– Ты не говорил мне, что нельзя выходить, – ответил Чи Сяодуо. – Ты этого не говорил.
Чи Сяодуо начал смеяться, и Сян Чэн потащил его за руку к Land Rover. Чи Сяодуо хотел забраться следом за ним, но Сян Чэн толкнул его и сказал, чтобы тот оставался снаружи. Затем он включил в машине потолочный светильник и принялся рыться в своей спортивной черной сумке. Чи Сяодуо с любопытством наблюдал, как Сян Чэн снова и снова перетряхивает вещи, казалось, он что-то забыл. Его лоб нахмурился.
– Что случилось? – спросил Чи Сяодуо.
– Ты не видел табакерку? – спросил Сян Чэн.
Чи Сяодуо покачал головой и сказал:
– Я не трогал твою сумку.
Выражение лица Сян Чэна было раздраженным, но, посмотрев на Чи Сяодуо, он совершенно не знал, что делать.
Чи Сяодуо бросил на Сян Чэна пытливый взгляд, и Сян Чэн сказал:
– Возвращайся в комнату. Что бы ни случилось, не выходи. Ты сможешь это сделать?
– Хорошо, – кивнул Чи Сяодуо. – Кстати, это твое? – с этими словами он достал из кармана статуэтку и пергамент.
Сян Чэн взглянул на Чи Сяодуо и отказался от мысли попросить его вернуться в свою комнату.
– Садись в машину, – сказал он.
– Да, да, как скажешь. Что мы будем делать? – Чи Сяодуо был крайне взволнован.
– Пристегни ремень безопасности.
Сян Чэн сдал назад и выехал с парковки. Луна скрылась за облаками, поэтому, когда он проезжал мимо главного входа в гостиницу, их обступила кромешная темнота. Чи Сяодуо был одновременно и напуган, и взволнован. Неужели Сян Чэн собирался взять его на задание? Что тот мужчина имел в виду, говоря «вокруг твоего диди витает энергия яо»?
– Зачем ты взял меня с собой?» – спросил Чи Сяодуо.
– Потому что ты не хочешь меня слушаться и оставаться в комнате, – ответил Сян Чэн. – Я не могу тебя загипнотизировать, и я не взял с собой никаких ключевых предметов, которые заставили бы тебя уснуть.
– Я сделаю, как ты скажешь, – ответил Чи Сяодуо. – Если из-за меня у тебя будут проблемы, я вернусь и подожду тебя. Просто я беспокоюсь о тебе, после того, как услышал ваш разговор, стоя под деревом. Обещаю, что больше не буду подслушивать в будущем, развернись и отвези меня обратно.
– Забудь об этом, – сказал Сян Чэн. – Я боюсь, что с тобой что-нибудь случится... Сейчас тебе безопаснее быть со мной.
Чи Сяодуо чувствовал, что Сян Чэн собирается сделать что-то важное.
– Baidu! – вдруг произнес Сян Чэн. – Скажи, твой мобильный может выйти в Интернет? Поищи для меня «Гуйчэ».
– Гуйчэ – это девятиголовая чудовищная птица, – принялся читать Чи Сяодуо. – Она может есть души, убивать людей и с нее на крышу капает кровь. Раньше у нее было десять голов, но одну откусила собака, поэтому она и истекает кровью. Где бы ни появилась гуйчэ, будут происходить природные и техногенные катастрофы. Но она боится света, и когда лучи света падают на нее, она испытывает головокружение.
Сян Чэн на мгновение задумался и сказал:
– Стоп.
После этих слов, Сян Чэн остановил машину, вышел из не и вернулся в гостиницу. Через мгновение внутри гостиницы послышался шум, и девушка, работавшая ночным администратором, окликнула его:
– Кто там?
Сян Чэн побежал к Land Rover с фонарем аварийного освещения, который он снял со стены. Затем он бросил его Чи Сяодуо. Девушка-администратор попыталась остановить его, но Сян Чэн быстро сел в машину и поехал по горной дороге.
