Пропади Си Ань в обычное время, Линь Цинбай не был бы настолько встревожен. Он знал Си Аня как игривого мальчика: тот не раз и не два тайно сбегал из поместья. Но в этот раз дело обстоит совсем иначе.
В мире появились чудовища.
Линь Цинбай своими глазами видел, как монстр прижал Си Аня к земле, широко раскрыв пасть, готовый в любой момент проглотить его маленького ученика. Хотя чудовище тогда и отступило, Си Ань всё же был ранен. Вспомнив об этом, Линь Цинбай почувствовал тяжесть на сердце, словно его кто-то придавил огромным камнем, практически лишив его при этом возможности дышать.
В голове принца снова и снова, словно под действием какого-то зловещего заклинания, всплывала та ужасная картина. Чем больше он об этом думал, тем больше опасался, а чем больше думал, тем больше предавался страху.
Идти по горной тропе было трудно: нога Линь Цинбая соскользнула, и слуги, стоявшие позади него, поспешно поддержали его, не дав упасть, а затем помогли выпрямиться.
– Милорд, почему бы вам не передохнуть? А мы тем временем отправимся на поиски молодого господина, – Тихо спросила тётушка Лянь, будучи больше не в силах смотреть на это.
Линь Цинбай, ничего ей не ответив, опустил голову, а просто поднял руку и помахал ею, как если бы слишком устал, чтобы говорить.
Вдруг один из охранников впереди воскликнул:
– Мастер Сиань нашёлся! Мы нашли его!
Линь Цинбай резко поднял голову и, прежде чем тетушка Лянь как-либо успела отреагировать, повернулся на звук его голоса и побежал туда.
Линь Цинбай увидел Сианя, что, обхватив руками дерево, прилагал все усилия для того, чтобы встать. Пока было неизвестно, как именно он ранен, но встать он не мог. Увидев принца, он закричал:
– Господин!
Ускорив шаг, Линь Цинбай направился к Си Аню, опустился перед ним на колени, обхватив за плечи, спеша понять его самочувствие.
– Ты ранен? – с нескрываемой тревогой спросил Линь Цинбай, ощупывая Си Аня со всех сторон. Мальчик не ответил, а лишь бросил на принца взгляд из-под опущенных ресниц.
Линь Цинбай был так близко, что ребёнок мог видеть даже бисеринки пота на его идеальном лбу, а всегда белоснежная чистая одежда принца сейчас была покрыта слоем пыли. Си Ань впервые видел Линь Цинбая настолько встревоженным. Опустив глаза, он наклонился в сторону принца, чтобы быть как можно ближе, взял его за руку и спокойно ответил:
– Господин, моя рана на ноге, кажется, снова открылась.
Линь Цинбай, не медля ни минуты, перевёл цепкий взгляд на ногу мальчика. Рана, что уже почти затянулась, вновь кровила, и марлевая повязка была пропитана алой жидкостью.
Выражение лица Линь Цинбая вмиг похолодело, и он сердито обронил:
– И вот что я получаю после всех своих наставлений!
Принц поспешно стряхнул руку Си Аня, встал с колен и, отряхнув побывавшие в пыли дороги рукава, и пошёл прочь. Си Ань на мгновение застыл и снова попытался встать, используя дерево в качестве опоры.
– Учитель! Учитель!
Линь Цинбай притворился, что не слышит голоса Си Аня, а слуги встревоженно переглянулись: они знали, что им делать. Тётушка Лянь первой отмерла и шагнула вперед, чтобы успокоить его:
– Хозяин, молю Вас, не серчайте! Да, Ань-эр слегка непослушен, но... он сидел дома целых полмесяца, и ему, наверное, стало очень скучно. Вот он и улизнул! Вы ещё успеете наказать его, когда вернетесь. Вы так быстро идёте, что он, пытаясь за Вами угнаться, ещё больше разбередит рану!
Услышав это, Линь Цинбай резко затормозил. Обернувшись, он увидел, что Си Ань изо всех сил хромает вслед за ним. Хмурясь от боли, с бледным как полотно лицо, он пытался поспеть за шагом своего учителя, несмотря на то, что его нога была так сильно повреждена.
Слуги, сбитые с толку поведением Линь Цинбая, не осмелились сделать и шага вперёд, чтобы помочь ребёнку. Теперь принц почувствовал ещё большую досаду. Он был настолько зол, что хотел сбросить Си Аня на горе, чтобы тот усвоил урок.
Почему ты такой бесстрашный?
Почему ты такой непослушный?
Как только ты осмелился улизнуть, когда ты в курсе, что с недавних пор в горах бродят дикие звери?
В прошлый раз чудовище чуть не съело его. А если в этот раз случилось бы что-то пострашнее? –
Допустив подобную мысль, Линь Цинбай вновь расстроился. С Си Анем всегда было так: он не мог не разозлиться на него, не мог не бить его, а потом…жалеть.
