Шэнь Цзинь только что вернулся из учительской, не успев даже сесть на стул, как в заднюю дверь вбежал Чжэн Чжэпэн, схватился за дверной косяк и торопливо крикнул:
— Беда, брат Кунь подрался со старшеклассниками!
Лю Цимай и его компания, которые до этого весело смеялись, при этих словах тут же посерьёзнели, и их беззаботные выражения лиц исчезли. Они тут же выбежали вон.
Несколько альф из класса, увидев это, последовали за ними. Незаметно для себя ученики девятого класса начали принимать их за своих.
В классе пошли пересуды.
— В прошлый раз, когда Лю Цимай избил Чжао Хаотяня, именно брат Кунь его вытаскивал.
— Я всегда думал, что брат Кунь считает ниже своего достоинства марать руки.
— Да, декан тогда ещё сказал: «Почему бы вам не поучиться у Цянь Куня? Посмотрите на него, а потом на себя, как можно так сильно отличаться!»
— Мне теперь просто интересно, какое лицо у декана. Тот, кого он ставил в пример, взбунтовавшись, оказался необузданным мустангом.
— Сяо Юэ, расскажи, что там вообще случилось!
Хотя Цянь Кунь не был особо разговорчив в классе, он никогда не отказывал в помощи, если его о чём-то просили.
Ученики девятого класса считали, что такой умный парень не стал бы драться у всех на виду.
Чжэн Чжэпэн, всё ещё тяжело дыша, похлопал себя по груди:
— Куда они так несутся, я же ещё не договорил! Брат Кунь в два счёта уложил ту группу альф, ясно? Сейчас, наверное, декан уже на месте!
Он как раз проходил мимо и издалека увидел безжалостные, резкие и свирепые движения Цянь Куня. Даже на слух это казалось очень болезненным.
— Как он вообще сцепился со старшеклассниками? Мы же с ними на разных этажах, совсем не пересекаемся!
— К тому же, судя по его прошлому, Цянь Кунь почти никогда не дерётся сам. Если ему нужно, за него это сделают другие, зачем ему самому лезть.
— У тех парней были слишком грязные языки, — сказал Чжэн Чжэпэн. — Кажется, они говорили что-то о дифференциации, о том, что хотят покорить высококлассного омегу, чтобы это стало их трофеем. Они говорили очень громко, многие вокруг слышали. А потом я обернулся и увидел, как брат Кунь без лишних слов начал их избивать.
Движение, с которым Шэнь Цзинь переворачивал страницу, замерло.
— Как зовут тех старшеклассников?
Чжэн Чжэпэн знал только одного из них, он был знаком с Чжао Хаотянем, который задирался раньше.
— Кажется, Ян Цзюньби, у него вроде бы очень высокий уровень! Если бы не брат Кунь, в этот раз ему бы точно всё сошло с рук.
Во всей школе было всего несколько альф с уровнем выше А, а этот Ян Цзюньби был как раз А+, так что его имя сразу вспоминалось.
Не успел он договорить, как выражение лица Шэнь Цзиня изменилось.
— Отпроси меня у преподавателя со следующего урока.
Сказав это, он быстро исчез за задней дверью.
Возле умывальников участников драки уже разняли, так как подошёл учитель.
Несколько старшеклассников, пошатываясь, поднялись с земли, всё ещё постанывая от боли, но после осмотра учитель обнаружил, что внешних повреждений почти не было.
Сильнее всех досталось Ян Цзюньби. Этот гад Цянь Кунь так умело выбирал места для ударов, специально избегая лица, что со стороны казалось, будто тот симулирует.
Он держался за живот, на котором не было видно даже синяка, но корчился от боли, словно все его внутренности переломали.
«Этот Цянь Кунь, с виду такой интеллигентный, на самом деле, наверное, боец».
— Декан… мы просто подошли помыть руки после игры в мяч, мы его даже не трогали… Я думаю, у меня кости сломаны!
