Готовый перевод Судьба неизменна перед лицом смерти / От судьбы не убежишь: Глава 8. Демон, уничтожающий всё на своём пути или благодетель, спасающий людей?

Грохот раздавался на всю округу, пугая жителей в близлежащих деревнях и животных, живущих в лесах. Земля тряслась так сильно, что даже деревья с корнями оказывались на поверхности.

Только это совершенно не волновало Цзин Фаньшэ и стаю гигантских жаб.

С тех пор, как дух сказал ему «стать» демоном и начать наращивать влияние в демоническом мире, Фаньшэ приходится стабильно раз в неделю, а то и чаще, ходить мочить монстров и прочих тварей. Мол, самый эффективный способ заявить о себе — бить других. Впрочем, у заклинателей всё то же самое, только более торжественно. На специальных состязаниях с едой и музыкой.

Сначала Цзин Фаньшэ волновался о том, что ему придется делать много всякого плохого, но после парочки монстров ему даже понравилось. Все же он это делал и раньше.

Только теперь в другом облике.

К его ужасу новая внешность оказалась абсолютно такой же, как и у того человека во сне. Одно радовало — белых пятен не осталось.

Значительным минусом было и то, что Цзин Фаньшэ был сильно ограничен в своей силе. Было бы странно демону использовать светлую энергию ци. Дух предлагала использовать темную, но заклинатель пока справлялся. Этот чёрт поганый в край обнаглел, заставляя его идти на крайности!

Ебанутый ублюдок.

Цзин Фаньшэ лёгким взмахом меча отрезает жёлто-зелёному монстру язык, которым она пыталась схватить заклинателя, и безжалостно убивает её. Будучи полностью воодушевленным, он сразу же атакует следующую жабу и с долей разочарования замечает, что она была последней.

Он пытается отдышаться после тяжкого боя и оттереть липкую слизь с рук, но только размазывает её. Одежда окончательно испорчена.

Глупо ухмыльнувшись, Фаньшэ наивно понадеялся, что у Си Вана получится её отстирать.

[Задание выполнено успешно! Вам...]

Заклинатель машет на него рукой и отворачивается, снимая тяжёлую маску и устало вздыхая.

Накидывая капюшон, он, под своей настоящей личностью возвращается в город, в котором они остановились со своим учеником. Лететь на мече не было сил. Да и вообще постоянно метаться туда-сюда — Фаньшэ для сестры, учитель для Си Вана и демон для духа — было невыносимо трудно.

Спрашивается, как долго это продолжится?! А ведь ещё пару лет назад он был полностью свободен! Ходи куда хочешь, гуляй, где вздумается, бей всех попало, а сейчас? Шаг вправо, шаг влево — и дух, как ненормальный, начинает сходить с ума!

[П***л н***й!] — пропиликала дух.

Цзин Фаньшэ опять не обращает на него внимания и, наконец, доходит до конца леса.

Перед ним выскакивает двое высоких мужчин в старой драной одежде, которая так и кричит: «разбойник, негодяй!». Размахивая серебристой саблей, отражающий только расцветающий рассвет, один из них угрожающе кричит:

— Выворачивай кошелёк!

И заклинатель, слишком раздраженный, не сбавляя шага и даже не доставая меч, с размаху бьёт его кулаком в нос. Слышится треск ломающихся кости и Фаньшэ, пока тот не успевает упасть и потерять сознание, хватает его за ворот и кричит, тряся разбойника из стороны в сторону:

— Заебали! Вы! Меня! Все! — и отпускает. Мужчина, покачнувшись, падает на землю навзничь и перестаёт двигаться. Цзин Фаньшэ, не теряя времени, пока второй очухается, поймёт, что произошло и пойдёт атаковать в ответ, точно так же бьёт его в глаз.

Немного успокоившись, он чувствует подступающую усталость и ноющие от напряжения мышцы. Поскорее бы вернуться, поспать и ни черта не делать весь оставшийся день.

