Готовый перевод Introducing my Manager / Знакомьтесь, мой менеджер: Глава 1.2

Их взгляды встретились. Его светло-карие глаза были неподвижно устремлены на Ын Хо. Словно его мнение было важнее всего на свете. Это был, без сомнения, серьёзный взгляд.

— Я? Ну…

Что ответить? Ын Хо на мгновение задумался. Если отбросить тот факт, что программа называлась «ЗММ», то участие в реалити-шоу казалось вполне приемлемым. Даже не беря в расчёт выгоды, о которых говорил директор, объективные условия были хорошими. Хорошая оплата, короткий съёмочный период Ын Хо, который больше всех на свете радел за «актёра Джи Хёна», хотел, чтобы у того было как можно больше возможностей.

— Я бы хотел, чтобы ты согласился.

— Тогда я согласен.

Он даже не спросил, почему Джи Хён спокойно ответил и недовольно нахмурился. Словно ему действительно до чёртиков не хотелось этого делать, но он, так и быть, сделает исключение.

— Придётся, раз уж ты так говоришь

— …

Ошеломлённый взгляд Ын Хо был прикован к Джи Хёну. Его нехарактерная покорность вызывала какую-то неведомую жажду. И пока Ын Хо безмолвно приоткрыл рот, Джи Хён добавил фразу, которую было невозможно понять — шутка это или нет.

— От того, что слушаешься Квак Ын Хо, случаются только хорошие вещи.

— Но ты ведь не любишь хорошие вещи.

— О чём это ты?

Его слова, брошенные лишь для того, чтобы скрыть смущение, были тут же отметены замечанием Джи Хёна. Ын Хо опустил глаза и неосознанно потёр затылок. Лицо его оставалось непроницаемым, но он не мог подавить странное чувство, нахлынувшее на него.

— Если это шоу продюсера Ю, меня, по крайней мере, не заставят смеяться над идиотскими шутками во время убогого ток-шоу. Если отнестись к этому как к роли, два дня можно и потерпеть.

Удивительно, но Джи Хён казался и вправду невозмутимым. Конечно, «ЗММ» отличалось от ток-шоу с неловкими вопросами или физически изматывающих передач. И всё же это было не то предложение, на которое Джи Хён с готовностью бы согласился. И пока Ын Хо молчал, тот бросил ещё одну фразу:

— Ты лучше о себе беспокойся, а не обо мне.

— О себе? — переспросил Ын Хо, вскинув одну бровь. Его глубоко посаженные глаза без двойного века тоже вопросительно изогнулись.

И Джи Хён на удивление серьёзным тоном спросил:

— Как только ты появишься на экране, не только всплывут все твои личные данные, но и на улице начнут узнавать. Ты справишься с этим?

— …А я-то думал, ты скажешь что-то серьёзное

Ын Хо был прекрасно в курсе. Он учёл, что его личная информация станет достоянием общественности, ещё в тот момент, как впервые услышал про «ЗММ». Во-первых, в его данных не было ничего особенного, а во-вторых, о последствиях можно было не беспокоиться.

— Да никто и не узнает такого обычного человека, как я.

Это и было решающей причиной, почему он не видел особого смысла в появлении на телевидении. Если бы можно было привлечь столько внимания, просто засветившись в шоу, откуда бы в мире взялись неизвестные актёры? К нему проявят интерес на какое-то время, как к менеджеру Джи Хёна, а потом так же быстро забудут. Людям куда меньше дела до других, чем им кажется, и Ын Хо знал это лучше, чем кто-либо.

— В этом бизнесе для простых смертных места давно нет.

Однако Джи Хён возразил своим характерным, до приторности сладким голосом. Он мило улыбнулся и с ноткой досады произнёс:

— Даже те, чьи лица будто асфальтоукладчиком переехали, и то в актёры лезут и на экранах мелькают, а ты думаешь, тебя никто не узнает?

Эту фразу Джи Хён иногда бросал, когда смотрел телевизор. Если на экране появлялся непривлекательный главный герой, особенно мужского пола, он с нескрываемым сарказмом бормотал, что нынче любая бездарность лезет на экран. Если те при этом хорошо играли, его придирки были не такими язвительными, но если их игра была плоха, то тут и комментировать было нечего.

— Ну… даже если и узнают, это ненадолго.

