Шэн Ян только что на перемене, из-за внезапно случившегося поцелуя с Ши Янем, совсем забыл прояснить, что молодой человек его не толкал, и успел лишь мельком сказать об этом Су Лиэр, но остальные в классе ещё не знали.
Первоначально он собирался на перемене найти возможность рассказать правду о том, что Ши Янь его не толкал, самому болтливому ученику в классе и через него распространить эту новость, но теперь, услышав слова учительницы английского, он передумал.
Обычно все любили слушать скандальные новости, а не скучную правду, поэтому он решил, что даже если он пустит слух, всё равно многие продолжат думать, будто Ши Янь его толкнул. Это навредило бы репутации этого бога учебы, и, возможно, даже если бы он сам не пожаловался учителям, судьба первоначального владельца всё равно не изменилась бы. Ши Янь всё равно бы разозлился и начал ему мстить.
Говорят, лучше иметь друга, чем врага, а раз это тело временно принадлежало ему, то лучше прямо при Ши Яне объяснить всё до конца.
Шэн Ян поднял руку:
— Учительница, отпечаток на лице мне оставила девушка из другого класса.
Чэнь Юйфэнь перевела внимание на него:
— Из другого класса?
Шэн Ян встал и произнес:
— Дело было так: утром я упал с лестницы, но я тогда ударился головой и кое-что перепутал. Ши Янь пытался меня удержать, а я подумал, что он толкает меня. Вот так пошли слухи, что он столкнул меня с лестницы. Моя подруга Су Лиэр, чтобы заступиться за меня, чуть не дала ему пощечину, но я успел её остановить, иначе бы я был слишком виноват перед Ши Янем.
Впервые играя такую сцену, Шэн Ян выглядел несколько неестественно. Он незаметно ущипнул себя за бедро, чтобы казаться более раскаявшимся и сожалеющим.
Закончив говорить, он повернулся к Ши Яню:
— Ши Янь, мне очень жаль, что я позволил людям ошибочно обвинять тебя.
Шэн Ян ущипнул себя так сильно, что его глаза затуманились легкой влагой, отчего красная родинка-слезинка под правым глазом стала ещё более яркой и притягательной. С таким жалобным видом, глядя на одноклассника, он действительно вызывал сострадание.
Казалось, даже злиться на него — уже преступлением. Красивый человек всегда прав!
По крайней мере, так думали другие. Ши Янь же смотрел на него холодно, не отвечая и не реагируя, словно непроницаемый монах.
Выслушав объяснение, Чэнь Юйфэнь наконец поняла:
— То есть по лицу тебя ударила твоя подруга?
Шэн Ян, не получив ответа от Ши Яня, с некоторым сожалением повернулся обратно:
— Да, учительница, всё это недоразумение. Это полностью моя вина, что люди обвинили Ши Яня. Он хотел сделать добро, а из-за меня это обернулось злом.
— Вот как... Ничего страшного, вы же одноклассники. Просто извинись перед Ши Янем, как-нибудь пригласив его выпить молочного чая.
Честно говоря, слова учительницы звучали несколько предвзято по отношению к Шэн Яну, но в человеческих отношениях всегда были свои предпочтения. К тому же Ши Янь, будучи слишком холодным, не поддерживал близкого общения ни с одним из учителей, поэтому никто из них не испытывал к нему особой привязанности или симпатии.
Урок английского прошел своим чередом. Шэн Ян изо всех сил старался слушать, но одновременно отвлекался на мысли: учительница была права, ему стоило угостить Ши Яня чем-нибудь.
Этот молодой человек казался настолько холодным, что по его лицу невозможно было понять, простил тот обиду или нет. Он должен был окончательно избавить Ши Яня от неприязни к себе.
Иначе, учитывая происхождение семьи Ши, столетнего аристократического рода, будущий глава семьи Ши Янь мог раздавить его как муравья.
