Сегодня был выходной. Школьники наслаждались каникулами, а Сан Сюй, как и большинство офисных работников, о настоящем отдыхе мог только мечтать. Проект подошёл к критической фазе, и даже в субботу пришлось сидеть на работе.
Корпорация Чжоу, при всей своей репутации безжалостного эксплуататора, умела демонстрировать заботу о персонале: если ребёнок был дома, а родителям требовалось выйти в офис, их разрешалось брать с собой. Для этого на шестнадцатом этаже обустроили детскую комнату — с партами, учебными принадлежностями и тихой атмосферой для занятий.
Именно туда Сан Сюй отвёл Чжоу Ся.
— Дядя, ты знаешь, как решить это задание? — девочка подошла к нему и протянула тетрадь.
Чжоу Ся недовольно нахмурился:
— Почему не называешь меня старшим братом?
Девочка растерялась, моргнула. Такое самодовольство взрослого явно сбило её с толку. После короткой паузы она всё же выдавила:
— Хорошо… Красивый старший брат, поможешь?
Чжоу Ся удовлетворённо кивнул и взял тетрадь. Английский. Ерунда. Не зря же он столько времени потратил на эти «иностранные буковки». Через несколько минут задание было решено.
Девочка радостно воскликнула и провозгласила его «самым красивым и умным человеком во вселенной».
Тем временем Чжоу Инань, узнав, что «старший предок» расположился в детской комнате компании, сорвался с виллы в пригороде и поспешил в офис.
— Старший предок, — с почтением произнёс он, входя.
Чжоу Ся сидел на диване с телефоном в руках, развалившись с величественной небрежностью. В этой позе было что-то от императора: детская комната превращалась в его дворец, а дети на ковре — в безмолвных слуг.
— Старший предок прибыл с инспекцией? — угодливо осведомился Чжоу Инань. — Может, пройдём в мой кабинет?
— Где он у тебя? — лениво бросил Чжоу Ся.
— В соседнем здании, на верхнем этаже.
Сан Сюй работал здесь, на пятнадцатом этаже. Чтобы попасть в соседний корпус, нужно было удалиться дальше чем на тридцать саженей.
Лицо Чжоу Ся сразу потемнело:
— Не пойду.
— Почему? — Чжоу Инань настороженно вгляделся в него, не понимая, чем снова вызвал недовольство. Поведение предка всегда было непредсказуемым: вчера он внезапно покинул старый дом, сегодня — сидел среди детских игрушек с телефоном.
Чжоу Ся не собирался признавать, что его прах был проглочен и теперь он не может удаляться от Сана Сюя дальше чем на тридцать саженей. Слишком унизительная правда.
Он ограничился расплывчатым объяснением:
— Не хочу отходить от Сана Сюя.
Чжоу Инань был достаточно сообразителен, чтобы сразу уловить смысл. Прах предка проглочен, и теперь Чжоу Ся привязан к этому человеку. Сан Сюй ради того, чтобы вынудить «старшего предка» входить в сны и оберегать его, не остановился даже перед тем, чтобы съесть человеческий прах.
Но это имело и другое значение. Чжоу Ся действительно вошёл в сон вместе с ним. Ради собственных потомков он этого не делал. Ради постороннего — сделал. В душе Чжоу Инаня боролись зависть, обида и недоумение. Что нашёл этот мрачный предок в заурядном офисном клерке? Одни тянутся к форме, другие — к верёвкам и узлам, а их семейный предок, выходит, испытывает слабость к изнурённым «офисным пленникам».
Вслух он ничего не сказал, лишь мягко предложил:
— Тогда я подберу для вас отдельный кабинет. Пусть Сан работает там, а вам будет удобнее находиться рядом.
— У его коллег тоже есть кабинеты? — Чжоу Ся поднял на него взгляд.
— Ну… конечно нет.
— Тогда по какой причине именно ему нужны особые условия? — голос Чжоу Ся похолодел. — Сколько раз я должен повторять: не делайте ему поблажек из-за меня.