Заклинатель направляется дальше, специально наступив на разбойников, помешавших ему спокойно вернуться в обветшалую гостиницу.

На улице только-только расцветает, окрашивая небо в розовато-красный цвет, а птички уже поют, а какие-то труженики встают и готовятся к работе. Эта деревенька была неплохой, но она располагалась рядом с неприятно пахнущим болотом, из-за чего Цзин Фаньшэ постоянно воротил своим чувствительным носом, используя каждую свободную секунду, чтобы закрыть его от зловония. Только из-за задания и монстров он решил сунуться в это проклятое место.

Заклинатель пнул камешек, который неудачно оказался у него под ногами и, наконец, дошёл до гостиницы.

Опыт прошлых лет показал, что Си Ван спит очень чутко и всегда просыпается, когда слышит скрип открывающиеся двери. Так что он не придумал ничего лучше, чем забраться в здание через окно. «Лучшее» решение, учитывая, потраченные последние силы при битве.

Цзин Фаньшэ потёр замёрзшие от холодного воздуха руки и одним махом допрыгнул до окна. Аккуратно приоткрыв створку, он оглядел комнату. Тихо и никого на горизонте. Идеально. Теперь уже открыв окно полностью, он забирается в комнату, встав ногами на скользкую оконную раму и из-за этого чуть не упав носом в пол. Чертыхнувшись, заклинатель тихо опускается на пол и оглядывается на ученика, чтобы проверить, не проснулся ли он, но на том месте была лишь аккуратно сложенная кровать. Без Си Вана.

Заклинатель недоумевающе замер, раздумывая, куда мог деться его дорогой ученик и неожиданный голос, раздавшийся у него за спиной, буквально выбивает из него душу:

— Учитель.

Интонация его была спокойной. Си Ван, словно точно знал, что единственный человек, который захочет пролезть в окно рано утром, окажется его учителем. Так и не обернувшись, Цзин Фаньшэ судорожно надевает кольцо на палец и только после того, как его внешность меняется, поворачивается к ученику:

— Ты так рано проснулся?

Прижавшийся к стене у самого окна ученик, со сложенными на груди руками, расслабленно пожал плечами:

— Да. Как и обычно. Учитель.

— Молодец, — совсем не похвальным тоном отозвался Цзин Фаньшэ и сбежал в соседнюю комнату, где стояла небольшая бадья с остывшей водой.

Не желая тратить время и звать прислугу, чтобы нагреть её, он просто лепит на бочку талисман и надеется, чтобы она случайно не сгорела. Вода греется, и Фаньшэ снимает с себя грязную одежду, бросая её на произвол судьбы. То есть на пол.

Младший Цзин потягивается, разминая напряжённые плечи и опять для себя подмечает, как неприятны последствия чрезмерного использования сил.

Пока вода не стала пригодной для заваривания чая, заклинатель убирает талисман и заваливается в бочку. Горячая вода приятно расслабляет мышцы и Цзин Фаньшэ закрывает глаза, проваливаясь в небытие.

...И в воду.

Когда Цзин Фаньшэ пытался откашляться, послышался взволнованный голос Си Вана:

— Учитель?

— Всё нормально, — отозвался заклинатель и шлёпнул рукой по холодной воде, — просто запомни на будущее не лезть в воду уставшим.

Выбравшись из бочки, Фаньшэ наскоро оделся и вытер волосы. Выйдя из комнаты, он опять наткнулся на мрачный взгляд Си Вана.

Устало рухнув на свою кровать, Фаньшэ пробубнил:

— Не хмурься, ты похож на разваренный пельмень.

Заклинатель подмял под себя одеяло и обнял двумя руками. Послышался шорох и младший Цзин почувствовал, как Си Ван зашевелился и подошёл к его кровати.

Почему-то молчал.

Фаньшэ решил притвориться спящим, чтобы его не заставили ничего делать.

— Учитель... — Голос ученика был таким измученным и уставшим (хотя почему бы это), — в последнее время вы совсем не обращаете на этого ученика внимание, что он... думает, что вы нашли себе другого...

