Готовый перевод Introducing my Manager / Знакомьтесь, мой менеджер: Глава 1.3

Дорога на автобусе от дома Джи Хёна до дома Ын Хо занимала около сорока минут. Он жил довольно далеко от шумного центра города, и даже после автобуса приходилось прилично пройтись пешком. Старая вилла всего с одной спальней была первым жильём, которое Ын Хо смог себе позволить, когда начал работать менеджером.

Джи Хён называл это место «обшарпанной лачугой», но Ын Хо оно очень нравилось. Во-первых, крыша не протекала, даже зимой была горячая вода, и он мог стоять в полный рост, не задевая головой потолок. Для человека, который жил один, разве это не было достаточно приличным местом, чтобы называть его домом?

В тот день, оставив Джи Хёна, Ын Хо почти не спал и рано утром снова направился к нему. Как и ожидалось, Джи Хён, похоже, не сомкнул глаз, а на столе стоял наполовину опустевший пузырёк от таблеток. На этот раз, поскольку Ын Хо действительно вернулся «рано», Джи Хён ничего не сказал и просто лёг на диван, пытаясь уснуть.

Это была знакомая картина: Джи Хён, цепляющийся за него и умоляющий не уходить, и Ын Хо, бессердечно поворачивающийся к нему спиной, используя его же собственные слова против него. И несмотря на то, что это Джи Хён постоянно за него цеплялся, он всегда смотрел на Ын Хо с укором, называя настойчивым именно его. Было верхом наглости так упорно настаивать на встрече на следующий день, когда у него не было никакой запланированной работы.

— О, добро пожаловать.

Несколько дней спустя. Это был день предварительного интервью перед съёмками «ЗММ». Встреча проходила в отделе развлекательных программ на MBS, и Ын Хо, забрав Джи Хёна, который снова не спал всю ночь, благополучно доставил его к месту назначения. Как только они вошли в назначенную переговорную, женщина с дружелюбным выражением лица тепло их поприветствовала.

— Я продюсер Ю Хе Сон. Очень приятно познакомиться.

Продюсер Ю протянула руку Джи Хёну. Тот на мгновение уставился на протянутую ладонь, а затем с естественной улыбкой пожал ей руку. Лицо, которое всю дорогу хмурилось, пока Ын Хо был за рулём, теперь озаряла безупречно-нежная улыбка.

— Я много о вас слышал. Мне тоже очень приятно.

Он держался спокойно и вежливо. Ын Хо втайне вздохнул с облегчением. Джи Хён, который уже успел продемонстрировать всю свою колючесть при подписании контракта с директором Бёном, получил от Ын Хо строгий наказ сегодня так себя не вести. Обычно он умел держать себя в руках на людях, но это была мера предосторожности на всякий случай.

— Ого, я слышала, что камеры не могут передать всю вашу красоту вживую, и это правда.

— Вы мне льстите.

Их соединённые руки пару раз легко качнулись и разошлись. Джи Хёна ещё несколько раз попросили о рукопожатии, и он на всё отвечал тёплой улыбкой. Он вёл себя даже лучше, чем можно было ожидать, но, присмотревшись к нему повнимательнее, Ын Хо изменил своё мнение.

«Похоже, в салон мы сегодня не заскочим».

Он чувствовал, как под улыбчивым фасадом портится его настроение. Это было едва заметное изменение, которое посторонние бы не уловили, но Ын Хо, наблюдавший за ним так долго, мог это сказать наверняка. То, что его изящные глаза были сощурены чуть больше обычного, означало, что он из последних сил сдерживается, чтобы не нахмуриться.

— Менеджер?

— …Ах.

Ын Хо быстро отвёл взгляд от Джи Хёна. Продюсер Ю, подошедшая к нему в какой-то момент, смотрела на него снизу вверх с сияющей улыбкой. Ын Хо первым делом снял кепку и низко поклонился.

— Я менеджер Квак Ын Хо. Рад буду поработать с вами на этих съёмках.

Несмотря на его вежливое приветствие, продюсер Ю никак не отреагировала. Она просто смотрела на лицо Ын Хо с лёгким удивлением. И только когда Ын Хо неловко нахмурился, её выражение смягчилось.

— Ох, простите! Вы куда красивее, чем я ожидала. Почему вы до сих пор не стали знаменитостью? Теперь я понимаю, почему директор Бён трубит о вас на каждом углу.