— Разумеется, старший предок справедлив и беспристрастен. Мы и подумать не посмеем о привилегиях, — покорно склонился Чжоу Инань и осторожно скользнул взглядом по комнате. — Тогда вы…
— Хватит. Уходи, — раздражённо оборвал его Чжоу Ся.
— Да… — Чжоу Инань не стал возражать и вышел. Уже в коридоре он велел ассистенту снабдить детскую комнату проектором, компьютером, игровой приставкой и прочими развлечениями. «Старшего предка» нужно было задобрить.
Дети восприняли это как настоящий праздник. В восторге они носились по комнате, требуя включить сериал «Легенда о Чжэнь Хуань». Чжоу Ся становился всё мрачнее и в итоге обрушил поток сообщений на Сан Сюя.
Когда Сан Сюй разблокировал телефон, экран вспыхнул десятками сообщений. Все они сводились к одному и тому же: «Ты когда заканчиваешь работу?»
Угодить такому собеседнику было невозможно. Дел хватало и без того, но игнорировать Чжоу Ся он тоже не решался. В итоге Сан Сюй прибег к помощи коллеги. Тот когда-то написал для своей чересчур навязчивой девушки программу-имитатор: если не отвечать немедленно, следовал скандал. Решение оказалось остроумным — искусственная версия самого себя могла часами поддерживать пустой разговор.
Сан Сюй скопировал программу, переименовал её в «Сан Сюй» и установил на телефон. Проблема временно решена: у Чжоу Ся появился собеседник.
Завершив последний блок задач, он взял ключи, вышел в коридор и направился в туалет. Ключ вошёл в замок, дверь поддалась — и шаг оказался уже в ином пространстве компании. На ресепшене, как всегда, равнодушно бросили: «Здравствуйте, босс». Сан Сюй кивнул в ответ, а затем наклонился и поднял с пола стеклянный шарик — тот самый, что попал к нему из сна.
Шарик был прозрачен и хрупок. Внутри клубилась серо-белая дымка, а в её глубине таилось крошечное насекомообразное существо. Оно дышало.
Сан Сюй спрятал находку в сейфе и запер его. Затем достал из рюкзака волос Духа Непостоянства и талисман, аккуратно разложил их на столе. Когда они будут сожжены и обращены в пепел, он получит средство для практик «созерцания мира мёртвых» и «связывания души».
Он положил рядом Пилюлю починки неба, чтобы она была под рукой, и поставил зеркало для наблюдения. Затем поджёг волосы и талисман. Когда от них остался лишь тёплый серый пепел, он собрал его, вдохнул и проглотил.
Доза была небольшой, и реакция оказалась слабее, чем прежде. Сан Сюй заметил только одно: изменился цвет зрачков. Вглядываясь в зеркало, он увидел, что глубину чёрных глаз прорезала тонкая кровавая жилка.
Он вспомнил Сан Ваньняня. У того тоже были красные глаза.
Неужели он повторяет тот же путь?
Опыт подсказывал: теперь он овладел практиками «созерцания мира мёртвых» и «связывания души». Но свежих душ поблизости не было, значит, проверить второе пока невозможно. Оставалось испытать первое.
Он вытащил из туалета тело Сюй Чжидуна и уложил на ковёр. Прошли уже сутки, но на мёртвом не появилось ни следа разложения. Здесь время словно остановилось: всё, что умирало в этом пространстве, не гнило.
Мелькнула мысль: а если сюда принести фрукты или еду — они тоже сохранятся?
Сан Сюй глубоко вдохнул, несколько раз задержал дыхание и, следуя наставлениям «Северной астрологии призраков», накрыл глаза чёрной тканью. Обхватил голову покойного обеими руками.
— Созерцание мира мёртвых, — произнёс он.
Мир дрогнул. Перед глазами вспыхнула сцена: двоих мальчиков в приюте выбирали люди в костюмах и увозили в роскошную виллу. Там оказалась и группа других детей. Лица взрослых оставались расплывчатыми, но они преподавали основы, учили распознавать божественные силы. Среди записей Сан Сюй успел выхватить строки, относящиеся к пути Асур: «костная прелесть, дурманящая души».