Бровь Цзин Фаньшэ от такого бреда предательски дрогнула, но он упрямо продолжил делать вид, что ничего не слышит.

— Уходите ночью, а возвращаетесь рано утром... И сразу же ложитесь спать, — Си Ван наклонился ближе, а его голос стал заметно тише, — А ведь при нашем знакомстве обещали учить меня одного и сделать великим заклинателем.

«Муженёк, я подозреваю, что ты мне изменяешь! Уходишь ночью, возвращаешься утром, потому что бегаешь к любовнице? А на нашей свадьбе обещал любить меня одну!» — именно это услышал Цзин Фаньшэ и с криком вскочил с кровати, невзирая на усталость.

— Паршивец! Что ты… — он тыкает пальцем на Си Вана, но тот стоит со своим безразличным выражением лица, притворяясь дурачком. Фаньшэ сразу понял, что его обдурили, как ребёнка и постарался не отставать. Он хмыкнул и с насмешкой, приподнимая одну бровь, спросил: — говоришь так, как будто скучаешь по мне?

Си Ван кратко подтверждает:

— Да.

Цзин Фаньшэ глупо замирает. Он проиграл. Дважды. Прямолинейность этого ученика способна убить всех лжецов, а потом закопать их на три метра под землю. Хотя его честное признание, что он скучал, на мгновение растапливает его холодное сердце. Но только на мгновение. Скривившись так, будто снова хлебнул чая с рисовой водкой, заклинатель чертыхнулся и лёг обратно на кровать:

— Очень жаль, — противным голосом ответил Фаньшэ и смущённо зарылся с головой под одеяло, — я не успел так сильно соскучиться.

Си Ван молчал и не двигался.

Уже было решив, что тот сдался и скоро пойдёт куда-нибудь по своим делам, Цзин Фаньшэ прикрывает глаза. В любом случае мальчишка умный и разберётся сам. Но тут он чувствует, как до спины дотрагивается ещё не взрослая ладошка и разливающееся чувство теплоты. Его пустые меридианы снова наполняются энергией ци, а смертельную усталость пропадает. Вопросы о том, когда Си Ван этому научился и как догадался, остаются не заданными.

Цзин Фаньшэ засыпает.

Ещё какое-то время простояв у кровати учителя, Си Ван вскоре возвращается на свою. Помедитировать и восстановить потраченные силы.

***

Когда Фаньшэ снова открывает глаза, ему требуется время, чтобы осознать, где и когда он находится. За окном ярко светит солнце, значит по времени где-то полдень. Оглядев комнату, он не находит Си Вана, зато чувствует прекрасный запах чая. Ещё горячий чайничек стоит на столе, рядом с которым две маленькие пиалы.

Привстав, чтобы получше оценить запах, Фаньшэ принюхивается: карамболу он учуял сразу, она сильно и приятно пахнет, потом он понял, что чай свежий, зелёный, с добавлением личи и имбиря. Складывалась приятная картинка.

Резво вскочив, он садится за стол.

Взяв чайник в руки и аккуратно, не пролив ни капли, Цзин Фаньшэ наливает чай в пиалу. Подняв чашечку в руки, заклинатель вдыхает живительный аромат и делает небольшой глоток на пробу.

Дверь открывается и заходит Си Ван, неся в руках небольшую тарелочку со сладкими закусками к чаю. Тот не успел ничего спросить, как Цзин Фаньшэ помахал ему рукой, пребывая в прекрасном настроении:

— Си Ван, иди сюда! Отдохни немного.

Ученик, справившись с мимолётным потрясением, кивнул и подошёл, поставив закуски на стол.

— Вы лучше себя чувствуете? — поинтересовался Си Ван, когда учитель со спокойствием наливал чай и ему.

