После шумного ужина Е Цзюньшу собрал всех в гостиной для разговора, включая Нань-амэ и его внука. Помощь Нань-амэ была ему необходима, так что скрывать что-либо не имело смысла. Он достал из-за пазухи два аккуратно сложенных листа бумаги и протянул их Лу-гэру:
— Посмотри-ка, что это!
Лу-гэр осторожно развернул бумаги. Видя таинственный вид брата, он подумал, что это документы на дом — все знали, как сильно Цзычжоу озабочен поисками жилья. Неужели купил? Но вчитавшись в текст, он в изумлении вскинул голову.
Е Цзюньшу погладил его по волосам:
— Наш новый дом пока еще в поисках, но сегодня с помощью одного благородного человека мне посчастливилось купить лавку. Раньше там торговали тканями, и место там очень бойкое. Думаю, если подойти к делу с умом, она станет отличным подспорьем для нашей семьи. Завтра я отведу вас туда. А управлять этим делом я поручаю тебе, Лу-гэр, вместе с Нань-амэ. Справитесь?
Лу-гэр на мгновение замялся, но затем твердо ответил:
— Не волнуйся, брат. Я тебя не подведу!
Нань-амэ тоже поклонился:
— Можете не сомневаться, молодой господин. Старый раб сделает всё возможное, чтобы помочь нашему юноше в делах. — На его обычно сдержанном лице промелькнула редкая тень радости.
Жить в чужом доме было для Нань-амэ непросто — он боялся лишний раз проявить инициативу, чтобы не нарушить заведенные в доме Фан порядки. Раньше он помогал Лу-гэру и другим младшим с домашними делами и приличиями, пока Е Цзюньшу занимался науками. Но в поместье Фан ему приходилось лишь поддерживать вежливые отношения с местными управляющими. Теперь же, узнав, что старший господин купил лавку специально для них, Нань-амэ воспрянул духом — наконец-то появилось настоящее дело!
Цинь-гэр и Сяо Шань тоже прилипли к бумагам, сияя от счастья: «У нас теперь есть своя лавка! Ха-ха!». Дети засыпали брата вопросами, и Е Цзюньшу терпеливо объяснял всё по порядку, пока не пообещал, что завтра лично отвезет их на осмотр. Только после этого любопытная мелюзга наконец угомонилась.
Лу-гэр торжественно спрятал обе бумаги и не смог сдержать улыбки.
На следующее утро дети уже с самого раннего часа были одеты и обуты, всем своим видом показывая, что готовы выйти в любую секунду.
Е Цзюньшу подумал, что дети в Шанцзине уже довольно долго, а еще ни разу не ели в городе, поэтому решил сводить их попробовать местную уличную еду. И вот вся компания во главе с Е Цзюньшу внушительной толпой двинулась со двора.
Благодаря вчерашним объяснениям Третьего господина он теперь знал, где стоят палатки с завтраками! Говорили, что в одной лавке готовят отменные хуньтуни (это традиционное китайское блюдо из теста с начинкой, очень популярное на завтрак); Е Цзюньшу решил отвести их именно туда, тем более что это было как раз по пути.
Прикончив по миске горячих хуньтуней, дети, довольно выпятив животики, зашагали вслед за Е Цзюньшу. Ранним утром на улицах было немноголюдно. Е Цзюньшу вел их не спеша, и вскоре они достигли своей новой лавки. На этой улице не торговали завтраками, поэтому почти все заведения еще были закрыты.
Е Цзюньшу отпер дверь ключом, и внутреннее убранство предстало перед ними как на ладони. Рулоны ткани, которые он выкупил, лежали на своих местах; дети с любопытством озирались по сторонам.
— Прежний хозяин уезжал в спешке и не успел устроить распродажу остатков, так что я заодно выкупил всё, что было в лавке, — сказал Е Цзюньшу.
Говоря это, он достал из конторки приходную книгу.
— Прежний владелец не успел многое передать, но здесь указана себестоимость разных тканей и цены продажи. Посмотрите сами — решите, продавать по прежней цене или сделать скидку.
Лу-гэр взял книгу и принялся внимательно ее изучать. Нань-амэ быстро окинул наметанным глазом весь товар, после чего подошел к Е Цзюньшу:
— Старший господин, ткани в полной сохранности, качество хорошее. Мой совет — продавать по обычной цене, как есть.