Такая противоречивость в настроении несказанно беспокоила Линь Цинбая. Всё ещё держа на лице маску холодности, всё ещё во внутреннем смятении, он велел стоявшему рядом охраннику:
– Ты. Понесёшь его.
После того, как поиски Си Аня успешно завершились, все неторопливо спустились с горы и вышли на ровную дорогу. Линь Цинбай всё ещё злился и шёл немного впереди, а охранник с Си Анем на спине – позади. Неожиданно Линь Цинбай почувствовал, что его дергают за рукав. Опустил глаза, он увидел маленькую лапку Си Аня, от которой он незамедлительно отмахнулся своей изящной белой рукой.
– Учииитель…
Голос Си Аня был тихим и слабым, а в самой интонации чувствовалось сожаление. Адамово яблоко Линь Цинбая дернулось, но он приложил все усилия, чтобы проигнорировать мальчика. Спустя некоторое время ручка Си Аня вновь ухватилась за его рукав, и на этот раз Линь Цинбай не стал ее стряхивать, а просто позволил тянуть, раз тому так хочется. И Си Ань воспользовался предоставленной возможностью.
– Господин...Учитель...
Линь Цинбай, которого так отчаянно звал Си Ань, почувствовав раздражение, мигом обернулся.
Си Ань смотрел на него с горящими глазами, на дне которых сверкало прикрытое недовольство. По глазам ребёнка было видно, что он понимал, что поступил неправильно, но при этом он смотрел и с неприкрытой обидой.
Линь Цинбай мельком взглянул на него, по-прежнему не обращая должного внимания, а Си Ань бессовестно сидел на спине стражника, обвив того конечностями, как маленькая обезьянка. Он снова дернул Линь Цинбая за рукав и тот понял, что если ещё раз оттолкнёт его руку, то мальчик может и упасть.
– Ну и чего ты меня тянешь? – холодно спросил Линь Цинбай.
– Учитель, рука у меня тоже болит...
Услышав это, Линь Цинбай перевёл взгляд на руку Си Аня. В ночной темноте Линь Цинбай поначалу этого и не заметил, но теперь, внимательно присмотревшись, разглядел рану на левой руке ребёнка. Сердце Линь Цинбая болезненно сжалось. Он остановился, осторожно взял Си Аня за запястье и рассмотрел рану при свете факела. Чем внимательнее он смотрел, тем сильнее хмурил брови.
Рана тянулась через всю его ладонь, а края её были покрыты тёмной корочкой засохшей крови, а кое-где кровь продолжала вытекать из раны. Линь Цинбай крепко сжал его запястье и спросил:
– Как это произошло?
Си Ань послушно ответил:
– Я случайно напоролся на ветку.
Договорив, Си Ань схватился раненой рукой за рукав Линь Цинбая, и его кровь тут же окрасила запылённый белый халат в алый цвет. Мальчик застыл в позе, в которой отчаянно просят прощения, и ему, казалось, было всё равно на рану на руке. Линь Цинбай был хорошо знаком с упрямством Си Аня. Стоит ему отмахнуться от руки Си Аня, то мальчик будет продолжать снова и снова хватать его за рукав. Линь Цинбай, боясь повредить руку Си Аня ещё больше, не решился снова выдернуть из его ручки свою одежду. Побеждённый упорством ребёнка, Линь Цинбай тяжело вздохнул и сказал охраннику:
– Дай мне его. Я понесу.
Охранник на мгновение замешкался, но вскоре переложил Си Аня на спину Линь Цинбая.
Принц был болезненно худым, гораздо худее, чем любой из охранников. Си Ань, лёжа на спине Линь Цинбая, чувствовал под собой все его позвонки. От осознания этого Си Ань резко выпрямился и крикнул:
– Господин!
– Чего тебе?
– Я сильно тяжелый?
– Нет.
– Если Вам трудно, то только скажите! Я могу пойти сам!
– Молчи уже.
Си Ань послушно затих, уткнувшись носом в плечо Линь Цинбая. Его личико было по-детски мягким, а тепло его тельца Линь Цинбай ощущал и сквозь слои своих одежд.
Запах тела Линь Цинбая был приятным, не резким, а лёгким и освежающим: так пахнет бамбук в лесу после дождя. Нужно подойти максимально близко к стеблям, чтобы его ощутить. Глаза Си Аня подёрнулись поволокой, и он, расслабившись, придвинулся ближе, вдыхая этот приятный аромат. –
Тетушка Лянь, что шла рядом, улыбнулась и сказала:
– Молодой господин уже такой большой, а всё ещё любит прижиматься к нашему принцу, и не боится его раздавить. Позвольте мне нести его, мой господин".