Ын Хо беззаботно ответил, потирая подбородок. Он и сам знал, что не был дурён собой, но всё же оставался обычным человеком. Было бы просто смешно беспокоиться о славе перед Джи Хёном, который от макушки до пят источал ауру знаменитости.

— …

— …Что?

— …

— Почему ты так на меня смотришь?

— …Неважно.

Джи Хён с угрюмым видом потёр уставшие веки. Казалось, он хотел сказать многое, но с его губ слетел лишь невнятный шёпот вроде: «Ты, серьёзно…». И как только Ын Хо нахмурился, Джи Хён прищурился и спросил:

— Так это всё, что ты хотел сказать?

— Да, всё.

Разговор завершился до смешного просто. Директор Бён будет счастлив, — подумал Ын Хо и кивнул. Он решил, что просто позвонит ему в перерыве и сообщит, что Джи Хён согласился.

— Хорошо… тогда я спать.

С этими словами Джи Хён снова лёг на диван. Он повернулся на бок, без одеяла и подушки, подложив под голову руку, и закрыл глаза. Его изящные губы под прямым носом медленно шевельнулись.

— Я из-за тебя не сомкнул глаз.

Ын Хо не осмелился спросить, почему в этом виноват именно он. Джи Хён, и без того обладавший неземной внешностью, с закрытыми глазами выглядел особенно беззащитным. Его длинные ресницы, слегка приподнятые уголки губ и даже растрёпанные волосы — всё в нём сейчас дышало умиротворением.

Ын Хо, заворожённый этим зрелищем, затаил дыхание. Он боялся пошевелить даже пальцем, боялся моргнуть. Он просто смотрел на Джи Хёна своими тёмными глазами и слушал его тихое, ровное дыхание.

«Совсем как в старшей школе».

В такие моменты его охватывало странное чувство. В те мгновения, когда этот парень с его чувствительной натурой и хронической бессонницей засыпал с абсолютно безмятежным выражением лица. В те мгновения, когда он, всегда колючий, если дело не касалось съёмок, наконец опускал свою защиту и показывал эту беззащитную сторону только ему одному.

Одиннадцать лет… нет, восемь, если не считать короткого перерыва. Несмотря на то, что Ын Хо наблюдал это так долго, Джи Хён всё ещё оставался для него загадкой. То, как он почти слепо прислушивался к нему, то, как он засыпал только рядом с ним, словно ребёнок, ищущий родителей.

Нет, на самом деле, он до боли остро осознавал всё это, боясь, что это станет обыденностью, боясь, что это станет слишком привычным.

— Джи Хён.

Ответа на тихий зов не последовало. Убедившись, что тот крепко спит, Ын Хо поднялся, прихватив со стола пузырёк от таблеток. Среди многочисленных психотропных препаратов, которые принимал Джи Хён, это было снотворное, к которому он прибегал чаще всего.

У него давно выработалась высокая толерантность к этому лекарству, но Джи Хён время от времени оставлял пустой пузырёк на видном месте, словно в знак протеста. Точнее, всякий раз, когда Ын Хо на ночь уезжал к себе домой, он неизменно находил этот пузырёк на столе.

«Ну и характер».

Ын Хо знал, что это была его форма протеста. Должна же быть причина, почему этот парень, такой педантичный в вопросах чистоты, нарочно оставляет после себя мусор.

Его давний друг, Джи Хён, был невыносимым парнем, который не мог уснуть без него.

***

Их отношения начались одиннадцать лет назад, когда Ын Хо было восемнадцать. Он рос не по дням, а по часам и уже тогда перемахнул заветные для многих парней 180 сантиметров. Друзья завидовали, а его самого беспокоили лишь школьные брюки, которые с каждым днём становились всё короче.

В том энергичном возрасте главным интересом Ын Хо были учёба и подработка. На что-то другое времени просто не оставалось, да и ему во что бы то ни стало нужно было получить стипендию, чтобы поступить в университет. В тот день он, как обычно, пришёл в школу раньше всех, сел за парту, открыл уже раз прорешанный задачник по математике и начал всё сначала.

Вдруг открылась задняя дверь Ын Хо машинально повернул голову. Не по какой-то особой причине, просто стало любопытно, кто ещё мог прийти в школу в такую рань. Обычно после его прихода класс пустовал ещё около часа.

Вошедший ученик был на удивление выше самого Ын Хо, а его волосы были чуть длиннее, чем у остальных. В тот миг, когда их взгляды встретились, Ын Хо слегка опешил — настолько красивым был этот парень. Его глаза были необычайно яркими, что делало его облик почти нереальным.