Чи Сяодуо, сжимая в руках фонарь аварийного освещения, почувствовал, как уголки его рта невольно поползли вверх.
– Ты в последнее время видел что-нибудь странное? – спросил Сян Чэн, с облегчением выдыхая. – Например, каких-нибудь странных людей.
Чи Сяодуо хотел сказать, что самый странный человек сейчас сидит рядом, но вместо этого выпалил:
– Вокруг меня витает энергия яо, что это значит?
– Буквально это и означает, – ответил Сян Чэн. – Как думаешь, в твоем окружении может быть яогуай?
Чи Сяодуо был озадачен. Он на несколько секунд задумался, а после произнес:
– Яогуай? А финансовый аналитик считается?
– Какой он? – серьезно спросил Сян Чэн, не отрывая взгляд от дороги.
– Он постоянно странно складывает пальцы и носит рубашки с цветочным принтом...
Сян Чэн сомневался, что яогуай будет выглядеть так.
– О, а еще он постоянно пританцовывает и поет Леди Гагу, – со смехом добавил Чи Сяодуо.
Я не это имел в виду... – ответил Сян Чэн. – Леди Га? Что это? Тебе холодно?
Чи Сяодуо съежился на переднем пассажирском сиденье и повернул голову, чтобы посмотреть сбоку на Сян Чэна. Когда машина выехала с подъездной дорожки, ведущей к гостиницы, начали появляться уличные фонари. Сян Чэн сосредоточенно вел машину, и Чи Сяодуо, глядя на его профиль, подумал, что он действительно слишком красив. Потом он с удивлением подумал, что даже после всего произошедшего, он по-прежнему одержим им. «Сяодуо, ты безнадежен!» – отругал он сам себя.
– Немного, – Чи Сяодуо во время подслушивания так вспотел, что теперь ему стало холодно.
Сян Чэн, держа руль одной рукой, другой снял с себя спортивную куртку и накрыл ею Чи Сяодуо. Куртка Сян Чэна пахла очень приятно, и Чи Сяодуо невольно обнял ее.
– Надень, – произнес Сян Чэн.
Когда Чи Сяодуо надел ее, стало намного теплее, а Сян Чэн сказал:
– Как только приедем, следуй за мной. Главное, ничего не говори.
Чи Сяодуо согласно кивнул. На самом деле он был немного сонным. Он думал, что Сян Чэн может увезти его в очень опасное место, но он доверял ему.
– Ты так доверяешь мне? – спросил Сян Чэн. – Просто залез в машину, не издав ни звука. А если я захочу причинить тебе боль?
– Ты не сделаешь этого, – Чи Сяодуо прислонился к окну и посмотрел на Сян Чэна. – Так говорит мое подсознание.
– Что? – Сян Чэн взглянул на Чи Сяодуо.
Чи Сяодуо и сам не знал почему, но отчего-то в его голове возникла смутная сцена. Казалось, что Сян Чэн спас его во сне, или же это была интуиция, идущая из глубины его сердца.
– Я думаю, что-то с нами случилось, – задумчиво произнес Чи Сяодуо. – Но я не могу вспомнить, что именно это было.
Сян Чэн ничего не ответил, поэтому Чи Сяодуо продолжил:
– Этот инцидент заставил меня почувствовать, что ты очень надежен, но я действительно не могу вспомнить, что это было.
Остановив машину возле стены, Сян Чэн сказал:
– Вылезай.
Чи Сяодуо послушно вылез.
– Возьми мою сумку и с этого момента держись рядом со мной. Что бы ни случилось, не отступай от меня ни на шаг, – сказал Сян Чэн.
– Хорошо, – Чи Сяодуо потер глаза и, надев куртку Сян Чэна, перекинул ремень спортивной сумки через плечо и последовал за ним.
