Глава 132
Чжан Дунмэй, 42 года, учительница в Первой средней школе Наньчэна.
Ранее она преподавала математику. Как педагог, Чжан Дунмэй выглядела успешной: возглавляемые ею классы по математике стабильно входили в число лучших.
Её саму признали «золотым учителем» города Наньчэн. В тридцать с лишним лет у неё было не меньше десятка школьных и городских наград. Пару лет назад родители тайком передавали деньги, лишь бы устроить своего ребёнка в её класс.
Однако по материалам дела её семейная жизнь неблагополучна. Чжан Дунмэй родом из крестьянской семьи. Её родители до сих пор живут в деревне. Есть младший брат, и как бы ни была она достойна, дома к ней относились без особого внимания. В своё время баллов на экзамене гаокао ей хватало для поступления в более сильный вуз, но родные по разным соображениям настояли на более дешёвом педагогическом институте.
В двадцать шесть лет Чжан Дунмэй вышла замуж за врача, однако через несколько лет брак закончился разводом. Детей у неё не было. Похоже, после развода в её жизни остались только работа и ученики.
На вид это учитель, отдавшая всю молодость преподаванию.
В этом семестре из-за проблем со здоровьем Чжан Дунмэй сократила нагрузку и перешла на роль репетитора. Многие родители очень сожалели.
Теперь эта выдающаяся педагог превратилась в холодный труп, лежащий лицом вниз на полу вестибюля отеля. Такой финал вызвал у людей горькие вздохи.
Лу Сыюй, дочитав материалы, которые прислал Чжу Сяо, вместе с Сун Вэнем поднялся на пятый этаж, в зал «Лунный свет над лотосовым прудом». Здесь учительница Чжан накануне ужинала с пятью учениками.
В комнате сидели пятеро молодых людей: двое парней и трое девушек. За окнами гул голосов становился всё громче, внутри же царила подавленная тишина, все опустили головы и молчали.
Судя по одежде, почти все были одеты дорого, у некоторых — сумки и часы именитых брендов. Каждая такая вещь стоила немало.
Лица у всех были приятные: парни ладные, девушки хорошенькие. Лишь одна девушка сидела в углу в маске, закрывавшей нос и подбородок.
Стол ещё не убрали. Было видно, что заказали множество отличных блюд, две бутылки байцзю и несколько бутылок пива. От всех ощутимо тянуло алкоголем. Явно выпивали не мало.
Посреди стола стоял белый торт, теперь от него оставалось лишь усыпанное крошками основание. На полу виднелись пятна от спиртного и крошки торта.
Было уже около половины восьмого. Сун Вэнь взглянул на людской поток за окнами. Всё случилось так, как и предполагал комиссар Гу, сейчас подозреваемых действительно не вывезти, значит, придётся опросить их прямо здесь.
Кроме них двоих, Чжан Цзыци из второй группы приехал раньше и уже занёс в протокол данные удостоверений личности этих пятерых. Сун Вэнь принял у него бланк и начал по очереди сверять лица с анкетами.
— Я детектив уголовного розыска Сун Вэнь, сегодня веду это дело. Кто из вас изложит базовую картину произошедшего?
Лу Сыюй действовал вполне сознательно, придвинул свободный стул и сел, достал из сумки блокнот с ручкой, приготовился записывать. Потом вспомнил, что на этом пустующем стуле, должно быть, раньше сидела Чжан Дунмэй.
Интеллигентный на вид мужчина в очках сказал:
— Пусть лучше староста расскажет.
Сбоку было видно, что линзы у него очень толстые, диоптрий явно немало. Черты лица правильные, но лицо напряжено, выражение предельно серьёзное.
Тут поднялась женщина с хвостом, в синем длинном платье и белой короткой накидке:
— Я Тань Шань, сейчас преподаю китайский язык в Первой средней школе Наньчэна. Сегодня у всех как раз нашлось время, мы и договорились поужинать вместе с нашей классной руководительницей из средней школы, учительницей Чжан… — она заметно волновалась, голос дрожал. — Мы к тому моменту уже поели и собирались уходить. Учительница была немного навеселе, а потом… случилось то самое. Никто из нас не думал, что всё обернётся так.
