Моя онлайн девушка оказалась…братом!
Глава 4 — Круто! Просто отправь это.
Лысый преподаватель метко бросил в него кусочек мела — и тем самым прекратил поток “волшебного звука”, вливавшийся в уши.
Линь Дунъян честно встал, готовый к выговору. Он понимал, что сам виноват — слишком уж у него богатое воображение. В обед наговорил всякой ерунды, потому что фантазия зашкаливала, а теперь с тем же успехом сам себя и выдал прямо на уроке.
Наказания было неизбежно. Учитель английского вызвал его за нарушение дисциплины. Линь Дунъян послушно стоял и кивал, принимая лекцию. Видя, что парень осознал вину, учитель махнул рукой и разрешил сесть.
Англичанин этот был вернувшимся из-за границы магистром. За десятки лет преподавания в Наньхайском университете он повидал всех типов учеников.
— Вот вроде и не глупые, — думал он. — С ними можно вести рассуждения, логика есть. Но как дело доходит до дела — внимание рассеивается, куда угодно, только не туда, куда нужно.
Иногда, общаясь с этими юнцами, он чувствовал, будто бьет по вате — сил вкладывает много, а толку никакого.
— Вы уже на третьем курсе, — продолжил он. — Со следующего семестра практика, почти взрослая жизнь. А вы ни капли не переживаете! На уроках спите, в телефонах копаетесь. Худшие студенты, каких я когда-либо учил!
Он встряхнул тряпку так сильно, что мел осел на очках. Учитель снял их, подышал на стекла, достал платок из кармана, протер и снова надел.
— Не думайте, будто будущее далеко, — сказал он, поправив очки. — В детстве казалось, что вырасти это круто. А сейчас? Все так же? Поверьте, будущее ближе, чем вы думаете. Дойдете до точки, что казалась далекой, — и вдруг поймете: оно настигло вас в одно мгновение.
Может, с возрастом в нем и правда проснулась любовь к “жизненным цитатам”, которые греют душу и напоминают, что внутри он все еще хочет быть молодым, грустить и размышлять о смысле жизни.
— Да, молодость без безумств — не молодость, — сказал он чуть мягче. — Но запомните: без труда и усердия она — пустая оболочка.
Лысый преподаватель, увлеченный собственной речью, уже совершенно забыл, что должен был вести урок.
Толстяк Хань, протирая глаза, шепнул Линь Дунъяну:
— Ты просто дьявол. Я только задремал на минутку, а твой бешеный смех чуть не отправил меня на тот свет.
Он ведь просто прилег и закрыл глаза на пару минут, а потом в ухо словно граната взорвалась — смех Лина. Перепугался до дрожи, сердце до сих пор колотится.
Линь Дунъян теперь сидел выпрямившись, внимательно слушая учителя. Ни слова в сторону, дурной пример не подаст. Глядя на него сейчас, Толстяк Хань и вправду мог бы поверить, что это, наверное, образцовый ученик. Если бы не то “великое позорище”, которое случилось минутой раньше.
После обеда оставалось лишь три урока. Как только английский преподаватель начал свою речь, она хлынула нескончаемым потоком — словно воды Хуанхэ, прорвавшие плотину, и не иссякла вплоть до самого звонка.
Ученики, уже “напившиеся” тоннами его душещипательного мотивационного бульона, услышали звонок, как песню небесного спасения.
Учитель наконец закрыл учебник, стряхнул с него мел и со значительным видом сошел с кафедры, оставив позади осанку в духе «вы еще слишком молоды».
Стоило ему уйти — и класс тут же превратился в табун диких лошадей: топот, крики, все с визгом вылетели в коридор.
Толстяк Хань, убрав учебник, который использовал как подушку для сна, вышел вместе с остальными. По дороге в общежитие он ткнул Линь Дунъяна уголком книжки и спросил:
— Эй, чего ты тогда заржал?
Теперь ему ужасно хотелось узнать, что там произошло такого, что Линь посмел хохотать посреди урока, будто учителя вовсе не существует.
Ли Вэй и Чжу Вэньбо тоже были любопытны, но не такие наглые, как Хань, — промолчали.
Линь Дунъян выглядел спокойным, словно его и не отчитывали пару часов назад.
— Да просто кое что смешное увидел, — отмахнулся он. — Кстати, такой вопрос: какой подарок парню лучше выбрать?
После сегодняшнего выговора он уже не смел доставать телефон на уроке, а подходящего подарка так и не нашел.
Толстяк Хань тут же уловил подвох и ехидно прищурился:
— Кому дарить-то? Неужели твоему младшему братцу?
По тону друга Линь сразу понял, куда тот клонит, и решил не вдаваться в объяснения — все равно мозги Ханя работают по какой-то темной логике. Он просто кивнул:
— Ну, взял у человека кое-что — надо ведь и вернуть что-нибудь.
Позади, где Линь не видел, Хань и Ли Вэй переглянулись и сдержали одинаковую ухмылку.
— Ян-цзы, слушай идею, — сказал Хань. — Как насчет часов?
— Часов?
— Да-да, — поддержал Ли Вэй. — Часы — вещь со вкусом. Мы ведь мужчины, не будем же носить побрякушки. А если он крупного телосложения, купишь одежду подумает, что ты его жирным считаешь.
Толстяк Хань возмутился:
— Это ты сейчас на кого намекаешь?! Я, между прочим, 182 сантиметра и просто мощный, понял?
