Бай Шуанъин пристально смотрел на женщину:
– Если ты полностью примешь кармическую связь, я смогу проследить за нитью этой кармы.
Чэн Сунюнь невольно крепче сжала пальцы:
– Что значит принять кармическую связь?
Фан Сю поделился с ними некоторыми своими теориями, включая идею о том, что «E» этого места тесно связано с кармическими нитями. К сожалению, никто из них на самом деле не разбирался в метафизике, и даже Фан Сю не мог объяснить всех тонкостей.
– У тебя в сердце есть эмоциональный узел, – принялся пояснять «эксперт» Бай. – Ты не приняла эту кармическую связь, поэтому нить нестабильна. Как только ты ее примешь, то естественным образом сможешь стабилизировать.
– Эм... можешь выразиться еще проще? – попросил Фан Сю.
Каждый раз, когда речь заходила о метафизике, Бай Шуанъин начинал говорить так, словно говорил на другом языке.
– Это своего рода врожденный инстинкт. Трудно описать, – Бай Шуанъин снова взглянул на него.
В этот момент Фан Сю не мог не вспомнить о лучшем ученике из класса. Хоть Фан Сю и был достаточно умным и входил в тройку лучших в своем классе, но его хорошие оценки были результатом упорного труда, а не врожденного таланта. Он видел настоящих вундеркиндов. В его классе был парень, который был гением в математике, но по гуманитарным предметам учился весьма средне. Фан Сю иногда просил его помочь с задачами по математике. Так вот, манера речи этого парня была в точности как у Бай Шуанъина.
«Это своего рода врожденный инстинкт. Трудно описать».
«С гениями, обладающими природными инстинктами, так трудно иметь дело», – вздохнул Фан Сю.
– Значит, ей сначала нужно отпустить свой внутренний конфликт? – задумчиво произнес Гуань Хэ. – Давай поможем Чэн-цзе разрешить его.
– Сяо Гуань, вспомни свою ситуацию. Думаешь, внутренние конфликты так легко разрешить? – слегка покачал головой Фан Сю.
Гуань Хэ мгновенно притих. В конце концов, люди – существа, испытывающие эмоции. Как можно столь легко отпустить тень смерти и сложное сплетение любви и ненависти?
– Извините, я придумаю что-нибудь другое, – нервно перебирая пальцами, произнесла Чэн Сунюнь и опустила глаза.
– Тут не за что извиняться. Определенно есть больше одного решения. Не переживай об этом, Чэн-цзе. Эмоциональная ясность требует времени. Спешка только глубже загонит тебя в лабиринт сомнений, – тон Фан Сю был спокойным. – Сначала поднимемся.
Чэн Сунюнь и Гуань Хэ удивленно посмотрели на него: «Разве это не опасно? Мы что, просто так пойдем прямо наверх?»
Фан Сю только улыбнулся и ничего не сказал. Первым подойдя к одной из лестниц, он попытался подняться на одну ступеньку, но под его ногой оказалась пустота.
– Похоже, этот путь никуда не годится.
Однако вторая лестница позволила им пройти выше. Группа осторожно шагала с одной ступени на другую, отчаянно пытаясь найти выход.
Гуань Хэ тяжело дышал.
Тьма была густой, призрачные языки пламени освещали лишь небольшую область возле руки Фан Сю. Окруженные извилистыми, переплетающимися между собой лестницами, они чувствовали себя так, словно шли сквозь бесконечный кошмар, которому не было видно ни начала, ни конца.
Но хуже всего было то, что лестницы здесь представляли собой смесь реальности и иллюзии, даже их ориентация в пространстве была нарушена иллюзиями. Некоторые места выглядели как пол или ступени лестницы, но если наступить на них, то можно было провалиться в пустоту.
Другие же лестницы выглядели перевернутыми, но по ним можно было безопасно пройти. Перила одних выглядели совершенно нормально, но эта иллюзия держалась ровно до того момента, пока кто-нибудь не пытался схватиться за них.
Сун Чжэн, идущий впереди, был крайне осторожен. Спустя четыре часа им удалось подняться только на два этажа. Когда они достигли двадцать девятой точки разветвления, они уперлись в очередной тупик и были вынуждены осторожно повернуть обратно. Помимо этого пути, их проверки ждало еще множество развилок.
Гуань Хэ был совершенно дезориентирован:
– С такой скоростью, как долго мы будем блуждать здесь...