Так-то по правилам этикета это ученик должен заниматься приготовлением и разливкой чая, но Цзин Фаньшэ нравилось этим заниматься, и он не часто позволял ученику самому возиться с чайными листьями. Для него это было нормально и привычно. Что нельзя сказать про ученика. Си Ван со слегка приподнятыми бровями, символизирующими лёгкое удивление, наблюдает, как учитель наливает ему чай и неуверенно садится рядом. Для него до сих пор было загадкой, почему Цзин Фаньшэ так легко себя вёл со своим учеником.

Заклинатель отмахнулся, и, засунув закуску в рот, пробубнил:

— Уже лучше.

Ученик понятливо кивнул и пододвинул тарелочку поближе к учителю.

— Что-нибудь произошло, пока я восстанавливал силы? — спросил Фаньшэ.

Си Ван покачал головой, стараясь не реагировать на то, как его учитель назвал «проспал до обеда».

Потянувшись, разминая спину, Цзин Фаньшэ с долей разочарования убеждается, что чайник быстро опустел. Он встал из-за стола, мельком глянув в окно:

— Пойдём тогда делом займёмся или прогуляемся.

Ученик кивнул и когда стал собирать посуду на поднос, Фаньшэ крикнул:

— Потом уберёшь! Пошли быстрее!

Заклинатель вышел из гостиницы и сравнил дневные улочки с рано-утренними. Теперь народу было гораздо больше, и крики раздавались со всех сторон.

По плану духа, убийства монстров под именем Синь Чжунъэ могло принести ему узнаваемость. А потом демоны сами будут его искать, чтобы помериться силой. Побеждая их, он будет получать всё больше сил, территории, последователей и бла-бла-бла... Конечная цель — захват мира демонов и становление кого-то вроде правителя. Цзин Фаньшэ не понимал, был ли в этом смысл, ведь власть — это проблемы, отсутствие времени и свободы.

— Учитель, нам в ту сторону, — позвал Си Ван, когда учитель слишком глубоко ушёл в свои мысли.

Фаньшэ молча развернулся и без раздумий пошёл за своим учеником.

— Ув-уважаемый заклинатель! — староста, дряхлый старичок, подскочил и испуганно начал махать руками, жалуясь, — наконец-то вы пришли! Пропали так надолго, я...

— Да-да, — Цзин Фаньшэ обошёл старика, снял с каменного колодца деревянную крышку и, скривившись, тут же закрыл, — это оно?

— Верно-верно! Он прокля-ят! Прокля-ят! — закричал староста, тыкая пальцем в колодезь, — всегда пили из него и никто никогда не умирал, а тут вдруг начали.

Нахмурившись, Си Ван взглянул на учителя и тихо прошептал:

— Учитель...

— Ага... — Цзин Фаньшэ повернулся к старосте, оперевшись ладонями об колодец, — скажи-ка, старик, у вас тут люди не пропадали?

— Не-нет... С чего бы им пропадать?

— А убиваете ли вы людей... — заклинатель сделал вид, что задумался и, когда лицо старика испуганно вытянулось, продолжил. — Скажем, так. Для жертвоприношений.

— Глу-глупости какие! Жертвоприношения — это поклонение демонам!

Да, это бы объяснило такое большое количество монстров поблизости.

Цзин Фаньшэ замолчал и некоторое время с наигранным интересом смотрел, как разрывает землю сапогом.

Старик занервничал:

— У-уважаемый?

Младший Цзин притопнул, зарывая ямку и выпрямился:

— И это хорошо! Знаете ли, вы совершенно правы. С недавних пор на всю деревню наложено тяжёлое проклятье! — он покачал головой. — Мне потребуется время, чтобы уничтожить его.

Староста деревни закивал, теребя морщинистые руки и нервно дергаясь.

— Для этого мне потребуется несколько редких цветов... Видели такие, желтенькие и маленькие в той стороне? — Фаньшэ махнул рукой в сторону гор. — Мне нужна такая больша-ая куча.

— Разве это н-не сорняк? — с сомнением спросил старик.

Цзин Фаньшэ хлопнул по крышке колодца и закричал:

— Что для одного сорняк, для другого — спасение! Быстро! Или мне нужно повторять?

Старейшина деревни пискнул и побежал выполнять поручение.

Когда старик убежал, Цзин Фаньшэ тяжело вздохнул и устало потёр виски. Он зажал себе нос и снова открыл крышку от колодца. Си Ван тоже подошёл к колодцу, перестав дышать, и заглянул на самое дно, однако обнаружить ничего не смог. Благодаря самосовершенствованию он чувствовал темную энергию, но всё равно решил уточнить у учителя:

— Там что-то есть?

Цзин Фаньшэ мельком глянул на ученика и закрыл колодец, а после кивнул:

— Определённо.

— Те цветы — сорняки?

— Ага.

— А жертвоприношения?

Заклинатель хмыкнул на своего ученика и спросил в ответ:

— А ты как думаешь?

Си Ван и бровью не повёл, размышляя о поступках своего учителя.

— Думаю, что Вам нужно было прогнать старосту, чтобы что-то проверить.

— Верно, — кивнул Цзин Фаньшэ.

— Но я ничего не увидел в колодце, но почувствовал... — И без подсказки продолжил, — что-то на дне?

Заклинатель, преисполненный чувством гордости, потрепал ученика по голове:

— Там труп. Так что они не прокляты, а отравлены трупным ядом, — осознав это предложение, заклинатель неловко замер. Чтобы скрыть заминку, он потрепал ученика по голове и откашлялся. — Но тело не всплыло, так что ставлю сотню ляней, что ему наложили камней в складки одежды.

— Убийство, — подтвердил Си Ван, ещё раз бросив взгляд на колодец.

Цзин Фаньшэ кивнул и продолжил:

— Деревенька находится на границе, так что мозгов у здешних гораздо меньше, чем хотелось бы.

— А жертвоприношение? Староста был прав — это поклонение демонам. Рано или поздно все сделки с демонами плохо заканчиваются!

Заклинатель улыбнулся таким детским, но верным размышлениям своего ученика, и снова растрепал его волосы. Теперь Си Ван стал похож на хмурого пушистого птенчика.

— Эх, Си-си, ты так много не знаешь об этом мире, — младший Цзин насмешливо покачал головой, — оглянись вокруг! Уже конец лета, а их посевы должным образом не взросли.

Фаньшэ не удержался от насмешки:

— Хотя сомневаюсь, что демоны будут помогать им поливать поля...

Сделав шаг назад от учителя, Си Ван пригладил растрёпанные волосы, пытаясь привести их в подобающий вид.

Он осторожно спросил:

— Но мы им поможем?

— Поливать поля?

Си Ван нахохлился:

— Вы меня поняли.

Ничего не сказав, Цзин Фаньшэ подошёл к колодцу и задержал дыхание. Используя энергию ци, послал меч на дно. Клинок какое-то время крутился в тёмной воде, и когда заклинатель уже усомнился в своих доводах, наткнулся на что-то. Ученик внимательно следил за действиями учителя.

Меч вытянул небольшой тёмный свёрток, пропахший трупными разложения и тёмной энергией.

— Неужели это животное? — с сомнением пробубнил Фаньшэ. — Такие жертвы не самые лучшие! Запомни, Си Цзи, если захочешь сделать жертвоприношение, то ни в коем случае не используй животное! Они не такие умные, как люди, поэтому избавиться от мстительного призрака животных – та ещё морока.

— Разве есть призраки от животных? И этого ученика немного удивляет, что учитель думает, что этот будет проводить жертвоприношение демонам.

Растянув губы в тонкую улыбку, Фаньшэ усмехается и качает головой.

— Бывают, но редко. Точнее это животные редко понимают, что с ними делают люди, поэтому не успевают накопить энергию ненависти и жажды смерти. А я говорю я это так, на всякий случай.

Договорив, заклинатель мечом разрубает верёвки из-за свёрток разворачивается.

...Лучше бы это было животное.

В свертке лежала девочка лет двенадцати. Её тело из-за долгого нахождения в воде разбухло и посинело. Глаза с поблекшими зрачками почти вылезли из орбит, а руки со сломанными пальцами сдавливала гнилая веревка.

