Итак, они втроём в течение двух часов играли в палате. Чэнь Екай постоянно погибал, а Юй Хао никак не мог его вылечить. Но Чэнь Екай, даже проиграв пять или шесть игр подряд, продолжал идти вперёд, словно специально ища смерти Чжоу Шэн больше не мог этого выносить.
– Хватит, пора прекращать, я не могу нормально играть в Царя Обезьян, – вздохнул Чэнь Екай. – Сегодня первый день нового года, а я заставил вас так позорно проиграть, – с этими словами он достал телефон и отправил им красные конверты.
– Не трать деньги! – Юй Хао уже получил сегодня столько денег, что никогда не смог бы их вернуть.
– У семьи вашего лаоши есть деньги, – небрежно отмахнулся Чэнь Екай. – Это не такая уж большая сумма. Чэнь Екай выглядел немного сонным и, казалось, не так сильно как раньше контролировал свои слова, поэтому Чжоу Шэн и Юй Хао приняли красные конверты.
Профессор Линь так и не пришёл, и они не заметили, как наступил поздний вечер.
– Давайте вместе поужинаем? – предложил Чжоу Шэн.
– Вы идите и ешьте. Просто попросите ресторан упаковать еду и доставить её в палату, – произнес Чэнь Екай. – Я днем немного перекусил, так что я ещё не голоден. Да, и пусть добавят к заказу две бутылки пива.
Чжоу Шэн тоже не стал настаивать. И они вдвоем с Юй Хао отправились на ужин в ресторанчик, расположенный напротив больницы.
– Я отнесу, – предложил Юй Хао после того, как они поели.
Юй Хао, держа в руках упакованную еду и пиво, постучал в дверь палаты и тут же открыл ее. Представшая перед его глазами картина, на некоторое время лишила его дара речи. Чэнь Екай сидел у больничной койки, его глаза были красными от едва сдерживаемых слез. Услышав стук, он поднял глаза и встретился взглядом с Юй Хао.
Юй Хао, замерший в дверях, в этот момент почувствовал, что Чэнь Екай с растрёпанными волосами и красными глазами был похож на разъярённого дикого зверя!
– Прости, лаоши, – очнувшись, Юй Хао быстро отступил назад. Он закрыл дверь, сердце бешено колотилось.
– Заходи, – позвал из комнаты Чэнь Екай.
– Я не знал, что ты… – принялся оправдываться Юй Хао.
– Всё в порядке, – Чэнь Екай попытался взять себя в руки и вытер лицо. Ему потребовалось много времени, чтобы успокоиться. Он посмотрел на своё отражение в зеркале в ванной. Увидев, что позади него стоит обеспокоенный Юй Хао, он горько рассмеялся и спросил. – Выпьешь со мной?
– Чжоу Шэн ждёт низу.
Юй Хао хотел позвать Чжоу Шэна, чтобы они выпили вместе, но Чэнь Екай неправильно его понял.
– Тогда тебе пора. Уже довольно поздно, – Чэнь Екай жестом велел ему уйти. – Мне просто нужно немного тишины и покоя.
Юй Хао с беспокойством посмотрел ему в глаза и вдруг сказал:
– У тебя тоже есть друзья, ты тоже можешь все рассказать им.
Чэнь Екай вспомнил, что, когда он впервые встретил Юй Хао, то сказал ему: «Значит, у тебя с тех пор, как ты был ребенком, никогда не было ни одного друга?» Затем он смущенно улыбнулся.
– Хорошо, – ответил Чэнь Екай. – Я дам тебе знать, если захочу рассказать.
Той ночью Юй Хао все никак не мог перестать думать о том, как выглядел Чэнь Екай. Лежа в кровати, он беспрестанно ворочался с боку на бок, и наконец спросил Чжоу Шэна:
– Лян-лаоши избили?
Чжоу Шэн, который тоже не спал, ответил:
– Похоже на то. Когда маму в прошлом избивал отец, она тоже так выглядела.
– Забудь, что я это сказал.
– Всё в порядке, – легкомысленно ответил Чжоу Шэн. – Твоё детство было документальным фильмом о низших слоях общества, а моё – голливудским боевиком, – Юй Хао рассмеялся, а Чжоу Шэн едва слышно пробормотал. – Детство Фу Лицюня было похоже на дораму об айдолах.
Юй Хао:
– ...
– Эй, Юй Хао, давай завтра пойдем на работу, – внезапно сказал Чжоу Шэн.
– Без проблем, – с готовностью согласился Юй Хао, думая, что сможет накопить еще немного денег.
– Только я не буду заниматься репетиторством, боюсь, что не смогу удержаться и поколочу какого-нибудь слишком глупого ребенка, – добавил Чжоу Шэн.