Во времена династий Цинь и Хань гора Ляньхуа была огромным естественным карьером, занимавшим площадь в двадцать пять тысяч му*. Когда Линнань* был еще Южным Вьетнамом, Чжао То* стал использовать гору, для добычи камней. После двух тысяч лет водной эрозии гора от вершины до подножия стала испещрена многочисленными как искусственными, так и естественными гротами.
*китайская мера площади, 1 му равен примерно 1/15 га
*岭南 (lǐngnán) – историко-географический регион на юге Китая (буквально «к югу от гор Наньлин»), охватывающий современные провинции Гуандун, Гуанси и Хайнань, а также часть северного Вьетнама.
* Чьеу Ву-дэ, Чжао У-ди или Чжао То – военный чиновник китайской империи Цинь, который, уйдя со службы, основал вьетско-китайское государство Намвьет и династию Чьеу
С наступлением ночи, окрестности и сама гора разительно преображались. Пейзажи вокруг нее начинали напоминать грубых каменных великанов. Однако мигающие огни на противоположной стороне устья Жемчужной реки и темно ночное небо с красными сполохами приближающего рассвета, делали картину чуть более приятной глазу. Чи Сяодуо как раз осматривался, когда Сян Чэн присел и попросил его забраться к нему на руки, чтобы помочь тому перебраться через стену.
– Не снимай обувь, – предупредил он.
Сян Чэн выглядел мускулистым, когда снимал одежду, и выглядел худым, когда надевал ее. Его мышцы обладали взрывной силой. Как только Чи Сяодуо наступил на его руки, Сян Чэн легко поднял его. Сам же Сян Чэн перелетел стену в мгновение ока, подхватил Чи Сяодуо и побежал как сумасшедший.
От столь быстрого бега, у Чи Сяодуо даже закружилась голова, и он пришел в себя, только когда они приземлились на грубый камень. Неподалеку виднелась пещера.
Сян Чэн порылся в сумке, доставая из нее несколько разноцветных вещей.
– Что это? – с любопытством спросил Чи Сяодуо.
– Оставайся здесь и не двигайся, – ответил Сян Чэн.
Чи Сяодуо поспешил вернуть вещи обратно. Сян Чэн попросил Чи Сяодуо сесть в центр камня и расставил вокруг него цветных каменных стражей.
– Просто сиди и играй со своим телефоном, – сказал Сян Чэн, подхватывая свою сумку. – Что бы ни случилось, не кричи.
– Хорошо, хорошо, – ответил Чи Сяодуо.
Сян Чэн, который уже собрался было уйти, вдруг почувствовал смутное волнение. Взглянув на мобильный телефон Чи Сяодуо, он спросил:
– Тебе нравится слушать музыку?
– Да.
Сян Чэн полистал плей-лист телефона, там почти все песни были на английском. Выбрав наугад какую-то песню с китайским названием, он включил ее на максимальную громкость и даже помог Чи Сяодуо надеть наушники. Чи Сяодуо сидел в кольце каменных стражей и с любопытством оглядывался. Песня, которую выбрал Сян Чэн, была «Ангел в Европе».
Посреди ночной романтики голос Пинъаня*, точно звуки природы, звенел в ушах Чи Сяодуо.
* 平安 (Anson Ping) или Пинъань – китайский певец материкового Китая
Из карьера донесся слабый птичий крик. Сян Чэн обернулся, достал из сумки Посох укрощения мо и Веревку связывающую яо, сунул в рот пачку красной бумаги, прежде чем, вновь закрыть сумку.
Затем он жестом попросил Чи Сяодуо включить фонарь аварийного освещения и направить его в сторону входа в пещеру. После чего быстро скрылся в этой самой пещере.
Чи Сяодуо:
– ???
Как он будет ловить преступников без оружия? Чи Сяодуо нахмурился и уставился в ту сторону, куда ушел Сян Чэн. Внезапно в его наушниках раздался резкий, пронзительный крик. Чи Сяодуо на секунду даже подумал, что с музыкой что-то не так, поэтому он опустил голову, чтобы посмотреть на свой телефон, и несколько раз то увеличил, то уменьшил громкость.