Альфа, чей голос обычно звучал уверенно и громко, теперь говорил с трудом. Незнающий человек мог бы и вправду подумать, что он серьёзно ранен.
В этот раз Ян Цзюньби не притворялся, ему действительно было очень больно. Если бы не толпа зевак, он бы уже катался по земле.
Ян Цзюньби привык, что пока его проступки не были слишком серьёзными, учителя обычно относились к нему снисходительно.
Ещё бы, ведь у него был высокий уровень духовной силы, он считался ценным ученическим ресурсом.
Благодаря этому врождённому преимуществу, при поступлении в университет ему бы сделали поблажки.
Декан взглянул на него. На теле не было никаких повреждений, но по его преувеличенному выражению лица казалось, что ему действительно очень больно. Симулировал он довольно правдоподобно. Декан велел ему подождать.
Затем он повернулся к Цянь Куню, который стоял молча, опустив голову.
Этот ученик был из непростой семьи, но сам по себе не любил создавать проблемы и хорошо учился. Когда он перевёлся в их школу, декан уже решил, что его карьера пойдёт в гору.
Он сделал глубокий вдох, собираясь с духом, и с сокрушённым видом сказал:
— Что с тобой такое? В начале учебного года я ставил тебя в пример, а теперь ты меня так подводишь? Разве ты можешь сравнивать себя с ним, с тем, кто просто ждёт, как бы отсидеться в университете? Ты же способен поступить в первоклассный вуз, зачем ты с ним связался, а?
Лицо Ян Цзюньби, который и правда собирался просто отсидеться в университете, побагровело от сдерживаемой ярости.
«Ты декан, и тебе можно оскорблять людей?»
Ян Цзюньби, который и так планировал просто отучиться в каком-нибудь университете, чувствовал боль не только физическую, но и душевную.
Он не мог возразить, ведь его тайные расчёты, как оказалось, были всем учителям прекрасно известны.
Окружающие едва сдержали смех. «Декан, нельзя же так: одного унижать, а другого превозносить».
Профиль Цянь Куня был спокоен. Хотя он был на полголовы выше декана, в его поведении не было ни капли высокомерия.
Он не произнёс ни слова в свою защиту.
Без той ярости, что была мгновение назад, Цянь Кунь снова выглядел просто невероятно красивым и ухоженным юношей.
Его молчание делало его похожим на невинную жертву.
Один из омег не выдержал и выступил вперёд:
— Декан, это Ян Цзюньби сказал, что мы, омеги, — товар, и чем выше наш уровень, тем интереснее нас метить! Он оскорбил омег, разделив нас на категории, это многие слышали!
— Он открыто относится к омегам как к вещам, у него нет ни морали, ни достоинства! Его присутствие позорит доброе имя нашей школы Наньху!
За первым последовал второй, а затем и третий.
Так декан и узнал причину драки.
Ян Цзюньби и его группа альф ошеломлённо смотрели на происходящее.
Их избили, и никто не вступился за них, так ещё и начали обвинять?
«Вы что, судите о людях по внешности?»
«Где справедливость?!»
Ян Цзюньби, будучи высокоуровневым альфой, за три года в старшей школе ещё никогда не испытывал такого унижения.
Они собирались пойти в медпункт, так как боль была невыносимой, но теперь решили ещё немного потерпеть!
Видя, что ситуация вот-вот превратится в базар, декан повёл всех в свой кабинет.
В кабинете споры продолжились, у каждой стороны была своя правда.
Когда подоспели Лю Цимай и остальные, обстановка накалилась до предела. Учитель Ху Шэнцян немедленно выгнал их:
— Вы что задумали, а? Это кабинет, а не рынок, все вон!
Посторонние удалились, и в кабинете снова воцарилась тишина.
Декан не хотел раздувать скандал. Семья Цянь имела слишком большое влияние, да и поступок Цянь Куня нельзя было назвать хулиганством — скорее, проявлением обострённого чувства справедливости.
Декан обсуждал с несколькими учителями, как поступить в этой ситуации.
