Готовый перевод Судьба неизменна перед лицом смерти / От судьбы не убежишь: Глава 60. Бесстыдство продолжается!

Свежий ветерок приятно обдул лицо, и Си Ван открыл глаза. Рассвет. Яркий, золотистый рассвет струился во все стороны, освещая своим сиянием горы, деревья, изящные особняки. Тёплые лучи солнца пробивались сквозь листву, играя на земле искрящимися бликами, как будто сверкающие звёзды опустились на землю. Кажется, даже природа замерла в ожидании, предвкушая всё то великолепие, что принесёт с собой этот восход.

Но от этой картины у Си Цзи сжалось сердце. Душно. Воздух Даогуана душил, несмотря на свою свежесть, а окружающие люди, все как один, проносились мимо с одинаковым восхищённым выражением лица. Они смотрели на Си Вана, раболепно улыбались и расходились перед одиноким заклинателем, который пытался найти хоть один намёк на существование Фаньшэ в этом кошмаре.

— Брат Си! — с левой стороны появляется неразличимый силуэт, который хватает Си Вана за руку. — Твои подвиги потрясающие! Победить полчище демонов — это невероятно! Когда ты снова собираешься к границе? Возьми меня с собой! Я помогу. Этим ублюдкам точно не поздоровится.

Другую руку тоже хватают, и Си Цзи чувствует, как его тянут вниз, заставляют подчиниться и склониться. Краски омрачаются и теряют свой пигмент. Сумерки медленно окутывают его, словно туман, стелющийся по безжизненным просторам. Тени становятся глубокими и многослойными, поглощая оставшееся тепло. Каждый камень и каждое дерево теперь выглядят как отголоски прошлого, устало глядя на застывшую поверхность озера, отражающего безрадостное небо. Это больше не разноцветный Даогуан, ослеплённый солнцем — а самое холодное и пустое место на земле.

— Брат Си! Твои подвиги потрясающие! Победить полчище демонов — это невероятно! Когда ты снова собираешься к границе? Возьми меня с собой! Я помогу. Этим ублюдкам точно не поздоровится. Кстати... — образ усиливает хватку, болезненно сжимая запястье. — Когда ты избавишься от этого ублюдка Цзин? Он только жизнь всем портит.

Зрачки Си Вана испуганно расширяются. Он вскидывает голову и нервно оглядывает весь Даогуан, пока наконец-то не находит Фаньшэ, стоящего неподалёку со сложенными на груди руками. Выглядывающие из-под капюшона янтарные глаза ярко сияли и пристально наблюдали за действиями Си Цзи, как будто тот стал самым противным человеком в мире.

— Фань-гэ!

Неожиданно ещё один силуэт появляется поблизости, и её пронзительный крик оглушает Си Вана:

— Герой Си! Твои подвиги потрясающие! Победить полчище демонов — это невероятно! Когда ты снова собираешься к границе? Возьми меня с собой! Я помогу. Этим ублюдкам точно не поздоровится. Когда ты избавишься от этого ублюдка Цзин? Он только жизнь всем портит. Лучше бы он умер!

Как только эти слова прозвучали, Цзин Фаньшэ упал на колени, прижимая ладонь ко рту и сдерживая кровавый кашель. Синие одежды начинают темнеть, приобретая неприятный фиолетовый оттенок. Окровавленный капюшон сгорает под солнцем, открывая обгоревшую пятнистую кожу. Уродливые ожоги проникали так глубоко, что становилось неясно, как Фаньшэ вообще мог выжить!

— Фань-гэ!

Марионетки смотрели на обращённого, смеялись и даже танцевали от радости, проклиная ублюдка Цзин и восхваляя Героя Си.

Одной рукой Си Цзи отталкивает надоедливый образ незнакомой девушки, тянущей к нему руки, но не успевает сделать и шага, как перед ним оказывается родная матушка. Женщина, до боли похожая на него, проигравшая своим желаниям и падшая в бездну из-за одержимости.

— Ты должен исполнить предназначение! — голос И Тяомин двоится, повторяется эхом, отражается в сознании Си Вана и словно топит его в пучине боли и отчаяния.

«Фань-гэ, Фань-гэгэ!» — только мог думать Наследник Первого Принца, пока его утягивало всё ниже и ниже. Он хватался за всё, что мог увидеть, пытался выбраться из этого болота, но в итоге только наблюдал, как Фаньшэ горел под солнцем.