– Нет проблем, я буду нашим менеджером. Просто предоставь это мне.
Когда дело доходило до поиска подработки, Юй Хао всегда становился толстокожим. В прошлом семестре он не искал целенаправленно подработку, а вместо этого согласился на работу репетитором, потому что только что поступил в университет, и ему нужно было адаптироваться к обстановке. Он также боялся отстать в учебе и не осмелился тратить слишком много времени на работу.
Но теперь, когда дела пошли намного лучше, Юй Хао начал активно действовать. Он целенаправленно искал места, которые будут переполнены во время зимних каникул и Праздника весны, и наконец нашёл в центре города парк развлечений под названием «Счастливый мир». Юй Хао был одет в униформу Темного дворецкого из одноименной манги, держа табличку, он выступал в роли гида, успокаивая плачущих детей. Тем временем Чжоу Шэн со скучающим видом готовил попкорн и куриные крылышки на гриле.
– Я поменяюсь с тобой, за готовку на гриле платят больше, – во время обеда предложил Чжоу Шэн, увидев, как вымотался Юй Хао, сопровождая детей по парку.
– Я готовлю не так хорошо, как ты, – ответил Юй Хао. – Чтобы никого не разочаровать, мы не должны меняться!
До седьмого дня Лунного Нового года дневная зарплата Юй Хао составляла 300 юаней, а Чжоу Шэна – 360. Жареные куриные крылышки Чжоу Шэна всего за три дня стали самым покупаемым блюдом во всем парке. Он даже каждый день жарил курицу для Юй Хао. На второй день сразу же после того, как Чжоу Шэн начал готовить свои фирменные крылышки, длинная извилистая очередь, выстроившаяся у его прилавка, растянулась почти на 50 метров. Однако на третий день Чжоу Шэну это надоело, и он хотел прекратить готовить.
– Повышение зарплаты! – менеджер быстро разыграл свой козырь и увеличил зарплату Чжоу Шэна на 120 юаней.
Чжоу Шэну было всё равно. Он все равно переводил всю свою зарплату Юй Хао, и тот распоряжался деньгами. Чжоу Шэн не носил с собой деньги, поэтому, если ему нужно было за что-то заплатить, он просил об этом Юй Хао.
Только за три дня до начала семестра менеджер неохотно попрощался с ними, умоляя Чжоу Шэна приходить почаще.
– Ладно, ладно, я понял, – глядя на него с отвращением, ответил Чжоу Шэн.
– Мы заработали больше 8000 юаней! – в последнее утро Юй Хао был вне себя от радости, когда получил их зарплату. Чжоу Шэн получил более 5000, а он – более 3000.
– В конце концов, зарабатывать деньги не так уж и сложно, – печально вздохнул Чжоу Шэн.
– Поэтому наличие навыков действительно важно, – с улыбкой сказал Юй Хао. По крайней мере, в этом семестре ему хватит денег на все расходы.
– Но я же не могу вечно готовить куриные крылышки на гриле, – проницательно заметил Чжоу Шэн.
Юй Хао внезапно очнулся от своих раздумий и посмотрел на Чжоу Шэна. Он понял смысл его слов. С детства он жил в страхе бедности, и в результате, даже не осознавая этого сам, все свое время и энергию всегда направлял на зарабатывание денег. Главной обязанностью студента должна быть учёба, а не подработка за несколько тысяч юаней.
Чэнь Екай говорил нечто подобное и раньше, но Юй Хао потратил все свои зимние каникулы на то, чтобы работать и зарабатывать деньги на проживание в следующем семестре. Хотя он мог гордиться тем, что может сам себя обеспечить, он совершенно упустил целые каникулы, во время которых мог бы узнать гораздо больше.
– Давай позже хорошенько поедим! – Чжоу Шэн, заметив, что Юй Хао выглядит немного подавленным, с силой похлопал его по спине. – Это поднимет тебе настроение.
– Ты прав.
***
Под руководством Чжоу Шэна Юй Хао с трудом разрезал свой стейк. Они заказали килограммовый стейк Black Angus, и Чжоу Шэн терпеливо объяснял, как держать вилку в левой руке, а нож – в правой.
– Мне нужно правильно планировать свою жизнь. Я не могу довольствоваться только подработкой, – нарезая стейк, сказал Юй Хао.
– Почему ты вдруг заговорил об этом? – спросил Чжоу Шэн. – Я просто сказал это между делом, ты же не воспринял это всерьёз, правда?
– Но я действительно в замешательстве, Генерал.
Услышав такое обращение, Чжоу Шэн внезапно посерьёзнел. Юй Хао редко называл его так, и они редко обсуждали сны. Но помимо того, что он был другом Юй Хао, у него была и другая роль – Юй Хао всегда считал его тем, кто в моменты растерянности может указать ему путь.
– Чем я хочу заниматься в будущем? – серьёзно спросил Юй Хао. – Каким человеком я хочу быть, что мне нравится… всё это очень сложно выразить. Я просто… э-э…
– Просто ты хочешь жить осмысленной жизнью, – подсказал Чжоу Шэн.
– Да, – кивнул Юй Хао. – Как ты меня и учил, быть самим собой.
Чжоу Шэн самоиронично рассмеялся:
– Я ничему тебя не учил, не говори так, это звучит чертовски неловко. Я сам ещё не определился, как хочу прожить свою жизнь… Ладно, забудь об этом. Давай я нарежу, а ты ешь больше, – Чжоу Шэн взял стейк, разрезал его и протянул большую часть Юй Хао. – Не смотри на меня так, лучше посмотри на это. Иначе я чувствую себя неловко!
После этих слов, Чжоу Шэн вытащил сложенный плакат и протянул его Юй Хао. На нём была надпись: «Информация о весеннем наборе на международные соревнования по велоспорту среди студентов».
– Ты хочешь поехать? – немного удивлённо спросил Юй Хао.
– Угу, – ответил Чжоу Шэн. – Я хотел спросить твоего мнения, как ты думаешь, я смогу?
– Конечно, сможешь! Ты точно сможешь! Ты так хорошо справляешься! – Чжоу Шэн немного колебался, но Юй Хао добавил. – Езжай! Почему ты не хочешь поехать?
Чжоу Шэн любил спорт, любил захватывающее чувство преодоления собственных пределов, особенно велоспорт и бег, которые давали ему ощущение полёта. Он также очень любил плавать, чувствуя себя рыбой в океане.
– На самом деле я не очень хочу участвовать в соревнованиях... – внезапно признался он. – Но ты видел обратную сторону плаката?
Юй Хао проигнорировал сомнения Чжоу Шэна и сказал:
– Действуй! Я тебя поддерживаю!
– Я просто хочу знать, какое место я займу среди остальных.
– Ты обязательно победишь! А если и нет, то это не важно! Главное – твоё участие!
Изначально Чжоу Шэну было просто любопытно. Он хотел обсудить это с Юй Хао заранее, и тот окончательно убедил его, и он сказал:
– Хорошо, тогда я зарегистрируюсь для участия в соревнованиях. Как ты и сказал, Генерал тоже хочет жить более осмысленной жизнью, – продолжил Чжоу Шэн. – Я постараюсь делать шаг за шагом, пока не найду ответы. Так что тебе не нужно так сильно волноваться.
Юй Хао улыбнулся, и Чжоу Шэну в голову вдруг пришла блестящая идея:
– Если я приму участие в соревнованиях по велоспорту, то почему бы тебе не поучаствовать в конкурсе исполнителей?
– Нет, спасибо, – тут же ответил Юй Хао.
– Кто только что говорил о том, что хочет жить более осмысленной жизнью?
– Но я точно не хочу быть певцом!
– Тогда чего ты хочешь? В любом случае ты должен меня сопровождать.
Юй Хао, который только что положил кусочек стейка в рот, прожевал его и ответил:
– Меня устроит возможность получать стипендию.
– Хорошо, тогда решено.
– Также я хочу взять факультативный курс испанского языка.
– Ты собираешься научиться петь для меня Despacito? – рассмеялся Чжоу Шэн.
Юй Хао действительно хотел выучить эту песню. Ходить на курсы иностранного языка только ради песни потребовало бы больших усилий, но ему это нравилось.
В тот же день Чжоу Шэн скачал бланки из Интернета, распечатал их и отправился в университет за рекомендациями и печатями. Но в кабинете никого не было, поэтому Юй Хао отправил сообщение Чэнь Екаю, который ответил:
[Попроси кого-нибудь прийти в больницу и присмотреть за Лян-лаоши. Я скоро приеду.]
Чжоу Шэн отправился в больницу, чтобы сменить там Чэнь Екая. А Юй Хао остался ждать его возле кабинета. Чэнь Екай как будто забыл о том, что произошло в тот день, но всё равно выглядел очень уставшим. Он подошёл, чтобы открыть дверь, поставил печать, написал рекомендацию и приложил к ней копию зачетной книжки Чжоу Шэна.
– Как думаешь, Чжоу Шэн сможет победить? – спросил он.
Было достаточно одного взгляда на Юй Хао, чтобы понять, о чём он думает. Юй Хао рассмеялся и сказал, что не знает, насколько хорош Чжоу Шэн, но он уверен, что Чжоу Шэн сможет победить.
– Можешь просто оставить это мне, – телефон Чэнь Екая внезапно зазвонил, и он быстро взглянул на него. – Я отправлю. Удачи тебе, Юй Хао.