Она отвечала предельно серьёзно, словно докладывала перед учениками или начальством. Из всей компании Тань Шань была самой хрупкой, стояла тоненькая, щуплая — будто лёгкий ветерок мог её повалить.
— То есть учительница Чжан была вашей классной руководительницей в средней школе и теперь ваша коллега, — уточнил Сун Вэнь. — Сколько лет назад вы окончили школу?
— Десять лет, — ответила Тань Шань. — В пятнадцать мы закончили среднюю ступень, сейчас нам по двадцать пять.
— Значит, Чжан Дунмэй начала вести ваш класс в двадцать девять и вела до тридцати двух.
Сун Вэнь провёл взглядом по их лицам:
— Похоже, вы с учительницей были в хороших отношениях. Выпускная встреча спустя десять лет, да ещё и в таком довольно дорогом китайском ресторане.
Из двух парней более высокий, с выразительными фениксовыми глазами, кивнул, показал на чек перед собой:
— Разумеется. Этот ужин обошёлся пять тысяч триста.
Он вздохнул:
— Слышал, внизу какие-то гости ушли, не расплатившись. Если бы официант задержался ещё на минутку, глядишь, и я бы сэкономил свои пять с лишним тысяч.
— Что вы заказывали, раз вышло так дорого? — спросил Сун Вэнь.
Парень принялся перечислять:
— Кантонская свинина чар-сю, цыплёнок в лотосовом листе, «Будда перепрыгивает через стену», фирменные ломтики корня лотоса с мясной начинкой, «кристальные» паровые пельмени с креветками…
Парень, похоже, и правда собирался перечислить все блюда, но сидевшая рядом девушка, всё время державшая голову опущенной и в маске, подняла взгляд:
— Цянь Цзян, хватит, — сказала она. — Не обеднеешь из-за этих денег.
Сун Вэнь посмотрел на маску и нахмурился:
— Вы и во время еды были в маске?
Услышав это, девушка сняла маску. Сун Вэнь наконец увидел её лицо: довольно красивая, с острым подбородком и большими «говорящими» глазами.
Сун Вэнь на секунду задумался:
— Мне кажется, вы мне кого-то напоминаете… вы же… та актриса?
В последнее время один сериал шёл с огромным успехом, Чэн Сяобин без конца слала Сун Вэню ссылки и упоминания. Казалось, третью женскую роль там играла как раз эта девушка. Сун Вэнь хорошо запоминает лица, так что и удержал её в памяти.
— Её зовут Мэн Тяньтянь, сценическое имя — Мэн Айлинь, вы наверняка слышали, — подхватил тот самый парень по имени Цянь Цзян.
Сун Вэнь и правда не слышал. Судя по всему, перед ним звёздочка третьего эшелона.
— Офицер Сун… у меня просто работа специфическая, — Мэн Тяньтянь моргнула и посмотрела на Сун Вэня. Маска по-прежнему висела у неё на подбородке, будто она была готова в любую минуту натянуть её обратно.
Сун Вэнь понимал: она, вероятно, боится, что её узнают. Для актрисы подобная история может ударить по карьере. Он не стал давить, лишь махнул рукой.
Мэн Тяньтянь снова натянула маску.
Сун Вэнь повернулся к остальным:
— Кем вы сейчас работаете?
Цянь Цзян указал на интеллигентного мужчину в очках:
— Самый учёный у нас — доктор Чжао Юлян. Скоро будет преподавать в университете Бэйчэна.
Мужчина в очках обернулся и бросил на Цянь Цзяна взгляд, будто осуждая за лишнюю словоохотливость, но промолчал.
Цянь Цзян, договорив, указал на оставшуюся девушку в красном:
— Красавица, бывшая первая красавица нашего класса. Она скоро выходит замуж.
Женщина в красном была по-настоящему эффектной, даже привлекательнее, чем сидевшая рядом начинающая актриса Мэн Тяньтянь. Сегодня она была вся в красном: на ней красный плащ, на шее — красный шёлковый шарф, на губах — классическая ярко-красная помада. Это обилие красного подчёркивало её кожу, белую как снег, а губы казались огненно-алыми.