А если они вернутся завтра, правильный путь изменится? Если им придется делать это снова, смогут ли они вообще найти это место? И когда сегодня вечером они уйдут ни с чем, Фан Сю отрежет еще десять цзиней своей плоти! Такой темп был невыносим. На мгновение Гуань Хэ даже подумал, что, возможно, один раз им стоит сыграть, по крайней мере, это даст им несколько дней, чтобы перевести дух и привести мысли в порядок.
Достигнув последней ступени очередной узкой и крутой лестницы, Гуань Хэ остановился и, тяжело дыша, наклонился вперед, опираясь руками на колени. Несмотря на то, что это был спуск, Сун Чжэн все равно шел впереди. Увидев тяжело дышащего Гуань Хэ, он улыбнулся:
– Устал? – Сун Чжэн уже твердо стоял на нижней площадке, протягивая обе руки к Гуань Хэ. – Давай, я помогу тебе. Смотри под ноги.
«Сейсмограф убийственного намерения» на его руке вел себя спокойно. Гуань Хэ наклонился вперед, уже собираясь протянуть ему руку, как Фан Сю внезапно схватил его сзади.
– Спасибо за компанию, – произнес Фан Сю, обращаясь к «Сун Чжэну», стоящему на площадке. – Будучи иллюзией, ты невероятно осмотрителен.
Гуань Хэ ушам своим не верил. Даже Чэн Сунюнь, идущая позади, едва не потеряла равновесие. Бай Шуанъин наклонил голову и, прищурив глаза, посмотрел на «Сун Чжэна». Несколько секунд спустя в его взгляде мелькнула вспышка удивления.
Это действительно была иллюзия. Настолько реалистичная, что только при внимательном рассмотрении он смог ее опознать. Во время их бесчисленных спусков и подъемов Бай Шуанъин сосредоточился на проверке лестниц и вообще упустил из виду Сун Чжэна. Теперь он повернулся к своему человеку, глаза его были полны интереса. Фан Сю не имел никаких познаний в метафизике, так как же он это понял?
«Сун Чжэн» сохранял серьезное выражение лица:
– Не шути так. Мы все это время были вместе... Фан Сю, ты в порядке? Ты уверен, что не под воздействием иллюзии?
Гуань Хэ инстинктивно перевел взгляд с Сун Чжэна на Фан Сю. Чэн Сунюнь крепко схватила Гуань Хэ и встал рядом с Фан Сю.
– «Е» «Хуаньси Синь» весьма разумно, но иллюзия все равно не может заменить человека, – улыбнулся Фан Сю. – Ты выдал себя с самого начала, я просто хотел посмотреть, какой следующий ход ты сделаешь. Благодаря тебе я стал гораздо лучше понимать это место.
– Выдал себя с самого начала?! – удивленно произнес Гуань Хэ. Он не заметил ничего странного в поведении Сун Чжэна.
Фан Сю взглянул на Гуань Хэ и Чэн Сунюнь и принялся объяснять:
– Когда мы только вошли, он сказал: «Наиболее удачливые теряли половину своих товарищей, неудачники – не возвращались вовсе». Если бы это было действительно так опасно, стал бы Сун Чжэн ждать, пока мы войдем сюда, чтобы рассказать об этом?
– Точно… – выдохнул Гуань Хэ.
– Кто из нас не ошибался? – ответил Сун Чжэн, скрестив руки на груди.
– И тогда я решил убить тебя, но твой «Сейсмограф убийственного намерения» никак не отреагировал, – произнес Фан Сю. – Иллюзия всегда остается иллюзией – подделки не работают.
Чэн Сунюнь и Гуань Хэ переглянулись: «Намерение убить – это не то, о чем можно так легко подумать…»
– Твое намерение убить не было искренним, – нахмурился Сун Чжэн. – Ладно, хватит возиться. Давайте возвращаться.
Фан Сю не сдвинулся с места:
– И последнее – место, где ты стоишь. Там ничего нет. Если бы сяо Гуань шагнул вниз, он бы упал в пустоту. Тогда ты бы притворился, что это несчастный случай, и мы бы поспешили на помощь – так тебе было бы легче нас обмануть.
Все выражения исчезли с лица «Сун Чжэна» и уже в следующую секунду он оскалил зубы и улыбнулся той же улыбкой, которой хозяин казино приветствовал бы гостя. Он – или, скорее, «оно» – спросило леденящим, механическим голосом:
– Откуда ты знаешь, что тут нет пола?
Фан Сю переместил призрачное пламя на средний палец, затем перевернул его:
– Код, не стоит недооценивать людей.
«Сун Чжэн» несколько секунд смотрел на него, а после как мыльный пузырь лопнул и исчез. Фан Сю перевел дух и вышел вперед:
– С этого момента я пойду первым. Не ошибитесь.
