Готовый перевод We're going to ruin love / Мы разрушим любовь 💙 [Завершено]: Том 1. Глава 4. Подпольная встреча. Часть 4

— Просто садись. Уж раз добрался сюда, отступать некуда.

Ури, выпрямив спину, сел рядом с мужчиной. Сидевшая напротив Миджи тоже, похоже, сильно нервничала — она ссутулилась, ведя разговор с женщиной.

— Вы в таких отношениях?

— Простите?

— Нет, я о причине прихода сюда. Не из-за того ли, что у вас что-то с той девчонкой?

На вопрос мужчины Ури на мгновение задумался. Он не знал, как ответить. Когда Ури не открыл рот, мужчина, видимо, раздражённый, сменил тему.

— Я Алан. А ты?

— Гён.

— Ладно. Ты ведь знаешь, чем здесь занимаются?

— …Мне сказали, что здесь делятся любовью…

— Да. Значит, пришёл подготовленным. Для начала выпей.

Алан налил полный стакан напитка, стоявший перед Ури. Из-за нервного напряжения у него пересохло в горле, и он, не колеблясь, сделал глоток. Однако, едва проглотив, он закашлялся, подавившись невыносимой горечью, будто горло загорелось.

— Что… что это?

— Алкоголь.

— Алкоголь?

— Ага. Это поможет в любви.

Увидев, что Ури не может скрыть сомнительное выражение лица, Алан, мотая головой, снова наполнил свой пустой стакан.

— Поможет, это точно. Только осторожнее, можно подсесть, как на сигареты.

— Можно подсесть на эту гадость?

— Со временем начнёт нравиться на вкус. Пей медленно. Это не вода, чтобы пить залпом.

— Я и не собирался.

Алан усмехнулся и снова взял в рот сигарету. Затем он показал взглядом, будто предлагая и Ури. Тот отказался, сказав «не надо», и беспокойно повертел свой стакан. Вопреки ожиданиям, Алан ничего не говорил, лишь пристально смотрел на него.

В конце концов, Ури, помедлив, заговорил первым:

— А у вас… был опыт любви?

— Конечно. Естественно. И не один раз.

— Несколько раз?

— Ага.

Услышав, что у него большой опыт в любви, Ури почувствовал облегчение. Ведь хотелось спросить у того, кто хорошо разбирается.

— Но как можно любить? Разве вы не получали Бланк?

— Неужели ты спрашиваешь, Отступник ли я? Не может быть. Я тоже получал Бланк, как и ты. Но всё равно смог полюбить.

— Как?

На вопрос Ури Алан лишь пожал плечами, показывая, что не может ответить.

— Эм… тогда у меня есть вопрос.

— Да.

— Что сначала: любовь или поцелуй?

Услышав вопрос Ури, удивлённый Алан резко повернул голову и выдохнул сигаретный дым. Он потушил в пепельнице недокуренную сигарету и сказал:

— Откуда ты знаешь о таком?

— Ну… раз я здесь, на то есть причина.

— До чего ты уже дошёл?

— Ну, не знаю.

Уклонившись от ответа на вопрос Алана, Ури увидел, как тот, напротив, довольно усмехнулся и спросил:

— Что сначала: любовь или поцелуй… Что именно тебя интересует?

— Интересно, хочется целоваться, потому что любишь… или хочется любить, потому что целуешься.

— Вау, ебать, какой глубокий вопрос. Давай сначала выпьем.

Алан поднял свой стакан, и Ури последовал его примеру. Затем он легко чокнулся с его стаканом и выпил залпом. Ури тоже последовал за ним. Горечь была меньше, чем в прошлый раз, но желудок всё равно скрутило.

— Такой вопрос означает, что у тебя уже был тот, с кем сталкивались губы, ещё до любви, верно?

— …Да.

— Та девчонка?

Алан, двинув подбородком, указал на Миджи. Немного помедлив, Ури покачал головой.

— Тогда кто?

— Вы его не знаете.

На слова Ури он фыркнул, словно это было смешно, но, ничего не добавив, ответил:

— Хм… Ну, у меня тоже бывало, что влюблялся, целуясь. Но тут важно, что от одного поцелуя не обязательно хочется любить.

— Бывает, что целуешься, но не хочешь любить?

— А, конечно. Это совершенно разные вещи.

— Тогда что значит «хотеть любить»?

— Ты же сам только что сказал: чувство, когда хочется целовать, обнимать и всё такое.

— Но вы только что сказали, что поцелуй и любовь — совершенно разные понятия.

— Порядок другой. Слушай, когда любишь, естественно хочется быть ближе, прикасаться. Но от прикосновений необязательно влюбляешься.

— Значит, если возникает мысль поцеловать этого человека, это и есть любовь?

— Ну, если спрашивать о таком… Наверное, надо ответить «да», но… вроде как и нет.

— Что такое, а вы говорили, что много раз любили.

Слова Ури, казалось, задели самолюбие Алана, и он резко сморщил лоб. Но он быстро расслабил лицо, налил алкоголя в его стакан и пробормотал:

— Постоянно думаешь только о той девушке, хочешь только её видеть, желаешь, чтобы она не встречалась с другими мужчинами, кроме тебя, хочешь исполнять все её дурацкие просьбы… Что-то такое. Когда появляется желание добровольно стать размазнёй, тогда понимаешь: «А, я её люблю».

Его ответ смутил Ури, и он залпом выпил алкоголь. Во рту стало горько.

Потому что подходило абсолютно всё, что сказал Алан. Ури целыми днями думал о Джине, хотел его видеть, хотел, чтобы он не встречался с другими, хотел исполнять все его нелепые просьбы. Перед ним он постоянно становился дураком.

Но это мало отличалось от того, что объяснил сам Джин. Поскольку он уже знал этот факт, не слишком удивился. Просто немного горьковато было получить окончательное подтверждение.

Важное было в другом. Причина, по которой он, рискуя, пришёл сюда.

— …Но могу ли я испытывать такие чувства к мужчине, а не к женщине?

На мгновение лицо Алана застыло. Он вздрогнул от неожиданности и поспешно отодвинулся от него. Ури лишь моргнул от его непредвиденной реакции.

— Вау… Да ты ещё больший сорванец, чем кажешься.

На его вопрос Ури покосился на Миджи. Тем временем та, кажется, подружилась с женщиной, беззаботно смеялась и пила.

— А та девчонка?

— Я же сказал. Подруга.

— Правда просто подруга?

— Да.

— И она так же думает?

— Наверное?

— Необычный, однако, к нам пришёл. Подожди, для этого есть отдельный специалист.

Пока Алан ненадолго отлучился, Ури тяжело вздохнул и выпил ещё. Горло всё время пересыхало, а сознание становилось мутным. Слышался голос Миджи, сидевшей напротив.

— Мне тоже показалось, что что-то не так.

Та, похоже, тоже расслабилась и говорила слегка заплетающимся языком. Из-за расстояния и голосов окружающих разговор плохо различался, но то, что атмосфера между ними хорошая, было фактом. Кроме того, что сидевшая рядом с Миджи женщина несколько раз косо посмотрела на Ури, ничего особо не беспокоило. И Миджи при зрительном контакте каждый раз кивала, показывая, что всё в порядке.

Спустя некоторое время Алан вернулся с каким-то мужчиной. У того были светлые волосы и ярко выраженные двойные веки. Он выглядел как богатый мажор, совершенно не вписывающийся в это мрачное место. Мужчина с небрежной улыбкой сел рядом с Ури.

— Как вас зовут?

На вопрос мужчины Ури чуть не назвал своё настоящее имя.

— Гён.

— Возраст?

— Двадцать шесть.

— Меня зовут Пол. Мне двадцать семь. Слышал от него, интересуетесь мужчинами?

Манера речи Пола была изысканной и манерной, как и исходившая от него атмосфера. Полная противоположность важничавшему Алану.

— Не то чтобы интересовался мужчинами…

Просто интересовал Джин. Ури замолчал, не в силах ответить.

— Это весьма необычное дело.

— Полагаю, да. Ведь любовь — это дело мужчины и женщины.

— Нет, нет. Кто это сказал? Любовь — это то, что происходит между мужчиной и женщиной.

— Владыка Эруа…

— М-м, нет. Когда наша великая Эруа точно говорила, что любить могут только мужчина и женщина?

