На всё это Се Си очень хотел ответить: «Я не такой, я этого не делал, не выдумывай!»
Однако репутация суккубов была официально зафиксирована в учебниках. Если он сейчас скажет, что одежда на нём попросту растворяется, все обитатели Небес — а заодно и Мира Демонов — воспримут это как лучший анекдот года.
Глаза Цзян Се метались по комнате, не находя места, а кончики ушей полыхали, хотя он изо всех сил старался казаться невозмутимым.
— Можешь не надевать школьную форму, — проговорил он необычайно мягко, — надень что угодно другое.
— Что бы я ни надел, оно превращается в воздух, — искренне ответил Се Си.
— Здесь не Мир Демонов, — принялся уговаривать его Цзян Се, — если ты выйдешь в таком виде, начнётся хаос.
Бедный Се Си чувствовал себя лжецом, который решил встать на путь истинный, но столкнулся с тем, что в его правду никто не верит.
— Пожалуйста, оденься хоть во что-нибудь, ладно? — продолжал настаивать ангел.
Се Си нахмурился, чувствуя, как потихоньку закипает. Наконец Цзян Се нашел, куда направить взгляд: он не смел смотреть на обнажённое тело, поэтому уставился прямо в глаза Се Си. Увидев в них явное недовольство, он внутренне содрогнулся и, вспомнив содержание учебников, поспешно объяснил:
— Я прошу тебя одеться вовсе не потому, что ты кажешься мне некрасивым. Напротив, ты выглядишь... великолепно. Просто...
Се Си замер, внезапно уловив ход его мыслей. Согласно канонам этого мира, суккубы считали наготу высшим проявлением красоты. Упорное требование одеться для них звучало как оскорбительный намек: «Твоё тело уродливо». Для суккуба это было тягчайшим оскорблением — всё равно что сказать ангелу, будто у того вместо крыльев куриные обрубки.
Вообще-то Се Си и не думал на это обижаться, но Цзян Се, сгорая от неловкости, продолжал:
— Просто ты слишком красив, и я не хочу, чтобы тебя видел кто-то другой.
Сказав это, он сам застыл, а его сердце забилось так сильно, что звук, казалось, заполнил всю комнату. Се Си лишился дара речи:
«Учитель, это вы сейчас случайно озвучили свои сокровенные мысли?!»
Цзян Се среагировал мгновенно, пытаясь исправить ситуацию:
— Я имею в виду... мы, ангелы, привыкли оберегать прекрасные вещи. Твоё тело — само совершенство, и ты должен сам его беречь.
«Ты это сейчас трёхлетнему суккубу втираешь?» — мысленно закатил глаза Се Си, но на лице изобразил покорность:
— Вот оно что. Значит, так принято.
— Вот именно, — с облегчением выдохнул Цзян Се. — Так мы оденемся?
— Но ведь к ночи одежда всё равно растворится, я ничего не могу с этим поделать, — развел руками Се Си.
— ...
— Может, я просто завернусь в одеяло? — предложил Се Си. — Одеяло-то не исчезает.
Потрясающе красивый суккуб, который голышом разгуливает по кампусу, завернувшись в одеяло... После такого приветственный вечер превратился бы в массовое побоище из-за носовых кровотечений у студентов.
У Цзян Се кровь прилила к лицу, а мозг, казалось, превратился в пылающий ком:
— Нет. Ты должен быть в одежде.
— Она правда тает, — Се Си решил идти до конца. — Не веришь — попробуй сам меня одеть.
— !
Се Си было всё равно — чего они только не делали в других мирах? Цзян Се не раз и не два одевал его, проявляя при этом завидное упрямство. Но для этого «девственного» Близнеца всё было впервые.
В комнате стало прохладно, Се Си присел на кровать и накинул на плечи край одеяла. Погода была ещё летней, одеяло — тонким, и этот вид «полускрытой красоты» действовал на психику ангела ещё сильнее. Цзян Се был аскетичным представителем Небес, но это не значило, что он был бесчувственным бревном. Если он не устоит перед искушением, его тут же выселят из этой комнаты, а на его место подселят кого-то другого...