— Ты должен исполнить своё предназначение! Должен! Исполнить! — продолжала кричать сумасшедшая мать. — Убей всех демонов на своём пути! Убей обращённого, что портит тебе жизнь! Убей его! Избавь мир от грязи! Исполни то, ради чего живут потомки Первого Принца! Докажи, что я не зря отдала жизнь ради твоего рождения! Что я не зря страдала, бросив свой орден и выбрав твоего папашу! Убей его!

В руках не пойми откуда появляется противная железяка, Белый Меч Правосудия, а на чёрной разрушенной земле — умирающее тело Цзин Фаньшэ. Тот смотрел на Си Цзи с пустотой в глазах, мол, даже если его убьют, он не станет сопротивляться, а тихо и мирно примет свою смерть.

Дрожащие руки разворачивают оружие — острие меча прикасается к белоснежной шее Си Вана, из которой появляется тонкая ниточка крови.

— Ты... — губы Цзин Фаньшэ еле шевелятся, сил хватает только на то, чтобы чуть повернуть глаза на зарёванное лицо Си Цзи, — что делаешь, пиздюк?!

От удивления Си Ван забывает даже о чём думал. В первый и последний раз Фань-гэ обозвал его пиздюком, когда тот, будучи четырнадцатилетним учеником, совершил невероятную глупость, попав в логово опасной демоницы, совращающей мужчин и женщин. Она крала их энергию жизни, если человек поддавался соблазнению и падал в её объятия. К счастью, маленького птенчика та не сочла его полезным или «вкусным», поэтому чары использовать не торопилась.

Однако с появлением Фаньшэ всё изменилось. Демоница взревела, как ястреб во время охоты, и попыталась стремительно приблизиться к заклинателю! И, когда между ними осталось совсем чуть-чуть, женщина изумлённо замерла и широко раскрыла глаза.

— Как такое возможно? — воскликнула она, чуть не сложившись пополам от шока. — Почему мои чары не работают? Ты никого не видишь?!

Те слова заставили «безобидного» Си Вана скинуть голову к наставнику.

Неужели тот никогда не влюблялся? Разве прожив столько времени, можно было и не влюбиться? Даже мимолётно? Даже повстречав так много людей? И ни разу?

Пристальный взор птенчика метнулся к облику Жэнь Чжими с отравляющим желанием дотронуться до того, кто прячется под маской. И не просто дотронуться. Узнать ближе, узнать правду, стать ближе, роднее! Может быть, у него получится хоть немного приблизиться к Цзин Фаньшэ? Получится увидеть его настоящее лицо? Получится встать рядом, чтобы можно было идти рука об руку? Прикоснуться...

Шурх! — одним движением меча Фаньшэ срезает голову демоницы и с безразличием проходит мимо падающего тела.

— Ах ты, мелкий пиздюк! — наставник говорил громко, грубо, что становилось страшно. Но его взволнованное лицо и тычки в пухлые детские щёки выдавали его беспокойство и заботу. — Ты почему ослушался и вышел из гостиницы? Как я, по-твоему, должен искать тебя в этом огромном городе?

Договорив, Цзин Фаньшэ упирает руки в бока и высокомерно фыркает.

Юношеский ворчливый голос задыхается от несправедливости и отвечает:

— Что сразу «пиздюк»? — это не голос маленького птенчика.

На этот раз Си Цзи просыпается. Место рядом опустело и не успело потерять своё драгоценное тепло — значит, Фань-гэ встал совсем недавно. И вместо него на Си Ване лежало знакомое одеяло, то самое, которое Фаньшэ брал в свои путешествия.

Наследник небожителя непонимающе нахмурил брови.

Где его айжэнь?

А возмущённый мальчишка Чи Цзюсин продолжает:

— Дождь закончился, и брат Шань предложил поохотиться. Мы ненадолго!

— О, — кивнул вверх Фаньшэ. — Понимаю. Но с каких это пор вы двое стали великими охотниками? Назови мне хоть одно животное, которое ты поймал в своей жизни.

Не найдя ответа, Сяо Чи кривит хитрые губы и опускает свой наглый взгляд. Нет, серьёзно! Его лицо выглядело так, будто ругали его зазря, и стоит только кому-нибудь из взрослых отвернуться, как этот паршивец натворит дел. А потом ещё и бедного-невиновного из себя строить начнёт! Едакий маленький чертёнок. Тьфу-тьфу-тьфу.

Цзин Фаньшэ поправил капюшон, ничего не ответив. Он тоже не понимал, что в голове у этого ребёнка.