«I want a girl who wanna say love you...» – громко и страстно пел Пинъань.
Девятиглавая птица с высоты грота упала на Сян Чэна. Тот ловко откатился назад, сердито закричал на нее и одной рукой выставил перед собой Посох укрощения мо. Посох тот час превратился в серебряный щит и заблокировал кровавый туман, который выплюнула девятиглавая птица. После этого птица опять кинулась на Сян Чэна, но он ловко оттеснил ее обратно в пещеру.
Чи Сяодуо, закончив регулировать громкость, поднял голову. Казалось, вдалеке что-то происходило, и он слышал странный звук. Он осторожно поднял свой телефон и принялся снимать видео, направив камеру в ту сторону, куда ушел Сян Чэн.
«I could never stop...»
В это же мгновение Сян Чэн вылетел из пещеры, словно пушечное ядро.
Чи Сяодуо собирался снять наушники, когда Сян Чэн, хромая побежал в его сторону.
– Не двигайся! Оставайся на месте! – крикнул Сян Чэн, понимая, что Чи Сяодуо сейчас выйдет за пределы защитного круга.
Чи Сяодуо не услышал этого и поддержал Сян Чэна. Они вдвоем ввалились в защитный круг из каменных стражей. Чи Сяодуо хотел снять наушники, но в этот момент Сян Чэн обхватил его голову руками и присел, желая защитить Чи Сяодуо своим телом. В это мгновение Чи Сяодуо поднял глаза и увидел сцену, которая полностью перевернула его мировоззрение.
Огромная чудовищная птица, полыхающая черным огнем, выскочила из пещеры. Из ее груди торчала сияющая серебряная палка Сян Чэна. Не раздумывая ни секунды, она помчалась к ним. Все ее девять голов в унисон взревели и извергли девять потоков черного огня, которые сплелись вместе, превращаясь в одну мощную струю! И этот черный огонь несся прямо в их сторону!
Чи Сяодуо приоткрыл рот и тупо уставился в небо. Однако в следующий момент семь каменных стражей вокруг него одновременно испустили рев, сотрясший землю. Они один за другим превратились в божественных зверей и устремились к небу!
Первый каменный страж противостоял черному пламени. Второй и третий разлетелись на куски. А четвертый, пятый, шестой и седьмой набросились на чудовищную птицу, царапая и кусая. Чудовищная птица, истекая кровью, упала на землю.
В этот момент Чи Сяодуо задался вопросом, а не спит ли он? С широко открытыми глазами и расширенными зрачками он посмотрел на небо. Сян Чэн одной рукой быстро рылся в своей сумке, а другой закрывал Чи Сяодуо глаза и лицо.
– Не бойся! – крикнул он прямо в ухо Чи Сяодуо.
Чи Сяодуо уже был совершенно ошеломлен. Голос Пинъаня все еще звучал в наушниках.
«I fell in Love... I fell in Love...»
Когда эта чудовищная птица врезалась в них, Сян Чэн внезапно наклонился вперед и мобильный телефон Чи Сяодуо вылетел у него из рук.
Птица болезненно каталась по земле. Каменные стражи просуществовали всего несколько секунд, прежде чем исчезнуть под натиском чудовищной птицы. Сян Чэн наконец отыскал в сумке красную ткань и бросился вперед.
– Мой телефон! – закричал Чи Сяодуо.
Сян Чэн поднял с земли телефон и, взмахнув рукой, перебросил его Чи Сяодуо.
У Чи Сяодуо так дрожали ноги, что он невольно опустился на колени, но снимать все происходящее на телефон он не прекратил. Он поднял голову, открыл рот и тупо уставился на сцену перед собой. Наконец, он отреагировал на все происходящее. Но что это такое?.. Черт возьми! Что это такое!
