Юй Лань тут же с облегчением выдохнул.
Значит, Чу Ван не видел всего того, что он вытворял до этого!
Но поскольку вся эта ситуация по-прежнему казалась слишком жуткой и сверхъестественной, он всё же осторожно спросил:
— Так... господин Чу, до моего прихода вы всё это время были заперты в этой комнате без чувств и сознания?
Чу Ван на мгновение задумался и кивнул.
На самом деле, если не считать того, что он вовсе не был лишен чувств, в остальном всё было именно так, как сказал Юй Лань.
Увидев его кивок, Юй Лань пришел в такой шок, что по инерции чуть не выпалил:
— Твою...
К счастью, он вовремя осекся, не договорив ругательство, и резко сменил тон:
— Я...даже представить себе не могу, как вы всё это вынесли.
На его лице отразилась совершенно явная боль сочувствия.
И хотя он исправился на лету и слегка переиграл с выражением лица, его слова и мысли были абсолютно искренними. В конце концов, подобная участь стала бы катастрофой для любого человека, и Юй Ланю было страшно даже просто подумать об этом.
Возможно, из-за того, что после превращения в духовное тело его слух и зрение невероятно обострились, Чу Ван не только смог расслышать с третьего этажа всё происходящее на первом, но и сейчас отчетливо улавливал малейшие изменения в мимике Юй Ланя.
Он невозмутимо добавил:
— Ничего страшного, теперь ведь стало немного лучше.
Глаза Юй Ланя заблестели: он решил горячо приободрить своего новоиспеченного мужа, парящего в метре от него:
— Господин Чу, не отчаивайтесь! Кто знает, возможно, вы очнетесь в любой момент!
«Ты просто обязан очнуться». Хотя он и попал в книгу, способность видеть Чу Вана была сродни легальному чит-коду. Как только пройдут эти три месяца, он избежит участи пушечного мяса и устремится навстречу прекрасной жизни...
Пока он предавался этим сладким мечтам, Чу Ван произнес:
— Разумеется, если тебе это наскучит или появятся какие-то другие просьбы, можешь говорить мне напрямую.
«Так это вообще прекрасно!» — обрадовался Юй Лань. Если всё пройдет гладко, он задобрит Чу Вана и его семью, а потом, глядишь, сможет скопить небольшой капиталец и заняться тем, о чем давно мечтал, но не имел возможности.
Юй Лань уже начал вовсю планировать будущее, поэтому очень решительно замотал головой:
— Господин Чу, не сдавайтесь! Раз уж я здесь, то отныне буду каждый день искренне молиться за вас, а каждую неделю — ходить в храм, жечь благовония и просить о чуде!
Полупрозрачное тело Чу Вана на секунду замерло в воздухе:
— ...Ты, кажется, твердо уверен, что я очнусь.
Юй Лань едва не поперхнулся и тут же попытался выкрутиться:
— Я...я просто свято верю в это всем сердцем.
— Как вы знаете, господин Чу, там, где есть мужество, случаются и чудеса.
Чу Ван, неясно, поверив или нет, тихо усмехнулся. Его врожденное высокомерие, казалось, слегка поутихло:
— Что ж, благодарю за твою заботу, Сяо Юй.
Не зная, как к нему обращаться — ведь называть его «женой» было бы слишком странно, — Чу Ван из соображений светского этикета выбрал такое обращение.
— Помочь господину Чу — большая честь для меня, — Юй Лань притворно смутился и опустил голову. — Господин Чу может называть меня просто Юй Лань.
В конце концов, с книжной семьей Юй он не желал иметь ничего общего. А в своем родном мире он сам выбрал себе эту фамилию, и только потому, что тетушка Лю часто сажала во дворе тюльпаны.
И хотя надежда вернуться назад была ничтожно мала, ему по-прежнему очень нравился этот иероглиф.
Однако эту причину он никак не мог озвучить Чу Вану. Решив до конца придерживаться выбранного образа, Юй Лань слегка склонил голову и произнес с напускной застенчивостью:
— Мне всё равно, как меня называют другие, но мне нравится слышать свое имя из уст господина Чу.
К счастью, Чу Ван, судя по всему, поверил его словам, а потому, ничего не спрашивая, просто согласился.
— А если я выйду из этой комнаты, господин Чу снова не сможет двигаться? — неожиданно спросил Юй Лань, вспомнив недавние слова собеседника.