Осознав, что только что едва избежал смерти, Гуань Хэ покрылся холодным потом. Его ноги ослабли, и он на некоторое время присел, прежде чем двигаться дальше.
– А как насчет настоящего Сун Чжэна? – обеспокоенно спросила Чэн Сунюнь.
Видя, что они пока не в состоянии продолжать идти, Фан Сю тоже решил сделать перерыв:
– Вероятно, его заманила другая иллюзия. Будем надеяться, что его инстинктов и навыков хватит, чтобы выжить.
– Что это вообще за место? Может, мы тоже иллюзии? Может, все здесь иллюзия? – все еще тяжело дыша, спросил Гуань Хэ.
– «Е» «Хуаньси Синь» – это просто приложение для азартных игр, – рассмеялся Фан Сю. – Оно не такое уж и умное. Вспомни, оно не может «создавать» вещи».
Все эти комнаты были связаны кармическими нитями с людьми и существовали в реальности. Ослепительное разнообразие азартных игр, нереалистично красивый персонал – всё это просто улучшенный результат образов «сексуальных дилеров, работающих вживую». Даже изысканная еда, виллы и любовники из прайс-листа – все это требовало, чтобы люди сначала их выбрали. После этого, вероятно, «Е» «Хуаньси Синь» прочесывало свою «кармическую базу данных» в поисках информации и воспроизводило ее. Весь этот ослепительный мир «Вселенной Хуаньси» был, в конце концов, творением человеческого воображения и кармы.
– Сейчас «Е» может только имитировать окружающую среду и создавать фальшивую версию Сун Чжэна, надеясь на нашу ошибку, – сказав это, Фан Сю не мог не вздохнуть. – Потому что до сих пор мы никогда не «использовали» приложение. Оно не имеет кармических связей с нашей жизнью.
Под призрачным красным светом и Гуань Хэ, и Чэн Сунюнь замерли. Это было правдой. Они никогда не играли в азартные игры, никогда не выкупали фишки. Первая бесплатная была надежно спрятана и использовалась только для того, чтобы заблокировать смертельное табу.
Гуань Хэ почувствовал, как по спине пробежал холодок:
– Неужели...
– Да. Это самый легкий уровень «Аварийного выхода», – кивнул ему Фан Сю. – Если бы сюда попали люди, которые уже продали близких... «Е» знало бы их карму. И иллюзии, представшие перед ними, были бы чем-то другим.
Гуань Хэ посмотрел на кромешную тьму вокруг, на сложную лестницу, напоминающую пьяную версию лестниц из Хогвартса, и почувствовал, что утверждение о «самом легком уровне» весьма спорно.
Чэн Сунюнь, казалось, погрузилась в размышления, ее ногти впились в ладони, а на лице совершенно отсутствовала улыбка.
– Выходит это всё, что мы можем на сегодня сделать, – ее голос звучал слегка нервно. – Мы знаем, как тут все выглядит, но все еще не знаем, куда двигаться дальше. Если я смогу разрешить эмоциональный узел в своем сердце и стабилизировать кармическую нить...
– Чэн-цзе, разве тебе не любопытно, – Фан Сю прервал ее бессмысленное бормотание. – откуда я знал, что впереди не площадка, а на самом деле пустота? Даже «E» было любопытно, – Чэн Сунюнь посмотрела на него пустым взглядом. И Фан Сю тихо продолжил. – Как бы «Е» «Хуаньси Синь» ни маскировалось, оно может использовать иллюзии только для приукрашивания реальности. Другими словами, мы находимся внутри настоящего здания.
В настоящее время, насколько он мог судить, «Аварийный выход» был особенным местом – здесь не было никакого влияния кармы со стороны других людей.
Если казино было похоже на рисунок, наложенный на реальность, то «Аварийный выход» для них троих был как слегка подкрашенная версия этой самой реальности. На него все еще был наложен небольшой грим, но он был гораздо ближе к реальности, чем вся остальная часть «Хуаньси Синь».
Фан Сю всё ещё не понимал, что это место представляет собой и куда ведёт. Но «Е» «Хуаньси Синь» явно было в ужасе от «Аварийного выхода». Это должно было означать, что они нашли точка прорыва.
Войдя в двери «Аварийного выхода», Фан Сю тщательно запомнил каждый сделанный шаг и каждый пройденный этаж, создавая в уме трехмерную модель этого места. В конце концов, настоящие здания всегда следуют логике. Если бы он мог понять настоящую планировку лестниц, он смог бы точно определить пустоты и фальшивые повороты. Как только он полностью поймет структуру, иллюзии больше не будут иметь над ним власти.