Сун Вэнь взглянул на регистрационные записи по удостоверениям личности. В графе имени значилось: Цзи Мэйюнь.
— Кем вы работаете? — спросил Сун Вэнь.
Цянь Цзян, глядя на женщину в красном, снова опередил всех:
— Она вот-вот выйдет замуж в богатый дом, какая ещё работа? — Он повернулся к ней: — Я же прав?
Женщина в красном промолчала и кивнула Сун Вэню и Лу Сыюю, принимая сказанное.
— А вы? Чем занимаетесь? — Сун Вэнь перевёл взгляд на Цянь Цзяна. Казалось, он крепко выпил и относился к тем, кого после алкоголя тянет на разговор.
Цянь Цзян икнул:
— Я… У моей семьи сеть 4S-автосалонов.
Молодой полицейский наклонился к уху Сун Вэня и вполголоса сказал:
— Семья этого молодого господина практически монополизировала торговлю автомобилями в половине Наньчэна.
Автомобильный бизнес в своё время приносил баснословные прибыли. Перед ними был типичный богатый наследник.
Сун Вэнь оглядел пятерых и свёл в уме: учительница, вернувшаяся преподать в родную среднюю школу; начинающая актриса; невеста, вот-вот выходящая замуж в богатую семью; «золотой наследник» из семьи владельцев 4S-центров; и доктор наук, готовящийся к преподаванию.
Как ни посмотри, все они выделяются из толпы.
— О чём вы говорили за ужином? — спросил Сун Вэнь.
— Ничего особенного, — тихо ответила Тань Шань. — Много лет не виделись, вот и разговорились, вспоминали, как учились в классе. В то время мы все были хорошими учениками. Когда учительница Чжан приехала в Наньчэн, первым классом, который она вела, был наш. Наш класс показывал отличные результаты, особенно по математике, в том году средний балл на провинциальном едином экзамене был самым высоким.
— Вы часто встречаетесь? — снова спросил Сун Вэнь.
Тань Шань покачала головой:
— У всех работа и свои дела, обычно очень заняты. Многих я не видела уже несколько лет.
Цянь Цзян поддержал:
— Мы просто поели самую обычную еду. Кто мог подумать, что в итоге учительница бросится вниз с одного из верхних этажей?
На секунду все притихли.
Сун Вэнь посмотрел на Цянь Цзяна, уловив смысл его слов:
— Хотите сказать, учительница Чжан покончила с собой?
— Эх, я не это имел в виду. Учительница сегодня тоже немало выпила. Может, хотела протрезвиться, поднялась на крышу и по неосторожности упала оттуда.
— Значит, вы считаете, что это несчастный случай? — Сун Вэнь продолжил развивать его мысль.
Цянь Цзян понял, что как ни скажи, всё будет не так, развёл руками:
— В любом случае, офицер, я ни при чём. Это не я её столкнул. Посмотрите, кто здесь больше похож на убийцу. Вполне мог кто-то и подтолкнуть…
Все вновь замолчали.
Хороший учитель, несколько преуспевших учеников. Взгляд Сун Вэня скользнул по их лицам, прикидывая, кто мог быть убийцей. Он задал ключевой вопрос:
— Когда учительница погибля, где каждый из вас находился?
— Я в это время был в комнате, ждал официанта, чтобы расплатиться, — сказал Цянь Цзян.
— Я курил в зоне для курильщиков снаружи, — сказал доктор Чжао Юлян.
— Я мыла руки у раковины перед туалетом, — заговорила Цзи Мэйюнь.
— Я тоже была в туалете, — сказала Мэн Тяньтянь сквозь маску. — Перебрала и немного посидела в кабинке…
— Я уже собиралась уходить, — сказала Тань Шань. — Только дошла до поворота на пятом этаже и вдруг снизу раздался шум. Я бросилась вниз и увидела учительницу Чжан, лежащую у края тротуара.
Перед тем как зайти в кабинет, Сун Вэнь с коллегами посмотрели план ресторана: крыша находилась недалеко от их зала, туалет располагался у лестничной площадки.