— Ээ…

— …

— Привет.

Он поздоровался рефлекторно, но другой ученик не ответил и молча сел рядом с ним. Это место пустовало с самого начала второго года обучения. Ын Хо думал, что оно просто свободно, так как во время переклички это место никогда не называли, но, видимо, у него был хозяин.

После этого они долго не обменялись ни единым словом. Ын Хо был не из тех, кто начинает разговор первым, а ученик рядом с ним просто сидел не двигаясь. Другие ученики так и не появлялись, и, к удивлению Ын Хо, первым заговорил именно этот красавчик.

— Эй.

— …Что?

Ын Хо оторвался от решения задач и с небольшой задержкой повернулся к нему. Он среагировал не сразу, потому что парень даже не смотрел в его сторону. Его профиль казался нарисованным, а голос был мягким, совсем не как у старшеклассника.

— Ты что, не знаешь меня?

Что ж, сам вопрос был совсем не мягким.

— Не знаю.

— …Не знаешь?

— Ты впервые в школе.

Только тогда другой ученик медленно повернулся к Ын Хо. Он раздражённо нахмурился и понизил голос.

— Ты что, меня не знаешь?

Ын Хо подумал, что этот парень точно не в себе. Такое лицо было трудно забыть, раз увидев. Но это также означало, что если ты его не помнишь, то ты его никогда и не видел. В школе училась не одна сотня учеников, и у него не было таланта запоминать каждого, особенно тех, с кем он даже не был в одном классе на первом году обучения.

— Ты телевизор вообще не смотришь?

— Нет.

Другой ученик посмотрел на Ын Хо с таким выражением, будто хотел сказать: «Да что с тобой не так?» От этого взгляда Ын Хо почувствовал себя неловко и счёл нужным объясниться. Некоторые его друзья и впрямь считали, что он живёт в отрыве от мира, потому что вечно сидит за учебниками.

— Я не то чтобы специально его не смотрю. У меня просто нет телевизора дома.

— …А компьютер?

— Компьютера тоже нет.

— И ноутбука нет?

— Думаешь, был бы?

Это было всё равно что предложить есть пирожные, если нет хлеба. Парень пробормотал себе под нос, как же он тогда делает домашку. Ын Хо задумался, стоит ли говорить ему, что он в основном делает её в школе. И пока он размышлял, в него прилетел следующий вопрос:

— Ну телефон-то у тебя хоть есть?

— …

— Что за хрень… Ты что за рухлядь с собой таскаешь?

Последняя реакция последовала, когда Ын Хо достал из парты свой телефон и показал ему. Этот телефон ему подарила бабушка при поступлении в старшую школу. С него нельзя было звонить или отправлять смс, а интернет еле-еле грузился, когда ловил WiFi. И всё же, несмотря на постоянную буферизацию, этого хватало, чтобы смотреть бесплатные онлайн-лекции.

— Ты и вправду меня не знаешь?

— В каком классе ты был на первом году?

— В девятом… Нет, это неважно.

Этот парень был красив, как ангел, но каждый раз, когда он открывал рот, из него сочилось раздражение. Он нёс какую-то чушь о том, что это, должно быть, какой-то прикол, как Ын Хо может его не знать, и так далее. Поболтав ещё немного со своим раздутым эго, он внезапно посмотрел на Ын Хо и приказал:

— Узнай, кто я, к завтрашнему дню.

— …Что?

— У тебя же есть телефон. Поищи в интернете.

Ын Хо даже не успел возразить, что для поиска нужно хотя бы имя. Ученик резко встал и вышел из класса, оставив Ын Хо одного. И только когда задняя дверь с грохотом захлопнулась, он понял, что парень пришёл в школу даже без портфеля.

«Он и вправду псих…».

Бормоча себе под нос, Ын Хо внезапно кое-что понял. Некто, чьё имя можно найти в интернете, некто с такой неординарной внешностью и волосами чуть длиннее, чем у остальных…

Ему кое-кто пришёл на ум. Знаменитость, которая, по слухам, училась в их школе. Известная личность, которая редко появлялась на занятиях, а когда появлялась, её тут же облепляла толпа учеников, так что и лица-то было не разглядеть.

«…Так он не девочка».