* * *
Новость о том, как Шэн Ян извинился перед Ши Янем в классе, быстро появилась на школьном форуме, и слух о том, что Ши Янь столкнул Шэн Яна с лестницы, моментально развеялся.
Но как только один слух развеялся, на его месте возник новый, куда более громкий.
Сцена, где Шэн Ян поцеловал Ши Яня, оказалась настолько шокирующей, что её никто не сфотографировал, и новость передавалась из уст в уста.
Один рассказал десяти, десять — сотне, и в конце концов на школьном форуме появился пост с заголовком: [Шэн Ян и Ши Янь публично поцеловались, c языком!], и под ним выросла огромная ветка комментариев.
Первые посты представляли собой сплошные ругательства.
Только на 323-м сообщении появился более развернутый комментарий.
[323L: Да ну, не верю! Как может такой холодный бог учебы целоваться с кем-то? Если уж целоваться, то только со мной!]
[324L: Мечты разбиты, сердце устало, любви больше нет.]
[325L: Автор поста распространяет ложь. Я записал экран, сейчас отправлю богу учебы.]
[326L: Кто же этот гений, что придумал такое? Я из третьего класса, между прочим. Шэн Ян просто коснулся губами щеки бога учебы, а не губ. Никакого поцелуя с языком не было.]
[327L: Боже, красавчик Шэн наконец стащил с пьедестала эту неприступную вершину? Как захватывающе! Я всегда говорила, что такой крутой красавчик, как бог учебы, должен быть в паре с зеленым чаем уровня Шэн Яна.]
[328L: Ты, наверное, перечитала BL-книг. Вечно фантазируешь о двух мужчинах вместе, тебе не противно?]
[329L: Тебе-то какое дело? О чем хочу, о том и фантазирую, не тебе меня учить!]
[330L: 327L, ты что, принимаешь реальность за роман? Такой зеленый чай, как Шэн Ян, разве достоин первого красавчика школы?]
[331L: Извини, 330L, но красавчик Шэн достаточно красив, чтобы быть достойным. Или ты думаешь, что достойна ты?]
[332L: Зеленый чай против ледяного босса, звучит так захватывающе! Кто-нибудь пишет такие истории? Или есть авторы, которые пишут подобное? Хочу почитать, посоветуйте.]
В итоге ветка комментариев превратилась в раздел рекомендаций BL-романов.
Однако история о поцелуе с языком между Ши Янем и Шэн Яном уже укоренилась в сознании некоторых людей, и сколько бы доброжелатели ни пытались объяснить правду, они предпочитали не слушать.
Пэй Си, закончив играть, вышел из интернет-кафе и, направляясь обратно в школу, достал телефон, чтобы посмотреть форум. Увидев пост о поцелуе Ши Яня и Шэн Яна, он фыркнул и рассмеялся.
— Ого, какой талантливый человек придумал такую историю? Посметь поцеловать этого молодого господина? Ему что, жить надоело?
Пэй Си, с дьявольской усмешкой, присвистнул. Он ни капли не поверил в это и, посмеиваясь, переслал пост Ши Яню как шутку.
Ответа он не получил, но не расстроился: этот господин, наверное, от скуки решал задачи.
Закрыв телефон и сунув его в карман, Пэй Си небрежно направился к тому месту, где можно было перелезть через стену.
Как только прозвенел звонок, Шэн Ян вылетел из класса.
Хань Цзян, стоявший в коридоре, несколько раз окликнул его, но ответа не дождался и лишь хмыкнул:
— Что-то сегодня Шэн Ян странный.
Шэн Ян спустился вниз, нашел Су Лиэр и повел её в сторону кафе у столовой.
— Янъян, ты правда собираешься покупать молочный чай для Ши Яня?
— Мм, — кивнул Шэн Ян. — Как-никак я неправильно его понял. Надо хоть что-то купить в знак примирения. И тебе, Лиэр, тоже куплю. Спасибо, что заступилась за меня.
