Готовый перевод Quick Transmigration: He Likes Being a Father / Быстрое переселение: ему нравится быть отцом: Глава 11

Сюй Цзэ и Ян Янь смотрели друг другу в глаза. Веки Сюй Цзэ слегка покраснели, в глубине глаз плескались блики, а его «глаза персика», словно омытые родниковой водой, сияли чисто, как ясная луна.

Из-за внезапного появления Ян Яня Сюй Цзэ пришлось остановиться. Сюй Цзэ любил «шведский стол» — «шведский стол для одного». Особенно он любил готовить золотистые кукурузные лепешки, добавляя в них свою любимую мясную начинку. Когда они поджаривались до золотистой корочки с обеих сторон, один только их аромат заставлял облизываться.

Сюй Цзэ был на середине процесса приготовления своих лепешек, когда этот незваный гость в лице Ян Яня внезапно возник перед ним и уставился, не проронив ни слова.

Что, захотел разделить с ним трапезу?

В принципе, это было возможно, но хорошее настроение Сюй Цзэ было безнадежно испорчено. Из-за этого внезапного вмешательства он даже почувствовал глухое раздражение.

Сюй Цзэ решил больше не возиться с лепешками, поправил одежду и собрался уходить.

Но то, что произошло дальше, заставило его взгляд стать еще холоднее.

Ян Янь сделал широкий шаг вперед. Он не просто резко приблизился — в следующее мгновение он нажал на плечи Сюй Цзэ, заставляя его, только что поднявшегося, сесть обратно. Ян Янь наклонился, встретившись с холодными, но прекрасными глазами Сюй Цзэ, и азартно улыбнулся.

Сюй Цзэ прищурился, его голос прозвучал ледяным:

— Убери руки! — он требовал, чтобы Ян Янь отпустил его.

В глубине зрачков Ян Яня заиграла улыбка, в которой читалась властная агрессия. Он произнес:

— Я только что прервал тебя. В качестве извинения... я помогу тебе, хорошо?

В его словах звучал вопрос, но на деле он вовсе не спрашивал разрешения, а сразу перешел к делу.

Сюй Цзэ хотел было пнуть Ян Яня, он гневно уставился на него, но тот, словно заранее подготовившись, перехватил руку Сюй Цзэ, которой тот готовил лепешки. Сюй Цзэ вмиг лишился сил.

С помощью Ян Яня лепешка перевернулась на другую сторону, и та тоже начала медленно становиться золотистой. Поплыл мясной аромат. Почувствовав этот манящий запах, Сюй Цзэ постепенно перестал сопротивляться.

Кажется, Сюй Цзэ только сейчас осознал: когда кто-то помогает, лепешки получаются даже вкуснее. Хрустящая, аппетитная корочка — один укус, и она задорно хрустит на зубах. Сюй Цзэ ел свои лепешки с выражением абсолютного счастья на лице.

Покончив с едой, Сюй Цзэ, считая, что раз человек ему помог, нужно быть вежливым, поблагодарил Ян Яня. Что касается Ян Яня, тот тоже, видимо, не прочь был отведать «кукурузную лепешку». Сюй Цзэ и рад бы был ответить любезностью на любезность, но реальность не позволяла.

В дверь постучала тетушка-экономка: они слишком долго пробыли в комнате, еда на столе могла остыть.

По сравнению с «ответной любезностью», завтрак манил Сюй Цзэ куда сильнее. Он встал, вымыл руки и, выгнув бровь, посмотрел на Ян Яня.

— Я выйду первым, а ты... занимайся своими делами! — уголки губ Сюй Цзэ поползли вверх, в словах явно слышался подтекст.

Ян Янь сжал кулаки. В тот момент ему хотелось схватить Сюй Цзэ, притянуть к себе и заставить помочь в ответ. Но встретившись с этим искрящимся взглядом «глаз персика», Ян Янь не стал действовать силой. Он смотрел, как Сюй Цзэ непринужденно уходит, еще и любезно прикрыв за собой дверь.

Ян Яню потребовалось некоторое время, чтобы закончить дела. Когда он вышел в гостиную, Сюй Цзэ уже сидел в столовой и ел. Ян Янь сел рядом. Кончики его пальцев, лежащих на бедре, всё еще ощущали то необычное прикосновение. Это послевкусие заставляло его жаждать большего, хотеть более глубокого контакта. Ему уже было мало просто этого. Зрачки Ян Яня потемнели: он понял, что эта «старая трава» [1] настолько вкусна, что он хочет съесть её снова — и на этот раз медленно и со вкусом.

Сюй Цзэ не знал, о чем думает Ян Янь, и не подозревал, что этот так называемый «бывший» решил снова взяться за старое.

Хотя утро выдалось странным, Сюй Цзэ не придал этому большого значения. Вряд ли Ян Янь настолько истосковался по компании, чтобы возвращаться к нему. К тому же, даже если у Ян Яня и были какие-то мысли на этот счет — времена изменились.