К счастью, Се Си не знал о тайных страхах соседа, иначе обязательно бы съязвил, что ревность — лучшее лекарство от похоти. Цзян Се, лишь бы не лишиться места в комнате, решился:
— Хорошо, я попробую.
— Будь так добр, — невозмутимо отозвался Се Си.
С этой позиции его роль суккуба была отыграна на все сто: будучи абсолютно нагим, он умудрялся доводить идеально одетого «святого» ангела до состояния полной потери самообладания. Пока Цзян Се, обливаясь потом, пытался натянуть на него первую вещь, та... действительно растворилась. Ткань просто исчезла, оставив белоснежную кожу прямо перед глазами ангела.
— Видишь? Я тебя не обманывал, — констатировал Се Си.
Цзян Се тяжело вздохнул и тихо произнес:
— Не бойся, я не причиню тебе вреда.
С этими словами он коснулся длинным пальцем межбровья Се Си. Тот замер, не понимая, что происходит. В следующую секунду он почувствовал, как в его тело вливается поток прохладной энергии, а силы покидают его. Цзян Се подхватил его и помог опереться на спинку кровати.
В глазах Се Си застыл немой вопрос. Цзян Се же быстро и уверенно надел на него форму. Се Си, словно тряпичная кукла, послушно позволял собой манипулировать — у него не было сил даже на то, чтобы заговорить. Самым удивительным было то, что в этот раз одежда осталась на месте. Она не исчезла!
Се Си был поражен. Цзян Се же смотрел на него с выражением лица:
«Видишь, в этот раз ничего не растаяло».
Спустя мгновение Се Си всё понял... Цзян Се заблокировал его «магическую силу», и пассивная способность суккуба перестала работать. Но что это значило для окружающих? Выходило, что одежда растворялась только тогда, когда Се Си сам «не хотел» её носить!
Он не хотел?! Да он только об этом и мечтал! Но Цзян Се уже выстроил в голове свою логику, основанную на «неопровержимых уликах». Увидев, что сосед недоволен, Цзян Се снова коснулся его лба и мягко сказал:
— Если тебе и правда так невыносимо ходить в одежде, то ладно.
Стоило ему снять блок, как магическая энергия Се Си восстановилась, и форма мгновенно испарилась. Се Си даже не успел возмутиться этим побочным эффектом своего тела — его больше поразило то, что Цзян Се разрешил ему разгуливать нагишом. Однако Близнец оставался верен своей натуре собственника:
— Можешь не идти на приветственный вечер. Ничего страшного.
Так вот оно что. Просто не пустит его к другим.
— Но ведь это важное мероприятие, разве нет? — спросил Се Си и тут же осекся.
В глазах Цзян Се отчетливо читалось: «Неужели в твоём Мире Демонов на такие вечера принято приходить голышом?» Се Си промолчал. Кто знает, что там творится в воображении этого «святоши»!
Самый порочный из мужчин в этой комнате продолжал играть роль добродетельного ангела:
— Если хочешь идти — нужно одеться. Если не хочешь одеваться — никуда не идём.
Это была задачка с подвохом: в обоих случаях Се Си выглядел извращенцем. Если пойдёт — значит, смирится с одеждой (которую он якобы «нарочно» плавит). Если останется — подтвердит репутацию нудиста.
Се Си не стал выбирать. Он просто забрался под одеяло и буркнул:
— Никуда не иду.
Он сделал вид, что обиделся. Цзян Се, пытаясь поставить себя на место соседа, решил, что он подавляет истинную природу суккуба, и принялся извиняться:
— Прости меня, не сердись. Я понимаю, что просить тебя одеться — это всё равно что просить нас, ангелов, раздеться догола. Для тебя это мучительно...
Услышав это, Се Си чуть не прыснул со смеху под одеялом. Цзян Се, где твоя совесть?! Теперь Се Си понял, почему другие Осколки души постоянно его дразнили — иногда его так и подмывало высказать всё, что он о нём думает.
А Цзян Се продолжал философствовать:
— То, что тебя прислали сюда по обмену, доказывает, что ты лучший среди нового поколения в Мире Демонов. Я вижу, какой ты прилежный и как внимательно слушал лекцию по истории Небес... — Он ведь заметил, как Се Си листал книги в магазине. — Ты один в чужом месте, и то, что ты не можешь сразу привыкнуть к нашим порядкам — это нормально. Давай будем продвигаться постепенно? Раз уж ты здесь, придётся научиться носить одежду.
Се Си хранил гордое молчание.
— Пока ты в комнате, — пообещал Цзян Се с поистине ангельским терпением, — ты можешь не одеваться. Я не стану тебя заставлять и слова не скажу.
Се Си почувствовал, что если он прямо сейчас не вернётся в Центральный мир, то устроит здесь сцену домашнего насилия. Но Цзян Се на этом не остановился и выдал в порыве благородства:
— Я тоже не пойду на вечер. Останусь здесь с тобой, чтобы тебе не было одиноко.
Какой добрый, какой святой ангел! Так печётся о бедном суккубе, который «терпеть не может одежду». В итоге они оба остались в общежитии. К ним заглянул дежурный преподаватель, и, выслушав объяснения Цзян Се, лишь похвалил его:
— Ты всё правильно сделал. Появление суккуба без одежды вызвало бы слишком сильный шок у студентов и привело бы к беспорядкам. Но и притеснять гостя мы не имеем права, нужно уважать его выбор. Господин Цзян Се, возьмите на себя труд позаботиться о своём соседе.
— Для меня это не составит труда, — скромно ответил Цзян Се.
Се Си в этот момент готов был закатить глаза до самого затылка. Конечно, не составит! Сам же этот безумный мир и спроектировал!
Так официально началась их совместная жизнь в университете. Цзян Се окружил соседа невероятной заботой: сам приносил еду трижды в день, боясь, что голодный Се Си сорвётся и пойдёт соблазнять прохожих. По вечерам он плотно закрывал дверь и окна, создавая для него «свободное от одежды пространство».
За эти несколько недель Се Си успел глубже изучить устройство этого мира. Оказалось, что обмен студентами — давняя традиция, призванная укрепить мир между Небесами и Миром Демонов. Обычно обмен происходил по очереди: пока Се Си был здесь, в Мире Демонов никого из ангелов не было — их посланник отправится туда только через год. Се Си поначалу сочувствовал этому воображаемому бедняге, ведь если ему самому приходилось учиться одеваться, то ангелу в Мире Демонов наверняка пришлось бы учиться раздеваться.
— В следующем году ты отправишься со мной в Мир Демонов? — спросил Се Си однажды.
Цзян Се на мгновение задумался.
— Это зависит от того, пройду ли я аттестацию.
— Какую ещё аттестацию? — у Се Си загорелись глаза.
Они прожили бок о бок уже больше месяца, и Цзян Се, заметив его интерес, спросил:
— Ты хочешь, чтобы я поехал с тобой?
— Конечно. К тому же ты так заботился обо мне здесь, что в Мире Демонов я отвечу тебе тем же, — пообещал Се Си.
Губы Цзян Се дрогнули в довольной улыбке.
— И всё-таки, что это за экзамен?
Цзян Се посмотрел на него и глухо произнес:
— К концу года ты станешь совершеннолетним. Чтобы получить право поехать в Мир Демонов, я должен выстоять перед искушением взрослого суккуба.
Се Си перевел это на человеческий язык:
— То есть в конце года я должен буду тебя соблазнять, а ты — продержаться?
Цзян Се с самым честным видом подтвердил:
— Именно так.
— ...
— Я приложу все силы, чтобы сдать этот экзамен, — торжественно пообещал ангел.
— Постараюсь быть... снисходительным, — пробормотал Се Си.
— У тебя не получится, — покачал головой Цзян Се. — Взрослый суккуб сводит людей с ума, даже если просто стоит рядом.
Се Си не нашел слов. Боги, ну и сценарии у этого Дизайнера! Но Цзян Се наконец-то показал свой «лисьий хвост»:
— Но мы могли бы понемногу практиковаться в частном порядке.
— М-м?
— В свободное время старайся искушать меня как можно сильнее, — вкрадчиво предложил он. — Возможно, так моя сопротивляемость со временем окрепнет.
http://bllate.org/book/15216/1560444