Си Ань лишь крепче обнял юношу обеими руками. Принц же спокойно отказался от предложения служанки:
– Вот ещё! Меня так просто не раздавить!
Си Ань положил голову на шею Линь Цинбая и приглушенным голосом сказал:
– Верно.
Тетушка Лянь посмотрела на учителя и ученика, покачала головой и, улыбнувшись, замолчала. Си Ань бессовестно лежал на спине юноши, дыша ему в шею, отчего Линь Цинбай немного покрывался мурашками.
– Учитель, учитель! – громко позвал его Си Ань.
Принц шёл неторопливо, не издавая при этом ни звука. Он просто слушал голос Си Аня, устремив свой взгляд вдаль. С их перспективы открывался захватывающий дух вид на небо, усыпанное звёздами, а под горой виднелись огни тысяч домов, и вид этот был гораздо красивее, нежели тот, что он созерцал, будучи за высокими стенами дворца.
До горной дороги оставалось пройти всего ничего, и вскоре Линь Цинбай и Си Ань вернулись к повозке. После того, как они уселись в неё, Си Ань подошёл к Линь Цинбаю, с видом, как если бы ему было что-то нужно, и льстивым голосочком спросил:
– Учитель, у вас болит спина? Давайте я помогу и разотру её вам?
Не успела маленькая лапка Си Аня даже коснуться талии Линь Цинбая, как юноша уже перехватил её. Он посмотрел на рану на руке Си Аня и сказал:
– Просто сядь.
Но даже после это Си Ань не уселся, а продолжил перемещаться по повозке, напоминая принцу щенка, который вот-вот начнёт вилять перед ним хвостом. Глубоко вздохнув, Линь Цинбай закрыл глаза и прямо задал вопрос:
– Ну же, говори. Чего ты от меня хочешь?
Си Ань хихикнул и сказал:
– Учитель, там на горе я нашёл щеночка, и не мог не взять его с собой...
Только тогда Линь Цинбай открыл глаза. Окинув мальчика с ног до головы взглядом, он спросил:
– И где же он?
Си Ань тут же подскочил и с горящими глазами воскликнул:
– Сейчас покажу, учитель!
Не обращая внимания на свои раны, ребёнок высунулся из окна кареты, замахал руками и крикнул:
– Принесите мне мой мешок!
Вскоре стражник передал ему желаемое, и Си Ань с радостью его принял. Неизвестно, что было в этом мешке, но оттуда сильно пахнуло кровью.
Линь Цинбаю и без того было некомфортно ехать в повозке, а резкий запах, моментально проникнувший в ноздри, вызвал желание тут же опорожнить желудок. Си Ань с головой погрузился в вытаскивание щенка из мешка и не обратил внимания на странную реакцию Линь Цинбая.
– Господин, посмотрите, какой он маленький и тощий. Его могли бы с лёгкостью сожрать дикие звери на горе, поэтому и подобрал его. Я хотел бы попросить у вас разрешения вырастить его...
Си Ань держал этот кулёк меха здоровой рукой и уже было собирался показать Линь Цинбаю, как, посмотрев на принца, увидел, что его лицо потеряло краски, а адамово яблоко дергалось. Сдерживая приступы подступающей рвоты, юноша прикрыл рукавом нос.
Си Ань среагировал моментально: он отодвинул занавеску и выкинул мешок, а потом, посмотрев на окровавленного щенка в своей руке, чуть не выбросил из окна и его тоже.
Мальчик торопливо вытер руки о штанины и начал оправдываться:
– Учитель, этот мешок я просто подобрал в горах. Вероятно, фермеры его используют, чтобы складывать туда дичь, поэтому у него такой запах...
Стоило выбросить этот мешок, как дышать в повозке стало значительно легче. Линь Цинбай откинулся на сиденье и, как только неприятное ощущение в желудке поутихло, хрипло проронил:
– Всё в порядке.
Принц опустил глаза, увидел прыгающего по повозке щенка и сказал:
– Возьми его и дай мне рассмотреть.
Си Ань наклонился и взял щенка одной рукой. Боясь, что запах крови от него снова вызовет недомогание у принца, мальчик не осмелился подойти ближе.
Линь Цинбай взглянул на щенка. Когда тот был на руках у Си Аня, то был очень послушен: не вырывался, не лаял. Его глаза были тёмными, а мех белый, который от грязи стал темнее на несколько оттенков. Особенно грязными были его лапы и грудь.
Продолжив его рассматривать, Линь Цинбай заметил, что мех был белым на всём щенячьем теле, кроме клочка рыжего меха на груди, напоминавшего по форме скопление пламени. Отчётливо разглядев эту отметину, юноша застыл, словно громом поражённый.
Указав пальцем на это самое место, Линь Цинбай спросил:
– Это ещё что такое?
http://bllate.org/book/14032/1233843