Ян Цзюньби и его друзья, видя, что учителя явно на стороне Цянь Куня, стиснули зубы и встали, признав, что позволили себе пару неосторожных фраз, но это не повод их избивать.
Он оправдывался тем, что альфы импульсивны и вспыльчивы, и пара слов — это не смертный грех, верно?
У них было одно требование: Цянь Кунь должен извиниться, причём публично, на общешкольной линейке в понедельник.
То, как Цянь Кунь в одиночку играючи раскидал их целую группу, видели многие, и это было невероятно унизительно.
Цянь Кунь, до этого молчавший, бросил на него взгляд, и Ян Цзюньби почувствовал необъяснимое давление, а его феромоны готовы были подчиниться.
Цянь Кунь холодно бросил три слова:
— Ты не достоин.
Слова Цянь Куня были крайне оскорбительны.
Ян Цзюньби вспыхнул от гнева, но почему-то аура противника подавляла его, не давая сдвинуться с места.
Цянь Кунь не знал, о каком именно омеге говорил Ян Цзюньби, но Шэнь Цзинь подходил под описание, так что шансы были пятьдесят на пятьдесят.
Неважно, он это был или нет, одна мысль о том, что эту гордую ледышку за спиной обсуждают и высмеивают, вызывала…
…капельку жалости.
Пусть даже совсем чуть-чуть.
Цянь Кунь редко действовал импульсивно, но это не означало, что он на это не способен.
Он поднял глаза на озадаченного декана и сказал:
— Я приму любое наказание от школы, оплачу медицинские счета и компенсацию за моральный ущерб. Но если от меня потребуют извинений, то…
Цянь Кунь сделал паузу.
— Советую им нанять адвоката и защищать свои права по закону.
В конце он даже улыбнулся.
Он выглядел таким спокойным, будто продумал все последствия ещё до того, как наброситься на них.
Учителя не ожидали такой твёрдости от Цянь Куня. Простое извинение могло бы всё уладить, но он наотрез отказывался.
По его тону было ясно, что Цянь Кунь с самого начала сохранял хладнокровие и прекрасно осознавал, что делает.
Лица нескольких омег, оставшихся в качестве свидетелей, слегка покраснели, и они с блеском в глазах смотрели на юношу, стоявшего в центре толпы. Ян Цзюньби вдруг вспомнил слухи о семье Цянь, которым раньше не придавал значения, считая их преувеличением.
Семья Цянь была огромной и влиятельной, у них была своя команда юристов с безупречной репутацией в отрасли.
Цянь Кунь… он совершенно не боялся проблем.
Атмосфера стала до странности тихой.
Именно в этот момент вошёл Шэнь Цзинь. На его лбу выступили мелкие капельки пота. Выровняв дыхание, он сказал:
— Разрешите войти.
Он сначала пошёл туда, куда указал Чжэн Чжэпэн, но проходившие мимо ученики сказали, что всех повели в кабинет декана, который находился на последнем этаже учебного корпуса, рядом с кабинетом директора.
Шэнь Цзинь бежал и на лестнице столкнулся с Лю Цимаем и остальными, которых выгнали.
В кабинете было много людей: декан, классный руководитель, несколько других учителей-предметников и несколько учеников-свидетелей.
Шэнь Цзинь всегда был из тех отличников, которых обожают учителя. Увидев его, взгляд декана смягчился на несколько градусов.
Цянь Кунь удивлённо посмотрел на Шэнь Цзиня, но тот даже не взглянул на него. Он подошёл прямо к декану, достал телефон и включил на всеобщее обозрение ранее сделанную аудиозапись.
Когда Шэнь Цзинь только поступил в старшую школу, за ним увивалось множество альф, и Ян Цзюньби тогда ухаживал за ним особенно настойчиво и шумно.
На записи Ян Цзюньби пытался силой затащить его в бар, окружив с группой альф. К счастью, эта же группа сегодня была здесь, так что не придётся бегать дважды.
