В те годы Юй Цзиншу наняла их за огромные деньги лишь с одной целью — чтобы они стали надежным конвоем для юного Цинъюаня и помогли ему удержать штурвал. Но Юй Цзиншу, возможно, просчиталась в одном: если компания останется без лидера, этот «мозговой центр», превратившись в «местных змей», начнет вертеть Су Цинъюанем как им вздумается.
Чтобы не позволить советникам «захватить императора, дабы помыкать вассалами» (идиома: использовать авторитет лидера в своих целях), Юй Цзиншу подбирала людей в команду на разных уровнях. Типажи дополняли и сдерживали друг друга: были и умудренные опытом, и радикалы, и консерваторы. Она возлагала на Су Цинъюаня слишком много надежд, но даже в самом продуманном плане нашлась лазейка (идиома: «в сотне расчетов одна ошибка»): она не ожидала, что настоящими червями-точильщиками в компании окажется именно этот «мозговой центр».
На каждом уровне компании были свои паразиты, но то были безвредные симбиотические отношения. Настоящую же гибель компании несут те, кто ею руководит. Сегодняшнее короткое совещание позволило выявить ряд проблем. Например, Чжао Синь: хоть он и говорил складно и аргументированно, он так и не попал в самую суть.
Три группы компаний одновременно подали уведомления о расторжении контрактов — за этим явно стояло нечто непростое. Однако Чжао Синь ни словом не обмолвился о внутренних проблемах компании; он лишь настойчиво предлагал «выплачивать репарации и уступать территории» (идиома: идти на позорные уступки), постоянно отступая ради кратковременного спокойствия. Это был подход типичного консерватора.
Но действительно ли Чжао Синь всего лишь консерватор?
Су Цинъюань мельком взглянул на него, а затем перевел взгляд на молодого человека рядом. Тот явно хотел что-то сказать, но по какой-то причине не решался. Су Цинъюань спросил его:
— А каково твое мнение?
На груди юноши была табличка с именем — Гань Линь.
Его щеки покраснели, а когда он услышал, что Су Цинъюань обращается к нему, его глаза засияли.
— Корпорация «Цзинлань» известна внутри страны, но использовать нашу оболочку, чтобы продвигать товары других групп — это просто прискорбно. Технологии по уходу за кожей сейчас достигли зрелости, это не такая уж невыполнимая задача. Я считаю, что разрыв контрактов с этими тремя группами — это, напротив, благо. Тех патентных отчислений, которые «Цзинлань» выплачивает ежегодно, с лихвой хватит на то, чтобы вырастить собственную уникальную команду.
Гань Линь говорил всё более воодушевленно, его щеки становились пунцовыми, а глаза казались омытыми чистой водой:
— Я верю, что «Цзинлань» может переродиться! Разрушить, чтобы построить заново. Наша корпорация — уже не младенец, которому нужна посторонняя помощь!
Гань Линь наконец высказал то, что было у него на душе, и облегченно выдохнул. Но стоило ему закончить, как посыпались возражения:
— И где это «Цзинлань» сейчас найдет собственные технологии? Ты думаешь, технологии — это как капуста на обочине? Захотел — и подобрал? Создание собственной команды с нуля — процесс крайне медленный. В последние годы «Цзинлань» увеличила свою стоимость исключительно за счет работы в качестве ОЕМ-завода (контрактного производителя) для этих трех групп. И теперь мы вдруг откажемся от них? На чем «Цзинлань» будет стоять в будущем?
— В ваших словах есть явные ошибки. Во-первых, это те три группы первыми расторгли контракты, а не «Цзинлань» бросила их. Во-вторых, вы сами прекрасно знаете, что «Цзинлань» всегда была лишь заводом для других. Вы что, так долго стояли на коленях, что разучились стоять прямо? В-третьих, развивать свои технологии действительно долго, но чего вы боитесь на самом деле: перемен или того, что ваша эпоха подходит к концу! — Другой юноша с холодным лицом с силой захлопнул ноутбук. Его волчьи глаза впились в Су Цинъюання, а именная табличка с надписью «Лянь Ци» блестела на солнце.
Лянь Ци бесстрашно встретил взгляд Су Цинъюаня:
— У компании должны быть свои ключевые технологии, иначе — банкротство. На этом у меня всё.
Чжан Хун из лагеря консерваторов подскочил с места:
— Да что вы, сопляки, о себе возомнили? Думаете, поработали пару лет и стали великими? Здесь не вам решать! Господин Су, я считаю, они просто хотят выжить нас, стариков, чтобы начать творить беспредел!
— Ну ладно, ладно. Мы все — одна команда, нужно сохранять гармонию. Старейшина Чжан, вы уже в летах, не кипятитесь, поберегите здоровье. — Су Цинъюань мысленно отметил имена некоторых присутствующих, после чего объявил о завершении собрания: — На сегодня обсуждение окончено. Вернувшись, приведите свои предложения в порядок и отправьте Чэнь Бай. Завтра я изучу их каждое в отдельности.
Когда все разошлись, Су Цинъюань принял из рук Чэнь Бай чашку кофе и отхлебнул.
Чэнь Бай с сочувствием произнесла:
— Едва ты возглавил компанию, как случилось такое. Должно быть, тебе очень непросто.
Су Цинъюань покачал головой и, глядя на игру света и тени в чашке, улыбнулся:
— Тетушка Чэнь, а вам не кажется, что это довольно занятно?
Чэнь Бай: — ...
Су Цинъюань влил в кофе полчашки молока и размешал серебряной ложечкой, пока темно-коричневая жидкость не стала светлой, после чего сделал большой глоток.
— Именно потому, что компанию возглавил я, всё это и началось. Угадайте, сколько сил приложил мой «дешевый» папаша, чтобы три компании одновременно начали на меня давить? Чтобы подговорить троих сразу расторгнуть контракты со мной, он наверняка выложил самый ценный козырь, что был у него на руках...
Услышав это, Чэнь Бай покрылась холодным потом. Её острый ноготь полоснул по бумаге с резким звуком.
— Жуань Минчэн переходит все границы! Я сейчас же пойду и проверю дела этих трех компаний. Но как быть с «мозговым центром»?
Су Цинъюань: — Заржавевшие инструменты пора бы и заточить. К счастью, там осталось несколько приличных драгоценных камней, так что до «перелома костей» и смертных мук дело не дойдет.
Он был в хорошем расположении духа и заодно поинтересовался делами Вэнь Юня:
— Как там Вэнь Юнь в последнее время?
Лицо Чэнь Бай немного смягчилось:
— Его способностей пока маловато, чтобы возглавить наше агентство, но он очень трудолюбив, инициативен и располагает к себе. У него отличные внешние данные, почему бы не позволить ему самому податься в шоу-бизнес?
Су Цинъюань задумался:
— Его душа к этому не лежит. В будущем он обязательно станет выдающимся менеджером. Пока наше агентство в нем не нуждается, пусть Вэнь Юнь возвращается в университет. В его возрасте лучше послушно грызть гранит науки. А в свободное время может поучиться чему-нибудь у моего четвертого брата.
Чэнь Бай кивнула и быстро распорядилась о делах.
http://bllate.org/book/14701/1313646