Когда Юй Хао вечером снова увидел Чжоу Шэна, тот выглядел немного странно.
– Что случилось? – Юй Хао догадался, что в больнице что-то произошло.
– Как ты так хорошо умеешь определять настроение людей? – Чжоу Шэн подозрительно посмотрел на Юй Хао. – Ничего особенного, профессор Линь был в больнице.
Юй Хао попытался выведать у него подробности:
– И что потом?
Чжоу Шэн немного поразмыслил:
– Никакого «И что потом». Мы сдали документы, так куда мы теперь пойдём?
– Пойдем учиться.
– Пойдем поиграем в мяч… ладно, пойдем учиться.
В результате Юй Хао учился в библиотеке, а Чжоу Шэн спал рядом с ним. Иногда Юй Хао казалось, что Чжоу Шэн действительно много спит. Если он не спал, то он ел, если он не ел, то он спал, но при этом не толстел.
Начинался новый семестр, и студенты один за другим стали возвращаться в университет. Юй Хао в этом семестре решил уделять больше времени подготовке к занятиям. Тем временем Чжоу Шэн половину времени проводил с Юй Хао в библиотеке, а вторую половину спал или играл в игры. Поначалу они везде ходили вдвоем – где был один, там был и другой. А после того, как Фу Лицюнь вернулся и присоединился к ним, они стали ходить по кампусу втроём. С появлением Фу Лицюня, который был на полголовы выше даже Чжоу Шэна, эта троица стала казаться еще более необычной.
Чэнь Екай давно не связывался с Юй Хао, когда же Юй Хао писал ему сам, тот ограничивался несколькими ничего не значащими фразами. Юй Хао очень беспокоился о его психическом здоровье, но не осмеливался сказать об этом Чжоу Шэну.
В городе Ин прошла зима и наступила весна. Теперь повсюду можно было увидеть влюбленные пары. Весной все вокруг наполнялось новой жизнью, и необъяснимое сентиментальное чувство охватило Юй Хао, разрывая его сердце на части. Особенно когда он оставался наедине с Чжоу Шэном, он не решался подойти к нему слишком близко, из-за чего его сердце наполнялось тревогой и неуверенностью.
Самым невыносимым для Юй Хао было то, что каждое утро Чжоу Шэн будил его перед тем, как уйти на пробежку. Когда же он возвращался с завтраком, Юй Хао, чистя зубы, бросал на него тихий взгляд и невнятно приветствовал. В такие моменты сердце Юй Хао начинало биться быстрее. В сочетании с мужским запахом, исходящим от Чжоу Шэна, ему казалось, что в таком полусонном состоянии может произойти что-то непоправимое.
Он был в курсе своих чувств, и Чжоу Шэн в основном тоже был в курсе – что Юй Хао мог от него скрыть? Но он всегда делал все возможное, чтобы их отношения оставались в рамках дружбы, и не осмелился бы сделать ничего, что хоть в малейшей степени перешагнуло бы эту границу. Но Чжоу Шэн, казалось, стал заботиться о Юй Хао еще больше, хотя в отличие от прошлого семестра, подшучивал над ним гораздо меньше.
– Твоего муженька здесь нет? – поддразнил студент с первого ряда, когда Юй Хао один пришел на лекцию по высшей математике.
– Он пошел на соревнования, – лицо Юй Хао мгновенно стало пунцовым.
Юй Хао знал, что многие на курсе уже начали сплетничать о них. Они всегда были вместе. Когда Чжоу Шэн бегал, Юй Хао надевал наушники и заучивал английские слова возле поля, покупал ему воду и следил за одеждой. Когда они вместе играли в баскетбол, Чжоу Шэн всегда отдавал ему пас.
Юй Хао вспомнил, что один из его бывших соседей по комнате был геем, возможно, это он начал распространять эти слухи.
Днем Юй Хао занял место для Чжоу Шэна, когда же он вернулся в общежитие, Фу Лицюнь чистил свои кроссовки.
– Юй Хао, между тобой и Чжоу Шэном ничего ведь нет? – даже Фу Лицюнь не смог удержаться от вопроса.
– Гэгэ! – раздражённо воскликнул Юй Хао.
Многие в университете называли Фу Лицюня «гэгэ». «Почему даже ты спрашиваешь об этом?» – невольно подумал Юй Хао. – «Ты живёшь с нами! Как ты можешь не знать, что между нами ничего нет?»
– А что, если между нами действительно что-то было? – немного подумав, изменил свой ответ Юй Хао.
– Не волнуйся! – тут же сказал Фу Лицюнь. – Конечно, я бы пожелал вам обоим счастья!
Юй Хао изумленно застыл на месте.
http://bllate.org/book/15009/1605276