Тогда у них ничего не вышло, и они не знали, что он положил телефон в карман и тайно всё записывал.
Шэнь Цзинь не предавал эти доказательства огласке, потому что, придя домой и собираясь рассказать об этом, он обнаружил, что его родители просят семью Ян об одной услуге.
После долгих колебаний Шэнь Цзинь решил временно сохранить запись, чтобы не ставить родителей в неловкое положение.
— Ученик Ян Цзюньби преследовал меня после уроков, — сказал Шэнь Цзинь. — В то время я был омегой и боялся их мести, поэтому не смел рассказать правду. Теперь я понимаю, что уступчивость не всегда ведёт к справедливости, и надеюсь, что школа поможет мне её добиться.
Присутствующие омеги с ненавистью уставились на Ян Цзюньби и его компанию. «Так он ещё и рецидивист, какой подонок!»
Ян Цзюньби, который до этого требовал извинений от Цянь Куня, замолчал. Он не ожидал, что Шэнь Цзинь всё записал, да ещё и предъявит это год спустя.
«Какой же Шэнь Цзинь коварный!»
«Он что, специально ждал этого момента?»
«А вдруг у него есть что-то ещё?» Ян Цзюньби не на шутку испугался. Он совершенно не мог понять Шэнь Цзиня.
Шэнь Цзинь заметил, что Цянь Кунь смотрит на него с насмешливой улыбкой, и отвёл взгляд.
На лице Шэнь Цзиня не было и тени страха перед местью, скорее, он выглядел так, будто готов был вбить этих ублюдков в землю.
Его появление было словно глоток ледяного напитка в летний зной — освежающе и приятно.
«Не зря он — свет наших омег. Один выход Шэнь Цзиня — и стрела точно в цель!»
Ситуация мгновенно переросла из драки в дело о домогательстве к омеге, к тому же затрагивающее проблему посещения несовершеннолетними баров. Несколько обвинений сразу, и школа отнеслась к этому гораздо серьёзнее. Они попросили омег-свидетелей уйти, а затем по отдельности допросили Шэнь Цзиня и группу Ян Цзюньби. Прошло уже пол-урока, прежде чем Шэнь Цзиню разрешили вернуться в класс.
— Декан, может ли ученик Цянь Кунь пойти со мной? У нашего класса сейчас контрольная, — спросил Шэнь Цзинь.
Декан устало махнул рукой, отпуская их.
Было ясно, что Цянь Кунь готов заплатить что угодно, но только не извиняться, а семья Цянь не позволит своему любимому младшему отпрыску страдать в школе.
Судя по виду Ян Цзюньби, теперь предстояло расследовать и другие его проступки.
Они вышли из кабинета. Шэнь Цзинь успешно вывел Цянь Куня.
Шэнь Цзинь с каменным лицом незаметно вытер капельку пота со лба.
«Чуть не помер от страха, чуть не помер. Декан, когда улыбается, такой милый старичок, а когда злится, смотрит, как бык, ужасно страшно».
Ян Цзюньби не ожидал, что школа окажется такой слепой. То, что он сделал Шэнь Цзиню, — это отдельный разговор, но сегодняшнее избиение ему так просто сойдёт с рук?
«Почему Цянь Кунь уходит?»
«Учителя, вы что, ослепли?»
«Не видите, что они подыгрывают друг другу, что они в сговоре, заодно?!»
«Они же одна шайка!»
Спускаясь по лестнице, Шэнь Цзинь увидел, что Цянь Кунь идёт за ним с беззаботным видом, и почему-то разозлился:
— Зачем ты с ним подрался?
Во взгляде Цянь Куня промелькнула нежность, и он произнёс два слова:
— У него грязный рот.
Лицо Шэнь Цзиня выражало крайнюю степень недоумения.
«Как ты смеешь говорить такое о других? Когда ты рядом, кто с тобой может потягаться?»
Шэнь Цзинь сделал несколько глубоких вдохов, решив не связываться с этим типом.
Когда они почти спустились на третий этаж, где находился их класс, Цянь Кунь, поравнявшись с ним, позвал его по имени:
— Шэнь Цзинь, ты специально пришёл меня спасать?
— Так совпало, что у меня тоже были с ним счёты, — ответил Шэнь Цзинь.
Хотя Цянь Кунь не знал, что Ян Цзюньби говорил именно о нём, Шэнь Цзинь не мог притвориться, что это не так.
— Даже если совпало, это всё равно услуга. У меня ничего нет, кроме этого тела, которое ещё ничего так выглядит. Так что за каплю доброты я должен отплатить... своим те—
Не успел он договорить, как Шэнь Цзинь ускорил шаг, а его уши слегка покраснели.
Лю Цимай и остальные ждали его в коридоре. Увидев его довольную ухмылку и идущего впереди Шэнь Цзиня, от которого исходила аура чистого гнева, даже Лю Цимай почувствовал себя неловко:
— Слушай, брат, Шэнь-ледышка проявил настоящее товарищество, зачем ты его постоянно злишь?
— А ты не находишь, что когда он злится…
«…он наконец-то перестаёт быть таким одиноким и холодным?»
После уроков Цянь Кунь, накидывая рюкзак, сказал Чжоу Ю отвести остальных братьев поужинать, а сам решил сегодня вернуться в общежитие.
Идя по школьной аллее, Цянь Кунь набрал номер, который только что вытащил из чёрного списка.
Оператор уже выучила номер Цянь Куня наизусть. Ещё бы, у этого парня было так много потенциальных совпадений, что им приходилось время от времени звонить и в дежурном порядке спрашивать, не хочет ли он подзаработать.
Когда он занёс их в чёрный список, в их рабочем чате долго сокрушались по этому поводу.
Сначала им было любопытно, как выглядит топовый альфа вживую, а потом стало ещё интереснее, найдёт ли он себе пару в итоге, ведь он был таким привередливым, что, казалось, ему никто не нравился.
Вне работы они жили обычной жизнью и считали, что Цянь Кунь поступил совершенно правильно, заблокировав их. Так было проще: им не приходилось каждый раз получать отказ и заносить это в отчёт.
Цянь Кунь увидел вдалеке Шэнь Цзиня, стоявшего рядом со старшеклассницей из студсовета, бросил на них короткий взгляд и отвёл глаза.
— Номер 203427*****578, это ваш клиент? Как его настоящее имя?
Хотя он случайно увидел этот номер в сообщении всего раз, Цянь Кунь запомнил цифры.
Оператор вздрогнула, подумав, что ошиблась, и снова заглянула в свои записи.
«Этот номер… разве это не тот, кому мы звонили некоторое время назад, а ты резко отказался, с отвращением в голосе, а потом ещё и занёс нас в чёрный список?»
Но профессиональная этика требовала своего.
— Мы не можем разглашать личную информацию клиентов, — ответила оператор.
Цянь Кунь решил зайти с другой стороны:
— Раз он зарегистрировался, значит, ищет альфу для временной метки? Это же, наверное, не секретная информация.
Это действительно не было секретом, и оператор ответила честно:
— Да, некоторое время назад он подал заявку на подбор.
— Могу я с ним совпасть? — спросил Цянь Кунь.
Цянь Кунь не был излишне самоуверен, он никогда сам не искал пару и не знал процедуры, но знал, что у него много потенциальных совпадений.
— … — ответила оператор.
«Милый, ты помнишь, как просил нас больше тебя не беспокоить?»
«В десятикратном размере, ты ведь правда это сделал. У тебя что, амнезия?»
Оператор помолчала немного и затем сказала:
— Дело в том, что этот клиент сегодня в обед уже отозвал свою заявку на подбор.
— ?? — отреагировал Цянь Кунь.
Слова автора:
Кунь-Кунь: Ты что, издеваешься надо мной?
http://bllate.org/book/14059/1237270
