— Ты сейчас слишком слаб, — сказал Дуань Чжэнь, — я сам схожу и посмотрю, как там господин Хьюлетт.
Если бы Хьюлетт не был Королём Демонов, а оказался просто тёзкой, то он уже превратился бы в призрака. Но если это действительно Король Демонов, Дуань Чжэнь ни за что не позволил бы Ли Си в таком состоянии идти к нему.
Это ведь всего лишь мир среднего уровня — неужели Король Демонов всерьёз станет притворяться здесь обычным персонажем игры?
— Нет, — холодно и резко отказал Ли Си. — Я должен убедиться в безопасности брата. К тому же, тот некромант всё ещё скрывается, мы должны его найти.
На прекрасном лице юноши мелькнул след леденящего убийственного намерения.
Рука Дуань Чжэня, поддерживающая его, слегка напряглась.
— С моим телом тоже что-то происходит. Похоже, меня тайно отравили, — продолжил Ли Си и бросил взгляд на Дуань Чжэня. — Ты ведь не обычная добыча? Теперь делай так, как я говорю: я не стану расследовать ваше проникновение в резиденцию герцога и позволю уйти живыми.
— Раз ты знаешь, что у нас свои цели, то зачем тогда прямо говоришь о своём недуге? — нахмурился Дуань Чжэнь. Даже потеряв память, Ли Си всё равно оставался немного наивным [1]. — Что с твоим телом? Что тебя беспокоит?
[1] 傻白甜 (shǎbáitián) — досл. «глупый, белый, сладкий»; описывает человека (почти всегда женщину или девушку), который сочетает в себе три ключевых качества: 傻 (shǎ) — наивность; 白 (bái) — чистота; 甜 (tián) — миловидность.
— Я доверяю своему суждению о людях, — ответил Ли Си и пристально посмотрел на него. — Я вижу, что ты человек прямой и честный. А если ошибаюсь… значит, в который раз оказался слепцом.
— В который раз? — вздрогнул Дуань Чжэнь.
Он хотел продолжить расспросы, но Ли Си нетерпеливо сказал:
— Что ещё хочешь спросить? Будем говорить по дороге.
Видя, что он настаивает на том, чтобы идти, Дуань Чжэнь поддержал его и повёл вперёд. Поскольку юноша был слаб, он почти полностью опирался на него, а его ноги были ватными при ходьбе.
— Прошу прощения за невежливость, — сказал Дуань Чжэнь. Видя, что Ли Си бледный и молчит, и зная, что ему сейчас нехорошо, он просто обнял его и, как и некоторое время назад, взял на руки, как принцессу.
Глаза Ли Си вдруг расширились. Казалось, лишь спустя долгое время он осознал, что его несут на руках, как принцессу. Его лицо, которое только что было бледным, моментально покраснело.
— Ты… как ты посмел…
— Так будет быстрее. Чем раньше доберёмся до господина Хьюлетта и уничтожим некроманта, тем лучше мы сможем защитить подданных в поместье, — спокойно сказал Дуань Чжэнь. Потом обернулся к Шань Цзо и тихо велел: — Найди остальных.
Перед нынешним Ли Си не стоило говорить много, поэтому Шань Цзо, сжимая прибор, опустил взгляд.
— Капитан, я пойду с тобой.
Он хотел кое-что проверить.
Раз Шань Цзо обычно подчинялся без возражений, а сейчас упёрся, значит, и правда что-то заметил.
— Хорошо. Будь осторожен, — Дуань Чжэнь кивнул.
Краснота на лице Ли Си ещё не сошла, но его тело уже самопроизвольно нашло удобное место в объятиях Дуань Чжэня. Он ничего не заметил и свирепо сказал:
— Когда дойдём до дверей старшего брата, сразу поставь меня на землю. Если кто-нибудь увидит, как ты так дерзко посягаешь на род Филот, тебе не поздоровится.
По тому, как привычно он устраивался у него на руках, Дуань Чжэнь сразу увидел в этом прежнего Ли Си.
— Хорошо, — на его лице невольно появилась мягкая улыбка.
В темноте царила полная тишина, слышался только их шум подъёма по лестнице и учащённое сердцебиение Ли Си.
Хотя семья очень любила его, его мать умерла рано, а отец был строгим. Даже когда он был при смерти — получил лишь сдержанное объятие. Ли Си уже и не помнил, когда в последний раз контактировал с людьми, и не знал, почему эти объятия казались ему такими успокаивающими.
Комната Хьюлетта находилась этажом выше, и со скоростью Дуань Чжэня они быстро добрались. Он поставил Ли Си у двери и поправил его одежду.
Ли Си плотно сжал губы и постучал.