Иными словами, все пятеро утверждали, что на месте не были. Каждый находился в другом месте, и казалось, что лгать мог любой. У всех имелось время совершить преступление, ни у кого не было алиби.
— Вы знаете, зачем учительница Чжан поднималась на крышу?
Все покачали головами.
Лу Сыюй всё это время делал пометки в блокноте, занося туда каждую деталь. Он поднял голову, задумчиво посмотрел на разгромленный торт и соседние бутылки: за столом, похоже, было шумно. Он спросил:
— Вы сегодня на встрече фотографировались?
— Что?
До этого Лу Сыюй тихо записывал, не вмешиваясь, и его внезапный вопрос застал всех врасплох.
— Столько лет не виделись, вдруг собрались с учительницей и одноклассниками, наверняка кто-то снял фото или видео на память, выложил в Weibo или в «круг друзей», верно? — тихо сказал Лу Сыюй.
Он сам не любил подобные шумные посиделки, но большинству это нравилось. Так, кажется, и положено. Слушая, как они пересказывали ужин, он заметил, что будто бы выпал момент взаимных приветствий и совместных фотографий.
Красивые блюда, трогательная встреча, воспоминания о юности — разве не из этого обычно состоит лента «круга друзей»?
Сун Вэнь понял его мысль и сказал:
— Если вы что-то фотографировали, покажите нам.
Возможно, на снимках найдутся какие-то зацепки.
Присутствующие переглянулись. Мэн Тяньтянь сказала:
— Нет, я не снимала. В нашей сфере всегда опасаются, что останется «чёрная история», так что не фотографировалась.
Цзи Мэйюнь опустила взгляд:
— Я скоро выхожу замуж. Фотографироваться с одноклассниками-парнями… не очень хорошо.
— И с учительницей тоже не сделали совместное фото? — уточнил Сун Вэнь.
Цзи Мэйюнь покачала головой.
Тань Шань тоже сказала:
— Я и так работаю с учительницей Чжан в одной школе, мы постоянно видимся, так что сегодня не фотографировалась.
— А остальные? — Сун Вэнь повернулся к двум парням. — На ваших телефонах есть снимки? Можете показать?
На лице доктора Чжао Юляна промелькнуло недовольство. Он официальным тоном отказал:
— У вас нет ордера на обыск, вы не имеете права проверять наши телефоны.
Если прежние ответы можно было счесть обычными, то реакция Чжао Юляна заставила Сун Вэня насторожиться. Он прищурился:
— Доктор Чжао, вы, смотрю, неплохо знаете закон, не зря человек образованный. Я всего лишь прошу вас сотрудничать со следствием. А после ваших слов у меня как раз и складывается впечатление, что в вашем телефоне есть что-то не для чужих глаз.
Однако по сути Чжао Юлян прав. Он пока не является подозреваемым, и если он не согласен, Сун Вэнь действительно не имеет права сейчас проверять его телефон.
Цянь Цзян рядом развёл руками, слегка кашлянул, стараясь сгладить ситуацию:
— Я-то не против, чтобы вы проверили, офицер, только вот беда — мой телефон пропал.
Сун Вэнь нахмурился:
— Какое совпадение?
Цянь Цзян кивнул:
— Правда… вот такое совпадение. Пока выходил в туалет, кто-то его стащил. — Он кивнул на лежавшую рядом Bluetooth-гарнитуру. — Осталась только это. Только что все вместе помогали мне искать телефон, все это знают.
Тань Шань опустила голову и тихо сказала сбоку:
— Правда потерялся. Мы уже чуть было не вызвали полицию. Договорились после ужина ещё поискать, а теперь полицейские и так пришли, видимо, заявлять уже не нужно.
Сун Вэнь лишь беспомощно махнул рукой:
— Ладно. Чжан Цзыци, поговори с управляющим. Пусть подготовят несколько отдельных кабинетов и рассадят их по одному, чтобы не было сговора. Я по одному опрошу каждого о сегодняшнем вечере.
http://bllate.org/book/14901/1583882