На вопрос Пола Ури потерял дар речи. Но все всегда считали, что любовь — это между мужчиной и женщиной.

— Просто нельзя родить ребёнка, вот и всё.

— Но ребёнок становится доказательством любви…

— Вы правда так думаете? Если от двух людей не рождается ребёнок, значит, они не любят друг друга?

На вопрос Пола Ури почему-то не смог ответить «да».

— Как далеко вы зашли?

— Целовались… я.

Он не посмел сказать, что они занимались взаимной мастурбацией. Уголки губ Пола слегка приподнялись в ответ.

— Как вы, ничего не зная, умудрились целоваться с мужчиной? Обычно здесь этому учатся и едва пробуют. Удивительно, — спросил Пол, словно испытывая его.

Ури, опасаясь, что он примет его за Отступника или Возлюбленного, поспешил добавить оправдание:

— Он… научил меня.

— Кто? Тот, с кем целовались? Откуда он знал?

— М-м… Кажется, он бывал здесь. — Ури продолжил, удивившись себе, что, несмотря на нервозность, легко несёт такую ложь.

— Он первый начал? Целоваться?

— …Да.

— И как было?

— Ну просто… странное чувство…

— Не было отвращения, тошноты, неприязни?

— Нет. Не было…

В ответ Пол протянул ему сигарету. Ури замотал головой, отказываясь курить, но он продолжал предлагать.

— Это не обычная сигарета, попробуйте. Приятные ощущения.

В конце концов не сумев отказаться, Ури зажёг переданную Полом сигарету. Пол тоже последовал его примеру. Сделав затяжку, он мгновенно почувствовал, как голова затуманивается. Не успев опешить, он ощутил, как напряжение уходит, словно кровь вытекает из тела.

— Ну как?

На вопрос Пола Ури моргнул. Перед глазами поплыло, и, кажется, силы покинули тело. Казалось, накатывает сон, или это похоже на сновидение. Тело словно всплывало.

— Хорошо же?

— Да…

Не в силах держаться, Ури прислонился к плечу Пола. Тогда тот естественным движением обнял того за плечи.

— Обычно, чтобы до такого дойти, надо быть уже совсем не в себе — а ты это сделал в здравом уме? Ну ты прямо одарённый от природы.

Голос Пола звучал глухо, будто он говорил под водой. Ури не совсем понял его вопрос и уставился на его лицо. Перед глазами замаячило лицо Джина, ни капли не похожее на его.

— Джин-а…

В этот момент на губах ощутилось нежное прикосновение. Это Пол поцеловал его. Испуганный Ури попытался пошевелиться, но тело не слушалось.

— Вам же интересно, что сначала: любовь или поцелуй.

— Не надо.

Губы Пола были такими же мягкими, как у Джина, но поцелуй от этого не становился таким же. Прежде всего, он не хотел целоваться с человеком, которого только что встретил.

— Похоже, вы не хотите с кем попало?

— Да.

Сознание постепенно уплывало. Ему хотелось видеть Джина. Хотелось оказаться в его объятиях. Хотелось держать его за руку, тереться губами о его губы. Ему было интересно, какую женщину он любил. Не забывался блеск в его глазах, когда он вспоминал ту женщину.

— Правда мужчина может любить мужчину?

— Конечно. Если ты хочешь любить, то любишь. Раз он тебя поцеловал, наверное, думает так же?

Но Джин просто помог ему. Это он попросил научить мастурбировать, это он вдруг прильнул губами к его щеке. И то, что он ответил на это, наверное, просто благодарность за добытый антидот.

Неужели Джин никогда не вспоминал наш поцелуй? Не хотел меня видеть, не хотел прикасаться ко мне? Неужели только я испытываю такие чувства?

При этой мысли в носу защекотало, и глаза наполнились слезами.

— Почему плачете?

По доброму голосу Пола он вспомнил лицо Джина. Его мягкие и тёплые объятия, когда он обнимал его, если он плакал.

Ури помотал головой и склонился туда, где ощущалось тепло.

— Не усложняйте. Просто думайте, что не попадёте в Утопию.

Слова мужчины доносились глухо. Казалось, всё тело засасывает в мягкое одеяло. Сознание уплыло.

http://bllate.org/book/15043/1412862