— У нас не хватает припасов? Иначе, зачем охотиться? — как будто невзначай поинтересовался Си Ван, вставая и собирая два одеяла в узелки. Он увидел, как Фань-гэ обернулся к нему и почувствовал, как уголки возлюбленного поплыли вверх. — С добрым утром.

Голова паршивца Цзин чуть наклонилась, а плечи поменяли своё положение, став более расслабленными.

— И тебе. Не замерз?

— Разве с Фань-гэ в обнимку можно замёрзнуть? — рассмеялся Си Ван и приобнял Фаньшэ за талию. А последний понял, что тот всё же замёрз, не смотря на второе утеплённое одеяло.

Чи Цзюсин вновь скривил лицо и раздражённо цыкнул. Он уже собирался буркнуть что-нибудь острое, но в этот момент в разваленный домишко зашёл Лянъян, который в свою очередь очень глупо замер, почувствовав на себе полдюжины глаз.

— Ой, ха-ха, вы уже проснулись...

— А вот и наш Великий, непревзойдённый охотник Шань Лянъян! — торжественно объявил Цзин Фаньшэ, чуть повернувшись, но не выплывая из объятий Си Вана. — Десять попаданий из десяти, гора трофеев, надежда голодающих и герой всех заклинателей, который по какой-то причине собрался на охоту тайком?! И он даже не предупредил своего старшего?

— Цзин-сюн... — лицо Шань Лянъяна полностью покраснело то ли от смущения, то ли от стыда. Он прижал длинный лук к груди и упрямо поджал губы. — Кушать же тоже что-то надо. Тем более, Сяо Чи, молодой организм, ему надо правильно и хорошо питаться! Вон он, какой недокормленный.

С недоумением повернувшись на брата Шань, Чи Цзюсин опустил на себя глаза, пытаясь понять, действительно ли он выглядит как умирающий ребёнок.

Вообще-то нет, просто Лянъян иногда преувеличивает. Не специально. Фаньшэ сразу понял, что тот просто хотел показать свои навыки стрельбы из лука. Однако так просто отпускать их... Один всю жизнь прожил в заточении в пещере, а второй большую часть обучения за барьером в ордене — разве можно так просто отпустить их одних?

— Айжэнь, пусть они поохотятся немного, — произнёс Си Ван, который до этого молча наблюдал. Он пару раз провёл ладонью вверх-вниз по талии обращённого, как будто пытаясь умаслить его. — К тому же Молодой Господин Шань и Сяо Чи обещают быть осторожными и не сильно увлекаться?

Его пристальный взгляд упирается на заклинателя и обращённого.

— Да-да, Цзин-сюн, мы будем осторожными!

— Поймаем курочку или... Или ещё кого-нибудь.

— Сяо Чи, дикой курицы не бывает, она просто не выживет.

— Да? — мальчишка-обращённый глупо захлопал глазами. О самой вкусной ароматной курочке, подаваемой в столице, он узнал совсем недавно от братца Шань и сразу же вдохновился на то, чтобы её попробовать! — А кто ещё есть?

— Да много кто: гуси, утки, фазаны, куропатки, тетерева. Кабаны, вроде, тоже водятся в этих краях.

Спрашивать, каким образом огромная вонючая свинья оказалась в перечне птиц, Цзин Фаньшэ не стал. Он просто махнул рукой на этих надоедливых болтливых детей и прикрикнул:

— Идите уже!

А те и не думали медлить — убежали сразу же, оставив за собой отголосок радостных разговоров.

Си Ван довольно улыбнулся, за что и услышал «Бесстыдник!» от Фаньшэ. Его рука, потирающая спину Фань-гэ, пальцы которой спускались всё ниже и ниже, исчезла с чужого тела.

— Айжэнь так жесток, — без раскаяния приуныл Си Цзи. И более того, он ни на один Фэнь* не отстранился, а наоборот, ещё смелее прижал возлюбленного к себе. — Айжэнь так много времени уделяет другим людям, что этот муж чувствует себя несчастным.

*Фэнь (分) — 3,33 мм.

К несчастью для Си Вана, такие откровенные лесть и заигрывания не сработали на Фаньшэ.

— Муж несчастен? — ахнул обращённый и начал свою игру. Правой рукой он начал нежно гладить Си Цзи по шее, надавливать на взволнованный кадык и кончиками пальцев небрежно развлекаться с его губами. Левой же рукой он вовсю исследовал Си-Вановскую одежду. На груди он обводил узоры, застревал на ключицах, как будто случайно задевал край верхней одежды и неловко ойкал. — В таком случае мне надо исправить свои ошибки?

