На следующий день Лу Сюнь, разбуженный Системой, встал очень рано и направился к комнате Су Цинхэна.
Лу Сюнь поднял руку, но не успел прикоснуться к двери, как она открылась изнутри, и они встретились взглядами.
Взгляд Су Цинхэна сначала упал на сонное лицо Лу Сюня; его яркие черты лишились привычной дерзости. Его одежда была небрежно завязана, ворот распахнут, и изящные ключицы были полностью обнажены. Су Цинхэн моргнул, думая, что Лу Сюнь лунатит.
Он неуверенно позвал:
— Старший брат Лу?
— Мм? — Лу Сюнь ещё не проснулся, его голос был слегка гнусавым, и он тихо откликнулся, словно пёрышко, парящее в воздухе, то поднимаясь, то опускаясь, и наконец опустившееся в сердце Су Цинхэна, заставив его слегка вздрогнуть.
Су Цинхэн, видя его растрёпанные одежды, на мгновение не знал, куда смотреть. Его взгляд метался, но был притянут яркой красной родинкой на ключице. Лу Сюнь, совершенно не заботясь о своём виде, широко зевнул:
— Ты тоже ещё не проснулся?
Осознав, что Лу Сюнь бодрствует, лицо Су Цинхэна покраснело, и он отвёл взгляд:
— Старший брат так рано пришёл ко мне, что-то случилось?
Лу Сюнь кивнул:
— Я решил.
Су Цинхэн: «???»
— Каждое воскресенье я буду приходить учить тебя фехтованию.
Лу Сюнь потёр глаза, его слова совсем не внушали страха:
— Ученики нашего Пика Цисин должны быть сильнейшими везде, куда бы они ни пошли.
Су Цинхэн: «... Абсолютно необязательно».
Наблюдая, как Лу Сюнь борется со сонливостью, чтобы прийти и учить его фехтованию, Су Цинхэн почувствовал одновременно трогательность и некоторую забавность.
— Поэтому в выходные ты тоже не должен долго спать, а усердно тренироваться, чтобы скорее достичь прорыва.
— Старший брат, — Су Цинхэн посмотрел на Лу Сюня и очень серьёзно, но беспомощно произнёс: — Во всей Секте Сюаньшань, кроме тебя... никто другой не может спать до полудня.
Лу Сюнь: «…»
«Хорошо, ребёнок не слушается, осмеливается мне перечить».
Лу Сюнь бросил на него взгляд, Су Цинхэн невинно посмотрел в ответ, а в конце добавил:
— Сегодня никто не помог старшему брату одеться?
Он опустил взгляд на неправильно завязанный пояс своей одежды и небрежно сказал:
— Сяо Ци сегодня нет.
Су Цинхэн на мгновение замолчал:
— Тогда я завяжу старшему брату заново?
Одежда была надета небрежно, и нужно было, чтобы младший брат по школе привёл её в порядок. Лу Сюнь без колебаний и весьма бесстыдно согласился.
Рука Су Цинхэна обхватила талию Лу Сюня, аккуратно, стараясь избегать физического контакта. Но даже так, его мысли невольно разбежались.
«Талия старшего брата такая тонкая».
«Казалось, стоило лишь протянуть руку, и он смог бы обнять его».
Су Цинхэн: «… Нет».
«Почему у него возникла такая мысль?»
Су Цинхэн отбросил свои запутанные мысли, ускорил движения, и несколькими быстрыми движениями помог Лу Сюню аккуратно поправить одежду.
После завтрака Лу Сюнь повёл Су Цинхэна во двор тренироваться в фехтовании. Он вызвал из своего пространственного кольца бессмертный меч. Бессмертный меч один раз облетел Су Цинхэна, затем послушно приземлился перед ним.
— Я вижу, твоё мастерство владения мечом неплохо. Хочешь попробовать этот бессмертный меч? Если он тебе подойдёт, я подарю его тебе.
У каждого из новых учеников был меч, выданный сектой, но это были обычные мечи. Из-за нестабильной основы им пока не нужны были бессмертные мечи. Но Су Цинхэн был другим. Он происходил из клана, владеющего бессмертными мечами, и обладал особым телосложением. С рождения у него была духовная защита, и по мере взросления он мог самостоятельно совершенствоваться, с детства играя с бессмертными мечами как с игрушками.
В оригинальном романе Су Цинхэн впервые взмахнул бессмертным мечом на своём пятилетии. Его отец, желая, чтобы сын стал великим, подарил ему бессмертный меч, надеясь, что, повзрослев, он сможет изгонять демонов и защищать справедливость. Когда он дарил меч, его отец, вероятно, и не думал, что Су Цинхэн, такой маленький, сможет держать в обеих руках бессмертный меч, который обычные люди даже поднять не могли, и даже демонстрировать несколько приёмов фехтования, подражая отцу, чем привёл всех в изумление, заставив восклицать о его небесном таланте. Когда ему было шесть, тот меч был погребён в лазурном огне во время вторжения демонов.