Е Цзюньшу кивнул:
— Решайте сами.
Дети, завидев лестницу, с топотом умчались наверх на разведку. Е Цзюньшу добавил:
— На втором этаже еще запасы, а третий — это мансарда, там можно жить. Если вдруг не получится вернуться домой вовремя, можно там отдохнуть.
Вся компания поднялась следом, внизу остался присматривать Сяо Шань. Нань-амэ и Лу-гэр осмотрели этаж. Из-за нехватки света здесь было мрачновато. Лу-гэр на ходу размышлял:
— Отдавать весь второй этаж под склад — расточительство. Мы могли бы сделать вдоль этой стены стеллажи для тканей, а в остальном месте расставить товары... И надо прорубить с той стороны пару окон, тогда станет светлее.
Е Цзюньшу одобрительно кивнул:
— Отличная идея, Лу-гэр.
Пятьдесят квадратных метров при грамотной планировке можно использовать очень эффективно. Лу-гэр застенчиво поджал губы.
Нань-амэ дополнил:
— В таком случае лестницу на второй этаж нужно расширить, чтобы покупателям было удобно подниматься и спускаться, да и смотреться будет солиднее.
Е Цзюньшу с улыбкой слушал их оживленное обсуждение.
— А вы уже придумали, чем мы будем торговать, когда распродадим эти ткани?
Лу-гэр и Нань-амэ тут же притихли.
Нань-амэ предложил:
— Может быть, пока будем распродавать остатки, изучим рынок и посмотрим, стоит ли продолжать тканевое дело?
— Но у нас же нет поставщиков, — возразил Е Цзюньшу.
Вчера он только и думал, как бы купить лавку, и об этом не вспомнил. Третий господин тоже не подсказал — видимо, не был уверен, какой именно бизнес тот затеет. Прежний хозяин тоже ничего не упомянул, так что придется выкручиваться самим. Но они в городе люди новые, вряд ли быстро найдут хороших партнеров, да и путей поиска у них нет. Торговля — дело непростое.
Лу-гэр озабоченно нахмурился. Е Цзюньшу успокоил его:
— Не волнуйся, всё со временем придет. На распродажу этих запасов уйдет немало времени. Если дело пойдет, я найду поставщиков. К тому же лавку еще нужно перестроить, так что до официального открытия далеко. Мы не спешим.
Лу-гэр кивнул — иного выхода не было. Сверху раздался топот — это расшалились близнецы. Лу-гэр поднялся проверить их и заодно увел вниз. На втором этаже было темно, поэтому задерживаться там не стали и все вместе спустились на первый.
Сяо Шань стоял у самого входа спиной к ним, явно с кем-то беседуя. Услышав шум, он обернулся и позвал:
— Брат!
Е Цзюньшу увидел у дверей солидно одетого мужчину средних лет. Его полное лицо светилось улыбкой, но в глазах то и дело проскакивал острый блеск — сразу видно, тертый калач в торговых делах. Тот окинул всех взглядом, и когда его глаза остановились на Е Цзюньшу, улыбка стала еще шире. Он сложил руки в приветствии:
— Не вы ли будете новым хозяином? Моя фамилия Ван, я управляющий соседней лавки «Чэнья».
«Чэнья»? Это же заведение Ли Юя? Е Цзюньшу ответил в дружелюбном тоне, вернув поклон:
— Так это господин Ван, рад встрече.
Нань-амэ вышел вперед и слегка поклонился:
— Здравствуйте, господин Ван. Вы ошиблись — нашему старшему господину нужно сосредоточиться на учебе перед столичными экзаменами в следующем году. По его милости этой лавкой буду управлять я, моя фамилия Нань. Прошу вас, господин Ван, не оставлять нас своей заботой в будущем.
Это была принципиальная позиция Нань-амэ. Его старший господин был силен в науках и в следующем году непременно прославится. А если он блестяще сдаст дворцовый экзамен и станет чиновником, то все остальные в семье станут детьми чиновника. В иерархии сословий торговцы стояли на самой нижней ступени. Разве пристало потомкам чиновников лично стоять за прилавком? Если об об этом узнают, на семью будут смотреть свысока. Поэтому им следовало поступать как прочим благородным домам: ставить во главе лавки доверенное лицо, в то время как истинный хозяин оставался в тени. Поэтому, даже если Лу-гэр тоже будет участвовать в управлении, официальным управляющим должен был значиться он, Нань Жун.