Чу Ван ответил не задумываясь:
— Возможно.
На этот раз Юй Ланю стало по-настоящему жаль Чу Вана:
— Тогда не волнуйтесь, я обязательно буду приходить почаще...
Но не успел он договорить, как за дверью послышались шаги.
Юй Лань мгновенно захлопнул рот.
Это пришла Си Цюнь, а за ней следовал человек, похожий на медбрата. Постучавшись, они вошли внутрь и увидели Юй Ланя, сидящего на стуле.
В тот момент Юй Лань, казалось, витал в облаках, словно вид Чу Вана вызвал в нем какие-то глубокие переживания.
Но в целом он по-прежнему выглядел хрупким и кротким. Подняв голову, он посмотрел на вошедших слегка покрасневшими глазами:
— Тетушка...
— Теперь ты примерно представляешь состояние Чу Вана, — мягко произнесла Си Цюнь, бросив взгляд на тело сына, которое всё так же безмятежно лежало на кровати.
Юй Лань кивнул и тоже осторожно перевел взгляд в ту сторону...
Духовное тело Чу Вана всё еще парило в воздухе, наблюдая за ним и Си Цюнь.
На его лице не было никаких эмоций, словно подобная сцена разворачивалась перед ним уже бессчетное множество раз.
Вошедшие никак на него не отреагировали. Похоже, всё было именно так, как он и думал: только Юй Лань мог видеть Чу Вана в облике духа.
Тем временем человек в форме медбрата привычным шагом подошел к кровати и слегка откинул одеяло, готовясь к рутинным процедурам.
Этот человек, должно быть, был нанят специально для проведения физиотерапии Чу Вана. Юй Лань помнил его по книге: именно его подкупил книжный «Юй Лань», чтобы беспрепятственно издеваться над парализованным мужем.
В этот раз Юй Лань заговорил первым:
— Тетушка!
Не успев даже взглянуть на реакцию Чу Вана, он обратился к Си Цюнь:
— Раз уж мы с господином Чу поженились, почему бы не поручить заботу о нем мне?
«Ему ведь нужно налаживать отношения с Чу Ваном, а это — просто идеальная возможность!»
Си Цюнь опешила:
— Сяо Юй, это слишком тяжело. Того, что ты согласился войти в нашу семью, уже более чем достаточно. Для таких хлопот у нас есть специально нанятые люди.
Юй Лань покачал головой. Снова переведя взгляд на кровать, он тихо произнес:
— Ничего страшного, я с самого начала хотел сам ухаживать за господином Чу. К тому же в детстве я освоил кое-какие базовые навыки сиделки, а чему не научился — смогу подучить. Просто...
Он сделал безупречно выверенную паузу.
— Мы с господином Чу... теперь женаты. Это мой долг как супруги.
Он произнес эти слова очень мягко, и в его тоне слышалась жалкая, робкая мольба.
Си Цюнь совершенно не умела отказывать послушным детям с таким тоном. Чу Ван с самого детства был слишком самостоятельным и своенравным, поэтому она почти не успела насладиться счастьем дарить материнскую любовь. Услышав слова Юй Ланя, ее сердце растаяло, а глаза слегка покраснели от нахлынувших чувств.
Она закивала:
— Хорошо, какой же ты молодец...
Медбрат остановился и не стал продолжать свои манипуляции.
Си Цюнь взяла Юй Ланя за руку и ласково похлопала по ней:
— Сяо Юй, раз уж тебя это не смущает, тогда придется тебе немного потрудиться.
Юй Лань решил ковать железо пока горячо:
— Никакой это не труд! Для меня это в радость.
Ведь совсем недавно он разыграл перед Си Цюнь спектакль о том, как давно был тайно влюблен в Чу Вана.
Си Цюнь поверила ему и жестом отослала медбрата отдыхать.
Затем она повернулась и с нежностью посмотрела на юношу:
— Сяо Юй, я велела на кухне приготовить поздний ужин. Не зная твоих предпочтений, попросила сделать понемногу всего.
— Пойдем, тетушка составит тебе компанию. Перекусишь, а потом вернешься и закончишь дела, это не к спеху.
На этот раз Юй Лань не стал отказываться, ведь от недавнего яблока аппетит лишь разыгрался еще сильнее.
Семья Чу, надо отдать им должное, умела жить на широкую ногу — Юй Ланю еще никогда в жизни не доводилось отведать столь богатого и роскошного ночного пиршества.