Сян Чэн встряхнул красную ткань, и, как на корриде, она взметнулась на ветру. Однако гуйчэ отказывалась сдаваться. Ее несколько голов тряслись под светом фонаря, но оставшиеся четыре, на которые свет не падал, одновременно закричали, развернувшись клювами в небо.
– Связать! – взревел Сян Чэн, затем встряхнул красную ткань и накрыл ею гигантскую птицу.
В последний момент девятиглавая птица взмахнула крыльями, отступила назад, взлетела в воздух и начала быстро вращаться вокруг своей оси. От этого вращения образовался небольшой ураган. Сян Чэна откинуло на дерево потоком воздуха и ему не удалось связать монстра. В этот момент девятиглавая птица расправила крылья и быстро устремилась к нему.
С грохотом и чудовищная птица, и Сян Чэн пролетели сквозь ветви дерева и упали на землю. Жилет Сян Чэна был изодран, а на его груди проступили красные полосы. Затем несколько клювов птицы одновременно нацелились на глаза Сян Чэна.
– А-а... – чудовищная птица издала скорбный крик, который оглушил Чи Сяодуо.
Сян Чэн, пытаясь прикрыть его собой, прыгнул вперед. Одной рукой он обхватил Чи Сяодуо, а второй вновь попытался накрыть птицу красной тканью.
Чи Сяодуо пришел в себя и начал кричать, когда его левую лодыжку крепко схватили когти этой чудовищной птицы, и он оказался в воздухе вверх ногами!
– Черт... – выругался Чи Сяодуо, повисая над землей.
– Осторожнее... – Сян Чэн крепко обхватил Чи Сяодуо за талию. Чудовищная птица издала свирепый крик и принялась поднимать их все выше и выше.
Чи Сяодуо болтался над каменистой поверхностью вверх ногами, мир вокруг него вращался. Чудовищная птица крепко держала Чи Сяодуо, а Чи Сяодуо крепко держал Сян Чэна. Теперь они оба висели вверх ногами. Земля вращалась и становилась все дальше и дальше. Сян Чэн изо всех сил пытался закинуть красную ткань на птицу, но никак не мог этого сделать.
Чи Сяодуо чувствовал себя пружиной, которую тянут в разные стороны.
Чудовищная птица взлетела высоко в воздух, и глаза Чи Сяодуо наполнились звездами.
– Что же мне делать! – крикнул Чи Сяодуо. – Что за чертовщина творится! Я был неправ! Мне не следовало ходить за тобой!
Сян Чэн стиснул зубы, обхватил талию Чи Сяодуо ногами и попытался использовать силу пресса, чтобы подтянуться вверх и осмотреть окружающую их местность.
– Что она хочет?! – Чи Сяодуо болтался в воздухе, как веревка на ветру. А невольно выступившие слезы разлетались кругом.
– Он собирается... превратить нас в... котлеты... – сквозь стиснутые зубы ответил Сян Чэн.
– Раз так, то, – Чи Сяодуо решил, что пока он жив, ему стоит сказать эти последние слова в его недолгой жизни. – Прощай, босс, прощай мама и папа, прощай Ван Жэнь, прощай, лучший друг, прощайте финансы...
– Она не сможет взлететь высоко! – взревел Сян Чэн. – Когда я досчитаю до трех, ты подтолкнешь меня наверх! Я свяжу ее. А ты в это время крепко хватайся за меня. Мы упадем в воду! От этого мы не умрем!
Они оба висели вниз головой, и Чи Сяодуо закричал:
– Я не умею плавать! И она услышала тебя! Теперь она летит прямо к горе!
Чи Сяодуо посмотрел вниз: они были более чем в десяти метрах от земли. Чудовищная птица явно старалась изо всех сил поднять их как можно выше, а после сбросить вниз. Этой высоты явно было недостаточно, поэтому она покинула акваторию Жемчужной реки и полетела в сторону гор.
– В следующий раз... мне обязательно нужно будет взять с собой зонтик, – крикнул Сян Чэн. – У тебя есть фонарик на телефоне?! Посвети ей на левую сторону!