— Какие могут быть «спасибо» между нами? — Су Лиэр посмотрела на всё ещё заметный след от пощечины на его лице, чувствуя вину и жалость. — Лучше я куплю тебе. В конце концов, это я погорячилась и наделала глупостей.
Раз Янъян сказал, что Ши Янь не толкал его и что это было недоразумение, значит, именно она, обругавшая Ши Яня, должна извиняться даже больше, чем Шэн Ян.
— Лиэр, пожалуйста, не спорь со мной, иначе я умру от стыда, — ответил Шэн Ян. Ведь этот инцидент создал сам первоначальный владелец, и если бы он не извинился лично, дело на этом не закрылось бы.
— Чего ты должен стыдиться? Ты же с самого начала говорил мне, что Ши Янь тут ни при чем. Я сама решила, что ты говоришь обратное.
Шэн Ян: «...»
Первоначальный владелец действительно оказался мастером, он крутил главной героиней как хотел.
Однако, возможно, так было задумано автором. Главная героиня была воплощением добра, света и справедливости, и иногда из-за этого она выглядела немного глуповатой и наивной.
По дороге в кафе они спорили о том, кто должен купить напитки, и в итоге победил Шэн Ян.
Семья первоначального владельца имела небольшой достаток, и отец давал ему немало карманных денег, поэтому Шэн Ян указал на самый дорогой фруктовый чай в меню и заказал две порции.
На обратном пути они встретили Пэй Си, который возвращался после прогула.
Тот снимал с себя куртку и отдавал какой-то девушке. Та приняла её, быстро обернула вокруг талии, прикрыв зад, и с покрасневшим лицом что-то сказала в ответ. Пэй Си небрежно взъерошил ей волосы, шевельнул губами, развернулся и, махнув рукой, с видом победителя удалился.
Су Лиэр посмотрела на куртку, прикрывавшую бедра девушки, и задумчиво произнесла:
— Я вдруг подумала, что Пэй Си, хоть и ветреный, но всё же неплохой человек.
В книге повествование велось от лица Су Лиэр, и текст представлял собой короткий роман на сто пятьдесят тысяч иероглифов, где основное внимание уделялось внутренним переживаниям героини, её погоне за Ши Янем и страданиям второстепенного мужского персонажа. Поэтому о Пэй Си упоминалось лишь как о ветреном человеке, без подробностей. Даже Шэн Ян, зная сюжет, не разбирался в этом персонаже, но судя по увиденной сцене, парень действительно казался неплохим.
Он кивнул:
— Похоже, да.
Шэн Ян не придал этой короткой беседе особого значения, решив, что Су Лиэр просто обмолвилась.
На покупку фруктового чая ушло много времени, и когда Шэн Ян вернулся в класс, как раз прозвенел звонок на урок. У него не оказалось возможности отдать чай Ши Яню. К тому же Пэй Си уже вернулся и показывал что-то ему на телефоне. Листая экран, он заставил лицо Ши Яня становиться всё мрачнее и мрачнее.
Ши Янь невольно поднял взгляд, увидел Шэн Яна и снова пронзил его ледяным взглядом.
Шэн Ян чувствовал себя невиновным до невозможности: «Чего ты на меня смотришь? Я же просто оказался крайним, мне это тоже не нравится!»
«Посмотри ещё! Посмотри, и я сейчас просто развернусь и уйду!»
Он уже не очень хотел угощать Ши Яня молочным чаем. Вернувшись на своё место, он тяжело поставил стакан с напитком на парту.
Хань Цзян увидел это, усмехнулся и самодовольно произнес:
— О, Шэн Ян, ты купил мне чай.
Шэн Ян раздраженно оттолкнул руку, потянувшуюся к стакану:
— Кто сказал, что это тебе?
— Ой, Шэн Ян, ты отрастил крылья? Смеешь меня бить?
Хань Цзян, получив удар по руке, замер. Хотя Шэн Ян сидел с хулиганами, он всегда отличался замкнутым и тихим нравом, и если кто-то говорил ему грубое слово, он краснел и был готов расплакаться. Такой поступок, как оттолкнуть чужую руку, он бы никогда не совершил.
