Семейные активы, оставшиеся на плаву:
Отдельный дом: x1
Небольшой супермаркет: x1
Денежные средства: ??? (Неизвестное количество)
Сегодняшний доход: 2 юаня (продана 1 мочалка + 1 пачка «Ми-ми»)
Сегодняшние расходы: 2.5 юаня (папа в одиночку умял целых пять пачек «Ми-ми»!)
Установленный факт: На каждую проданную пачку закусок папа съедает пять пачек (закон «Продал одну – съел пять»).
Вопрос: Что закончится раньше – товары в магазине или папин аппетит? При начальном денежном балансе ноль и отсутствии других источников дохода, через какое время супермаркет объявит о банкротстве?
Лу Ао сидел на маленькой табуретке у входа в магазин, загибал пальчики и старательно производил расчёты.
Цзян Чжиюй сидел рядом, хрумкая «Ми-ми»:
— Аоао, о чём это ты задумался? Опять превратился в «кислого малыша»?1
Примечание 1: 小话梅 (xiǎo huàméi): Буквально «маленькая сушеная/соленая слива». Цзян Чжиюй уже говорил это Лу Ао, когда они были в больнице.
Лу Ао повернулся и уставился на него без тени улыбки.
Хочешь хорошую новость?
Уже через год мы всей семьёй сможем отправиться на бесплатный шведский стол с неограниченным запасом северо-западного ветра!2
Примечание 2: 无限畅饮西北风 (wúxiàn chàngyǐn xīběi fēng): Идиоматическое выражение, буквально: «неограниченно пить (как напиток) северо-западный ветер». Это саркастичный и распространенный способ сказать «жить в крайней нищете», «голодать», «не иметь денег даже на еду».
Цзян Чжиюй почувствовал под этим взглядом мурашки по коже и, проявив понимание, протянул ему одну палочку:
— Аоао, чего это ты так смотришь на папу?
Лу Ао шлёпнул его по руке:
— Доешь эту пачку – и хватит.
— А? Почему? — удивился Цзян Чжиюй.
Лу Ао не ответил. Он лишь подпёр голову рукой и молча устремил взгляд вдаль.
Эх, властный генеральный директор в раздумьях.
В сюжете из прошлой жизни, когда говорили, что «папа постоянно кутит и развлекается на стороне», неужели имелось в виду, что Цзян Чжиюй постоянно тайком объедался закусками?!
Кутить и развлекаться — ❌
Объедаться и запивать — ✅3
Примечание 3: Лу Ао тоже любит игру слов. 花天酒地 (huā tiān jiǔ dì) vs 吃天喝地 (chī tiān hē dì):
— Сяо Юй, иди пить воду. Лу Ао, ты только что выздоровел и уже ешь «Ми-ми». Выпей эту чашку воды, выведи излишний жар.
Лу Ао обиженно поднял голову и выдвинул обвинение:
— Лу Синъюань, ты несправедлив! Я съел всего полпачки, а папа умял целых пять! И ты его даже не ругаешь!
Лу Синъюань нахмурился, помолчал мгновение и наконец произнёс:
— Лу Ао, прошу, выпей воды.
— Вот это другое дело. Спасибо, — Лу Ао взял из его рук свою кружку-непроливайку и начал с шумом потягивать воду через трубочку.
Цзян Чжиюй рассмеялся, подвинул свободный стульчик к себе и похлопал по сиденью:
— Муженёк, садись, прошу.
Троица уселась рядком у входа в магазин, держа в руках свои именные кружки, и даже воду они пили синхронно.
Лу Ао устремил задумчивый взгляд вдаль, прямо перед собой, и произнёс с назидательной интонацией:
— Лу Синъюань, в обычное время тебе нужно следить за своей женой, понимаешь?
Лу Синъюань нахмурился:
— Что ты сказал?
Лу Ао продолжил:
— Цзян Чжиюй может съедать только три пачки закусок в день. Сегодня он уже серьёзно превысил лимит, поэтому завтра ему можно только одну. Лу Синъюань, не забудь его проконтролировать.
Цзян Чжиюй тоже нахмурился:
— Кто это постановил?
— Я постановил!
Лу Ао поставил опустевшую кружку в сторону, изо всех сил оттолкнулся своими коротенькими ножками и с грохотом спрыгнул со стульчика.
