— Добро пожаловать назад, Алоис. Вы проделали долгий путь.
— Да, сэр. Благодарю за ваше терпение.
Алоис, который был отправлен в Королевство Франкур в качестве личного посланника Грависа, наконец вернулся в страну.
Как и Дирк, Алоис был адъютантом Грависа. Мать Алоиса была дворянкой из Франкура, поэтому он тоже свободно владел франкским языком. По этой причине он часто служил специальным посланником Грависа.
На этот раз Алоиса отправили во Франкур по приказу генерала, чтобы поделиться информацией о Цвельфе с их союзником. Гравис собрал в своём кабинете своего другого адъютанта Дирка, генерал-лейтенанта Лукаса Брандта и адъютантов Брандта — Шульца и Аккера, чтобы услышать, какие новости привёз Алоис из Франкура.
— Ваше превосходительство, вы получили моё послание?
— Да, я прочитал его. Все здесь осведомлены о ситуации. Итак, на чём в конце концов остановился мой дядя?
«Дядя», о котором говорил Гравис, был королём Франкура, братом вдовствующей королевы Адели.
— Сэр, он не сомневается, что Цвельф заключил какой-то договор с Гданираком.
За исключением Грависа, все мужчины издали стон, и на их лицах появились мрачные выражения при этой новости.
Гданирак был относительно небольшой страной, расположенной к северо-востоку от Фанорена. Тем не менее они не могли позволить себе игнорировать его из-за его географического положения на узкой полосе земли, граничащей с великими державами — Цвельфом, Фанореном и Франкуром. По сути, это было государство-наёмник, основным экспортом которого была военная мощь, с связями с организацией крупных и сильных воинственных народов севера.
Гравис не изменил выражения лица, лишь побудил Алоиса продолжать.
— И на каких основаниях мой дядя так считает?
— Сэр, по словам канцлера, тайная полиция Франкура узнала, что с прошлой осени по этот год генерал Цвельфа Зберава посещал Гданирак трижды. С тех пор две главные дороги, ведущие из Франкура в нашу страну через Гданирак, регулярно перекрываются Гданираком.
— Как Франкур отреагировал на это?
— Сэр, Франкур отправил официального посланника с протестом. Однако Гданирак уклончиво отвечал на их доводы и не дал определённого ответа. Похоже, они ждут реакции от Франкура.
Лукас глубоко нахмурил брови.
— Означает ли это, что Гданирак действует по просьбе Цвельфа, пытаясь отделить Франкур от нашей страны?
Алоис кивнул на вопрос Лукаса.
— Если дороги через Гданирак будут закрыты, это оставит только две другие дороги между Франкуром и нашей страной. Оба этих маршрута очень окольные. Это определённо будет препятствием для любого подкрепления, отправленного из Франкура.
— Вандаррен… Этот хитрый ублюдок.
Мужественное лицо Лукаса исказилось, когда он произнёс имя короля Цвельфа.
— Вандаррен проводит чистку всех умеренных, и сколько лет прошло с тех пор, как он из лишённого наследства кронпринца стал новым королём? Почти три, да. Это могло бы аннулировать договор, но до тех пор Цвельф выплачивал нам репарации в течение пятнадцати лет. Неужели у них в казне действительно есть деньги, чтобы расплатиться с Гданираком?
Мужчины на мгновение задумались над словами Лукаса.
— Дирк, что находится к востоку от Гданирака?
— А, понимаю.
Дирк немедленно хлопнул в ладоши от тихого вопроса Грависа.
— Вы имеете в виду, что они начали распространять это по региону?
— Простите, я не понимаю, к чему вы клоните. Что вы имеете в виду, Дирк?
Шульц обратился с этим вопросом к Дирку.
— Железо. Единственные месторождения железа на континенте находятся в Цвельфе, в нашей стране и в нескольких шахтах во Франкуре. Цвельф, обедневший из-за послевоенных репараций, имеет только одно средство зарабатывания иностранной валюты — это железо… За последние шесть лет или около того Цвельф прекратил экспорт железа, не так ли?
— И что? Разве они не сохраняют его для производства оружия на случай войны?
— Это тоже, но, как только что упомянул генерал-лейтенант, им нужна иностранная валюта. Без неё они не смогли бы расплатиться с Гданираком, государством-наёмником. Вспомните, что сказал его превосходительство.
— О боже…
Шульц наконец понял. Дирк кивнул.
— Гданийское море, к востоку от Гданирака, является домом для островов Ястанья. О том регионе на континенте мало информации, но это многонациональная страна, веками охваченная конфликтами. Вероятно, именно там они получают финансирование, бессовестно распространяя железо — материал для оружия… Звучит достаточно правдоподобно, не так ли, сэр?
Гравис одобрительно кивнул своему заместителю, ранее известному по Генеральному штабу.
— Скорее всего. Возможно, что, проходя через Гданирак, который преуспевает в производстве оружия, они экспортируют железо, готовое к бою. Гданирак тоже выигрывает от этой сделки.
Ответ Грависа заставил всех застонать.
— Цвельф всё продумал. Было бы подозрительно предпринимать какие-либо шаги в пределах континента, но обратить своё внимание на конфликт в Ястанье, где государственная политика в лучшем случае неоднозначна, с помощью Гданирака… Алоис, был ли другой реальный ущерб для Франкура?
— Да, сэр. Было несколько столкновений в самом порту Гданийского моря.
Гравис кивнул. На его лице не было заметно особого выражения, но глаза пронзительно блестели.
— Тогда мы правы. Цвельф получил средства, чтобы работать с Гданираком. И мы можем быть уверены, что они заключили с ними контракт.
В кабинете повисло гнетущее молчание.
— Лукас.
В глазах Лукаса появился угрожающий блеск.
— Да, сэр.
— Восемнадцать лет прошло с последней войны. К счастью, с тех пор наша страна не пережила серьёзных конфликтов. Многие из наших солдат в поле, вероятно, ничего не знают о ведении войны. Вызовите командира каждого подразделения. Убедитесь, что они смогут держаться в реальном бою.
— Да, сэр.
Двое мужчин посмотрели друг на друга и кивнули.
— Начните с горных войск на северо-западе страны и Цвайлинка. И разверните войска вдоль торгового пути во Франкур, чтобы обеспечить безопасность в любое время. Вы можете усилить свои силы, если увидите необходимость. Получите средства для усиления из Дворца финансов через Гинтера. Я доверяю вам дальнейшее ведение дел.
— Да, сэр. Сколько времени, по вашему мнению, у нас будет на подготовку?
Гравис перевёл взгляд на Дирка.
— Дирк, когда, по твоим ожиданиям, они нападут?
Адъютант состоял в Генеральном штабе до своего назначения заместителем Грависа, и он начал анализировать собранную информацию и новости, принесённые его коллегой.
— Самое раннее — этой осенью. Возможно, нам следует отнестись к этому с большей срочностью. Они должны ждать, пока сойдёт снег, так что следующая весна более вероятна.
— И каковы твои доводы?
— Во-первых, военная мощь Цвельфа. Даже если мы оценим её выше, чем изначально, она составит самое большее две трети нашей военной мощи. Король Вандаррен не глуп. Он никогда не начал бы вторую войну, если бы его армия была недостаточной. И он не стал бы использовать Гданирак только для того, чтобы задержать Франкур. Они должны хотеть, чтобы они участвовали в войне против нас. С другой стороны, Гданирак — страна-наёмник, и её главная ценность — деньги, но, как и следовало ожидать, они должны быть осмотрительны, чтобы не нажить врагов в лице нашей страны и Франкура, двух крупнейших держав континента.
Дирк красноречиво объяснял это, прижав палец к подбородку, словно говоря сам с собой.
— И король — или, скорее, вождь Гданирака, насколько мне известно, очень злой и жадный человек. Он попытается вести переговоры с Цвельфом, поднимая цену. Моя вторая причина: даже если их сделка будет заключена, они не выберут поход в горы зимой, учитывая, что им придётся наращивать армии и проводить дальнейшие приготовления. Следовательно, они должны объявить войну следующей весной. Однако если им каким-то образом удастся получить специальное финансирование, вполне возможно, что они нападут уже этой осенью.
Гравис кивнул.
— Это точная оценка. Вам следует работать с канцлером и Генеральным штабом, чтобы собрать доказательства. Алоис будет работать с Франкуром. Мы должны подготовиться к осени.
— Да, сэр.
Генерал, теперь более напряжённый, чем прежде, устремил свои тёмные, звёздные глаза на остальных мужчин.
— Вы должны быть готовы. Если Цвельф нападёт с помощью Гданирака, на этот раз первая искра упадёт на Цвайлинк.
Когда остальные ушли, Гравис приказал Дирку вызвать Сашу.
— Сэр, я слышал, вы хотели меня видеть… О, Алоис, ты вернулся из Франкура. Добро пожаловать назад.
— Доктор Саша.
Саша встал перед столом:
— Итак, что я могу для вас сделать?
— Саша, я отправляюсь в Брунгвурт. Мне нужно кое-что обсудить с маркграфом.
— Ах, я вижу, у Алоиса были для вас новости… Но почему вы отправляетесь туда лично, сэр?
— Это далеко отсюда. Эффективнее поехать туда самому. На данный момент я намерен так и поступить.
Умный Саша сразу догадался, почему Гравис отправляется на границу.
— Понимаю… Значит, это наконец происходит. И меня снова завалят работой. Право слово, я бы хотел, чтобы вы лучше относились к своим старшим.
Ворча с неудовольствием, военный врач выказал своего рода смирение и дерзкое неповиновение.
Однако в следующий момент он был удивлён словами своего начальника.
— Кроме того, я скажу маркграфу, что мы позаботимся о Леорино во Дворце обороны. Вам следует как можно скорее организовать встречу с его старшим сыном и убедить его. Я уже упоминал об этом ему на днях.
— Эм, ваше превосходительство? Я просил об этом, но… Вы были так осторожны раньше. Не слишком ли это внезапно?
Но Гравис не чувствовал необходимости объясняться. Он посмотрел на Дирка, словно внезапно вспомнив что-то.
— Почему Леорино плакал в ту ночь?
— Ха… Хм, я и сам до сих пор не уверен. Я не припоминаю, чтобы говорил ему что-то особенное, что могло бы заставить его плакать.
— Объясни ещё раз, о чём вы говорили.
Дирк вспомнил свой разговор с Леорино.
Тогда у него были неприятности из-за того, что Саша неверно истолковал ситуацию и решил, что Дирк довёл Леорино до слёз, сделав с ним что-то неподобающее.
— Я помню, что рассказал ему, как после выпуска поступил в армию, был назначен в Генеральный штаб, а несколько лет назад стал заместителем его превосходительства. А потом, не успел я опомниться, Леорино уже плакал крупными слезами.
Саша наклонил голову.
— Что, и всё, о чём вы говорили? Но какое отношение личная история Дирка может заставить его плакать?
— Верно? Мой вопрос точно такой же.
Сомнения Саши были вполне обоснованны. Дирк в замешательстве почесал голову.
— О чём ещё вы говорили?
— Дайте вспомнить… Ах да. Я рассказал ему о своём покойном брате и о том, что он был стражником его превосходительства, когда они были студентами.
Чёрные волосы его начальника слегка колыхнулись. Дирк почувствовал перемену в его выражении и быстро извинился.
— Простите, мне не следовало этого делать…
— Нет, я не против. Итак, Леорино что-нибудь сказал?
— Нет, ничего. Он просто… плакал.
— Понятно...
Дирк вспомнил тот момент.
Да. Дирка поразили глаза цвета зари, которые выглядели точно так же, как глаза его покойного брата, — луч зари, застывший в индиговом сумраке.
Он взглянул на своего начальника.
Дирк заметил. Он редко слышал, чтобы его начальник упоминал его брата, но, проведя с ним так много времени, он мог сказать. Присутствие его брата было особенным для Грависа. Гравис всё ещё цеплялся за его брата так, что это нельзя было назвать простым сожалением. Присутствие его брата всё ещё было выгравировано в его сердце.
Но как были связаны недавнее решение Грависа и причина, по которой Леорино плакал в ту ночь? Даже проницательный Дирк не мог сказать. Поэтому он должен был спросить.
— Какое отношение поведение Леорино в ту ночь имеет к решению отправить его на работу во Дворец обороны именно в это время?
Генерал всегда был усталым от мира и никогда не показывал особых эмоций, но он вёл себя странно с тех пор, как в его жизни появился этот молодой человек.
После мгновения молчания Гравис ответил:
— В любом случае, мальчик останется с нами на некоторое время. Ты слышал это, Саша? Я рассчитываю на тебя.
— Подождите, пожалуйста. Мы должны сначала сказать Леорино.
Гравис уставился в пустоту своими тёмными, светящимися глазами.
— Не нужно. Каковы бы ни были его намерения, я решил держать его в поле зрения.
— Сэр!
— Это приказ. Вы должны подчиниться.
http://bllate.org/book/13977/1726898
Готово:
