Готовый перевод Hidden Vice / Скрытый порок: Глава 7

Глава 7.

— Эй! Сколько ты меня знаешь, чтобы называть сумасшедшим? Думаешь, так можно избежать ответственности? Тебе нужно всё чётко объяснить. О том, что вы, люди, со мной сделали. Я не оставлю это просто так. Ты меня понимаешь?

— Ча Сугён!

— О чём ты вообще? Не пой, кому не попадя, чужие имена. Я правда сейчас разозлюсь. Думал, я буду благодарен, что ты запихнул меня в эту палату? Быстро верни мне мои яйца. Серьёзно, воровать при всём честном народе — это куда ни шло, но чтобы мои яйца… Пока я был без сознания...

— Боже правый.

Мужчина не смог продолжать и просто разинул рот. Словно он был слишком ошеломлён, чтобы говорить. Но разве не я должен быть шокирован? Столкнувшись с этим наглецом, я вскочил и второпях стащил с себя штаны.

— Что ты себе позволяешь?

— Раз ты продолжаешь отнекиваться, я тебе покажу. По-твоему, я похож на лжеца? Я же говорю, мои яйца правда пропали. То, что должно быть тут, исчезло.

Мужчина быстро протянул руку и схватил меня за руки и за штаны. Началось перетягивание каната: я пытался их стянуть, а он пытался меня остановить.

— Отпусти.

— Секретарь Юн. Секретарь Юн! Зайди сюда и успокой этого типа. Скажи медсестре, чтобы вколола ему успокоительное или что-то в этом роде. И свяжись с директором больницы. Вызови лечащего врача или психиатра, быстро!

Когда мужчина почти взвизгнул, человек, находившийся снаружи, ворвался в палату и прижал меня к кровати.

— Эй, отпустишь, нет? Думаешь, после этого отделаешься? Хватать человека вот так, оперировать его, как вздумается, да? И я расскажу всем об этом! Я добьюсь, чтобы эту больницу закрыли!

Я боролся и кричал, в то время как мужчина прислонился к дивану с всё более уставшим лицом. Он пробормотал: «И вправду спятил», качая головой, затем бросил на меня взгляд и отвернулся, словно избегая меня.

Любой сторонний наблюдатель решил бы, что это я веду себя как сумасшедший. Хорошим примером была сиделка, которая держалась поодаль, даже она смотрела на меня с подозрением. Неужели так легко выставить кого-то сумасшедшим? Меня охватило чувство безысходности.

У меня нет денег, нет родителей, и я влачил жалкое существование, не говоря уже о раке в груди и о том, что жить осталось недолго. Затем я спас того парня, думая, что творю доброе дело, и вот — мои яйца исчезли. В довершение всего, со мной обращаются как с сумасшедшим, и я могу оказаться в психушке.

Это то, чего они хотят? Пытаются ли они таким образом избавиться от меня? Но зачем? Что я сделал не так? Я всего лишь спас жизнь их родственника, того безымянного парня.

Неужели так сложно было сказать «спасибо» и дать немного компенсации? Я что, выглядел так, будто потребую какого-то огромного вознаграждения? Я действительно не мог понять.

— Я буду сидеть смирно, так что отпустите меня, — буркнул я человеку, который всё ещё держал меня.

Услышав мой более спокойный тон, мужчина взглянул на другого, и я снова потребовал, уже более настойчиво, чтобы меня отпустили.

— Держите его, пока не придёт медсестра. Я не буду чувствовать себя в безопасности, пока ему не введут успокоительное.

— Слушай. То, что ты делаешь, — это настоящее преступление. Ты это понимаешь, да?

— Хах… Я пойду свяжусь с директором больницы, так что продолжайте держать его, чтобы он никуда не сбежал.

Стать свидетелем преступления в реальном времени. И я — жертва.

Но если есть отец, который является директором больницы, тогда кто этот человек? Он один из тех двух старших братьев, о которых тот парень говорил, что недолюбливает их? Раз он говорил, что между ними большая разница в возрасте, то это возможно. Судя по тому, что я слышал от того парня, вполне вероятно, что его брат мог бы поступить со мной именно так. Они, по идее, должны были быть настоящими сволочами.

Мужчина вышел из палаты, а секретарь продолжал держать меня, в то время как сиделка украдкой поглядывала в нашу сторону издалека, пытаясь понять ситуацию.

Я глубоко вдохнул, чтобы успокоить бешено колотящееся сердце, и, заметив, что сдерживающая меня сила слегка ослабла, изо всех сил толкнул мужчину, находившегося сверху.

Когда мужчина отшатнулся на шаг, я воспользовался моментом и скатился с кровати. Мужчина, должно быть, был за дверью, и единственное место, куда можно было сбежать, — это ванная. Пока секретарь снова не схватил меня, я быстро, почти ползком, пересек комнату, ворвался в ванную и запер дверь.

Бам, бам — звук ударов по двери снаружи отдался эхом. Я также услышал голос мужчины, который, видимо, вошёл в палату, и он кричал, спрашивая, что происходит.

Это мне следует интересоваться, что происходит. Что, чёрт возьми, творится? Что эта больница делает? В какой ситуации я оказался? Я не мог понять ничего из этого.

Я заставил свои всё более слабеющие колени напрячься и сделал несколько глубоких вдохов. Я спас чужую жизнь, и теперь моя собственная жизнь в опасности. Вот собачья жизнь. Хотя у меня и не так много времени осталось, я не хотел закончить всё так жалко.