Тук-тук-тук…
Глухой звук разнёсся в тишине.
Ответа не последовало, за дверью не слышалось ни малейшего движения.
Ли Си напряжённо свёл брови и, вместо того чтобы продолжать стучать, приказал Дуань Чжэню:
— Выбей дверь!
Дуань Чжэнь попробовал толкнуть дверь — та оказалась заперта изнутри. Он слегка надавил, и в следующую секунду дерево с жалобным скрипом мгновенно с треском распахнулось.
Явно будучи простым человеком, он, казалось, обладал большей силой, чем рыцарь. Ли Си удивлённо взглянул на него, но не стал расспрашивать, а сразу же направился в комнату.
— Осторожно, — Дуань Чжэнь поспешно поддержал его.
На самом деле, Ли Си снова ощущал свою магическую силу, и по крайней мере, ему больше не нужна была поддержка при ходьбе. Но, глядя на тревогу в глазах Дуань Чжэня, он проглотил свои слова и молча вошёл в комнату.
Эта спальня была очень просторной, но очень гнетущей: тяжёлые тёмно-красные шторы, тёмные простыни и одеяла. Всё, что попадало в поле зрения, было тёмных тонов. Если не включить свет, было не видно и пяти пальцев вытянутой руки.
Ли Си схватился за лоб.
— Что с тобой? — Дуань Чжэнь сразу же заметил неладное.
— Всё в порядке, пойди включи свет, — Ли Си глубоко вздохнул.
Он встряхнул головой, пытаясь прогнать странные видения, время от времени мелькавшие перед глазами.
Казалось, что даже свет светящегося жемчуга здесь поглощается темнотой. Ли Си хотел выйти, но в глазах потемнело, и он ухватился за дверной косяк — пальцы побелели от напряжения.
— Что с тобой? — Шань Цзо насторожился: прибор в его руках снова бешено завибрировал. Он осторожно подошёл ближе. — Может, нужно передохнуть?
— Не трогай меня! — выдавил Ли Си.
В голове мелькали различные образы. Он не мог отличить, что ложно, а что правда, и чувствовал лишь, что всё перед его глазами будто бы покрылось кровавым оттенком.
Даже Сэнафэль, что всегда сливался с ним идеально, вдруг забился в смятении. Бесчисленное количество магической силы хлынуло из него. Ли Си был вынужден потратить все свои силы на то, чтобы подавить эту беспорядочно мечущуюся магическую силу.
Он думал, что будет сложно, но на самом деле это было просто. Стоило ему попытаться направить магическую силу, — и силы, недавно бушевавшие [2], вдруг стали покорными, как маленькие котята, подчиняясь его воле.
[2] 张牙舞爪 (zhāngyáwǔzhǎo) — идиома, букв. «раскрывать клыки и размахивать когтями»; означает демонстрировать ярость, вести себя угрожающе, свирепствовать и т.п.
Этот образ изначально взят из описания свирепого зверя (например, тигра или дракона), который угрожает своей добыче.
Он быстро подавил взбунтовавшуюся магическую силу, но также почувствовал усталость.
— Пойдём обратно, — тихо сказал Ли Си.
Он больше не стал осматривать резиденцию герцога, а направился прямо в свои покои.
По дороге они столкнулись с Ся Цижуном и другими. Ли Си только мельком взглянул на них и не обратил особого внимания.
— Что-то с ним не так, — вполголоса сказал Шань Цзо Дуань Чжэню.
— Я знаю, — ответил тот. Он хотел было поддержать Ли Си, но юноша едва заметно отстранился.
Юноша, казалось, стал необычным с того самого момента. Всё его тело будто бы окутано слоем тусклой тени, а его чёрные глаза были невиданно холодны. Дуань Чжэнь подумал об информации, найденной сегодня в кабинете, и его выражение лица тоже стало серьёзным.
Условия этого мира, очевидно, имеют две стороны: день и ночь. Вначале Ли Си обладал только дневными воспоминаниями, но теперь, судя по всему, он вполне мог узнать причину, по которой все превращаются в призраков ночью.
Задача же стояла — прожить десять дней. Это слишком просто. Значит, впереди ещё кое-что.
— Ты остаёшься, остальные покидают резиденцию герцога, — приказал Ли Си и поманил Дуань Чжэня в свою комнату.
— Даже потеряв память, Ли Си особым образом относится к Дуань-гэ, — пробормотал Ся Цижун.
Но в комнате не было той двусмысленной атмосферы, которую он навоображал. Ли Си стоял и смотрел на Дуань Чжэня, и только спустя долгое время сказал:
— Вы ведь не отсюда. Для чего пришли?
http://bllate.org/book/15219/1413278