— …Директор Бён говорил обо мне?

— Конечно! Он сказал, что у Хёна такой красивый менеджер…

— Продюсер Ю!

Её прервал Джи Хён. Он сел на отведённое ему место и проверил часы. Выражение его лица всё ещё оставалось вежливым, но в едва заметно опущенных уголках глаз читалось явное недовольство.

— У нас после этого ещё одна встреча, так что мы бы хотели поскорее приступить…

Ещё одна встреча? Да они же только что отменили запланированный визит в салон. Продюсер Ю, которая, естественно, этого не знала, тут же согласилась начать и села напротив Джи Хёна. Камеры для записи уже были установлены, и как только Ын Хо тоже занял своё место, начался инструктаж.

— Как я уже упоминала ранее…

«Неужели ему настолько нехорошо?»

Даже изучая лежащий перед ним план, Ын Хо не спускал глаз с Джи Хёна. Количество людей, пожавших ему руку… около четырёх. В обычном состоянии это было бы для него терпимо, но если он плохо себя чувствует, всё могло быть иначе. И действительно, даже когда он только что прервал продюсера Ю, он не выглядел довольным.

— Менеджер Квак, вы ведь впервые появляетесь на телевидении, верно?

— Да, верно.

— Это реалити-шоу, так что не нервничайте и просто ведите себя естественно. Мы дадим вам сценарий, но его не обязательно заучивать…

Ын Хо взял со стола бутылку с водой, открыл её и привычно протянул Джи Хёну. Тот, бросив на него взгляд, молча принял бутылку. То, как он жадно осушил её, говорило о том, как сильно его мучила жажда.

«Хорошо, что я взял с собой крем для рук».

Вспомнив о вещах, которые он упаковал в свою сумку, Ын Хо опустил взгляд на руку Джи Хёна. Его длинные прямые пальцы всё ещё сжимали бутылку с водой. И только Ын Хо знал, что напряжённые кончики его пальцев выдают его истинное состояние.

***

Предварительное интервью завершилось довольно быстро. Продюсер Ю расспросила Джи Хёна о его повседневных привычках и хобби, а затем уточнила детали их отношений с менеджером и как они друг друга называют. Она сказала, что на основе этой информации будет создан сценарий, который им пришлют через агентство.

Как только встреча закончилась, Джи Хён первым поднялся и покинул переговорную. Это можно было бы счесть грубостью, но, учитывая его статус, никто не осмелился сделать ему замечание. На всякий случай Ын Хо бросил фразу: «Джи Хён с утра неважно себя чувствует», — и последовал за ним.

Джи Хёна в коридоре нигде не было. Этого следовало ожидать, поэтому Ын Хо пересёк длинный холл и направился туда, где тот, скорее всего, и находился. Если он ушёл с таким недовольным лицом, его пункт назначения был очевиден.

Запасной выход в конце коридора и расположенный рядом с ним безлюдный туалет.

Когда он открыл стеклянную дверь, изнутри донёсся звук бегущей воды. Ын Хо проверил, нет ли кого поблизости, и решительно вошёл. Мужчина, стоявший перед раковиной, бросил на Ын Хо взгляд через зеркало и снова опустил глаза.

— Джи Хён.

Несмотря на зов, Джи Хён не ответил. Он просто продолжал мыть руки под струёй воды, почти исступлённо. Он повторял одно и то же действие несколько раз: тщательно смывал мыло с рук, а затем снова наносил жидкое мыло и скрупулёзно их тёр. Наблюдая, как Джи Хён моет руки докрасна, Ын Хо небрежно заметил:

— Так и до экземы недалеко

Только тогда Джи Хён перестал двигаться и поднял голову. Ын Хо, который до этого какое-то время встречался с ним взглядом в зеркале, медленно подошёл и заботливо перекрыл воду. Пока Ын Хо мыл руки в соседней раковине, Джи Хён нахмурился, позволяя воде стекать с его рук.

— Хватит хмуриться.

Ын Хо сказал это равнодушным голосом и вытер руки бумажным полотенцем. Свои руки он вытер кое-как и бросил полотенце в мусорку, но затем достал аккуратно сложенный носовой платок и протянул его Джи Хёну. Когда тот взял платок и вытер руки, Ын Хо достал из сумки крем для рук и кивнул подбородком.

— Руки.

— …

— Тыльную сторону, а не ладони.

— …

— Втирай как следует.

Крем для рук с изображением авокадо был тем, что Ын Хо всегда носил с собой для Джи Хёна. Всякий раз, когда тот вот так навязчиво мыл руки, кожа на его ладонях и тыльной стороне трескалась. Была бы большая проблема, если бы этот парень с его баснословной стоимостью поцарапал свои драгоценные руки.

— Почему не мажешь?

— Намажь мне.

— У тебя что, рук нет? У тебя что…

Несмотря на своё лёгкое ворчание, Ын Хо взял его руку и сам тщательно нанёс крем. На тыльную сторону, на ладони, между пальцами и даже на лунки ногтей. Его руки были ледяными, хотя погода была совсем не холодной. Ын Хо подумал, почему он не включил тёплую воду, раз уж собрался их мыть.

«Ведёт себя как ребёнок, хотя уже совсем взрослый».

У Ын Хо были довольно большие руки, но длинные, тонкие пальцы Джи Хёна были немного длиннее. Несмотря на их размер, его руки были красивой формы, и в отличие от их изящного вида, выступающие вены были довольно мужественными. Благодаря тщательному уходу Ын Хо, они также были мягкими на ощупь.

— …Так.

Ын Хо, сам того не заметив, замешкался и немного неловко отпустил руку Джи Хёна. Оставшийся на его собственных руках крем делал их мягкими, что ощущалось странно. Подумав, что он и сам не понял, нанёс ли он крем или крем нанесли ему, Ын Хо спросил чуть более мягким тоном:

— В чём сегодня была проблема? С утра ведь всё было в порядке.

Пусть он и не спал, но состояние у него было не таким уж плохим. Недосып для Джи Хёна был делом практически обыденным. А хмурился он по дороге на студию лишь потому, что Ын Хо несколько раз напомнил ему, чтобы тот «вёл себя прилично».

— А разве для этого нужна причина?

Джи Хён ответил вялым, безразличным голосом. Он сжал и разжал кулаки, глубоко нахмурившись. Улыбка, которую он с таким трудом удерживал на людях, теперь исчезла без следа.

— Просто стало до тошноты противно. Кто знает, чего они касались этими руками, а потом жмут ими голыми руками, а потом касаются рук других людей…

У Джи Хёна была мизофобия*. Одно из многих его расстройств, тяжёлое, если считать его таковым, и не очень, если не заострять на этом внимания. Когда он был в хорошем состоянии, он вполне справлялся с повседневной жизнью, но когда ему было нехорошо, он не мог даже нормально пожать руку.

— Ты же выдержал до конца встречи, так что всё в порядке.

Ын Хо лишь пожал плечами в ответ на слова, больше похожие на оправдание. Он и не собирался его ругать, просто спросил из беспокойства. Если его состояние внезапно ухудшится, одним мытьём рук дело не обойдётся.

— Главное, что ты не заболел, а остальное неважно. Поехали домой.

На удивление, Джи Хён послушно последовал за Ын Хо из туалета. Он, правда, успел спросить, не считается ли идиотизм болезнью, но это Ын Хо мог пропустить мимо ушей. Единственное, что было по-настоящему трудно проигнорировать — это тепло и мягкость, оставшиеся на кончиках его пальцев.

— Ты же говорил, что мы сегодня пойдём стричься.

— И как я, по-твоему, должен смотреть, как тебя стригут, а потом ты пять раз перемываешь голову?

«Ну и невыносимый же парень!» — Ын Хо подумал про себя и сжал кулак в кармане. Та часть его руки, что касалась Джи Хёна, всё ещё хранила тепло.

***

Ын Хо узнал о мизофобии Джи Хёна ещё в старшей школе. Примерно в то время, когда Ын Хо понял, что «Джи Хён» — это на самом деле «актёр Джи Хён», он всё ещё по привычке обращался к нему так же, несмотря на постоянное ворчание. Отчасти это была привычка, но, честно говоря, отчасти ему просто нравилась его характерная колючая реакция.

— Хён, можно твой автограф?

— И мне, и мне тоже, дай автограф.

— А давай потом вместе сфотографируемся.

Джи Хён был популярен, и, естественно, каждый раз, когда он приходил в школу, он привлекал к себе много внимания. Вокруг него собиралось столько народу, что издалека было трудно даже разглядеть его лицо. Для Ын Хо, который обычно держался особняком, этот шум был непривычен, но Джи Хён посреди всего этого просто беззаботно улыбался.

— Фотографии — это уже слишком… Я просто раздам автографы.

Ын Хо думает, что тогда он, должно быть, подумал: «Он и вправду очень красивый». Его также поражало, как он мог улыбаться так добродушно и приветливо, в отличие от того, как он огрызался на него. Его мягко изогнутые глаза, ровные зубы, видневшиеся меж губ, — даже такие мелочи казались ему атрибутами знаменитости.

— Ну пожалуйста, всего одно селфи? Я всем друзьям похвастался, что Джи Хён учится в моём классе.

— …Мой менеджер будет меня ругать.

— Эй, не волнуйся! Я не буду выкладывать это в интернет.

Но почему он выглядел таким подавленным? Ын Хо никогда не замечал этого раньше, когда Джи Хён на него огрызался, но его улыбающееся лицо выглядело странно хрупким. Словно он вот-вот рассыплется или взорвётся.

— Звонок прозвенел, возвращайтесь на свои места.

Сказал тогда Ын Хо, как только закончилась перемена. Он даже легонько помахал одноклассникам, мол, возвращайтесь, пока не пришёл учитель. И действительно, учитель вскоре появился, а Джи Хёну, который снова вернул себе своё обычное непроницаемое лицо, Ын Хо небрежно заметил:

— Ты хорошо улыбаешься.

Это был своего рода комплимент, но Джи Хён лишь вопросительно вскинул бровь. Словно спрашивая: «Что ты имеешь в виду?» Ын Хо лишь пожал плечами и потянулся за маркером, который Джи Хён держал в руке.

— Отдай и это тоже…

Щёлк.

Раздался резкий звук. В тот самый миг, как Ын Хо коснулся Джи Хёна, тот грубо отшвырнул его руку. Маркер покатился и упал под парту, а сидевший впереди одноклассник обернулся.

— …Ах.

На одно мимолётное мгновение Ын Хо отчётливо увидел, как на лице Джи Хёна мелькнуло смятение. Тыльная сторона ладони Ын Хо горела, но именно поэтому он сохранял невозмутимое выражение лица, делая вид, что ничего не произошло. Он наклонился, поднял упавший на пол маркер и аккуратно положил его рядом с партой Джи Хёна.

— Прости, я уронил.

Ответа не последовало. Лишь непроницаемый взгляд метнулся сначала на маркер, а потом на лицо Ын Хо. Джи Хён, долго сидевший неподвижно, наконец, поднял свою слегка дрожащую руку.

— Учитель, мне нехорошо… можно я пойду в медкабинет?

Поскольку Джи Хён, говоря это, выглядел действительно бледным, учитель с обеспокоенным видом кивнул. Когда Джи Хён встал и пошатнулся, учитель попросил Ын Хо проводить его. Ын Хо молча поднялся вместе с Джи Хёном, на мгновение замешкался, а затем взял его под руку и вывел из класса.

Однако, как только дверь класса закрылась, Джи Хён выпрямился с безразличным выражением лица. Он пошёл по коридору как обычно, словно и не шатался вовсе Ын Хо, отпустивший его, последовал за ним с нескрываемым недоумением.

Их пунктом назначения был не медкабинет, а учительский туалет в конце первого этажа. В отличие от ученических туалетов, здесь был чистый интерьер и даже дорогое на вид мыло. Джи Хён, войдя в туалет, сразу же начал мыть руки, игнорируя Ын Хо.

Тишину между ними прорезал лишь звук бегущей воды. Ын Хо, засунув руки в карманы, молча наблюдал за ним. Когда Джи Хён начал мыть руки уже в третий раз, он тихо спросил низким голосом:

— Ты разве не говорил, что тебе нехорошо?

— У меня мизофобия.

— Что?

Такой внезапный ответ был довольно неожиданным. И пока Ын Хо обдумывал его слова, Джи Хён добавил слегка виноватым тоном:

— Вот почему.

— А… понятно.

Так вот почему он сказал, что ему нехорошо? Или вот почему он отшвырнул его руку? Ын Хо неловко коснулся затылка и медленно подошёл к нему. Не по какой-то особой причине, ему просто почему-то показалось, что он тоже должен помыть руки.

Увидев, что Ын Хо тоже начал мыть руки, Джи Хён наконец с ошарашенным видом спросил:

— Ты что делаешь?

— Руки мою.

Он не стал намыливать их снова и снова, как Джи Хён. Просто тщательно вымыл один раз и перекрыл воду. И тогда Джи Хён, глубоко нахмурившись, спросил:

— Тебе даже не противно?

— …Надо ещё раз помыть?

— Нет, дело не в этом…

Из крана, у которого стоял Джи Хён, всё ещё текла вода. Сказать ему, что он зря тратит воду? Пока Ын Хо размышлял, Джи Хён произнёс с лёгкой насмешкой в голосе:

— Это болезнь. Психическое расстройство.

— …

— Я — ненормальный.

Честно говоря, он не знал, как реагировать. Ему не было особо интересно, он не удивился, и ему, по большому счёту, было всё равно, есть у Джи Хёна мизофобия или нет. Поэтому Ын Хо ответил как ни в чём не бывало:

— Ничего страшного… ты же никому не вредишь.

— …

— И вообще, руки мыть полезно.

Оглядываясь назад, он понимал, что дело было не просто в мытье рук, но тогда Ын Хо думал именно так. Видя, что Джи Хён, похоже, не собирается перекрывать воду, он сделал это за него и добавил, словно говоря сам с собой:

— И, как ты сам сказал, если это болезнь, я не должен её осуждать, верно?

Несмотря на его совершенно разумный ответ, Джи Хён молчал, плотно сжав губы. Лишь спустя долгое время он опустил взгляд, и капли воды сорвались с кончиков его пальцев.

— Никому не говори.

— Не скажу.

Если он об этом беспокоился, то не стоило и начинать. Впрочем, у Ын Хо всё равно не было друзей, которым можно было бы рассказать.

Как бы то ни было, мизофобия Джи Хёна, о которой Ын Хо узнал в тот день, сильно зависела от его состояния. Иногда он мог высидеть до конца урока, как ни в чём не бывало, а иногда с бледным лицом выходил из класса, говоря, что ему нужно в медкабинет. Поскольку обычно именно Ын Хо его поддерживал хотя на самом деле ему не нужна была поддержка, он также узнал, что Джи Хёна иногда даже тошнило.

Мизофобия, а точнее, разновидность ОКР**. Это было не просто поведение, вызванное мыслью о «грязи», а скорее инстинктивная реакция, рождённая из более глубокого отвращения. Он до крайности не любил, когда его трогают другие, поэтому снова и снова мыл руки, чтобы стереть само ощущение прикосновения.

«Намажь мне».

А теперь этот парень вёл себя как ребёнок, прося его нанести крем для рук. Даже не догадываясь, какие чувства это вызывает у Ын Хо. Даже не догадываясь, сколько усилий Ын Хо прилагал, чтобы избегать прикосновений к нему.

По дороге домой со студии Джи Хён, сидевший на заднем сиденье, не менял своего вечно недовольного выражения лица. Обычно он либо закрывал глаза, либо сидел в телефоне, но сейчас он просто сидел, скрестив руки, и пристально смотрел на Ын Хо. Его взгляд настолько отвлекал, что, остановившись на красном свете, Ын Хо в конце концов не выдержал и спросил:

— Что не так?

— Ничего.

— Тогда почему ты так на меня смотришь?

Он уже вымыл руки, и с тех пор они ни с кем не сталкивались. Двери минивэна открывались автоматически, так что драгоценному актёру не пришлось даже пальцем шевелить. Так почему он так зло на него смотрит?

— Если у тебя есть претензия, просто скажи.

— К тебе у меня нет никаких претензий.

Джи Хён, видневшийся в зеркале заднего вида, всё ещё не сводил глаз с Ын Хо. Его глаза с едва заметным двойным веком были сосредоточенно сужены, и он пристально смотрел, не мигая. Ын Хо истолковал его взгляд как: «Претензии у меня есть, но не к тебе».

— …Тебе так сильно не хочется сниматься в этом шоу?

Словно это и был правильный ответ, взгляд Джи Хёна слегка сместился. Конечно, он тут же снова вернулся к лицу Ын Хо. Ын Хо снова завёл машину и произнёс слова, от которых директор Бён упал бы в обморок, если бы услышал.

— Может, отменим всё, пока не поздно?

Это было абсурдное предложение. Естественно, Джи Хён ответил равнодушным голосом:

— Вау, директор Бён будет в восторге.

Будет чудом, если он не сляжет от высокого давления. Когда они несколько дней назад приезжали в агентство, разве директор Бён не побагровел до шеи и не заорал, чтобы в следующий раз Ын Хо приезжал один? Конечно, Джи Хён тогда лишь лучезарно улыбнулся и вежливо попрощался.

— Зачем ты согласился на съёмки, если тебе так не хочется?

— Потому что ты, Квак Ын Хо…

— Только не говори, что это потому, что я тебя заставил.

— …

— Для такой причины ты слишком быстро согласился.

Если бы он действительно был против, он бы хоть немного поколебался. Но Джи Хён ответил: «Раз уж ты так говоришь, я согласен», — куда быстрее, чем можно было ожидать. За этой его мнимой покорностью наверняка скрывалось какое-то своё решение.

— Скажи честно. В чём причина?

Ын Хо спросил это более мягким голосом, словно уговаривая ребёнка Наполовину из любопытства, а наполовину — из беспокойства как его менеджер. Как и ожидалось, Джи Хён, вместо того чтобы придумывать новые отговорки, честно раскрыл истинную причину.

— Потому что я боюсь, что ты снова исчезнешь.

Плечи Ын Хо слегка дрогнули. Он чуть не дёрнул руль и с трудом заставил себя крепче в него вцепиться. Не замечая, или, может, игнорируя его реакцию, Джи Хён продолжил своим характерным, вкрадчивым голосом:

— Если ты будешь на экране, я хотя бы буду слышать, что с тобой происходит, где бы ты ни был

— …Эй, сколько можно за это цепляться?

Это был единственный аргумент, который он мог привести. Он не мог упрекнуть его в злопамятности, потому что знал, какое предательство, должно быть, почувствовал тогда Джи Хён. Даже сейчас у него сжималось сердце, стоило ему вспомнить выражение лица Джи Хёна, когда они встретились снова.

— Я же сказал, что это больше не повторится.

Но это было не намеренно, и к тому же, тогда он не был менеджером Джи Хёна. Сейчас подобная ситуация была просто невозможна, так что не стоило и беспокоиться. Джи Хён и сам должен был это понимать, но он лишь усмехнулся и парировал:

— Рецидивистов нужно ловить на первом же деле. Думаешь, тот, кто сделал это раз, не сделает снова?

— Не выставляй меня преступником…

Ын Хо оборвал фразу на полуслове, пытаясь спокойно повернуть руль. Он надеялся, что Джи Хён скажет, что это шутка, но тот лишь пристально смотрел на него, словно говоря: «Ни за что». В его взгляде не было и тени игривости, поэтому Ын Хо с немного неловким видом произнёс:

— …Мне больше нечем будет заняться, если я уволюсь с этой работы.

Ын Хо был выпускником старшей школы, чей единственный опыт работы состоял из случайных подработок и физического труда. Единственное, что он умел — это учиться, но и это казалось бессмысленным, когда ему уже под тридцать. Если кому и стоило беспокоиться о прекращении их отношений, так это ему, а не Джи Хёну.

— Так что не забивай себе голову всякой ерундой.

Как только они снимутся в «ЗММ», на какое-то время за ним закрепится слава менеджера Джи Хёна. В такой ситуации даже Ын Хо не пришло бы в голову искать новую работу. А это означало, что у него не будет причин уходить от Джи Хёна, если только не случится что-то из ряда вон выходящее.

Только тогда Джи Хён наконец отвёл от него взгляд. Похоже, он наконец-то понял — и умом, и сердцем — что может расслабиться. Увидев это, Ын Хо снова подавил подкативший к горлу ком.

———

Примечание переводчика:

* Мизофобия — это патологический страх заражения или загрязнения, который часто проявляется навязчивым стремлением к чистоте, например, частым мытьем рук и дезинфекцией.

** Обсессивно-компульсивное расстройство (ОКР) – это психическое расстройство, для которого характерны навязчивые мысли, образы или идеи (обсессии) и повторяющиеся действия (компульсии).

———

Переводчик и редактор — Rudiment.

http://bllate.org/book/14770/1317667