Думай. Просто думай. Думай.

Как бы я ни пытался успокоиться, у меня не получалось. Ситуация не имела смысла, и я не имел ни малейшего понятия, что делать или как.

— Блять! — выругался я, стоя перед раковиной.

Мне нужно было умыться холодной водой, чтобы прочистить голову. Ледяная вода на лице шокировала и привела в чувство. Грубо умывшись и вытерев лицо висевшим полотенцем, я посмотрел в зеркало и застыл, как статуя.

Какого чёрта?

Лицо в зеркале было совершенно незнакомым.

Не то чтобы я никогда его не видел. Это определённо лицо, которое я знаю, но это не то лицо, что я видел все двадцать лет своей жизни.

Как это произошло? Лицо в зеркале было не моим, это было лицо того парня, чью жизнь я спас, рискуя собственной.

Неуверенно я поднял одну руку, и парень в зеркале тоже поднял руку. Когда я помахал, словно приветствуя кого-то, парень тоже помахал.

Это сон? Я ущипнул себя за щёку пальцами, вздрогнул от боли, и, словно передразнивая меня, парень в зеркале тоже ущипнул свою щёку, и его глаза наполнились слезами.

— Это безумие, что это такое?

Должно быть, эти люди действительно сумасшедшие. Они не только удалили мои яйца, но и изменили моё лицо, чтобы оно выглядело как его. Разве пластическая хирургия может создать такую идеальную копию чужого лица?

Я придвинулся ближе к зеркалу и потрогал своё лицо. Кожа под кончиками пальцев была гладкой, словно не моей. Я почувствовал странное отчуждение.

Словно под гипнозом, я снял всю одежду, что была на мне.

Это не то истощённое болезнью тело, что было у меня. Хотя телосложение всё ещё было худощавым, это было не тело, исхудавшее от болезни, оно было таким от природы.

Шрам на боку тоже исчез. Когда это было, в четырнадцать? Шрам от ножевого ранения, которое мне нанесли в назидание, после того как поймали на краже на чужой территории, исчез. Шрам был большой, потому что его зашивал кое-как шарлатан, но теперь мой бок был чист, словно ничего такого и не было.

Другие мелкие шрамы тоже нигде не просматривались. Мой живот и кожа на руках и ногах были чистыми. Даже мои руки, огрубевшие от лишений, теперь были мягкими и нежными, как у ребёнка. Это было тело молодого чёболя, взращённого в заботе.

Неужели они сделали пластическую операцию на всём моём теле?

Это не имеет смысла. Сколько дней я был без сознания и пролежал здесь, в больнице? Сколько времени должно пройти, чтобы все следы обширной пластической операции полностью исчезли?

Нигде не было ни единого шва. Помимо нескольких синяков, словно от небольших ушибов, не было ни следов травм, ни хирургических отметин. Если бы они сделали пластическую операцию на всём моём теле, разве не должно было остаться хоть каких-то хирургических шрамов?

Гениталии, которые странно казались меньше, при ближайшем рассмотрении тоже были не мои. Область ниже того места, где должны были быть мои яички, была гладкой, словно их никогда и не существовало. Не было никаких следов разрезов или швов.

Если подумать, мой голос тоже был странным. Я думал, что он звучит незнакомо, потому что у меня кружилась голова, были заложены уши и сипело в горле, но, поразмыслив, это было не похоже на хрипоту. В отличие от моего изначального голоса, он был тонким и чистым и красивым.

Несуществующие яички. Полностью изменившееся тело. Лицо, которое не моё. Голос, который не мой. Как это можно объяснить?

Действительно ли я Мин Джэхи? Любой, взглянув на меня, с лёгкостью примет меня за того парня, чьё имя я даже не знаю.

Теперь стала понятна реакция мужчины снаружи. Если тот мужчина действительно не знал, что происходит, и он принял меня за того парня, то, с его точки зрения, было бы логично счесть меня сумасшедшим.

— В этом нет никакого смысла.

Кто создал эту ситуацию? Кто превратил меня в того парня?

Может быть, тот парень, который сказал, что не хочет жить, воспользовался моим бессознательным состоянием, чтобы поменяться со мной местами? Раз его родители, предположительно, были директорами клиник, это было вполне возможно.

Но зачем родителям соглашаться на это? Какую выгоду они извлекут, превратив уличного воришку, кое-как окончившего начальную школу, в своего сына?

Почему мужчина снаружи притворяется, что не знает об этой ситуации? Разве не было бы проще объяснить мне ситуацию, помочь понять и уговорить меня? Думает ли он, что удобнее и менее рискованно назвать меня сумасшедшим и запереть в психушке?

Нелепые теории заговора стремительно росли в моём сознании.

Пока я в оцепенении смотрел на парня в зеркале, дверь ванной комнаты издала щелкающий звук. Стук прекратился, и наступила тишина, но затем ручка двери загремела, и замок открылся.

Мужчина, который заглянул в щель плавно открывшейся двери, увидел меня и безмолвно разинул рот. Его широко раскрытые, удивлённые глаза окинули моё обнажённое тело с головы до ног.

Через распахнутую настежь дверь ванной я видел, как мужчина, его секретарь и сиделка — все уставились на меня.

— М-медсестра. Медсестра!

Мужчина позвал медсестру почти на вздохе. Услышав этот пронзительный голос, я опустил взгляд с зеркала и закрыл глаза.

Переводчик: rina_yuki-onna

Редактор: rina_yuki-onna

http://bllate.org/book/14758/1317059