Чжоу Тань, сидевший впереди, тоже с любопытством обернулся и посмотрел на Шэн Яна.
Шэн Ян замер. Он впервые переместился в книгу и не знал, что случится, если его разоблачат. Возможно ли, что отправят в подземную лабораторию на вскрытие? Его мозг лихорадочно искал оправдание, но тут Хань Цзян вдруг улыбнулся своей дурацкой улыбкой:
— А знаешь, когда ты злишься, ты выглядишь красиво.
Чжоу Тань с серьезным видом закивал:
— Да-да-да, Шэн Ян, когда ты злишься, то гораздо симпатичнее, чем когда плачешь.
Шэн Ян: «...»
Неужели эти двое оказались мазохистами?
Глядя на не слишком умные лица Хань Цзяна и Чжоу Таня, он расслабился, и его истинная натура взяла верх. Он самодовольно откинул волосы:
— Что за шутка? Моё лицо вылеплено по законам золотого сечения! Как оно может не быть красивым?
У первоначального владельца тоже были длинные волосы, но если Шэн Ян носил их длинными ради стиля и крутизны, то первоначальный владелец — ради того, чтобы лучше притворяться зеленым чаем.
Шэн Ян взял прядь волос, доходившую до плеч:
— У вас есть резинка для волос? Я хочу собрать волосы.
— Разве у нас могут быть такие женские штучки. — Хань Цзян с отвращением скривился, как настоящий мачо*. — Если тебе нужна резинка, попроси у девчонок.
П.п.: «Мачо» на китайском сленге — это стереотипный образ гипермаскулинного мужчины, который подчеркнуто груб; презирает всё «неженское» (в его понимании); считает, что настоящий мужчина не должен интересоваться косметикой, украшениями, длинными волосами и т.п.; часто ведет себя развязно и самоуверенно.
Шэн Ян задумался над этой идеей, но потом отказался от неё.
На самом деле первоначальный владелец не пользовался популярностью в классе. В других классах с ним общались мало, поэтому не многие замечали его лицемерие, но одноклассники, видя его каждый день, сталкивались с его истинной сущностью. Некоторые проницательные девушки распознали его «чайную» сторону и не стремились с ним общаться. Например, староста Сюй Тинтин, с которой первоначальный владелец поссорился сильнее всего.
— Ладно, сам куплю себе резинку, когда будет время.
Пэй Си внимательно наблюдал за тем, как Шэн Ян общается с Хань Цзяном и Чжоу Танем, и чем дольше он смотрел, тем больше хмурился. Он толкнул Ши Яня, читавшего классику, и тихо спросил:
— Эй, тебе не кажется, что сегодня Шэн Ян стал каким-то другим?
Ши Янь даже бровью не повел:
— Какое мне до этого дело?
— Тьфу, какой ты бесчувственный! — Пэй Си взглянул в окно и, убедившись, что классный руководитель ещё не пришел, понизил голос: — Но... он сегодня так тебя оклеветал, и ты никак не отреагировал? Ты не собираешься обнародовать то, что у тебя на телефоне?
Ши Янь наконец поднял глаза, черные, как сама ночь:
— Он уже всё прояснил. Выкладывать это не имеет смысла.
— Э-э... Тоже верно, — согласился Пэй Си.
Только что он показывал ему тот самый пост про поцелуй, но он также видел и пост о том, как Шэн Ян извинился перед Ши Янем перед всем классом.
— А как насчет того, что он тебя поцеловал? Ты просто так это оставишь? Я помню, что молодой господин не отличался такой уж большой снисходительностью.
Пэй Си насмешливо посмотрел на друга. Он не ожидал, что Шэн Ян и Ши Янь действительно поцеловались!
Ши Янь выглядел красиво, был высокомерен и холоден и всегда вызывал у людей желание покорить его. Раньше находились люди из криминальных кругов, пытавшиеся приставать к нему, но молодой человек, занимавшийся дзюдо с детства, жестоко ставил всех их на место. В итоге не только сами хулиганы, но и их семьи потом сильно страдали.