Су Цинхэн никак не ожидал, что Лу Сюнь не только подарил ему вчера магический предмет, но и так щедро раздаёт бессмертные мечи. Он много лет путешествовал по миру людей и знал, что многие бродячие культиваторы были так бедны, что не могли позволить себе даже обычный меч. Но Лу Сюнь дарил их так непринуждённо.
— Старший брат...
Лу Сюнь знал, что тот собирается отказаться, и тут же перебил его:
— Сначала попробуй, а потом скажешь.
Взгляд Су Цинхэна упал на серебристо-белую рукоять. Было невозможно не быть тронутым; клан Су был кланом бессмертных мечей, и он, будучи его потомком, естественно, испытывал необъяснимую привязанность к бессмертным мечам. Он подавил трепет в сердце и, под ожидающим взглядом Лу Сюня, схватил рукоять. Затем он споткнулся и отшатнулся на несколько шагов.
Су Цинхэн: «…»
Лу Сюнь: «…»
Система: «... Вы что, забыли? Бессмертные мечи, в отличие от обычных, можно активировать только духовной энергией».
«Тогда почему ты не напомнила мне раньше?» — Лу Сюнь мысленно со злостью отчитал Систему. Он хотел использовать бессмертный меч, чтобы Су Цинхэн вновь обрёл уверенность, идея была прекрасна, но он забыл, что духовные корни Су Цинхэна были запечатаны, что привело к истончению духовной энергии, которую было трудно собрать. Откуда бы у него взялась лишняя духовная энергия для активации бессмертного меча?
Лу Сюнь слегка кашлянул:
— Прости, старший брат недодумал.
Весь энтузиазм Су Цинхэна исчез. Он, казалось, только сейчас осознал, что духовная энергия не только остановила его развитие, но и не позволяла ему снова держать бессмертный меч.
«Вспомнив о печати на лбу, отец перед смертью сказал, что в подходящее время печать снимется».
«Но ему уже пятнадцать, и эта печать следовала за ним девять лет. Сможет ли она действительно быть снята?»
«Если она не снимется, на что он тогда будет полагаться в своей мести?»
«И на что будет опираться в борьбе с демонами?»
Глаза Су Цинхэна потемнели, он опустил голову и заикаясь ответил:
— ...Это не имеет отношения к старшему брату, это я слишком бесполезен.
«Лу Сюнь про себя выругал все ругательства, которые мог вспомнить: «Чёртова Система, ей обязательно нужно, чтобы я утешал Су Цинхэна»».
«Вот тебе и на, человек был в порядке, а теперь вот-вот расплачется из-за его утешений».
«Тьфу».
Лу Сюнь вздохнул. Он взял другую руку Су Цинхэна:
— Попробуй ещё раз.
Су Цинхэн замер, не раздумывая, послушно поднял меч. Он слегка удивился: на этот раз он не чувствовал напряжения, и рука, державшая меч, была очень расслаблена. Его запястье, которое Лу Сюнь держал, слегка горело, и свежая духовная энергия текла по его меридианам. Он почувствовал, как его собственная духовная энергия собирается в руке, державшей меч.
Лу Сюнь отдёрнул руку и мягко улыбнулся ему, его светло-золотые глаза словно наполнились светом.
— Считай, что старший брат одолжил тебе его.
Не только запястье, которое держал Лу Сюнь, слегка горело, но и сердце, словно кто-то заботливо защищал его, чувствовало тепло. Глаза Су Цинхэна слегка расширились, на мгновение он был ослеплён улыбкой Лу Сюня. Низкий, бархатный голос раздался у его уха:
— Помни, потом нужно будет вернуть.
— Угу, — Су Цинхэн серьёзно кивнул.
«Лу Сюнь не отказался от него, так как же он мог легко сдаться сам?»
«Система на мгновение не знала, что и думать, ей просто казалось, что она совершенно лишняя. Она хотела заговорить, но в конце концов закрыла рот».
Лу Сюнь, напротив, вздохнул с облегчением. Наконец-то он его успокоил.
Всё утро оба были погружены в обучение. Хотя меридианы Су Цинхэна не показывали улучшений, он уже мог свободно использовать свою тонкую духовную энергию. И это не было пустой тратой времени Лу Сюня.