Чжу Вэньбо не удержался от редкой шутки:
— Если он такой же “мощный”, то Ян-цзы, пожалуй, не справится с таким “подарком”.
Трое громко расхохотались. Лицо Лина потемнело. Ну да, друзья — что свинья на дереве: вроде не должно быть, а вот же, сидят.
Так, переговариваясь и подшучивая, они добрались до общежития. За время пути Лина окончательно убедили, что часы — лучший вариант.
Комната была на четверых, двухъярусные кровати, напротив — шкафы и столы. На каждом по ноутбуку. Лин бросил учебник на стол, открыл свой и зашел на сайт “Mobao”.
Хань тут же придвинул стул, навис над экраном и объявил, что поможет выбирать.
После пары страниц он ткнул пальцем в монитор:
— Вот, смотри! Нажми сюда — сапфирово-синие.
Лин кликнул. На фото были красивые часы — серебряная застежка, синий циферблат, римские цифры, аккуратные и стильные. От них веяло сдержанной роскошью.
— Крутые! — восхитился Хань. — Вот это класс!
Лин согласился: и цвет, и форма отличные… но вот цена…
Цена: 750 юаней.
Он покачал головой:
— Нет, не потяну. Меняем.
Но Хань перехватил мышку:
— Ты ж подарок даришь! Не стоит брать что-то дешёвое. Денег не хватает — я займу!
— А если не верну?
— Тогда считай, я этого не говорил.
Линь усмехнулся:
— Вот она, братская любовь.
Он снова посмотрел на экран. Чем дольше вглядывался, тем сильнее нравились часы.
— Эх, 750… Полмесяца без еды, — пробормотал он. — А ведь еще вас поить в пятницу собрался. Настоящий дом… дом чего-то там…
— “Дом, где дождь не кончается”, — подсказал Чжу Вэньбо.
— Вот-вот, — кивнул Линь, — наш отличник, как всегда.
Когда Ли Вэй услышал про “купить выпивку”, он сразу подхватил:
— Нет, это ты не отвертишься! Такое раз в год бывает, обязательно отмечаем.
Ли Вэй и Толстяк Хань быстро нашли общий язык:
— День рождения Ян-цзы — пока не нажремся, домой не идем!
— Вы свора псов! — выругался Линь Дунъян.
У Линя семья была обычная: не бедная, но и не богатая. Мать преподавала китайский язык в начальной школе, отец крутился в мелком бизнесе. В доме была только одна радость — он сам, так что его особенно не ограничивали. Сам он тоже не просил у родителей лишнего, поэтому те только радовались: сын понимающий, родителей любит.
Толстяк Хань закинул ноги на парту и закачался на стуле, не заботясь, выдержит ли тот:
— Да ладно тебе! Что, живой человек не найдет способ заработать? У нас же в общаге брат Вэнь — мастер по халтурам!
Эти слова вдохновили Линя. Он повернулся к тихому Чжу Вэньбо:
— Брат Вэнь, есть что-нибудь подзаработать? А то у брата в кошельке сквозняк гуляет, надо бы добыть кусок хлеба.
Чжу Вэньбо показал жестом “ОК” и набрал сообщение в чат подработок. Через минуту кто-то ответил. Он показал экран Линю:
— На выходные все занято, осталась только подработка в четверг после обеда. Хочешь взять?
Из всей четверки именно Чжу Вэньбо был из бедной семьи. У остальных на карманные расходы шло по две тысячи, у него — максимум тысяча. Этого в универе хватало ненадолго. Он не пил, не курил, не играл — просто подрабатывал, когда мог. И при этом был отличником и хорошим человеком.
— А что за работа? — спросил Линь. — Листовки раздавать?
— Нет, — ответил Чжу. — Маскотом работать.
— Что?!
Чжу пояснил:
— В костюме куклы. Ходишь, машешь, фоткаешься. Веселее, чем раздавать листовки. Нужно двое человек, с часу до восьми вечера в четверг. Платят 200 юаней. Хочешь, я отпишусь, что мы идём?
— А где это? — уточнил Линь.
— Торговый центр “Афина Интернешнл”, 20 минут на 6-м автобусе. Недалеко.
— Окей. Двое, говоришь? Кто пойдет со мной? Не хочу один… — Линь никогда не подрабатывал, но ему было интересно, только хотелось пойти с кем-то знакомым.
— Я не пойду, — сразу отмахнулся Чжу. — Не умею с людьми общаться.
— Даже не смотри на меня, — сказал Ли Вэй. — Какая еще кукла? Я не умею делать эти “мимими”-мордашки.
Линь перевёл взгляд на Толстяка Ханя, тот аж вздрогнул:
— Эй! Ты че уставился? Я в костюм не влезу, он на мне лопнет! Вместо того чтобы заработать, еще должен буду за порчу заплатить!
Но Чжу уже успел записать их двоих и отправил Линю скриншот с адресом.
Толстяк тяжело вздохнул:
— Ладно уж… Пойду с тобой “в народ”. Все равно в четверг после обеда пар нет.
Так и решили.
Линь потом написал продавцу, чтобы не вкладывали чек в посылку, указал имя и номер телефона Цяо Ичэня, а адрес доставки — Наньхайский университет. Оплатил, довольный.
На кампусе был пункт выдачи посылок, так что он не волновался, что товар не дойдет.
Перевод и редакт: ВиМари
http://bllate.org/book/14741/1316196