Или, если рассуждать шире: даже если бы он захотел подыграть, его беременное тело для этого не годилось. Стоило ему немного разозлиться — и живот скрутило от боли. А если дойдет до чего-то большего, возможно, из больницы он в тот же день уже не выйдет.

В этом плане Сюй Цзэ был даже доволен слабостью своего нового тела.

Мужчины — существа такие: когда азарт берет верх, им трудно себя контролировать.

Как, например, сегодня утром. Теоретически Сюй Цзэ должен был отказать. Если подумать, прояви он тогда твердость или притворись, что ему плохо, Ян Янь, скорее всего, ушел бы сам. Но в тот миг, когда Ян Янь пришел «на помощь», Сюй Цзэ почувствовал лишь легкое, трепетное онемение в затылке.

И в итоге он просто позволил Ян Яню делать то, что тот хотел.

Сюй Цзэ счел ту помощь случайностью и не собирался допытываться у Ян Яня, что у того на уме.

Что бы Ян Янь ни думал, максимум — это вспышка мимолетного интереса. То, что он мог полюбить его, было исключено.

Ян Янь не полюбил оригинального владельца тела, а теперь, когда Сюй Цзэ занял его место, будучи при этом беременным, его характер стал гораздо холоднее. Он почти никогда не улыбался Ян Яню при встрече — совершенно не тот типаж, который мог бы понравиться такому человеку.

Такие «избранники судьбы», как Ян Янь, с детства привыкли, что их превозносят, им потакают и на них смотрят снизу вверх. Нужно иметь опилки в голове, чтобы влюбиться в чье-то холодное лицо.

Сюй Цзэ не был настолько наивен, чтобы поверить в чувства Ян Яня.

Поэтому, что бы там ни воображал себе Ян Янь, самого Сюй Цзэ в нем интересовали исключительно деньги.

Днем в университете были занятия. Позавтракав, Сюй Цзэ отправился в вуз пешком. От дома до университета было всего несколько кварталов — отличная прогулка для здоровья.

В аудитории уже собрались студенты. Сосед по комнате Чжоу Син и остальные были на месте. Увидев Сюй Цзэ, Чжоу Син тут же замахал рукой, приглашая его сесть рядом.

Сюй Цзэ занял свободное место. Не успел он разложить книги, как Чжоу Син придвинулся и начал рассказывать о результатах вчерашнего свидания. Контакты всех девушек были получены. Сам Чжоу Син и еще один их сосед отлично поладили с двумя девчонками — не исключено, что скоро придется проставляться.

— ...Поздравляю! — с улыбкой сказал Сюй Цзэ.

— Это всё твоя заслуга! Если бы мы заранее не скинули им твое фото, они бы, может, и не согласились прийти. Серьезно, спасибо тебе огромное! — когда они договаривались о встрече двух групп, они отправили фото Сюй Цзэ, используя его мужское обаяние как приманку. И это сработало: девушки, не раздумывая, согласились на ужин.

В общежитии все знали об ориентации Сюй Цзэ, поэтому не боялись, что он уведет у них невест. Уговор был такой: Сюй Цзэ просто посидит немного «для мебели», а потом найдет повод и уйдет, оставив парней окучивать понравившихся дам.

Чжоу Сину приглянулась девушка с каре. Он был в восторге от её внешности, характера и особенно голоса — стоило ему вспомнить его, как сердце пускалось вскачь.

— Спасибо в карман не положишь. С тебя еще пара обедов, — Сюй Цзэ не церемонился, сразу требуя «оплаты» едой.

— Еда — это не проблема! Всё на мне, брат! — Чжоу Син лихо ударил себя в грудь.

Сюй Цзэ рассмеялся, и в его глазах разлилась весенняя нежность.

Чжоу Син уставился в его глаза, а в следующую секунду протянул руку и в шутку закрыл лицо Сюй Цзэ ладонью.

— Следи за имиджем! Нечего тут людей соблазнять по поводу и без.

Сюй Цзэ расхохотался и убрал его руку. Он не только не перестал улыбаться, но и засмеялся еще ярче.

Они говорили негромко, но аудитория была маленькой, и другие студенты были рядом. Кто-то уже слышал о похождениях парней из комнаты Чжоу Сина, и видя их оживление на паре, сразу заподозрил, в чем дело. Молодые парни, у которых в жизни, кроме видеоигр и одиноких ночей, ничего нет, все мечтали о девушках.

Поэтому кое-кто придвинулся ближе, расспрашивая о результатах «сражения».

— Я ушел пораньше, все подробности у Чжоу Сина, — Сюй Цзэ отправил страждущих к источнику информации.

Тотчас же толпа любопытных набросилась на Чжоу Сина.

— Эй-эй-эй, ну рассказывай! Как всё прошло? Сложилось?

Чжоу Син отпихнул их физиономии, намеренно набивая цену:

— Пара начинается! На перемене ваш брат Син всё подробно расскажет!

Надо признать, интригу он выдержал мастерски — любопытство у всех разгорелось не шуточное.

Студент вернулся на место, а Чжоу Син подмигнул Сюй Цзэ с таким видом, будто говорил: «Видал, какой твой брат Син крутой?». Сюй Цзэ отвел взгляд, не желая потакать внезапно проснувшемуся в друге актерскому таланту.