Он упёр руки в бока, выпятил маленькую грудь, взмахнул ручонкой и громко провозгласил:
— Вы двое совершенно не умеете вести бизнес! С сего дня семейное предприятие переходит под мой полный контроль!
— Ты, — Лу Ао указал на Цзян Чжиюя, — должен просто следить за своим ртом.
— А ты, — Лу Ао повернулся к Лу Синъюаню, — должен просто следить за ртом своего мужа.
Лу Синъюань молча размышлял секунды три, затем протянул руки и взял лицо Цзян Чжиюя в свои ладони. Цзян Чжиюй охотно подыграл, вытянул губы трубочкой и с улыбкой приблизился к нему.
Их взгляды встретились, наполненные нежностью.
Губы юных супругов были словно магниты — стоило на секунду отвлечься, как они уже прилипали друг к другу.
Лу Ао в ужасе закричал:
— Я же просил тебя приглядывать за ротиком твоего мужа, а не чтобы вы оба чмокаться!
Цзян Чжиюй нарочито наивно ответил:
— Ты же просил большого папу присмотреть за папиным ротиком? Вот мы и присматриваем как следует.
Лу Ао протянул ручонку: одну ладошку он засунул между папой и большим папой, а другой прикрыл глазки. Его маленькое личико залилось румянцем:
— Детям не положено такое видеть! Я же ещё несовершеннолетний малыш! Нельзя чмокаться при малыше!
— Ладно уж, — сказал Цзян Чжиюй.
Он переглянулся с Лу Синъюанем, затем быстро поцеловал ладошку Аоао, которую тот засунул между ними.
Лу Синъюань последовал его примеру, тоже наклонился и легонько коснулся губами тыльной стороны детской ручки.
Тёплое и прохладное, нежное прикосновение длилось лишь мгновение.
— Ай! — Лу Ао дёрнулся, словно его обожгли, и «шмыг» — мгновенно спрятал руку за спину.
Его личико стало ещё краснее, весь малыш покраснел, будто сваренный крабик.
— Что вы делаете?! Зачем вдруг меня целуете?!
Цзян Чжиюй наивно заморгал:
— У папы и большого папы вдруг зачесались губки, нужно обязательно во что-нибудь чмокнуть, чтобы прошло. Раз ты не разрешаешь нам чмокаться друг с другом, придётся чмокать тебя.
— Это софистика! — Лу Ао ещё сильнее заёрзал руками за спиной. — Целуйте меня сколько угодно, всё равно я… я возьму управление супермаркетом на себя!
— Уверен? — спросил Цзян Чжиюй. — Папа и большой папа ведь ещё не…
Лу Синъюань прокашлялся, напоминая:
— Сяо Юй, не произноси это слово.
Цзян Чжиюй поправился:
— Мы ведь ещё не «г»4, а ты уже хочешь «узурпировать власть»?
Примечание 4: 嘎 (gā): Звукоподражание, часто используемое как эвфемизм для слова "умереть" (особенно в разговорной речи или при общении с детьми, "сыграть в ящик", "дать дуба"). Лу Синъюань не хочет, чтобы при малыше говорили прямо о смерти.
— Это не «узурпация власти»! Потому что я ещё маленький, вы, взрослые, пока остаётесь номинальными владельцами супермаркета, — Лу Ао говорил уверенно и обстоятельно. — Всё это — ради процветания нашей семьи! Я уверен, что смогу хорошо управлять супермаркетом! За месяц выведу его из убытков; за три месяца удвою прибыль; за полгода открою первый филиал; в течение года привлеку финансирование и выйду на биржу; за три года покорю Уолл-стрит и стану там первым волком!
Такой у него взгляд, смелость и решительность!
Цзян Чжиюй и Лу Синъюань переглянулись и снова спросили:
— Уверен?
Лу Ао ответил с полной уверенностью:
— Уверен.
Лу Синъюань спокойно произнёс:
— Раз ты так хочешь управлять супермаркетом, у папы и меня нет возражений. С сегодняшнего дня ты — исполнительный менеджер супермаркета.
— Однако перед этим папа и большой папа всё же хотят дать тебе одно наставление, — с серьёзным видом произнёс Цзян Чжиюй.