«Надеюсь, это здание не слишком сложное», – подумал он.
– Я хочу попробовать восстановить настоящую планировку здания, исходя из пройденного нами пути, – сказал Фан Сю и улыбнулся Чэн Сунюнь. – Это будет медленнее, чем следовать по нити кармы, но оставшегося времени нам должно хватить. Не торопи себя.
Чэн Сунюнь молча кивнула, ногти все еще впивались в ее ладони.
***
Сопровождаемые вспышкой света, ровно в 23:30 они вернулись в вестибюль казино. Фан Сю быстро огляделся и заметил Сун Чжэна, свернувшегося на полу в защитной позе. Сейчас он как никогда походил на гриб.
– Господин Сун, – позвал его Фан Сю.
– А-а-а! – закричал в ответ Сун Чжэн. Затем, шатаясь, словно его ноги онемели, он поднялся и тихо выругался. Увидев, что с этими тремя все в порядке, он вздохнул с облегчением. – Черт. Это место – просто ужасно, – по всему его телу бегали мурашки. – Стоило только мне войти, как я оказался в офисе, понимаете? Все мои коллеги были там и приглашали меня на обед…
В этот момент его интуиция кричала от тревоги. Он тут же закрыл голову руками и присел на корточки, отказываясь двигаться. Что бы ни говорили его «коллеги», и даже когда его «босс» накричал на него, Сун Чжэн никак не отреагировал. Он пять часов подряд находился в этой защитной позе.
– Выходит, ты не видел лестниц? – спросил у него Фан Сю.
– Лестницы? Какие лестницы? – Сун Чжэн был сбит с толку.
Увидев, что двери казино открыты, Фан Сю подмигнул двум своим товарищам по команде, а затем сказал Сун Чжэну:
– Завтра поговорим подробнее.
***
Внутри номера с видом на горы Фан Сю умело расчленил тело Шан Дебао.
Хорошей новостью было то, что труп Шан Дэбао не начал разлагаться, на удивление, он очень хорошо сохранился. На этот раз Фан Сю отрезал оставшуюся половину руки и правую ногу: ровно двадцать цзиней человеческой плоти. Орудуя ножом, Фан Сю подумал, не станут ли они чьей-то «бесплатной рисовой кашей» или «изысканным деликатесом».
Закончив с телом Шан Дэбао, Фан Сю закатал свою левую штанину выше колена. Хотя он был худым, у него было хорошее строение, кожа была чистой и гладкой, а мышцы гармонично развиты.
– Бай Шуанъин, я снова побеспокою тебя сегодня, – его голос звучал легко.
– Почему левая нога? – озадаченно спросил Бай Шуанъин.
Фан Сю уже потерял левую руку. Для равновесия имело бы смысл удалить правую ногу.
– Правая нога не подойдёт, на ней шрам, – ответил Фан Сю, коснувшись гладкой, неповрежденной икры.
– Другие игроки не смогут заметить.
Фан Сю горько рассмеялся.
– Этот шрам важен. Я хочу, чтобы он еще немного оставался со мной, – неопределенно объяснил он.
Бай Шуанъин молча взял нож, его лезвие в лунном свете вспыхнуло холодным светом.
…Снова ровно десять цзиней человеческой плоти.
К сожалению, Фан Сю был слишком худым, ему не удалось сохранить коленный сустав, теперь от левой ноги у него осталась только верхняя часть бедренной кости.
Вчерашняя боль не утихла, а теперь к ней присоединилась и новая. Фан Сю резко зашипел, его глаза покраснели от слез. Тем не менее, он сумел удержать равновесие, изо всех сил стараясь не упасть.
– Отрежь левую ногу Шан Дэбао. Мне нужен протез, – хрипло попросил Фан Сю, указывая на тело.
– Я могу тебя нести.
– Спасибо, но пока нет, – Фан Сю выдавил слабую улыбку. – Я еще не настолько жалок.
Труп Шан Дебао окоченел. Строение мужчины было довольно крепким, и его ноги были немного толще, чем у Фан Сю. Бай Шуанъин идеально подобрал ее длину, но в обхвате она была больше.
Фан Сю не жаловался. Он молча разорвал левую штанину и с помощью нее закрепил ногу Шан Дебао. Не имея коленного сустава, двигаться было затруднительно, и нога оказалась тяжелее, чем он предполагал. Теперь Фан Сю мог лишь волочить левую ногу по полу, почти не ощущая необходимой опоры. Он выглядел достаточно жалко, а это не могло его не радовать.