Картина сменилась. Мальчики повзрослели, превратились в мужчин. Среди них был ещё худой, не располневший Сюй Чжидун. Наставники на вилле перерезали им глотки. Они вошли в Великий сон — и сумели выжить. А проснувшись, обнаружили, что многих их сверстников уже сложили в мешки для трупов. Уцелевших отвели в переговорную, где в кресле сидел мужчина в чёрном плаще.
— Наш род следует Пути Неба. На ступени «стук во врата» мы владеем лишь одним умением — выращиванием малых духов, — он медленно поворачивал на пальце нефритовый перстень. — Найдите тело младенца. Чем меньше, тем лучше, но не зародыш. Оберните его в золотую фольгу, три дня кормите своей кровью. Тогда дух оживёт. Он будет принимать удары вместо вас, пожирать людей за вас. А если окажетесь смертельно ранены и под рукой не окажется Пилюли починки неба, съешьте собственного духа — и вы исцелитесь.
Братья из рода Сюй склонились в почтительном поклоне:
— Да, господин Цинь. Где нам искать тело младенца?
— Это уже ваша забота, — холодно усмехнулся он. — Учитесь действовать сами, а не бесконечно полагаться на семью.
Они обменялись тревожными взглядами и снова поклонились:
— Да, мы поняли.
После этого они убили беременную женщину, извлекли из её утробы недоношенного ребёнка и, следуя указаниям «господина Цинь», завернули его в золотую фольгу, вознесли на божницу и поили собственной кровью. Но удача улыбнулась лишь одному: дух Сюй Чжидуна ожил, тогда как у Сюй Чжиси всё оказалось напрасно.
Когда они вновь предстали в той же переговорной, живот Сюй Чжидуна уже заметно округлился.
— Отвратительно, — сказал господин Цинь, сверля его взглядом. — Зачем ты держишь малого духа в животе?
Сюй Чжидун провёл ладонью по натянутой коже и усмехнулся:
— Так надёжнее.
— Как хочешь, — равнодушно произнёс он. — Сюй Чжидун, ты справился. Жалованье тебе удвоят. Сюй Чжиси попробуешь ещё раз в следующем месяце. И запомните: не воображайте, будто дух всесилен. Это всего лишь первая ступень. Есть силы, что сокрушат его без труда. А если его у вас отнимут после трёхдневного кормления кровью, он уже никогда не признает вас хозяином.
Братья закивали, не решаясь возразить.
— Ваш следующий сон — проклятый дом. Задача: исследовать туман. Не действуйте напролом, не поддавайтесь порыву. Главное — выжить и увидеть, что скрыто в этой мгле.
Сан Сюй невольно нахмурился.
Значит, до того, как они входили в сон, им уже было известно, что ждёт дальше.
Братья Сюй снова склонились в поклоне:
— Мы непременно выполним задание.
— Хорошо. Ступайте, — махнул рукой господин Цинь.
Сан Сюй обводил взглядом переговорную, стараясь уловить больше деталей. «Господин Цинь» несомненно принадлежал к роду Цинь, одной из Пяти фамилий. В памяти всплыло, как Чжоу Ся упоминал: их семья почитала богиню-матерь Хоуту.
Умение вырастить духа, что способен принимать удары на себя и нападать от лица хозяина, выглядело полезным.
Но слишком мерзким. Сан Сюй не мог переступить через убийство беременной женщины.
Братья уже собирались уходить, когда рука господина Цинь, крутившая перстень, вдруг застыла. Он резко вскинул голову. Картина разлетелась на осколки, и Сан Сюй увидел его здесь и сейчас: глаза вывернулись белками наружу, зрачки исчезли.
— Созерцание мира мёртвых… Ты из рода Сан!
Чёрная тень сорвалась с его силуэта и рванулась к Сану Сюю. В миг, когда она почти коснулась лица, тот сорвал с глаз ткань, разрывая ритуал. Он надел маску хуо и быстро огляделся — рядом никого. Тень не сумела его настичь.
Сан Сюй и представить не мог, что заглядывание в чужое прошлое через «созерцание мира мёртвых» может вызвать ответный удар.