Утром три дня спустя Лу Сюнь, как обычно, собирался забрать Су Цинхэна после утреннего занятия, но по пути получил передачу голоса от Главы секты и вынужден был повернуть назад.
Когда Лу Сюнь прибыл в главный зал, там было всего три человека. Внизу стоял старший брат Гу Юньчжоу, только что вернувшийся с горы. Лу Сюнь был несколько удивлён, увидев его, и выкрикнул:
— Старший брат!
Гу Юньчжоу кивнул, показывая Лу Сюню сначала поприветствовать Фэн Чанмяня, сидящего наверху. Фэн Чанмянь видел все их маленькие движения. С детства Лу Сюнь был непоседой, но почему-то всегда больше всех слушал Гу Юньчжоу. Иногда даже слова Почитаемого Бессмертного Линъюэ не помогали, но если Гу Юньчжоу что-то говорил, Лу Сюнь слушал.
Фэн Чанмянь махнул рукой, отменяя эти формальности, и сказал среднему культиватору, сидевшему справа:
— Это младший… третий ученик Линъюэ.
«Привык называть Лу Сюня младшим учеником, чуть не забыл, что после него есть ещё Су Цинхэн».
Средний культиватор кивнул:
— Все они подают большие надежды, это счастье для нашей Бессмертной секты.
— Господин Мо абсолютно прав, — подхватил Фэн Чанмянь и сказал Лу Сюню: — Это Господин Мо из города Мошуй.
Лу Сюнь вместе с Гу Юньчжоу поклонились. Господин Мо оживился, и, наконец, после долгих предисловий, перешёл к делу.
— Глава секты Фэн, моего сына я доверяю вашей заботе.
— Ваш сын в нашей Секте Сюаньшань, Господин Мо может быть спокоен.
— Конечно, конечно. Просто это единственный сын, и он никогда не покидал дома, так что, естественно, я немного беспокоюсь.
— Понимаю, — Фэн Чанмянь кивнул, и они некоторое время болтали.
«Лу Сюнь, стоя внизу, примерно понял, что Секта Сюаньшань принимает «по блату», и надеялся, что это не будет кто-то высокомерный и невежественный».
Они двое наверху весело болтали, а Лу Сюнь тихонько начал обсуждать что-то с Гу Юньчжоу.
— Старший брат, эта поездка прошла хорошо?
Гу Юньчжоу кивнул:
— Всё прошло гладко.
Их разговор снова вернулся к сыну Господина Мо:
— Раз уж он собирается вступить в Секту Сюаньшань, почему его не видно?
— Дядя-Глава секты поручил Чэн Юаньчжэню показать ему окрестности.
«Гу Юньчжоу знал, что Лу Сюню не нравилось, когда он называл Чэн Юаньчжэня «младшим братом по школе», поэтому в присутствии Лу Сюня он называл его просто по имени».
— Довольно впечатляюще, — тихо сказал Лу Сюнь.
— Их влияние больше, чем у клана Чэн? Чэн Юаньчжэнь в своё время тоже прошёл отбор на испытаниях, но не был выбран Мастером. Как же так получилось, что сын этого Господина Мо вошёл сюда через чёрный ход, совершенно открыто?
Гу Юньчжоу поднёс кулак к губам и кашлянул. Лу Сюнь поднял голову и только тогда обнаружил, что Фэн Чанмянь и Господин Мо смотрят на него.
— Давно слышал, что мастерство алхимии Господина Мо достигло совершенства, поэтому хотел бы попросить у Господина Мо флакончик пилюль для облегчения приступов холодного яда.
— Глава секты Фэн, не нужно быть таким вежливым. Раз уж клан Мо собирается подружиться с Сектой Сюаньшань и помогать друг другу, то это естественно. Я вижу, что юный друг Лу хил, эти пилюли, должно быть, для него?
«Лу Сюнь всё ещё недоумевал, у кого это приступ холодного яда, как вдруг речь зашла о нём?»
«Что значит «хилый»?»
«Это значит, что он слаб?»
«Что за шутки? Он в расцвете лет, силён и здоров, какая ещё слабость?»
Лу Сюнь уставился на Фэн Чанмяня, ожидая его возражений, но увидел, что Фэн Чанмянь кивнул и вздохнул.
— Действительно, Господин Мо, ваша проницательность по-прежнему остра.
Лу Сюнь: «???»
«Когда у него появился холодный яд?»
«В оригинальном романе об этом не писали, и он здесь уже полгода, но приступов не было?»
Лу Сюнь перевёл взгляд на Гу Юньчжоу рядом с собой, но увидел, что Гу Юньчжоу утешающе смотрит на него и говорит:
— Не волнуйся, холодный яд можно вылечить.
http://bllate.org/book/14058/1237125