Ын Хо неловко коснулся затылка, исправляя своё заблуждение, длившееся больше года. Он думал, что это девочка, из-за имени. Должно быть, он, сам того не осознавая, мыслил слишком узко. Теперь становилось понятно, почему знаменитость такого уровня оскорбилась, что её не узнали.

На следующий день, увидев, что тот ученик пришёл после обеда, Ын Хо на удивление радушно поприветствовал его, словно только его и ждал. В знак того, что он выучил его имя, что теперь он знает, кто он. Правда, фамилию он так и не узнал, поэтому обращение вышло довольно фамильярным.

— Джи Хён, привет.

— …

Ын Хо тогда так и не понял, почему у Джи Хёна было такое странное выражение лица. Увидев, как тот вопросительно вскинул брови, он лишь подумал, что, должно быть, снова где-то ошибся. А услышав следующий вопрос, внутренне цокнул языком, отметив про себя, какой же этот парень проницательный.

— Ты ведь не искал в интернете, да?

— …Хмм

А что, нужно было? Он многозначительно промолчал, и Джи Хён снова посмотрел на него с тем самым выражением: «Да что с ним не так?» Это ведь он сам ни с того ни с сего велел ему искать Джи Хён глубоко вздохнул и отвернулся.

— Забудь.

После того дня Джи Хён вёл себя по отношению к Ын Хо странно-колюче. С другими учениками он улыбался своей фирменной звёздной улыбкой — всё-таки он и был звездой, — но рядом с Ын Хо даже не пытался поддерживать имидж. Ын Хо недоумевал, почему этот парень, вечно прогуливавший уроки, вдруг стал так усердно ходить в школу. И в конце концов, он даже проникся к нему какой-то неохотной симпатией.

Ын Хо осознал свою ошибку гораздо позже, когда случайно увидел классный журнал. Он с опозданием узнал, что того зовут не просто «Джи Хён», но менять то, к чему он уже привык, было поздно. К счастью, или, может, к несчастью, к тому времени Джи Хён и сам уже привык, что Ын Хо зовёт его именно так.

«Ты и вправду очень странный парень».

Джи Хён часто это говорил, но даже сейчас Ын Хо считает, что уж от кого-кого, а не от него ему следовало бы это слышать. Если спросить, кто из них двоих страннее, девять из десяти человек выбрали бы Джи Хёна. А оставшимся одним, кто выбрал бы Ын Хо, был бы не кто иной, как сам Джи Хён.

— Ты был таким гордым…

— Что?

Поздним вечером Джи Хён, проснувшись после долгого сна, сел за кухонный остров, чтобы съесть обед, который приготовил ему Ын Хо. В меню был всего лишь жареный рис, но он в одиночку уплетал уже почти третью порцию. Ын Хо, наблюдая за его рукой с ложкой, медленно начал говорить:

— Просто… вспомнились наши школьные годы.

— Что именно?

— Наше первое знакомство.

Джи Хён нахмурился, видимо, тоже вспомнив то время. То, как изящно изгибались его брови, почти не изменилось со времён старшей школы. Он выглядел растрёпанным после сна, но даже это в глазах Ын Хо смотрелось как сцена из фотосессии.

— Тогда, когда я сказал, что не знаю тебя, ты ответил: «Как ты можешь меня не знать?» и велел поискать в интернете.

— …А, тот раз.

Джи Хён кивнул. Он снова принял непроницаемое выражение лица и ковырнул ложкой рисинки. До этого он ел с аппетитом, но теперь тот, казалось, внезапно пропал.

— Если наелся, не ешь. Я специально много приготовил.

— Просто договори. Ты говоришь, что я был гордым, из-за этого?

— Нет, не из-за этого.

Ын Хо взял стоявшую рядом бутылку с водой и до краёв наполнил стакан Джи Хёна. Тот вяло следил глазами за льющейся водой.

— Забавно, как ты после того дня придирался ко всему.

Он ведь мог просто сказать, что «Джи» — это его фамилия, а «Хён» — имя, но не дал ни единого намёка, пока Ын Хо сам до этого не додумался. И дело было не только в том, что Ын Хо не знал этого; со стороны Джи Хёна это было не менее странно.

— А ты ведь так и не поискал.

Однако Джи Хён произнёс это мягким голосом и приподнял уголки губ. Улыбка была идеальной, но насквозь фальшивой.

— До сих пор не понимаю. Как ты мог меня не знать?

— …Можно и не знать.