— Так вы господин цзюйжэнь! Простите за мою неосведомленность! — услышав это, господин Ван стал еще радушнее и снова поклонился Нань-амэ. — Господин управляющий Нань, надеюсь на плодотворное соседство.
Нань-амэ держался с достоинством:
— Вы слишком вежливы, господин Ван.
Управляющий Ван еще немного поболтал о пустяках и вернулся в свою лавку. Е Цзюньшу догадался, что Третий господин, должно быть, дал какие-то указания, поэтому сосед пришел разузнать обстановку, как только увидел открытые двери. Улыбка Е Цзюньшу стала шире.
Осмотрев лавку, Лу-гэр и Нань-амэ не стали уходить. Они рассудили так: раз здесь теперь всё принадлежит им, то каждый день простоя — это потеря прибыли. Дел у них особо не было, так почему бы не начать торговать понемногу?
Они купили всё это, и только что лишились крупной суммы денег. Если не начать зарабатывать поскорее, то вдруг не хватит на покупку дома?
Лу-гэр и Нань-амэ, уткнувшись в счетную книгу, начали сверять записи с реальным товаром. Е Цзюньшань и Нань Чэнхэ вызвались остаться и помочь, а Цинь-гэр и близнецы были в полном восторге от новизны места. Тем временем на улице становилось всё оживленнее. Е Цзюньшань попытался было увести малышей, но те вцепились в ножки стеллажей и наотрез отказались уходить.
Слишком тянуть их силой он не мог. Е Цзюньшу ничего не оставалось, кроме как несколько раз строго-настрого наказать детям не убегать далеко и велеть Нань-амэ и остальным приглядывать за сорванцами. Только после этого он с беспокойством покинул лавку.
Он увел их из дома, отсутствовал полдня и даже не успел предупредить дядю Тяня. Е Цзюньшу переживал, что тот может надумать лишнего, поэтому решил вернуться в поместье Фан и лично всё объяснить.
Едва он переступил порог, как навстречу ему радостно зашагал дядя Тянь. Увидев Цзычжоу, он заметно ускорился.
— Господин Е!
— Дядя Тянь.
— Господин Е, есть новости насчет дома! — дядя Тянь был немного взволнован.
Ему уже было неловко перед Е Цзюньшу: единственная просьба, с которой тот обратился, а результата не было почти месяц.
Глаза Е Цзюньшу засияли, он весело воскликнул:
— Неужели? Это же просто замечательно!
Определенно, после встречи с Сань-гунцзы добрые вести посыпались одна за другой.
Управляющий Тянь пояснил:
— У фулана моего слуги есть дальний родственник, служащий в управе, у него есть выходы. Дома чиновников, чье имущество было конфисковано, не выставляются открыто в агентствах, их продают через управу в частном порядке. Слышно, что сейчас как раз есть свободные варианты. Но вы не волнуйтесь, с домом проблем не будет — сделка пойдет напрямую через управу, никаких хлопот.
Договорив, он внимательно посмотрел на Е Цзюньшу:
— Господин Е, вы не против такого варианта?
На самом деле торговля домами опальных чиновников шла туго. Большинство богатых и влиятельных семей считали такое жилье «несчастливым» и обходили его стороной. К тому же из-за отсутствия открытой продажи люди без связей просто не знали, какое поместье выставлено на торги.
— Ничего страшного, лишь бы дом был хороший, — Е Цзюньшу совершенно не возражал.
Если с самим зданием всё в порядке, он не собирался верить в суеверия и дурные предзнаменования. Это всё пустые разговоры.
— Я так и знал, что вы выше этих предрассудков! По правде говоря, поместье Фан в свое время тоже было куплено господином через управу при похожих обстоятельствах. Прошло много лет, и я внезапно вспомнил об этом, решил разузнать в управе... и не прогадал. Вы действительно достойный младший соученик нашего хозяина, мыслите точь-в-точь как он! Ха-ха!
Е Цзюньшу тоже не удержался от смеха. Что ж, раз учитель Чжо выделил его среди прочих, значит, их взгляды на жизнь действительно схожи, и оба они не придавали значения формальностям.
Пока они разговаривали, дядя Тянь подвел его к человеку в красной форме с мечом на поясе. Судя по всему, это и был тот самый родственник.