Лу Ао тоже невольно напрягся:
— Какое?
— Покупатели, приходящие в наш супермаркет, — все наши соседи. Ни в коем случае нельзя их обижать, нельзя становиться старым коварным и чрезвычайно хитрым торгашом!
— Не волнуйтесь, я ведь не стану…
Лу Ао не успел договорить, как Цзян Чжиюй указал на его пухлую ручонку:
— Но, Аоао, у тебя прямо сейчас «маленькое плечо чрезвычайно скользкое5.
Примечание 5: Я надеюсь, вам не надоели примечания, объясняющие каламбуры Цзян Чжиюя, потому что Цзян Чжиюй не собирается останавливаться.
В предыдущей реплике Цзян Чжиюй, говоря о “торгаше”, использовал идиому 老奸巨猾 (lǎo jiān jù huá): эта идиома описывает человека (часто пожилого) как крайне коварного, хитроумного, пронырливого и изворотливого.
А сейчас он произнёс фразу 小肩巨滑 (xiǎo jiān jù huá), которая созвучна с предыдущей идиомой: 老 (lǎo) "старый" заменено на 小 (xiǎo) "маленький", 奸 (jiān) "коварный/хитрый" заменено на омофон 肩 (jiān) "плечо", 巨猾 (jù huá) "чрезвычайно хитрый" заменено на тоже омофон 巨滑 (jù huá) "чрезвычайно скользкий".
Что за чепуха?
Лу Ао опустил взгляд.
На нём сегодня были комбинезон с лямками. А он только что стоял, уперев руки в бока, размахивал ручонками, и лямка комбинезона соскользнула с его плечика прямо на руку.
Вот что такое «маленькое плечо чрезвычайно скользкое».
Лу Ао с видом полного недоумения подтянул лямку обратно:
— Это совсем не смешно.
Маленькие мужья не успели ничего сказать, как сзади вдруг раздалось сдавленное:
— Пфффффффф!
Троица обернулась и увидела, что дедушка Чжан сидит за кассой, скрестив руки, и с самым невинным видом отводит взгляд.
Ладно, ладно. Он ничего не слышал и ничего не видел.
Цзян Чжиюй тихонько сказал:
— Дедушка Чжан, не надо сдерживать смех. Твои ухоженные усы на верхней губе так и дрожат. Тебе ведь тоже очень смешно, правда?
Дедушка Чжан потрогал свои аккуратно подстриженные усы над верхней губой и наконец сообразил, что же такое «верхняя губа»6.
Примечание 6: а тут Цзян Чжиюй создаёт несуществующее слово 上巴 / shàngba, пародия на 下巴 / xiàba — «подбородок». Букв. «верхний подбородок», т.е. место над подбородком, где растут усы — область над верхней губой (носогубный желобок/фильтр).
Он громко рассмеялся, и его голос зазвенел, как колокол:
— Ха-ха-ха! Господин, вы просто невероятно остроумны!
— Мой единомышленник! Оказывается, он был так далёк и так близок! — у Цзян Чжиюя загорелись глаза, и он буквально бросился на стойку кассы.
— Дорогой…
— Папа…
Отец и сын Лу попытались удержать его, но Цзян Чжиюй безжалостно их покинул.
Два человека, лишённых «бактерий юмора», временно впали в немилость.
***
Вернувшись из больницы, всё утро семья потратила на уборку и изрядно вымоталась.
К обеду сварили кастрюлю риса, пожарили тарелку зелёных овощей, затем сходили в соседнюю лавку утки по-пекински и купили одну утку да несколько колбасок. Потом заглянули к соседям через два дома, в закусочную с рыбной лапшой, и взяли порцию рыбного бульона — без лапши, только суп. И наконец сняли с полки супермаркета баночку тушёной свиной рульки.
Так и собрали «четыре блюда с супом»7.
Примечание 7: 四菜一汤 (sì cài yī tāng): Буквально: «четыре блюда, один суп». Традиционный стандарт полноценного приёма пищи в китайской культуре, особенно для семьи или при приёме гостей. Отражает достаток и заботу о здоровье.
Чтобы не отходить от магазина, семейство из четырёх человек разложило складной столик у входа в супермаркет и село обедать прямо на улице.