Это касалось тех, кто не успел добиться своего. А тут Шэн Ян всё же преуспел. Пусть поцелуй и пришелся на щеку, но Пэй Си считал, что Ши Янь так просто не оставит этого.
Однако Ши Янь опустил взгляд и равнодушно произнес:
— А что ещё можно сделать? Поцеловать его в ответ?
Пэй Си: «???»
«Твою ж, этот молодой господин просто решил всё оставить как есть? Правда оставил? Сегодня солнце взошло на западе, что ли?»
* * *
Урок математики всегда был усыпляющим, даже в их классе, который являлся экспериментальным*. К тому же прошло всего три дня после начала занятий, и никто ещё не отошел от летних каникул, поэтому на уроке никто не проявлял особого рвения.
П.п.: Экспериментальный класс — класс с углубленной программой, куда набирают лучших учеников по результатам вступительных экзаменов.
Цзян Гоань закончил урок и с недовольством посмотрел на учеников, которые делали вид, что читают, подперев головы, а на самом деле украдкой спали:
— Уже третий день занятий, а вы всё в том же состоянии. Поймите, вы теперь на втором году, вы уже не первокурсники. Если так будет продолжаться, посмотрим, как вы сдадите выпускные экзамены! Не думайте, что раз вы в экспериментальном классе, то уже такие великие. Запомните: если сами не будете стараться, всё пойдет прахом. Посмотрите на некоторые результаты в конце прошлого семестра, они просто ужасны. Если честно, некоторые из вас уступают ученикам из обычных классов!
Шэн Ян отнес эти слова на свой счет и решил, что классный руководитель говорит о нем. Когда первоначальный владелец только поступил, он показывал неплохие результаты, своими силами попав в экспериментальный класс. Но потом его мысли пошли по неверному пути, он постоянно строил козни и интриги, так что его успеваемость с каждым разом падала всё сильнее.
В конце прошлого семестра первоначальный владелец рекордно опустился на сто с лишним мест в рейтинге, и его оценки стали даже хуже, чем у него самого. Шэн Ян же, хоть постоянно дрался и прогуливал, всегда оставался в верхней части среднего рейтинга, особенно по естественным наукам. Даже когда он отвечал наугад, результат никогда не опускался ниже 270. Если бы не это, заведующий учебной частью давно бы его отчислил. Учителя видели, что без учебы он показывает такие высокие результаты, а если бы он взялся за ум, то мог бы поступить в любой университет из первой десятки страны.
Шэн Ян, помня, что нельзя разрушать образ персонажа, притворно пристыженно опустил голову, но на самом деле пропускал слова учителя мимо ушей. Он уже давно привык к таким нравоучениям.
Единственное, чему он завидовал, это Хань Цзян, который уже лежал на парте и пускал слюни во сне. Нога юноши под партой была закинута на стул, один шлепок упал, и он бессознательно чесал пальцами ног подошву.
Шэн Ян: «...»
— Это я о тебе говорю! — В его сторону прилетел кусочек мела.
Шэн Ян вздрогнул, думая, что целили в него, но мелок попал в лоб Хань Цзяну. Тот проснулся от боли, и Цзян Гоань с раздражением посмотрел на него:
— Хань Цзян, вспомни, ты ведь так неплохо сдал вступительные экзамены! Посмотри, где ты сейчас! В прошлом семестре ты стал предпоследним в параллели. Почему бы тебе не стать последним и не довести меня до инфаркта?
Хань Цзян, ещё не придя в себя после сна, почмокал губами и ответил:
— Я же не хотел. Кто знал, что из случайных ответов только два окажутся правильными?
Цзян Гоань почти задохнулся от злости, ткнул пальцем в Хань Цзяна, два раза открыл рот, но так и не нашел слов. Наконец, решив не тратить силы, он фыркнул:
— Мне всё равно. Хочешь — учись, не хочешь — не надо! Урок окончен!