Первая пара пролетела быстро. После звонка Сюй Цзэ вышел в коридор подышать свежим воздухом — в аудитории было душно, и от долгого пребывания там ему становилось не по себе.

Стоя у окна, Сюй Цзэ достал из кармана фруктовую конфету. Теперь он съедал по несколько штук в день: во рту постоянно было какое-то безвкусное ощущение. Если не съесть конфету, начинало мутить.

К счастью, кроме этих мелочей, серьезных проблем со здоровьем не было.

Иногда Сюй Цзэ задумывался: если даже аборт грозил ему фатальным кровотечением, не случится ли того же самого через несколько месяцев при родах? Но будущее непредсказуемо. Если этот день настанет — значит, такова судьба этого тела.

Смерти он не боялся. Будучи одинокой душой, случайно попавшей в этот мир, он считал, что его внезапный уход будет вполне закономерным.

Как бы там ни было в будущем, каждый сегодняшний день он старался прожить на полную.

В конце концов, он верил, что небеса не могут быть к нему настолько суровы. Так что в какой-то мере он с надеждой смотрел в завтрашний день.

Например, он очень ждал этого маленького человечка внутри — он наверняка будет чудесным малышом.

Почувствовав, что вторая пара вот-вот начнется, Сюй Цзэ вернулся в аудиторию. Еще не дойдя до своего места, он заметил, что атмосфера в группе парней вокруг Чжоу Сина какая-то странная. Несколько человек смотрели на него почти безумным, восторженным взглядом, будто он был их кумиром.

У Сюй Цзэ по коже пробежали мурашки. Он не пошел прямо к ним, а попытался обойти их стороной.

Но стоило ему попытаться ускользнуть, как чья-то рука схватила его и усадила на место. Мало того — этот человек с преданным видом взял руку Сюй Цзэ в свои ладони. По его позе и выражению лица казалось, что он вот-вот признается в любви. Насколько помнил Сюй Цзэ, этот однокурсник был натуралом и обожал нежных девушек. Такое внезапное преображение не вызвало у Сюй Цзэ радости — только шок.

Он немедленно вырвал руку и посмотрел на парня взглядом «у тебя что, крыша поехала?».

Тот продолжал улыбаться как дурачок, снова потянулся к руке Сюй Цзэ и взволнованно выпалил:

— Цзэ-Цзэ, ты обязательно должен мне помочь!

Цзэ-Цзэ?

От этого приторного обращения у Сюй Цзэ по всему телу снова посыпались мурашки. Он даже вздрогнул, и его лицо мгновенно стало холодным и безжалостным:

— Если сейчас же не отпустишь — проломлю твою собачью голову!

Сюй Цзэ не шутил, он действительно был готов пустить в ход кулаки.

Студент, испугавшись внезапной яростной ауры, тут же разжал руки. Но следом он включил «актера»: надул губы, изображая жертву издевательств, и даже фальшиво всхлипнул.

— Если не заговоришь по-человечески, я тебя побью! — Сюй Цзэ потянулся за тяжелым учебником на столе. Если такой книгой приложит — мало не покажется.

Парень тут же сменил гнев на милость, расплывшись в заискивающей улыбке:

— Сюй Цзэ, Чжоу Син нам всё рассказал! Девушки согласились прийти только из-за тебя. Пожалуйста, выручи и нас тоже, помоги нам! — студент прильнул к столу, глядя на Сюй Цзэ снизу вверх преданными глазами.

Сюй Цзэ-то думал, что случилось что-то серьезное, а оказалось — вот оно что. Эти двое что, у Чжоу Сина научились? Просто попросили бы помочь, зачем этот цирк устраивать?

— И как же мне помочь? Снова пойти «для массовки»? — с усмешкой спросил Сюй Цзэ.

Парень закивал как болванчик:

— Да-да-да! Сюй Цзэ, скажи, сколько тебе заплатить за «выход»? Денег у нас немного, но если надо — заложим последнее имущество, но соберем!

От возможности бесплатно поесть грех было отказываться. К тому же, если он вернется домой вечером, там и поговорить особо не с кем. Хоть экономка и была рядом, они не могли болтать о всякой чепухе.

— Оставьте свое имущество при себе. Раз уж мы однокурсники, помогу вам по дружбе. Но если у кого-то из вас всё сложится — с того потом отдельный ужин, — Сюй Цзэ согласился. Хотя это и было своего рода обманом, такие встречи между общежитиями — лишь способ завязать знакомство. Никто не гарантирует результат после одного ужина: сначала получи контакт, а потом уже добивайся расположения.

А девушки, которые соглашались на такие встречи, в какой-то мере тоже были не прочь развеять скуку.

Так что Сюй Цзэ не испытывал никаких мук совести по поводу того, что его снова пригласили «торговать лицом».

[1] Старая трава (идиома: «Лошадь не ест старую траву») — возвращение к бывшим возлюбленным.

http://bllate.org/book/14999/1504195