— Господин цзюйжэнь, вы ведь хотите купить дом? — стражник, кажется, был человеком нетерпеливым: он коротко поклонился и сразу перешел к делу.
Дядя Тянь ответил за него:
— Именно так, иначе я бы не просил твоего дядю передать весточку. Господин Е намерен обосноваться в столице, но никак не может найти подходящее жилье.
Стражник кивнул:
— Я спрашивал секретаря. В ведении управы сейчас есть два дома на продажу. Я отведу вас, посмотрите, какой больше по душе.
— Благодарю вас, уважаемый, — улыбнулся Е Цзюньшу.
— Если какой приглянется — скажите, я доложу секретарю и сообщу вам, когда приходить в управу для оформления документов, — добавил стражник.
Похоже, он привык видеть важных особ, поэтому к цзюйжэню относился скорее вежливо, чем с благоговением, но тон оставался вполне доброжелательным. Е Цзюньшу со всем соглашался.
Западный район хоть и считался местом проживания чиновников, но жили там не только они. В общем, если у тебя есть деньги, купить дом здесь мог любой.
Они осмотрели оба варианта. Хотя оба находились в западной части, один был ближе к югу, а другой — к «Внутреннему городу». Первый, у южной границы, был поменьше; в нем долго никто не жил, но разрушений почти не было — прибраться, и можно въезжать. Второй, у Внутреннего города, снаружи за высокой стеной казался обычным, но внутри... С первого взгляда было ясно, что он куда роскошнее первого и заметно больше по площади. Однако дом был разгромлен основательно и из-за долгого запустения выглядел мрачно, напоминая «дом с привидениями». Возможно, именно поэтому его до сих пор не купили, хотя место было отличное.
После осмотра стражник назвал цены: тот, что у юга — шестьсот лянов, другой — девятьсот. Честно говоря, второй дом был в два раза больше, так что разница в цене казалась небольшой, вот только в него пришлось бы вложить еще кучу денег, чтобы привести в порядок. Е Цзюньшу прикинул: полная реставрация обойдется минимум в сто-двести лянов. Это уже выбивалось из бюджета... Но подходящий дом — редкость. Упустишь сейчас — потом можно и не найти ничего лучше. У каждого варианта были свои плюсы и минусы.
Е Цзюньшу думал о будущем: когда он станет чиновником, получит назначение, ему, возможно, придется посещать императорские аудиенции. Жить он собирался здесь долго, и с прицелом на перспективу дом у Внутреннего города был предпочтительнее. Тот, что на юге, находился далековато. К тому же у него столько младших братьев — со временем каждый обзаведется семьей, и даже если они будут жить своими домами, на праздники все равно будут съезжаться вместе. Им нужен просторный двор.
Взвесив всё «за» и «против», Е Цзюньшу решительно выбрал большой дом. В конце концов, это родовое гнездо на долгие годы, возможно, будущая «Усадьба Е». Озвучив решение, Е Цзюньшу с улыбкой вложил в руку стражника кошель:
— Будьте добры, закрепите его за мной. Сообщите, когда мне подойти для оформления бумаг.
Стражник отказываться не стал — деньги на «смазку» механизмов управы всегда нужны.
— Не беспокойтесь. Как только назначат дату, я пришлю человека в поместье Фан с весточкой.
— Тогда буду ждать новостей.
Стражник, видимо, торопился с докладом, поэтому отказался от приглашения на обед и быстро ушел. Е Цзюньшу и дядя Тянь неспешно пошли обратно.
— Дядя Тянь, мне понадобится ваша помощь в поисках хорошей строительной бригады — дому нужен серьезный ремонт.
— Без проблем, всё сделаю в лучшем виде.
— Ах да, вчера я купил лавку на улице Цинпин, сейчас все ребята там. Эту лавку со временем тоже нужно будет перестроить.
Дядя Тянь кивнул и искренне восхитился:
— Не ожидал, что вы так быстро устроитесь, господин Е. Суметь купить дом в той части города — это достижение. Госпожа Фан раньше долго хотел там что-нибудь приобрести, да всё не получалось.
— Стечение обстоятельств, — скромно ответил Е Цзюньшу. — Просто удачно совпало.
— Значит, удача на вашей стороне...
http://bllate.org/book/15226/1412236
Готово:
