Готовый перевод Back to Three: The Villain's Second Childhood / Главному злодею снова три с половиной года [❤️] ✅: Глава 57. Корпорация X

Лу Ао швырнул документы со стола, вскарабкался с помощью рук и ног на сидение своего кресла босса, встал на него, упёр одну руку в бок, а другую устремил в небо и громогласно объявил:

— Я не маленькая коровка-попрыгунчик, я молодой лев — господин генеральный директор!

Цзян Чжиюй, напуганный его напором, отступил на два-три шага назад и был подхвачен Лу Синъюанем.

— Муженёк.

Вслед за этим Лу Ао с молочным оттенком в голосе гневно рявкнул:

— Цзян Чжиюй, Лу Синъюань! Как вы посмели обманывать меня!

Всё это время Лу Ао пребывал в трудноуловимом заблуждении. Он всегда считал, что коропорация, основанная Лу Синъюанем, называется корпорация «Лу», а основанная Цзян Чжиюем — корпорация «Цзян».

Чжоу Шо — корпорация «Чжоу», а Гу Юньфань — корпорация «Гу».

Поэтому, если в интернете не находится «Корпорация [Фамилия]», значит, сейчас всё иначе, чем в прошлой жизни, и они всего лишь мелкие частные предприниматели.

Но Лу Ао забыл, что холдинги можно переименовывать!

Можно назвать как угодно!

Учитывая природу Лу Синъюаня, чья голова забита романтикой, в этой жизни он познакомился с Цзян Чжиюем рано, рано влюбился, рано женился. Разве мог он назвать свою корпорацию «Лу»?

Он непременно унаследовал бы славную традицию бабушки с дедушкой и назвал бы корпорацию как-нибудь вроде «Син Юй», «Чжи Юань»...

Ююань… юйюань, юйвань, белые рыбные шарики, мягкие и упругие, деликатес, который Гу Бай привёз с побережья, очень вкусные в супе...¹

Примечание 1: 鱼圆 (yúyuán), 鱼丸 (yúwán): Рыбные шарики/фрикадельки. Популярное блюдо китайской кухни, особенно в прибрежных регионах и на Тайване. Изготавливаются из рыбного фарша, часто с добавлением крахмала, имеют упругую, "жевательную" текстуру. Подаются в супах, горячих горшочках или жареными.

Думая об этом, он вдруг проголодался...

Короче говоря, названия такого любовного типа!

Лу Ао никак не мог сообразить и всё искал в интернете корпорацию «Лу».

Как он мог найти?

Тут Цзян Чжиюй, притаившийся в объятиях Лу Синъюаня, робко проговорил:

— Аоао, это не «Юй Юань» и не «Чжи Юань», а...

Лу Синъюань подхватил:

— Это Чжисин, корпорация «Чжисин».²

Примечание 2: 知行, Zhīxíng — Знание и Действие.

Вот же оно, так и есть!

Лу Ао поднял левую руку, намереваясь поискать корпорацию «Чжисин» на своих часах. Но Цзян Чжиюй протянул руку и подтолкнул лежащие на столе документы в его сторону:

— Не ищи, вот здесь есть отчёт о доходах, он подробнее.

— Вы оба — большие обманщики, я сейчас верю только моему генеральному ассистенту! Хм!

Едва он договорил, как его часы отозвались:

— Властный генеральный директор, я здесь.

— Найти корпорацию «Чжисин».

— Хорошо, ищу для вас...

Часы почти сразу отреагировали и монотонным электронным голосом зачитали:

— Корпорация «Чжисин», полное название корпорация «Чжисин Технолоджи»...

Цзян Чжиюй и Лу Синъюань сжались в объятиях друг друга.

— ...является глобальной компанией, специализируется на научных исследованиях и разработках, принимала участие в проекте разработки ракеты XXX...

Молодые супруги сжались ещё сильнее.

— ...в апреле этого года корпорация «Чжисин» успешно приобрела холдинг «Уайт», став лидером в технологической отрасли...

Лу Ао медленно поднял голову, глядя на Цзян Чжиюя и Лу Синъюаня. Те крепко обнялись, почти свернувшись в комок.

Уже при первой фразе Лу Ао почувствовал невиданное прежде чувство узнавания.

Это же точь-в-точь корпорация «Лу» из прошлой жизни! Основной вид деятельности тот же, проекты, в которых участвовали, те же, даже названия проектов идентичны.

Апрель этого года… разве не тогда он переродился? Он болел, лежал в больнице, Цзян Чжиюй водил его по врачам и всё время был рядом.

А Лу Синъюань появился только поздно вечером, весь запыхавшийся и запылённый с дороги.

Выходит, тогда Лу Синъюань как раз и был занят приобретением зарубежной компании, потому и опоздал.

После этого случая Лу Синъюань больше не уезжал. Потому что он уже довёл свою группу компаний до вершины могущества, и дел у него больше не осталось.

Даже когда Лу Синъюань присматривал за супермаркетом, он частенько смотрел документы на телефоне.

Умная головёнка Лу Ао быстро сложила все факты в единую картину.

— Вы действительно меня обманывали! — сжав кулачки, Лу Ао непроизвольно задрожал всем своим маленьким тельцем, и он громко выкрикнул свой упрёк: — Мы ведь вовсе не супермаркетом занимаемся! Дома ведь полно денег! А вы ещё заставили меня быть управляющим супермаркета, смотреть, как я каждый день подсчитываю и записываю расходы, как маленький глупыш, высчитываю каждую копеечку, коплю деньги для семьи! Вы меня обманули!

Цзян Чжиюй и Лу Синъюань почувствовали неладное, медленно разомкнули объятия и, серьёзно глядя на Лу Ао, сделали к нему пару шагов:

— Аоао, папа и большой папа…

— Вы слишком уж перегнули палку! — громко крикнул Лу Ао, а затем поскользнулся, и весь малыш грохнулся назад.

Цзян Чжиюй и Лу Синъюань тут же кинулись вперёд, чтобы поймать его. Но Лу Ао с шумом плюхнулся в кресло директора, его попка пару раз подпрыгнула на упругом сиденье — похоже, не ушибся. Он громко фыркнул:

— Хм! — и отвернулся, усиленно заморгав. Слёзы ему сдержать удалось, но покрасневшие глазки скрыть было не под силу.

Вот гады! Цзян Чжиюй и Лу Синъюань — противные врединки!

Они всё это время смеялись над ним! Он никогда им этого не простит!

Гу Бай был прав: важнее, чем наличие денег в семье, для него было другое…

Цзян Чжиюй и Лу Синъюань его ОБМАНЫВАЛИ!

Как они могли его обманывать? Как они ПОСМЕЛИ его обманывать?

Он уже понемногу начинал им доверять, а они обманывали его с самого начала!

Цзян Чжиюй протянул обе руки, чтобы подхватить Лу Ао.

Но Лу Ао яростно дёрнулся всем своим маленьким тельцем, решительно стряхнув его руки.

Не надо! Он всё ещё злится, не надо его обнимать!

Цзян Чжиюю ничего не оставалось, как убрать руки. Он придержал кресло директора, в котором сидел Лу Ао, и присел перед ним на корточки, глядя прямо в глаза:

— Аоао, прости, пожалуйста, это папа и большой папа виноваты.

Лу Синъюань, последовав за ним, притащил маленький стульчик и подал Цзян Чжиюю, чтобы тот сел:

— Прости.

Увидев, что Лу Ао не реагирует, Цзян Чжиюй осмелился лишь протянуть один пальчик и легонько ткнуть его в пухлую ручку:

— Аоао?

Лу Ао, словно от удара током, мгновенно отдёрнул ручку и прижал её своей попкой.

Не обнимать и не трогать!

Он даже крепко сжал свой маленький ротик, отказываясь разговаривать.

— Папа и большой папа действительно тебя обманули, но… но у нас были причины скрывать свои имена и осесть здесь, открыв супермаркет. И мы не специально тебя обманывали. Эту группу компаний мы скрываем от всех, даже бабушка с дедушкой не знают. Мы как раз собирались рассказать тебе, когда ты немного подрастёшь.

Цзян Чжиюй объяснял и при этом без остановки тыкал пальчиком в его пухленькую ручку. Лу Синъюань, хоть и был немногословен, последовал примеру своего муженька и тоже начал тыкать.

Тык-тык, словно муравьишки ползали по коже, эти тычки щекотали ручку Лу Ао, а заодно и заставляли его маленькое сердечко трепетать. Оба выглядели предельно искренне и до жути жалко.

Он по-прежнему отворачивал головку, но тихонько спросил:

— Какие причины?

— Потому что… — Цзян Чжиюй подвинул свой стульчик поближе к нему, — папа и большой папа хотели защитить тебя, защитить себя и защитить нашу семью.

Лу Ао инстинктивно широко раскрыл глаза, встретившись с серьёзным взглядом Цзян Чжиюя. Он повернул голову и так же встретил строгий взгляд Лу Синъюаня. Лу Ао невольно сжал кулачки, его маленькое сердечко застучало: тук-тук, тук-тук.

Неужели… они тоже что-то знают?

Цзян Чжиюй взял его ручку в свои и продолжил:

— Папа и большой папа, дядя Гу и дядя Чжоу — мы скрыли свои имена и приехали в этот маленький город, чтобы защитить наши семьи. Папа и большой папа открыли супермаркет, чтобы было чем заняться, иметь здесь легальный статус, а не чтобы смеяться над тобой. Мы открыли этот магазин ещё до твоего рождения. Пусть супермаркет приносит не так уж много денег, но мы относимся к «Всё под Небом» как к очень важному, архиважному делу, а не как к чему-то несерьёзному. Эти несколько месяцев ты был управляющим супермаркета и справился прекрасно, просто замечательно. Ты хотел копить деньги для семьи, и папа с большим папой были очень тронуты, мы ни в коем случае не смеялись над тобой. Папа клянётся Небом, — Цзян Чжиюй поднял правую руку, и в его голосе звучала полная серьёзность.

— И большой папа клянётся, — Лу Синъюань тут же подхватил, тоже подняв руку.

Лу Ао сделал два глубоких вдоха, его пухлая грудка вздымалась, и он снова спросил:

— Тогда почему вы мне не сказали?

Разве они не одна семья? Разве он не заслуживает доверия?

Неужели… неужели он глупый?

— Потому что… — Цзян Чжиюй снова ткнул его в ручку, — потому что ты ещё слишком мал, папа и большой папа думали…

— Я просто маленький, но я не глупый! — громко возразил Лу Ао. — Я ведь понимаю человеческую речь!

Лу Синъюань тихо пробормотал:

— Раньше ты действительно не понимал…

Цзян Чжиюй тут же толкнул его локтем, заставляя замолчать.

— Аоао совсем не глупый, Аоао — маленький гений, Аоао всё знает. Это папа и большой папа ещё не придумали, как тебе сказать. Мы не знали, как тебе объяснить, поэтому думали несколько месяцев. Ещё мы боялись, что после перемен в жизни могут случиться неприятности, поэтому тянули и не рассказывали.

Вот это уже больше похоже на правду.

Объяснение Цзян Чжиюя было приемлемым, отношение Лу Синъюаня тоже сойдёт.

Комок гнева в сердце Лу Ао немного уменьшился.

— Прости нас, пожалуйста. Папа и большой папа сейчас расскажут тебе всё-всё о нашем финансовом положении, покажут доходы и расходы семьи. Ты можешь выбрать любой детский сад, который тебе понравится, мы сделаем всё возможное.

Но Лу Ао заявил:

— С детским садом разберёмся позже, мне ещё нужно подумать.

— Ох, тогда сейчас…

— Я вас ещё не до конца простил! — громко заявил Лу Ао.

Как только эти слова прозвучали, маленькая парочка поняла: Лу Ао, по сути, уже простил их. Цзян Чжиюй нарочно спросил:

— Тогда что же должны сделать папа и большой папа?

Лу Синъюань невозмутимо произнёс:

— Угостить тебя десятью пачками «МиМи».

— Недостаточно!

Это было «недостаточно», а не «не надо». Поэтому Цзян Чжиюй повысил ставку:

— Тогда ещё угощу тебя двумя ледяными трубочками Ванван. Нельзя съесть две сразу, растяни на два дня.

— Всё равно недостаточно!

— Тогда сводим тебя поесть жареные шашлычки на палочках?

— Опять недостаточно!

Цзян Чжиюй поднялся и, глядя на него сверху вниз, доброжелательно предупредил:

— Лу Аоао, не зарывайся слишком уж.

Лу Ао снова поднялся в своём кресле директора и громко заявил:

— Я хочу Феррари!

— Тебе всего четыре года, разве ты сможешь водить Феррари? — нахмурился Цзян Чжиюй. — К тому же, хоть у нас и есть деньги, но так нельзя просто…

Лу Синъюань спокойно заметил:

— Муженёк, полагаю, сын хочет «Фэ-Ню-Ли»³.

Примечание 3: 法拉利 (Fǎlālì) vs 法扭利 (Fǎ niǔ lì). 法拉利 (Fǎlālì): Транслитерация бренда Ferrari, роскошного спортивного автомобиля. 法扭利 (Fǎ niǔ lì): Вымышленное название, придуманное Лу Синъюанем. «Ню» (扭) означает «крутить», «вертеть» и является отсылкой к 扭扭车 (niǔ niǔ chē) – популярной детской игрушке-каталке (часто называемой «толокар» или «машинка-каталка»).

— Именно так! — Лу Ао упёр руки в бока, выпятил пузико и торжественно объявил. — Вы такие богатые, вот я, малыш, и требую новое транспортное средство.

— Это можно, купим. — Цзян Чжиюй протянул к нему руки. — Теперь можно простить папу и большого папу?

— Пожалуй, ладно.

Лу Ао стоял на стуле без движения. Цзян Чжиюй просто подхватил его на руки и потискал его ручку:

— Рука под попкой лежала, аж отпечаток остался.

— Это вы виноваты.

Цзян Чжиюй, держа его на руках, направился к выходу из кабинета:

— Уже так поздно, быстренько возвращаемся спать. Ты один, малыш, сбежал? И одежду не надел. А сяо Бай где?

— Сяо Бай спит у меня в комнате, — ответил Лу Ао. — Я тоже почти уснул, как вдруг меня осенило: я догадался, как вы могли назвать свою корпорацию! Вот и встал.

— Ну ты и умница, да.

— Конечно!

Семейная троица подошла к дверям комнаты. Лу Синъюань открыл дверь. Действительно, маленькая фигурка лежала на кровати — Гу Бай сладко спал. Цзян Чжиюй сделал «тссс» и прошептал:

— Тогда потише, не будем будить сяо Бая.

— Угу.

Он на цыпочках вошёл, уложил Лу Ао на кровать и накрыл его пледом:

— Ладно, папа и большой папа не будут тебя похлопывать сегодня, засыпай сам.

— Ага.

Цзян Чжиюй и Лу Синъюань уже собирались уходить, как вдруг маленькая ручонка высунулась из-под одеяла и ухватилась за их рукава. Юная парочка обернулась. Лу Ао заявил:

— Последний вопрос.

— Мм?

— Почему корпорация называется «Чжисин»? Почему там нет моего имени?

Цзян Чжиюй рассмеялся:

— А как ты хотел бы? Чтобы называлась «Чжисин Ао Групп»? Или «Чжисин Цзай Групп»?

Лу Синъюань тихо добавил:

— Потому что тогда ты ещё не родился.

Лу Ао нарочно спросил:

— Даже если я не родился, разве вы не знали моего имени?

Маленькая парочка замешкалась:

— Откуда нам было знать?

Лу Ао сказал:

— Вы точно знали.

Он улыбнулся, подтянул одеяло и укрылся.

Цзян Чжиюй серьёзно произнёс:

— Папа и большой папа так поступили, чтобы защитить тебя. Если бы плохие люди узнали, что в корпорации есть малыш, и похитили тебя — что бы мы тогда делали?

Если бы сюжет засёк, что в группе компаний есть маленький антагонист, и его «похитил» — что бы тогда было? Чтобы защитить Лу Ао, Цзян Чжиюй и Лу Синъюань использовали свои собственные имена для названия группы компаний и спрятали Лу Ао за спиной, надёжно и крепко укрыв его.

Цзян Чжиюй улыбнулся:

— Когда ты подрастёшь, мы передадим тебе группу компаний. Сможешь переименовать её как захочешь, ладно?

— Угу.

— Спокойной ночи.

Цзян Чжиюй и Лу Синъюань развернулись и вышли.

Дверь закрылась. Во тьме Гу Бай тихонько открыл глаза:

— Аоао, ты вернулся?

— Вернулся, — Лу Ао шмыгнул носом. — Цзян Чжиюй и Лу Синъюань извинились вполне прилично, так что я их уже простил.

— Здорово!

— Они сказали, что дадут мне десять пачек «Мими». Я поделюсь с тобой пятью.

— Ура! — тихо воскликнул Гу Бай.

— И я узнал их секрет.

— Какой? — с любопытством спросил Гу Бай.

— Это… — Лу Ао сделал паузу, — пока не могу тебе сказать.

— А ты не мог бы использовать этот секрет, чтобы выпросить побольше «Мими»?

— Не хочу, — Лу Ао задорно болтал под одеялом своими коротенькими ножками. — Этот секрет — ого-го какой важный, больше самого неба. Расскажешь — у всех от страха душа в пятки уйдёт.

Хоть папа и большой папа прикрывались мастерски, Лу Ао всё же маленький гений! Он по мельчайшим деталям мог обнаружить любые нестыковки и сложить их в единую картину. Он был уверен — он раскрыл самый-самый главный секрет папы и большого папы!

Лу Ао покачивал своей маленькой ножкой, весь такой самодовольный и важничающий.

***

Цзян Чжиюй и Лу Синъюань уже успели принять душ и, вернувшись в спальню, рухнули на кровать.

— Наконец-то мы всё выяснили, — сказал Цзян Чжиюй. — Помнишь, Аоао говорил, что больше всего ненавидит, когда его обманывают? Я так переживал, чуть не умер от страха.

Лу Синъюань протянул руку и погладил его по груди:

— Лу Ао очень умный. Он всё знает.

— Конечно же! — тон Цзян Чжиюя был точь-в-точь как у Лу Ао. — Унаследовал интеллект своего папы.

— Точно.

Цзян Чжиюй вывернулся из объятий Лу Синъюаня и потянулся за телефоном:

— Посмотрю-ка на «Фэ-Ню-Ли» для Аоао.

Лу Синъюань взглянул на свои опустевшие руки:

— Муженёк, уже поздно.

Цзян Чжиюй обернулся:

— Тогда завтра, пусть Аоао сам выберет?

— Угу.

Цзян Чжиюй улыбнулся, отложил телефон, навалился на Лу Синъюаня, взял его лицо в ладони и звонко чмокнул в щёку:

— Спать.

— Спать, — повторил Лу Синъюань, натягивая одеяло на обоих.

Цзян Чжиюй прилип к нему, шевеля руками и ногами, подыскивая удобную позу. Вдруг Лу Синъюань почувствовал что-то неладное и потрогал его грудь:

— Рыбка, что это?

— Что? — Цзян Чжиюй тоже пощупал и вытащил из-под пижамы… сложенное полотенце.

Лу Синъюань нахмурился:

— Твой слюнявчик?

Цзян Чжиюй виновато улыбнулся:

— Это мой бронежилет.

— Бронежилет?

— Боялся, что Аоао как бык меня протаранит.

Цзян Чжиюй швырнул полотенце в сторону и крепче обнял Лу Синъюаня:

— Давай спать.

Прошло три секунды, прежде чем Лу Синъюань наконец сообразил и тихонько рассмеялся.

— Сяо Юй, и ты мне не сказал?

— Я же дал тебе пиджак надеть!

Только сейчас Лу Синъюань понял, почему этим вечером его сяо Юй настойчиво сунул ему его же пиджак и заставил надеть. Он-то думал, что Цзян Чжиюю захотелось «костюмного бандита».

Цзян Чжиюй, прильнув к его груди, нахмурился и строго посмотрел на него:

— О чём думаешь?

— Ни о чём, — Лу Синъюань слегка прокашлялся и крепче прижал его к себе. — Сяо Юй, спокойной ночи.

Цзян Чжиюй тоже устал и не стал допытываться, устроившись поудобнее в его объятиях:

— Спокойной ночи. Сегодня можно выспаться. А то в последнее время мне снилось, будто Аоао узнал, что мы богатые, мчался на нас и сбивал с ног.

— Я буду держать тебя крепко.

— Тогда нас собьют вместе.

В тишине ночи каждый счастливый дом, каждый счастливый человек погрузился в сон.

***

На следующий день…

— Одна пачка, две пачки, три пачки…

Лу Ао протянул маленькую ручку. Цзян Чжиюй и Лу Синъюань клали одну за другой пачки «Мими» ему в ладошку.

— Десять пачек. В знак извинения — ещё две, итого двенадцать.

— Благодарю.

— Десять пачек нельзя съесть за раз, а то ротик заболит. Уберу в ящик, будешь получать по две пачки в день.

— Ладно.

Лу Ао взял две пачки «Мими» и одну протянул Гу Баю.

Гу Бай радостно заулыбался:

— Спасибо, Аоао.

— Не за что.

Как раз в этот момент Чжоу Шо и Гу Юньфань пришли из соседнего дома:

— Сяо Бай, хорошо спал вчера у Аоао?

— Очень хорошо!

— Бегом собирайся домой. Папа и большой папа же говорили: сегодня мы идём смотреть детские сады.

— Ладно, — Гу Бай повернулся к Лу Ао: — Аоао, пойдёшь с нами? Тебе тоже скоро в садик.

Лу Ао глянул на Цзян Чжиюя и Лу Синъюаня и нарочно сказал:

— Не пойду. Я же маленький гений, мне в стране М надо учиться.

— А?..

Услышав это, Гу Бай совсем расстроился. Он тут же заявил:

— Папа, тогда я тоже не пойду! Я тоже поеду в страну М!

Чжоу Шо, всегда говорящий прямо, отрезал:

— Почему ещё в страну М? А почему не в страну Ф, страну Д или страну Т? А ну иди сюда! — Чжоу Шо протянул руку и, словно поросёнка, ухватил малыша.

— Не хочу! Не хочу я тут в садик ходить! Хочу с Аоао!

Гу Бай отчаянно вырывался, но не смог противостоять силе взрослого — его запихнули в маленькую зелёную машинку.

И тут же маленькая розовая машинка Лу Ао пропищала «бип-бип». Гу Бай обернулся и увидел: Лу Ао встал на цыпочки, открыл дверцу и сам забрался внутрь.

Глаза Гу Бая загорелись, он радостно закричал:

— Ура, Аоао тоже едет!

Он громко крикнул:

— Аоао, мы будем ходить в один садик!

Лу Ао, устроившись в детском кресле, тоже громко парировал:

— Я только посмотреть! Ещё не решил!

— Вперёд!

Водители нажали на газ, и розовая и зелёная машинки тронулись одновременно.

Современные детские сады, чтобы привлечь воспитанников, обычно разрешают родителям с детьми приходить на экскурсии, а иногда даже выделяют сопровождающего воспитателя. Две семьи решили за одно утро объехать все садики в городе, чтобы малыши сами выбрали.

Через пять минут они прибыли в ближайший к улице Юнъань детский сад.

Это был государственный детский сад с долгой историей, работавший много лет. Территория была небольшой, но обстановка очень уютной.

На наружных стенах были нарисованы яркие картинки, на полу лежал мягкий ковёр, всевозможных игровых площадок и игрушек было очень много.

Воспитательница вела их. Лу Синъюань держал за руку Цзян Чжиюя, Цзян Чжиюй держал за руку Лу Ао, и семья шла вперёд.

— Уважаемые родители, посмотрите, впереди у нас актовый зал детского сада. Здесь проходят церемонии приёма малышей, выпускные для старших групп, а также праздничные концерты на Первое июня и Новый год.

Лу Ао повернул голову к большой фотографии на стене. Воспитательница улыбнулась:

— Это фотографии с мероприятий, которые проходили в нашем саду за все годы. Нравится малышам?

— Угу, — отозвался Лу Ао, уставившись на одну фотографию, где два малыша с румяными щёчками в цветочных головных уборах подмигивали в объектив.

Цзян Чжиюй прикрыл ему глаза и увёл:

— Аоао, чего уставился на людей? Не смотри!

Они просто обошли садик по кругу и вышли. Гу Бай был в восторге:

— В следующий!

Но Лу Ао заявил:

— Не надо.

— А? — Гу Бай опечалился. — Аоао, разве ты не хочешь ещё посмотреть?

— Не хочу. Я уже решил.

— Что ты решил?

— Я решил, что пойду в этот детский сад!

Лу Ао скрестил ручки на груди, задорно поднял подбородок и уверенно посмотрел на Цзян Чжиюя и Лу Синъюаня. Выражение лица Цзян Чжиюя стало сложным:

— Не хочешь ещё подумать?

— Не хочу, — твёрдо ответил Лу Ао.

Папа и большой папа думали, что он не догадался, а он всё понял сразу! Те два малыша на фото, изображавшие цветы, — это же Цзян Чжиюй и Лу Синъюань! Этот детский сад — тот самый, куда ходили папа и большой папа!

Лу Ао оглянулся на вывеску:

— «Маленькое Солнышко»! Вот этот и точка!

http://bllate.org/book/13911/1225920