Готовый перевод Knife / Нож: Глава 3

С появлением ножа над головой жизнь Цзя Мина круто изменилась.

Он превратился в человека, одержимого одной миссией: доказать свою беззаветную преданность Королю.

Он сменил рингтон на мерзкое завывание Короля с недавней попойки, которое он теперь почитал за ангельское пение. Раскошелился на хвалебные транспаранты и, словно раболепный паж, обвешал ими весь свой дом. И, разумеется, портрет Его Величества занял почётное место в гостиной, взирая на гостей с королевским прищуром.

Но Цзя Мину и этого было мало. Каждый раз, выходя из дома, он театрально падал на колено перед изображением монарха и громогласно ревел: «Слава Королю!». От его рёва дрожали стёкла. Соседи молча скрипели зубами, опасаясь, как бы карающий нож не обрушился и на них.

Вся эта показуха была для Цзя Мина способом во всеуслышание заявить о своей лояльности и избежать малейших неприятностей.

В этом мире… что может быть слаще лести? Цзя Мин всего лишь пытался задобрить Короля, выторговать себе оберег от бед. Разве это преступление?

Вот только его старания не всех убеждали.

Особенно А Чэна.

В тот день, когда очередной хвалебный клич Цзя Мина разнёсся по округе, терпение его соседа лопнуло.

А Чэн распахнул окно, схватил мегафон и с не меньшим задором проорал в ответ:

— Цзя Мин, ты, бесхребетная шестёрка, пошёл к чёрту! Нализался уже? Если так приспичило подхалимничать, будь добр, делай это потише! От тебя уже тошнит!

Подумать только, А Чэн — какой-то прощелыга, которому по счастливой случайности досталась книжная лавка, — кто дал ему право так говорить?

Именно эти язвительные слова глубоко задели Цзя Мина. Он затаил злобу, которая позже и вылилась в визит того самого председателя гильдии торговцев.

— Доброго утра! Что за шум? — В лавку А Чэна вошёл высокий мужчина в очках с чёрной оправой, сжимая в руке книгу в фиолетовом переплёте.

Лицо А Чэна просияло. Он широко улыбнулся гостю.

— Малыш, какими судьбами? У тебя разве не лекция?

— Лекция позже. И прекрати называть меня «Малышом», ясно? Я Ито! — с лёгким раздражением бросил тот в ответ. — Я давно уже не тот заморыш, которого ты когда-то спас. Я перерос тебя, сэмпай, и не только в росте!

— Понял, Малыш… то есть, Ито, — тут же исправился А Чэн, и его взгляд упал на фолиант в руках гостя. — Какой древний талмуд. Не собираешься ли оставить его здесь насовсем?

— Едва ли, — ответил Ито и посмотрел прямо в глаза А Чэну. Голос его прозвучал на удивление серьёзно. — В этой книге… заключён секрет, как усмирить «нож».

Открытие прозвучало как гром среди ясного неба. А Чэн и его хозяйка, уже собравшаяся было уходить, в унисон ахнули.

А Чэн тут же засуетился: вытащил из-за прилавка стул, достал из ящика припасённый к обеду лимонный чай и с величайшим почтением протянул всё это Ито.

— Простите мою невежественную дерзость, Учитель! — взмолился он, сложив руки в умоляющем жесте. — О, Великий Мастер, какая мудрость сокрыта в сей книге, что спасёт такого ничтожества, как я? Делитесь знанием, да поскорее!

— Да, да, рассказывайте, и живо! — подхватила хозяйка, вся обратившись в слух. Шанс избавиться от проклятого ножа был мечтой каждого. — Я вам даже свидание со своей внучкой устрою, для стимула!

— Он по мальчикам. Да и внучке вашей лет десять, не больше? — хладнокровно приземлил её А Чэн.

— Не беда! — не растерялась та и с уверенностью вскинула большой палец. — Мой внук тоже не промах!

— Да погодите вы! Это уже совсем ни в какие ворота! Этому «не промаху» всего восемь лет от роду! — А Чэн в полном отчаянии закатил глаза.

— Так, хватит! Угомонитесь! — прервал их балаган Ито.

Когда говорит мудрость, остальные замолкают. Парочка тут же прикусила языки. Ито, картинно кашлянув, раскрыл фиолетовый фолиант на странице с какой-то таинственной схемой и задал вопрос:

— Как вы считаете, черти на свете существуют?

Не моргнув и глазом, А Чэн и хозяйка хором выпалили:

— Веруем!

— Какая прыть, — хмыкнул Ито, протыкая трубочкой упаковку с чаем. Он сделал глоток и продолжил: — Обычно люди не готовы вот так сразу принять идею о существовании нечистой силы без капельки веры…

А Чэн и хозяйка, не сговариваясь, ткнули пальцами в потолок — прямо на висевшие там ножи. Этим жестом они без слов давали понять: уж если такая диковина может просто взять и появиться, то они готовы поверить в любую потустороннюю чертовщину.

— Так, вернёмся к делу, — осадил их Ито. — Я достаточно долго корпел над этой книгой и пришёл к выводу: эта пакость над нашими головами — чистой воды бесовщина. Иными словами, какой-то мерзавец призвал злобного духа.

— Постой-ка, Ито… когда ты говоришь «злобный дух»… — в памяти А Чэна тут же всплыла картинка с экрана звездолёта. — Ты ведь не про этого хмыря, «Великого Мастера»? Он же с виду — типичный книжный червь!

— Внешность у бесов обманчива, — веско кивнул Ито. — А чтобы нож навис над целой страной, готовый сорваться от одного неверного слова… Тут мы имеем дело не с рядовым чертёнком.

— И… что же нам делать? — голос хозяйки предательски дрогнул. Она испугалась, что их робкая надежда на спасение тает на глазах.

— Убить демона мы не сможем, но вот спасти собственные шкуры — вполне, — провозгласил Ито. Он встал и указал на стену за кассой. — Наше спасение — прямо там, на стене.

Переводчик и редактор — Rudiment.

http://bllate.org/book/14791/1318854