Цзян Гоань с силой захлопнул учебник и, видимо, ещё не остыв от разговора с Хань Цзяном, перевел взгляд на Шэн Яна, сказав:
— Шэн Ян, зайди в кабинет за контрольной. Твоё домашнее задание на сегодня — одна контрольная работа.
Шэн Ян последовал за классным руководителем и вышел из класса. Хань Цзян, прищурившись от головной боли, проводил его взглядом, увидел стакан с чаем на столе и, не задумываясь, взял его, воткнул трубочку и сделал глоток.
Когда напиток почти закончился, до него наконец дошло, и он широко распахнул глаза.
Чжоу Тань прикрыл рот рукой и тихо засмеялся:
— Поделом тебе спать! Вот и промахнулся!
— Твою мать, а ты не мог меня предупредить?! — Видя, что Чжоу Тань наслаждается зрелищем, Хань Цзян пнул его стул под столом, а затем с сомнением потряс почти пустым стаканчиком. — Что теперь делать? Я успею купить ему новый?
— Не переживай, я знаю, что делать, — таинственно подмигнул ему Чжоу Тань и поманил пальцем.
Шэн Ян вернулся из кабинета и, забрав контрольные, сразу передал их старосте по математике. Он и так согласился их принести, раздавать не собирался, ему было лень. К тому же ему ещё предстояло отдать чай Ши Яню.
Он обвел взглядом класс и не увидел молодого человека.
Взглянув в окно справа, он заметил Ши Яня, стоящего на балконе, где тот наслаждался ветерком.
«Он один? Хороший момент.»
Шэн Ян быстро вернулся на своё место за стаканом чая.
Он собрался с духом и подошел к Ши Яню. Столкнувшись с его холодным, как маска, лицом, он на мгновение потерял дар речи. Он никогда не встречал человека, который казался бы настолько ледяным, будто все вокруг должны ему сотни миллиардов.
Ши Янь увидел, что парень стоит перед ним и молчит, и опустил холодный взгляд, бросив взгляд на стакан в его руке. Он знал ответ, но всё равно спросил:
— Что тебе нужно?
Шэн Ян глубоко вздохнул и мысленно сказал себе: «Всё ради лучшего будущего. После этого извинения я больше никогда не буду иметь с ним дела. Один раз, надо потерпеть, держаться, улыбаться, быть дружелюбным и любезным!»
С этими мыслями он выдал самую дружелюбную улыбку, какую только мог изобразить, и с некоторой грубоватостью всунул стакан с чаем в руку Ши Яня:
— Сегодня я тебя неправильно понял и навлек на тебя подозрения учителей и одноклассников. Приношу свои извинения, пожалуйста, прими этот чай.
Он впервые так официально извинялся и чувствовал себя неуютно, поэтому его истинная натура снова взяла верх: он засунул одну руку в карман и с наглым видом отвернулся в сторону.
Весь его вид говорил: «Я извинился, так что благодари меня».
Он напоминал гордого кота, который был вынужден немного приласкаться, чтобы получить угощение от своего хозяина.
Шэн Ян считал, что повел себя безупречно, но через несколько секунд в его уши ворвался низкий, холодный и невозмутимый голос:
— Теперь принято извиняться пустыми стаканчиками с камнями?
— Что? — Шэн Ян в недоумении повернул голову.
Пальцы с четкими суставами медленно и неторопливо извлекли стаканчик из пакетика. Ши Янь бросил беглый взгляд на руку парня, засунутую в карман, и покачал пустым стаканом перед его глазами.
Внутри, помимо комка грязи, ничего не было.
Шэн Ян: «???»
«Черт возьми! Какая же скотина это сделала!»
Автору есть что сказать:
Собака заставила Хань Цзяна и Чжоу Тана задрожать.
Ши Янь: Очень хорошо, малыш, ты успешно привлек моё внимание.
http://bllate.org/book/15159/1719201