Цзин Фаньшэ сжал меч в руках, даже не пытаясь сдержать свой гнев.

Внезапно он почувствовал, как Си Ван повис на его руке:

— Подождите! Мы же не знаем, кто это сделал, там могут быть и невиновные!

— Невиновные? — Фаньшэ выдернул руку из захвата, но Си Ван уткнулся ему в грудь, крепко обнимая и не давая ступить и шага.

— Семья девочки! Они бы точно не хотели для неё такой участи.

Цзин Фаньшэ попытался убрать руки подростка, но тот оказался сильнее и проворнее, чем он ожидал.

— Вы же хотели помочь! — кричал ученик, — даже монстро-жаб убили!

Глупо замерев и перестав сопротивляться, младший Цзин закричал:

— Это не я!

Си Ван поднял голову и бросил на учителя полный взгляд сомнения.

— Это был кто-то другой... — повернув голову в сторону, упрямо пробубнил Фаньшэ.

Ученик молча приподнял бровь. Уступив, Цзин Фаньшэ за шкирку оттянул от себя ученика и понял, что тот использовал этот нечестный приём, чтобы отвлечь от его мысли разрушения деревни:

— Ладно, разберемся с этой напастью.

Си Ван кивнул и когда уже собрался подойти к трупу, Фаньшэ поставил подножку, но схватил ученика за шкирку, не давая тому упасть:

— Ой! Мой ученик такой неуклюжий! — с приторным тоном пожаловался заклинатель. — Вроде сильный, что и шагу ступить не дал, а падает, как новорожденный цыпленок!

Си Ван хмуро промолчал, но не предпринял ни одной попытки выпрямиться.

— Вставать не собираешься? — дёрнув его пару раз, спросил Фаньшэ.

— Учитель, я такой неуклюжий, — ответил ровным голосом ученик, чуть повернув голову, — будет лучше, если вы всегда будете держать меня. Вдруг я снова упаду?

Жилка на лбу Цзин Фаньшэ дернулась. Он раздражённо сжал губы и закинул ученика на плечо:

— Не обязательно устраивать мне такие представления. Чёрт, ты уже слишком взрослый для такого...

Си Ван не решил упоминать о том, кто первый начал устраивать представления.

— Ув-уважаемый? — вернулся староста деревни и на секунду опешил, увидев так ученика и учителя, а за ними труп.

— Знаете кто и откуда она? — спросил Цзин Фаньшэ и указал кончиком меча на девочку.

— Это... — староста побледнел и сглотнул, — это старшая дочка старика Чжана. Он плотник у нас. Но девочка пропала года так два назад... О, Будда, мы её долго искали, но не смогли найти...

Си Ван поднял голову, пытаясь вывернуться, чтобы посмотреть на старосту и Фаньшэ пришлось опустить его на землю. Ученик спросил:

— После её пропажи вы продолжали пить воду из колодца?

— Да, да, — Старик закивал.

— Значит, она пропала, но вода в колодце была нормальной. Спустя два года вода портится, а её тело находится в этом самом колодце. Где же она была эти два года? — задумался Цзин Фаньшэ и с намёком глянул на старика.

— В н-нашей деревне таких нет! — Старейшина растерянно замахал руками, — ей же было около десяти, когда она пропала...

Фаньшэ с раздражением цокнул:

— Ну, тогда давайте узнаем у старика Чжана про его дочь.

Старейшина закивал и махнул рукой в сторону:

— Нам туда.

— Си Ван! — Возмущённо закричал Цзин Фаньшэ, обернувшись на ученика, — что же тебя всё тянет ручки куда-нибудь приложить?! Не трогай её!

— Надо похоронить, — неуверенно попытался оправдаться Си Ван и с мольбой взглянул на учителя.

Заклинатель сложил руки у груди и покачал головой.

Если её сейчас закопают, что они смогут предъявить виновному? Поэтому младший Цзин использовал пару бумажных печатей, чтобы никто не смог дотронуться до девочки и навредить ей. Увидев это Си Ван кивнул, соглашаясь.

Вместе со старостой, учитель с учеником дошли до дома старика Чжана. Старик постучался и почти сразу им дверь открыл крепкий мужчина средних лет с чёрными волосами без седых прядей и очень крепкими мышцами рук. С чего бы вообще звать его стариком?

Отворивший дверь мужчина вытер пот и непонимающе уставился на незваных гостей.

Пока староста не успел ничего сказать, Фаньшэ вышел, вперёд улыбаясь, как будто нашёл клад с тысячей цзиней:

— Уважаемый Чжан? Прекрасные новости! Мы нашли вашу пропавшую дочь, — заклинатель чуть наклонил голову, наблюдая за удивлённым выражением лица мужчины. — Она сейчас в порядке и находится у лекаря.

Глаза старика Чжана налились яростью, он уставился на старосту деревни:

— Кто это такие? Как вы можете так шутить?

Цзин Фаньшэ состроил оскорблённое лицо:

— Шутить? Но это правда! — он повернулся к старосте, — мы ведь нашли его дочь, верно?

— Д-да, но...

— Вот видите? — перебив старика, продолжил Фаньшэ, — почему вы нам не верите?

— Да потому что она!.. — Мужчина запнулся и замолчал.

Глядя на его триумфальный провал Цзин Фаньшэ почувствовал себя гораздо живее. Наконец случилось что-то интереснее пропавших овощей.

— Что с ней? — своими словами Фаньшэ подталкивал мужчину к концу обрыва, чтобы тот больше не мог выбраться, погрязнув в своих грязных делишках. Чтобы больше никогда не увидел белого света.

Даже когда старик Чжан решил не отвечать, а запереться в доме — младший Цзин не дал ему это сделать, подперев дверь ногой.

— Какой кошмар! — Воскликнул он притворно и так, чтобы это было слышно на всю улицу, — отец убивает свою родную дочь и сбрасывает её остатки в колодец! А что делать людям, которые были отравлены трупным ядом?

— Я не убивал её, — мужчина схватился за дверь и попытался оттолкнуть заклинателя.

Цзин Фаньшэ насмешливо хмыкнул и с презрением покачал головой, наблюдая за жалкими попытками старика Чжана оправдать себя:

— Но вы знаете, что с ней случилось?

— Не знаю! — в безумстве возразил тот.

Представление начинало затягиваться, поэтому Фаньшэ пинает его в дом и поворачивается к ученику:

— Не впускай сюда никого.

И заходит в дом, запирая дверь. Старик Чжан отползает к стене, пока Цзин Фаньшэ задумчиво крутит мечом и кратко объясняет:

— Скажешь сразу — не убью.

Сомнение отражается на лице мужчины, и он опускает взгляд. Фаньшэ молчит, давая ему время подумать и оглядывает дом.

Одного взгляда хватает, чтобы понять, что Чжан живёт один. Везде грязно, пыльно и ни одного намёка на присутствие кого-то ещё.

«Убил ли он не только свою дочь, но и жену?» — подумал Цзин Фаньшэ, жалея, что не уточнил это у старосты.

Молчание затягивалось, и заклинатель снова посмотрел на мужчину. Потеряв всё своё терпение, младший Цзин воткнул меч в пол, торопя плотника.

— Я ни убивал её! — Вскинув руками, прокричал старик. — А просто продал!

В его поступке не было ничего плохого. Продажа собственных детей не была запрещена и не каралась законом. Очень часто бедные родители продавали (если не убивали) своих детей, чтобы избавиться от лишнего рта, да и для ребёнка это была гарантия жидкой чашки риса за работу. Работа могла быть разной. Мелкие слуги, рабочие, подмастерья, бордель. Покупали и некоторые школы заклинателей — больше жест доброй воли, чем желание найти талантов.

Вот только Цзин Фаньшэ волновало другое: почему эта девочка, будучи проданной, снова оказалась в родной деревне и спрятанной колодце?

Заклинатель вынул меч из пола, оставив в дереве трещину, и кинул его ближе к плотнику Чжану, попав между его ног. Мужчина побледнел, а Фаньшэ продолжил спрашивать:

— И всё? Ты так разозлился, когда узнал, что она жива. Будто точно знал, что она мертва. Куда ты её продал?

— В б-бордель! Как его там... — Мужчина занервничал и начал судорожно вспоминать, глядя на серебристый блеск оружия, — Что-то про цветы и удовольствие!

Без какого-либо выражения лица Цзин Фаньшэ забрал меч. Си Ван чуть наклонил голову, пытаясь рассмотреть происходящее в доме, когда открылась дверь. Он немного волновался, что его, бурно реагирующий на всё, учитель, может что-нибудь натворить. А потом скажет, что все так и задумывалось или какую-нибудь глупость...

Вздохнув, заклинатель обратился к старосте:

— Если хотите, накажите этот мусор. Ещё надо похоронить девочку, но на ней остались следы тёмной энергии, поэтому надо провести обряд очищения...

Видя, что учитель выглядит очень устало и нервно, Си Ван вышел вперёд:

— Я это сделаю.

— Тогда устроите девочке достойные похороны? — спросил заклинатель и, получив утвердительный ответ, неторопливо поплёлся к гостинице.

Он  действительно чувствовал себя паршиво. За свою недолгую заклинательскую жизнь он повидал много разных мерзостей, от которых кровь стынет в жилах, но банальную жестокость от людей ему было до сих пор трудно вспоминать. Может это из-за того, что пережил он в детстве или из-за мысли, что на месте это девочки могла оказаться его сестра?

Сам того не понимая, заклинатель дошёл до гостиницы. На первом этаже собралось много людей, и Цзин Фаньшэ остановился на минутку узнать причину. Двое знакомых мужчин размахивали руками и очень увлечённо что-то рассказывали:

— И тогда огромная лягушка ударила меня! — разбойник указал на свой нос, куда его рано утром ударил Фаньшэ, — но тогда я, Вай Бицзы* и мой брат Хун Янь**, не сдались и убили этих тварей!

*Вай Бицзы — 歪鼻子, изогнутый нос.

** Хун Янь — 紅眼, красный глаз.

Толпа радостно закричала, славя «храбрых героев», а те, впервые объятые таким положительным вниманием, стали похожи на надутых павлинов. Один из них вздёрнул свой опухший нос, невыносимо гордясь, а второй начал подмигивать симпатичным девушкам глазом с фингалом.

Это выглядело настолько жалко, что у Фаньшэ не было сил на них злиться. Он просто поднялся на второй этаж в свою комнату. Сбоку появилась дух, но заклинатель опять проигнорировал его, отмахнувшись.

Рухнув на кровать и положил руки под голову, он прикрыл глаза.

Та девочка не могла просто так оказаться в колодце... Для Цзин Фаньшэ обычно не составляло труда придумать, почему и как тот или иной человек поступил плохо. Его наставник в шутку говорил, что ему легко, потому что у него мышление «маленького злодея», как бы противно это не звучало.

Но в случае с девочкой он не видел ни единой причины прятать её труп в колодце. Или это был замысел отравить деревню, а труп оказался случайностью? Но это местечко было самым обычным. Ни огромной духовной энергии, ни тёмной ци, ни каких полезных или редких растений или животных. Да и люди ничем особенным не отличались.

Цзин Фаньшэ открыл глаза и огляделся, не узнавая планировку комнаты.

Цзинь! Цзинь! — появившаяся дух просто взрывалась и дёргалась, не давая прочитать написанное, но когда она замерла, Фаньшэ стал бледным, как смерть. Он сжал тонкое одеяло своими пятнистыми руками и нахмурил брови с белоснежными прожилками.

Настоящее тело.

[Поздравляем! Эпизод с настоящим учителем Си Вана Жэнь Чжими завершён!]

http://bllate.org/book/14784/1318557