Однако он не осмелился засиживаться слишком долго, ведь в спальне на третьем этаже его дожидался призрак.
Юй Лань не знал, как там сейчас Чу Ван. Вдруг стоило ему уйти, как тот и вправду оказался полностью парализован?
Хотя, когда к кровати подошел медбрат, он не особо размышлял об этом. Как ни крути, Чу Ван был человеком, державшим в страхе весь город А, а теперь лежал здесь, совершенно беспомощный.
С его-то гордостью, Чу Ван наверняка бы не вынес, если бы Юй Лань своими глазами наблюдал, как посторонний человек бесцеремонно проводит над ним все эти унизительные процедуры.
«Так и есть», — думал Юй Лань, покусывая ложку.
В два счета расправившись со свежеиспеченным пудингом, он заявил Си Цюнь, что возвращается на третий этаж.
Лицо Си Цюнь озарилось умилением и радостью. Она еще раз наказала ему позвать сиделку, если тот почувствует усталость.
Юй Лань покорно согласился со всем и, переживая о своем домашнем привидении, даже не стал ждать лифт, а быстрым шагом направился в спальню Чу Вана.
Не считая недоеденного яблока, комната выглядела в точности так же, как и в момент его первого появления.
Едва закрыв дверь и убедившись, что в коридоре никого нет, Юй Лань направился за перегородку, тихонько и тоненько подзывая:
— Господин Чу, господин Чу?
Но в ответ ему прозвучало лишь эхо собственного голоса. Тот, кто недавно жаловался на придавленную ногу, больше не отзывался.
Сам Чу Ван по-прежнему неподвижно лежал на кровати, а кардиомонитор всё так же безучастно отмерял удары сердца.
Юй Лань позвал еще пару раз — никакого ответа.
Его сердце вдруг тревожно сжалось.
«Он что... исчез?»
Заволновавшись, не уплыл ли Чу Ван куда-нибудь в ванную комнату или еще куда, он начал поиски от самой двери. Обойдя всю спальню так, что шея затекла от постоянного закидывания головы, он так и не обнаружил парящего в воздухе полупрозрачного силуэта.
Юй Лань даже подошел к окну и довольно долго вглядывался наружу, высунувшись на улицу.
Но и там было пусто.
Им овладело беспокойство. Он даже засомневался, не привиделся ли ему Чу Ван в пылу разыгравшегося воображения.
Но Юй Лань никогда не имел привычки обманывать самого себя. Он же отчетливо помнил эти глаза и тот голос, который так его напугал. Разве это могло быть галлюцинацией?
Наверняка что-то пошло не так, из-за чего духовное тело внезапно испарилось.
Проведя в тщетных поисках около десяти минут, Юй Лань в растерянности опустился на стул.
Вся эта ситуация от начала и до конца была слишком фантастической и не поддавалась никакой логике.
Мысли путались в клубок. От тайной радости после разговора с Си Цюнь не осталось и следа. Глядя в пустоту, Юй Лань вспоминал слова Чу Вана о том, что до его прихода тот был словно запечатан. Неужели, стоило ему выйти, как Чу Вана снова заперли в его телесном плену?
Он довольно долго просидел в оцепенении, и лишь когда в глазах начало саднить от сухости, вяло поднялся на ноги.
Как бы там ни было, он дал обещание Си Цюнь.
«Ладно, для начала оботру тело этого "растения"», — подумал Юй Лань, подходя к кровати с поникшими плечами.
«Почему мне позволили списать лишь пару минут, а потом сразу отобрали экзаменационный лист?»
Шаркая тапочками, он направился в ванную. Было видно, что за Чу Ваном отлично ухаживали: здесь имелось всё необходимое.
Юй Лань отыскал горячее стерильное полотенце, набрал в таз воды и со вздохом вернулся к Чу Вану.
Он коснулся его запястья — оно оказалось прохладным. Видимо, тот медбрат откинул одеяло, да так и забыл вернуть его на место.
Рука человека, находящегося в коме, была бледной, но ногти были аккуратно подстрижены, а подушечки пальцев оставались мягкими и округлыми. Им лишь недоставало здорового розоватого оттенка.
Юй Лань нащупал пульс: под его пальцами ритмично пульсировала вена, вторя звукам кардиомонитора.
Он замер в оцепенении, как вдруг из ниоткуда раздался до боли знакомый голос:
— Юй Лань.
Юй Лань резко пришел в себя. Вскинув голову, он обнаружил, что пропавший было Чу Ван материализовался вновь.
Он звал его по имени, и в его голосе слышалась легкая спешка.
Полотенце выпало из рук Юй Ланя и шлепнулось на одеяло. Он изумленно приоткрыл рот:
— Господин Чу?
— Как вы только что...
Чу Вану и самому это казалось удивительным.
После ухода Юй Ланя он не почувствовал никаких изменений по сравнению со своим обычным состоянием, поэтому решил, что в мире просто появился один человек, способный его видеть.
Но когда Си Цюнь привела медбрата... Хоть он давно привык к подобным зрелищам, в то мгновение внутри него действительно вспыхнуло неприятие: он совершенно не хотел, чтобы Юй Лань тоже это видел.
Прятаться было бессмысленно, а если бы он подал голос, вышло бы еще более неловко.
Поэтому он просто молча наблюдал.
В конце концов, для парализованного больного понятие гордости не имело никакого значения.
Однако он никак не ожидал, что Юй Лань остановит сиделку ровно в тот момент, когда тот начнет откидывать одеяло.
Трудно было подобрать название этим эмоциям, но в ту секунду Чу Ван действительно облегченно, едва заметно выдохнул.
Именно поэтому, заслышав шаги возвращающегося Юй Ланя, он специально подлетел к дивану и стал ждать, желая сказать ему, что если тот устал, то может не утруждать себя обтираниями и просто отдохнуть.
Но к его изумлению, войдя в комнату, Юй Лань словно ничего не заметил и прошел прямо сквозь него.
В тот момент, когда сквозь его полупрозрачное тело прошли насквозь, Чу Ван всё понял.
Его жена, похоже, снова перестала его видеть.
Огромная безысходность вперемешку с крошечной долей разочарования подкатили к горлу, с головой накрывая Чу Вана.
Ему оставалось лишь наблюдать, как Юй Лань безостановочно зовет его: от робкого «господин Чу» до недовольного бормотания «Ну и где он?».
Он смотрел, как Юй Лань рыщет по всей спальне, но так и не может его найти.
Он пытался позвать его, но Юй Лань не реагировал.
И только когда юноша, вздохнув, снова опустился на стул, в голове Чу Вана внезапно промелькнула догадка.
В самый первый раз, хоть он и находился в комнате, Юй Лань заметил его далеко не сразу.
Но стоило Юй Ланю усесться с яблоком, небрежно привалиться к кровати и случайно задеть его ногу, как тот тут же смог уловить его голос, а затем они и вовсе встретились взглядами.
Поэтому Чу Ван замер у собственной постели. И когда Юй Лань наконец обхватил его запястье, он сделал попытку заговорить — и тот, как и ожидалось, услышал его голос.
Чу Ван и сам не понимал почему, но он, человек от природы хладнокровный, в этот момент вдруг почувствовал невероятное облегчение.
Возможно, сказалось то, что он слишком долго ни с кем не общался.
Он кратко и ясно изложил свою теорию:
— Как и в первый раз: похоже, тебе необходимо коснуться моего тела, чтобы увидеть меня.
Юй Лань счел это чем-то из ряда вон выходящим, но, оглянувшись назад, понял, что слова Чу Вана были чистой правдой.
Вновь увидеть Чу Вана было поистине волшебным чувством — словно сон оказался явью или нелепая выдумка обрела плоть.
Юй Лань захлопал глазами и протяжно выдохнул:
— Господин Чу, а я уж грешным делом подумал, что у меня начались галлюцинации!
Чу Ван чуть заметно кивнул.
— Ничего себе условия! — Юй Лань посмотрел на зависшего в воздухе Чу Вана, затем снова взял руку парализованного мужчины и с исследовательским интересом уставился на нее.
Словно желая удостовериться, он вытянул свои теплые, мягкие пальцы и принялся легонько потирать бледную, холодную тыльную сторону ладони Чу Вана.
Всё еще не оправившись от потрясения, он совершенно позабыл о своем образе хрупкой неженки и еще пару раз потерся о его руку — ласково и уютно.
— Господин Чу, — с искренним восторгом заявил Юй Лань. — Вы прям как волшебная лампа Аладдина!
http://bllate.org/book/14892/1340513