Птенчик уже проиграл в этом бою. Его некогда уверенное лицо раскраснелось, дыхание сбилось, а руки задрожали. Прикрыв глаза, он притягивает Фаньшэ к себе и целует. Вот так просто, через ткань. Но этот поцелуй показался им обоим самым долгожданным и необходимым.

— Не снимешь мою маску?

Следующий поцелуй буквально снёс Цзин Фаньшэ с ног — Си Ван повалил его на пол, продолжая целовать и ловко развязывая пояс. Обращённый тоже решил не оставаться в стороне, пытаясь сквозь мокрые поцелуи раздеть возлюбленного.

Мысль о повторе той ночи привела Фаньшэ в видимый восторг.

Хотя, если бы он знал о культе «чистоты» среди заклинателей или что кто-то мог охарактеризовать его мысли или действия как вульгарные и непристойные, то вёл бы себя менее вызывающе. Ему точно не хотелось казаться Си Цзи каким-то неправильным и плохим.

Но ведь и Си Ван не пальцем деланный. Где кто-то видел похабщину и грязь, он лишь видел любовь близкого человека. Где окружающие видели Паршивца Цзин, человека с отвратительным характером, внешностью и подлыми поступками, он замечал лишь Фань-гэгэ, смелого и откровенного, пусть и имеющего свои недостатки.

Но кто в этом мире был идеальным?

Губы Си Цзи добрались до его шеи, оставляя за собой россыпь следов из поцелуев. Его горячее дыхание обжигало кожу Фаньшэ, холодеющую на прохладном воздухе. Ловкие пальцы добрались до нежных, чувствительных к солнцу пятнышек.

Оба замерли. Только встретились взглядами и, прочитав в них подтверждение, начали одеваться обратно. Подозрения подтвердила маленькая птичка, приземлившаяся на груду брошенных на пол вещей и тут же исчезнувшая в серой дымке.

За секунду до открытия двери Си Ван встаёт и прикрывает Фаньшэ своей спиной. За эти мгновения тот успевает сжать края растрёпанной одежды на груди и накинуть капюшон.

Залетевшим в домишко оказался Старейшина Даогуана, второй по власти после Главы Ань. Лю Вэйдэ с грохотом отворил хлюпкую дверцу и сразу взволнованно выкрикнул:

— Где Лянъян?!

— Охотится в лесу, — преспокойно ответил Си Ван, пока за его спиной Фаньшэ испуганно замирает.

Впрочем, Старейшина Лю не вдаётся в подробности происходящего и сразу исчезает из поля зрения в поисках своего ученика.

Почему тот здесь? С Шань Лянъяном что-то случилось? Фаньшэ опять попытаются наказать за то, что он не уследил за младшим? Вдруг у Лянъяна снова будут проблемы с дыханием? Или на него снова нападут демоны?

— Фань-гэ?

— Надо найти его, — прохрипел обращённый, поднимаясь на ноги. Си Вану оставалось только кивнуть, соглашаясь, и быстро поправить одежду спутника.

На фоне появившегося разочарования Цзин Фаньшэ мягко чмокает Си Цзи в кончик носа и спрашивает:

— Прости. Продолжим позже?

Кончиками пальцев Си Ван приласкал Фаньшэ по щеке, прежде чем утешающе ответить:

— Ничего страшного. Пойдём, найдём твоего «сына» и Шань-гунцзы.

Уголки губ обращённого хитро приподнялись.

— Нашего «сына», — поправил он с умным видом, за что и получил немного нерасторопный поцелуй в висок.

Очевидно, Си Ван не возражал и даже на секунду не показал на лице недовольства по поводу всей той глупости, которую ему говорил Цзин Фаньшэ. Он просто привычно обнял Фаньшэ за талию и подтвердил.

— Да-да, Фань-гэ, нашего, которого я родил.

Такой ответ удовлетворил обращённого и, больше не теряя времени, они поспешили на поиски Шань Лянъяна и Чи Цзюсина.

Покинув деревню, Цзин Фаньшэ, с помощью своей демонической чуйки, сразу обнаруживает Сяо Чи. Не слишком далеко, но и не близко. Оставалось надеяться, что Лянъян находился рядом с ним.

http://bllate.org/book/14784/1318611