Он сделал несколько глотков воды, пытаясь унять дрожь, и тут же взял ручку: подробно записал метод выращивания малого духа. Отвратительная, мрачная практика… но знания лишними не бывают. Когда-нибудь могут пригодиться.
В этот момент живот Сюй Чжидуна резко дёрнулся. Сан Сюй инстинктивно отшатнулся. Бледная кожа вздулась, натянулась, и под ней проступил силуэт детского лица.
Лицо уставилось прямо на него и, будто встретив смертельного врага, взвизгнуло и исчезло в глубине.
Хозяин мёртв, а малый дух всё ещё здесь.
Странно. Раньше он пожирал его плоть, а теперь дрожит от страха?
Сан Сюй снова надел маску хуо, обернулся. Никого. Значит, боится этот дух именно его.
А если применить к нему «созерцание мира мёртвых»? Что тогда он увидит? Матку беременной женщины?
Мысль вспыхнула обжигающе, и желание попробовать стало непреодолимым. Малый дух был рядом, стоило лишь накормить его кровью — и он подчинился бы хозяину или союзнику. Но сколько крови требуется? Если взглянуть на него через «созерцание», возможно, удастся понять, сколько он уже получил от Сюй Чжидуна.
Сан Сюй достал верёвку и туго перетянул живот покойного, заткнул зловонный рот, чтобы дух не вырвался. Затем ножом рассёк кожу и прижал пальцы к влажной, скользкой оболочке. Под пальцами дрожало тёплое, вязкое тело, как студень. Сохраняя хладнокровие, он накрыл глаза чёрной тканью.
— Созерцание мира мёртвых.
Тьма сомкнулась. В ушах зашептало, тысячи голосов заговорили сразу.
И возникло видение: огромное существо, усеянное грудями. Чёрные младенцы-духи с визгом вцеплялись в соски, глотая молоко. Внизу, в чёрной плоти, один за другим рождались новые — корчась и вопя.
Что это?
Перед ним поднималась гора плоти, безобразная, чудовищная. Он с трудом различал, где живот, где конечности. Одна только стопа был выше человеческого роста. Великан?
Он поднял голову, напрягая зрение. В самой вышине, в чёрной глубине, проступило неподвижное лицо. В тот же миг боль полоснула мозг. В череп словно вбили чужие знания. Всё погрузилось во мрак, а из глаз, ушей и носа хлынула густая солоноватая кровь.
Его лица нельзя видеть.
Сан Сюй рывком сорвал повязку, оборвал ритуал и жадно втянул воздух. В зеркале — кровь, стекающая по щекам, но не более того. Осмотрев тело, он убедился: уродливых изменений нет. «Созерцание» защитило его, не позволив узреть то, что видеть запрещено. Но силы ушли, будто из него выжали жизнь.
Что же это за гора плоти? Злой дух? Но тогда малые духи — вовсе не души мёртвых младенцев, а порождения той безмерной туши. Ужасающее открытие. Даже прервав ритуал, Сан Сюй ощущал, как сердце сжимает липкий страх.
И всё же один-единственный взгляд вбил в мозг чужие знания. Малые духи и Пилюля починки неба имеют одно происхождение. Всё это рождается из плоти того божества. Потому и раны исцеляются: это мясо не знает конца, оно растёт снова и снова, восполняя утраченное и продлевая жизнь Чужакам.
Но если это так… тогда избыточное поедание Пилюль починки неба должно давать избыток, превращая Чужаков со временем в чудовищ.
Он подвёл итог:
Первое: «созерцание мира мёртвых» не просто показывает прошлое. Оно устанавливает связь, позволяет атаковать и даже влиять на минувшее. Теперь ясно, почему Пять фамилий опасаются рода Сан. Этот приём и впрямь страшен.
Второе: Пять фамилий знают о способности рода Сан к созерцанию. Перед ними нельзя раскрывать её ни при каких обстоятельствах.