Насколько бы ни был известен человек, его можно и не знать, если ты им не интересуешься. Даже когда окружающие пару раз упоминали Джи Хёна, Ын Хо лишь думал: «Наверное, какой-то популярный айдол» — и тут же забывал. Он не знал, что тот был моделью и актёром, и даже не знал, что он — парень, до тех пор, пока они не поздоровались.

— Я не интересуюсь знаменитостями.

Если бы он не стал менеджером Джи Хёна, он бы и сейчас ими не интересовался. Он знал о нём всё из-за своей работы, но изначально у Ын Хо не было к подобным вещам никакого интереса. Вернее, его жизнь не была настолько беззаботной, чтобы позволить себе такие увлечения.

— Дело не в этом…

— Не в чём?

— …Забудь, ничего.

Джи Хён, нахмурившись, снова принялся за еду Ын Хо хотел было равнодушно спросить, что он имел в виду, но, видя, как аппетитно тот ест, передумал. Он лишь посоветовал ему есть помедленнее и подвинул к нему стакан с водой.

После ужина они, как обычно, уселись рядышком на диване и включили телевизор. Именно Джи Хён остановил Ын Хо, когда тот собрался мыть посуду, и именно Ын Хо выбрал дораму для совместного просмотра. Это была недавняя мелодрама с Шин И Чаном в одной из ролей, которую Ын Хо включил, чтобы составить собственное мнение об актёре после разговора с директором Бёном.

«Раз уж говорят, что его типаж похож на Джи Хёна…».

В отличие от скучающего Джи Хёна, Ын Хо сидел прямо и с серьёзным видом смотрел дораму. Сюжет или режиссура были не важны, значение имело лишь то, как Шин И Чан справляется со своей ролью второго плана. Играя студента, под стать своему двадцатилетнему возрасту, говорят, он покорил сердца многих женщин своей сценой признания в любви со слезами на глазах.

— …Директор Бён зря беспокоился.

В конце концов, это было всё, что сказал Ын Хо. Шин И Чан был очень увлечённым новичком, но до Джи Хёна ему было далеко. Его внешность и актёрское мастерство не шли ни в какое сравнение, да и сама его аура была ещё слишком «сырой», чтобы называться актёрской. Может, лет через пять. А пока что это и впрямь было излишнее беспокойство.

— А я что говорил?

Джи Хён равнодушно откликнулся, не отрываясь от книги. Он молча открыл какой-то роман примерно в то время, когда Ын Хо включил третью серию. Джи Хён откинул волосы и расслабленно улыбнулся.

— Я же говорил, что не стоит нервничать.

Слова, которые могли бы прозвучать высокомерно, из уст Джи Хёна звучали естественно. Не из-за высокомерия, а из-за уверенности, основанной на собственном таланте. Не в силах это отрицать, Ын Хо снова повернулся к экрану.

— И всё же для айдола он неплохой актёр. И довольно симпатичный. Он сейчас молод, но когда немного подрастёт…

— Симпатичнее, чем я?

— Что?

Ын Хо, говоривший до этого, нахмурился и обернулся на Джи Хёна. Тот уже отложил книгу и смотрел прямо на него. Он медленно моргнул и снова тихо спросил:

— Он красивее, чем я?

Ну вот, опять началось. Иногда Ын Хо казалось, что тот ведёт себя как ребёнок, причём в самых странных ситуациях. Однако, не меняя выражения лица, он спокойно ответил:

— Я никогда не видел никого красивее тебя.

Это была правда. Со времён старшей школы и до сего дня. Нет, за всю свою жизнь Ын Хо не встречал никого с более поразительной внешностью, чем у Джи Хёна. Он, которого обожали за ангельскую внешность ещё в бытность моделью-ребёнком, с годами лишь хорошел. И это было не просто субъективное мнение, а общепризнанный факт.

— Не нужно констатировать очевидное. Если не собираешься смотреть дораму, иди лучше тренируйся. Как раз время.

Ын Хо указал на настенные часы. Джи Хён молча уставился на него. Тренировки были единственным, что тот соблюдал неукоснительно, несмотря на беспорядочное питание и режим сна. Частично из-за профессии, которая часто требовала от него обнажаться, а частично — чтобы поддерживать форму даже во время перерыва.

— …Я так устал.

Проворчав это, Джи Хён поднялся, оставив Ын Хо позади. Его потягивающаяся спина напоминала грациозного дикого зверя. У него и от природы были широкие плечи, а благодаря усердным тренировкам его фигура стала поистине впечатляющей. Дошло до того, что «плечи Джи Хёна» стали появляться в поисковых подсказках, стоило лишь набрать его имя.