Он подумал, что если завтра у него будет свободное время, то он сможет поискать палку или что-нибудь подобное… чтобы использовать ее в качестве костыля при подъеме по лестнице… Черт, новая рана болела еще сильнее, чем старая.
Из-за мучительной боли его зрение затуманилось, а в ушах стоял шум.
Фан Сю сел на край кровати и прижался лбом к животу своего призрака, впитывая прохладный комфорт, исходивший от него. Как он и подозревал, Бай Шуанъин не выказал никаких признаков сочувствия или утешения.
Холодная рука мягко зависла над головой Фан Сю, она находилась достаточно близко, но в тоже время и так далеко.
Затем Бай Шуанъин сказал:
– Я внимательно все изучил. Иллюзия внутри «Аварийного выхода» выполнена хорошо, но она не способна к изменениям. Когда сегодня вечером вы вернетесь, все будет так же, как и накануне.
– Хорошо... – слабо отозвался Фан Сю. – Это избавит нас от многих проблем.
Бай Шуанъин кивнул. В комнате воцарилась тишина, нарушаемая лишь учащенным, полным боли дыханием Фан Сю. Бай Шуанъин протянул руку и развязал ткань, обмотанную вокруг левой ноги Фан Сю. Уродливая нога трупа с глухим звуком упала на пол. И прежде чем Фан Сю успел отреагировать, Бай Шуанъин поднял его на руки и прижал к себе.
Фан Сю был весьма удивлен таким поведением призрака.
Теперь, когда он потерял двадцать цзиней плоти, он весил меньше пятидесяти килограммов. Нести его было все равно, что нести сумку с багажом
Бай Шуанъи поместил его в ванну, а затем и сам с плеском расположился там. Знакомая ледяная жидкость приятно обволакивала раны, заставляя Фан Сю дрожать.
Прежде чем Фан Сю успел что-либо сказать, истинная форма Бай Шуанъина появилась из жидкости и нежно закрыла ему глаза.
– Отдыхай.
Смежив веки, Фан Сю все же произнес:
– Но нам все равно нужно помочь Чэн-цзе поймать призрака…
– Отдыхай, – повторил Бай Шуанъин. – Это дружеский приказ.
«Друзья не отдают друг другу приказы…» – подумал Фан Сю, но все равно промолчал, послушно погрузившись в тело Бай Шуанъина. В любом случае, Чэн-цзе была совсем рядом. Если он уснет, они с Гуань Хэ, вероятно, придут и разбудят его.
…Он поспит совсем немного, этого ведь будет достаточно, чтобы восстановить силы. И Фан Сю закрыл глаза.
Обе его раны онемели от холода, а боль стала туманной и неясной. Окруженный истинной формой Бай Шуанъина, он чувствовал себя в безопасности. После двух дней мучений он уснул почти мгновенно.
Буквально пару секунд спустя Бай Шуанъин открыл глаза. Его взгляд, излучая слабое свечение в темноте, переместился в сторону соседней комнаты.
За следующей дверью.
Чэн Сунюнь как раз собиралась уходить, когда перед ней внезапно появился белый призрак. Она открыла рот, чтобы закричать, но вовремя остановилась. У ее покойного мужа никогда не было таких длинных черных волос, и он явно не был таким молодым или красивым. Перед ней материализовался сладострастный призрак Фан Сю. Почему он здесь?
Бай Шуанъин коротко посмотрел над Чэн Сунюнь, и сразу перешел к делу:
– Я здесь, чтобы научить тебя, как стабилизировать кармическую связь.
– Фан Сю просил тебя об этом? – тут же серьезно спросила Чэн Сунюнь.
– Ты хочешь научиться или нет? – Бай Шуанъин не стал утруждать себя объяснениями, полностью проигнорировав ее вопрос.
– Да.
Сладострастный призрак не мог ничего не знать о романтических связях. Чэн Сунюнь решила, что он действительно может быть экспертом в этом.
Затем Бай Шуанъин сказал:
– Сегодня ночью ты останешься спать здесь. Не активируй «щит свирепого призрака», – говоря это, он взмахнул рукой, и красная нить кармы в интимном жесте нежно обвилась вокруг его изящных пальцев. Затем Бай Шуанъин бесстрастно продолжил. – Твой муж не смог стать призраком, и у него осталось много кармической связи с миром живых. Это указывает на сильную одержимость в момент смерти. Я помогу тебе распознать его одержимость. Остальное будет зависеть от тебя.
http://bllate.org/book/14500/1413453