Зафиксировав выводы, Сан Сюй спустился вниз. У стола приёмной службы громоздилась новая стопка посылок. Вскрыв один из конвертов, он нашёл письмо от Хань Жао:
«Уважаемый босс,
Здравствуйте. Я ваш верный подчинённый Хань Жао. С покорностью рекомендую вам двух выдающихся людей: один зовётся Лю Цзяньго, другая — Шэнь Чжитан. Лю Цзяньго предан и надёжен, умен и быстр в реакции. Если он присоединится к нашей компании, он несомненно поможет вам расширить владения и совершить великое дело. Шэнь Чжитан же обладает глубокими знаниями, мягким характером и исключительными способностями. С её участием наша компания непременно станет лидером и выйдет на мировой уровень.
Ниже — контакты Лю Цзяньго и Шэнь Чжитан:
Лю Цзяньго: 183XXXXXXXX
Шэнь Чжитан: 158XXXXXXXX
Настоятельно рекомендую принять их в компанию в качестве сотрудников.
С почтением, ваш преданный работник, Хань Жао.
P.S. Прилагаю двадцать четыре осколка вековых статуй, ящик маотая и десять блоков сигарет «Чжунхуа». Надеюсь, босс останется доволен.»
Хань Жао и правда удивительно быстро сумел собрать все осколки.
Сан Сюй бросил взгляд на бутылки маотая и пачки сигарет. Ни курить, ни пить он не любил — его привычкой был только кофе из «Luckin». Значит, всё это позже можно будет передать Лю Цзяньго.
Подчинённым он остался доволен. Немедленно отправил ответ: похвалил Хань Жао за скорость и сообщил, что Лю Цзяньго не подходит, а вот Шэнь Чжитан можно принять. Вернувшись в кабинет босса, он оформил трудовой контракт и переслал его Шэнь Чжитан, назначив ей ту же оплату, что и Хань Жао: половина Пилюли починки неба.
Через несколько минут в маленькое окошко у дверей приёмной вернулся контракт — уже с её подписью.
Неясно, что именно сказал ей Хань Жао, или же потребность в Пилюле починки неба действительно оказалась для неё острой, но согласие она дала сразу.
Сан Сюй вздохнул: ещё один сотрудник… Придётся искать новые источники Пилюль.
Раз клан Чжоу столь легко выплачивает жалованье, значит, у них немалые запасы. Но откуда? Какой канал поставки? И имеют ли остальные Пять фамилий такие же богатые склады? Если бы только удалось заполучить голову одного из управляющих Чжоу — тогда через «созерцание мира мёртвых» можно было бы выведать все их тайны.
Хотя… Чжоу всё же были роднёй Чжоу Ся. Лучше обратить взгляд на клан Цинь. Господин Цинь и так вызывал отвращение; его смерть вряд ли станет утратой для мира.
Погружённый в эти мысли, Сан Сюй заметил: в маленькое окошко упало новое письмо.
В графе «отправитель» значилось: Шэнь Чжили.
Он… сумел выбраться из сна?
Вскрыв конверт, Сан Сюй обнаружил внутри резюме, где перечислялись «достижения» Шэнь Чжили:
«Успешно покинул сны: „Счастливая семья“, „Бесконечная шахта“, „Жилой комплекс Счастья“…»
«Уничтожил злых духов ×5.»
«Уничтожил злых Чужаков ×23.»
«Овладел четырьмя божественными приёмами, путь голодных духов, ступень — переход через реку.»
«Характер мягкий, готовый помочь, честный и верный, надёжный друг, с развитым чувством коллективизма…»
«Хобби: готовка, волонтёрство, помощь пожилым на переходе…»
Сан Сюй застыл: «…»
Зачем Шэнь Чжили подал резюме в «компанию»? И действительно ли это описание относится к нему?
Тем временем, в загородной вилле под Пекином у Чжоу Инаня всплыло уведомление. В Ханчжоу, в старом доме семьи Ли, где старик Ли лениво обмахивал веером и кормил попугая, телефон тоже подал сигнал. На пляжах и в салонах частных самолётов — во всём мире — высокопоставленные представители Пяти фамилий получили одно и то же сообщение.
Оно пришло от клана Цинь:
«В роду Сан ещё остались крысы».
http://bllate.org/book/14554/1289387