— Не смотри эту скучную дораму, лучше посмотри мои работы.

С этими словами Джи Хён направился в комнату с тренажёрами. Не было нужды упоминать, что Ын Хо уже видел все его работы как минимум по три раза. Он молча нажал на кнопку пульта, чтобы перейти к следующей серии.

Тренировка Джи Хёна заняла около трёх часов. Уборка инвентаря и душ прибавили ещё минут тридцать. За это время Ын Хо посмотрел ещё четыре серии и поймал себя на абсолютно предвзятой мысли, что, будь на месте главного героя Джи Хён, дорама стала бы куда большим хитом.

— Ты всё ещё это смотришь?

Примерно в тот момент, когда главные герои впервые поцеловались, из ванной в халате вышел Джи Хён. Он не завязал его как следует, и сквозь полы халата виднелся его рельефный торс. Ын Хо, неосознанно опустивший взгляд, быстро пришёл в себя и поднялся с дивана.

— Раз уж ты закончил тренировку, я пойду.

— …Так внезапно?

Джи Хён, вытирая волосы полотенцем, посмотрел на него с недовольством. Хотя его взгляд был полон раздражения, Ын Хо, не смутившись, натянул кепку, лежавшую на столе. Когда он опустил козырёк, небрежно распахнутый халат Джи Хёна тоже оказался слегка прикрыт.

— Мне пора. Скоро автобусы перестанут ходить.

— Можешь взять мою машину. Или вызови такси.

— Парковаться негде. И зачем тратить деньги на такси?

— Ты корпоративную карту для красоты с собой носишь?

Джи Хён подошёл и плюхнулся на диван. Капли воды с его волос стекали по затылку. Он, накинув на голову полотенце, нахмурился и посмотрел на Ын Хо снизу вверх.

— И что хорошего в этой твоей обшарпанной лачуге… Просто переезжай ко мне. Тебе самому не надоело каждый день мотаться туда-сюда?

Эту фразу он повторял часто. Ын Хо знал, что она ничего не значит, но каждый раз, когда слышал её, сердце предательски ёкало. Он нарочито нахмурился и отрезал:

— Если знаешь, то не вызывай меня в мои выходные.

— Ты всё равно ничего не делаешь дома.

Другие менеджеры рассказывали, что отдыхают, когда отдыхают их звёзды, но независимо от того, был ли у Джи Хёна перерыв или нет, Ын Хо всегда ехал к нему домой. Зарплата у него была достаточно высокой, чтобы не жаловаться, но постоянные предложения Джи Хёна съехаться его немного смущали.

— Я что, обанкрочусь, если перееду сюда? Как я смогу позволить себе такое жильё?

— О чём ты говоришь? Ты хоть раз видел, чтобы компания предоставляла жильё и брала за это арендную плату?

Джи Хён посмотрел на него с недоумением, мол, о каких деньгах может идти речь, если это, в первую очередь, его дом. Этот разговор был заучен ими до тошноты, так что у Ын Хо был готов стандартный ответ.

— Мой работодатель — директор Бён, с какой стати ты будешь предоставлять мне жильё? Если уж на то пошло, пусть это делает директор Бён, как раньше.

Изящные брови Джи Хёна взлетели вверх. Ын Хо в последний раз проверил время и сунул телефон в карман.

— Если собираешься пить снотворное, выпей только одну таблетку.

Он не стал добавлять: «Ты всё равно не уснёшь». Он знал, что это прозвучит слишком жестоко. Его сердце всегда таяло под пронзительным взглядом Джи Хёна, поэтому, вместо того чтобы встретиться с ним глазами, он решительно повернулся спиной.

— И не разбрасывай пустые пузырьки от таблеток.

Он знал, что даже после этих слов на следующий день пузырьки снова будут лежать на видном месте в знак протеста. Поэтому Джи Хён даже не потрудился ответить дежурным «хорошо». Ын Хо без нужды коснулся затылка и снова оглянулся на Джи Хёна.

— Я приеду завтра пораньше.

На это Джи Хён тоже не ответил. Он просто смотрел на Ын Хо, всё так же хмурясь.

И выглядел он при этом почти жалко.

Переводчик и редактор — Rudiment.

http://bllate.org/book/14770/1317666