Чи Сяодуо поспешно включил фонарик на своем мобильном телефоне и посветил им на левую сторону чудовищной птицы. Когда луч света попал ей в глаза, чудовищная птица закричала, наклонилась и едва не выронила их.
– Хорошо! – сказал Сян Чэн. – Еще раз!
Чи Сяодуо снова посветил ей в глаза, чудовищная птица потеряла равновесие и начала заваливаться влево.
– Прыгай! – закричал Сян Чэн.
Затем он, зажав зубами красную ткань, внезапно перевернулся и вытащил Посох укрощения мо из груди чудовищной птицы. Девятиглавая птица изрыгнула струю крови и стряхнула их, оставляя за собой кровавый след, зависший в воздухе. Чи Сяодуо почувствовал головокружение, пока падал прямо на статую Ванхай Гуаньинь* в центре горы Ляньхуа.
Ванхай Гуаньинь (觀海觀音, «Гуаньинь, созерцающая море») – это буддийское божество сострадания, часто изображаемое в виде статуи, смотрящей на океан. Она символизирует защиту, милосердие и спасение верующих
– Держись крепче, не отпускай! Те, кто собирается сражаться, будут... – сказал Сян Чэн, а затем приземлился на плечо статуи Гуаньинь. Тело Чи Сяодуо начертило дугу в воздухе, а затем его резко дернуло вперед. Руки Чи Сяодуо крепко держались за талию Сян Чэна и только благодаря этому его падение остановилось. Но когда он попытался встать хоть на что-то твердое, его ноги соскользнули.
Воспользовавшись возможностью, Сян Чэн встряхнул красной тканью.
– Вперед! Всем мо отступить! Связать!
Красная ткань со свистом мгновенно превратилась в катящиеся красные облака, распространяющиеся по небу и земле. В темноте ночи они сияли золотым светом, который мог усмирить мо. На границе между небом и землей появился образ Ачалы*.
*Ачала (санскр. «непоколебимый») – гневное божество-защитник в буддизме Ваджраяны, ипостась Будды Вайрочаны, известная в Японии как Фудо Мёо. Он устраняет препятствия, сжигает невежество и защищает верующих, изображаясь с мечом и лассо, часто в окружении пламени. Ачала символизирует стойкость и несокрушимость веры
Наступила глубокая тишина. А после небо запело!
Пока Чи Сяодуо застыл в изумлении, красная ткань, становясь все больше и больше, догоняла девятиглавую птицу, накрывая ее собой. Когда ткань обернулась вокруг гуйчэ, Сян Чэн быстро потянул ее на себя. Теперь чудовищная птица больше напоминала неправильной формы комок, который безумно крутился на одном месте.
Внезапно гуйчэ исчезла, превратившись в пятицветный узор птицы, вышитый нитками на красной ткани. Последовала короткая вспышка света, а после мир вновь погрузился в тишину.
Чи Сяодуо:
– ...
Сян Чэн:
– ...
Чи Сяодуо, крепко вцепившись в талию Сян Чэна, поднял голову и ошеломленно уставился на него. Сян Чэн облегченно выдохнул и в ответ посмотрел на Чи Сяодуо. Так, смотря друг на друга, они простояли несколько долгих секунд. Первое, что сделал Чи Сяодуо, это слегка приподнял руки, которые были на талии Сян Чэна, и несколько раз хлопнул в ладоши.
– Все в порядке, – сказал Сян Чэн.
– Ты такой красивый, – сейчас Чи Сяодуо вообще не мог думать ни о чем, поэтому это был его единственный комментарий тому, что произошло сегодня ночью.
– Спасибо, – искренне ответил Сян Чэн.
– Но как нам спуститься? – Чи Сяодуо посмотрел вниз.
Статуя Ванхай Гуаньинь была более сорока метров в высоту, а они стояли на одном ее плече. Горизонт прорезал первый луч восходящего солнца.
http://bllate.org/book/14755/1316895