Лу Ао сидел на маленькой табуреточке, пытаясь детскими палочками подцепить огромную утиную ножку:
— Ииии… ваааааа!
— Хватит оперу разводить, — сказал Цзян Чжиюй. — Бери руками.
— Ни за что! — настаивал Лу Ао.
Лу Синъюань просто схватил утиную ножку и сунул ему в левую руку:
— Ешь.
Ладно уж, это ведь Лу Синъюань его заставил.
Кожа утки была хрустящей, подрумяненной и ароматной, а мясо внутри — плотным, волокнистым, и легко отделялось.
Лу Ао постепенно забыл о своих «боссовских» манерах за столом. Левой рукой он держал утиную ножку, правой сжимал ложку для риса. Чередуя укус утки с ложкой риса, он ел с большим аппетитом.
— И овощи нужно есть, — Цзян Чжиюй положил ему в тарелку зелени. — Обед сегодня так, на скорую руку. Вечером будем есть хого. Оставь кусочек утки, бросим её в хого, она там пропитается бульоном — попробуешь, как вкусно!
— Ладно…
Стоп.
Лу Ао замешкался и медленно поднял голову от тарелки с рисом.
Это он называет «на скорую руку»?!
Теперь понятно, почему мы разорились!
Коэффициент Энгеля8 зашкаливает за 200%! У Лу Ао есть все основания подозревать, что их семью разорил… папин аппетит!
Примечание 8: Коэффициент Энгеля — экономический показатель, показывающий долю расходов на питание в общих потребительских расходах семьи. Чем он выше, тем ниже уровень жизни (в развитых странах обычно ниже 20%, в бедных — выше 50-60%). Утверждение, что он достигает 200% — явное преувеличение.
Цзян Чжиюй вытащил салфетку, приподнял подбородок Аоао и заставил его закрыть рот:
— Что это за выражение лица? А? Ты разве не хочешь? Хрустящая утка в бульоне пропитается соком, откусишь — и хруст, и сок вместе. А ещё фудай с рыбьей икрой9. Откусишь — икра так и выскакивает, ищешь её языком и зубами, а она хрустит на зубах. А ещё тонко нарезанная говядина, едва опустишь в бульон — и готова. Ароматная, нежная, совсем не жёсткая…
Примечание 9: Популярный ингредиент для хого. Буквально: «мешочек удачи с рыбьей икрой». Представляет собой небольшой мешочек (часто из тофу, соевой кожи или даже рыбы), набитый рыбьей икрой. При надкусывании икринки «лопаются» во рту, создавая характерный хруст и ощущение.
Хочу есть.
Лу Ао потрогал уголок рта, проверяя, не потекли ли слюни.
Цзян Чжиюй нарочно спросил:
— Хочешь?
Лу Ао выпрямился и ответил солидно:
— Можно попробовать.
— Значит, хочешь? Отвечай честно.
— Ну… наверное, да…
— Тогда после обеда пойдёшь с папой и большим папой на рынок за продуктами.
— Угу.
***
После обеда Цзян Чжиюй собрался подняться наверх, чтобы вздремнуть.
Лу Ао категорически отказался спать. Он чувствовал себя полным энергии, и к тому же сегодня был его первый день во главе супермаркета — он хотел остаться, чтобы освоиться с работой.
Поэтому Лу Синъюань остался с ним. Он повёл Аоао на склад проверить остатки товаров и научил его работать с кассой.
Погода потихоньку становилась жарче. Послеполуденное солнце светило на зелёные деревья у входа в супермаркет и на тротуаре, рассыпая по красной плитке земли узор из золотистых теней.
Издалека доносилось тонкое стрекотание цикад. Цзян Чжиюй, укрывшись пледом, спал, раскинувшись на кровати на третьем этаже.
Лу Ао семенил коротенькими ножками, словно белочка, разыскивающая сокровища, снуя между стеллажами.
Лу Синъюань сидел, откинувшись на стуле за кассой, скрестив руки на груди, и отдыхал с закрытыми глазами. Время от времени он приоткрывал их, краем глаза следя за Аоао.
В четыре часа дня Цзян Чжиюй проснулся от дремоты. Потягиваясь и зевая, он спустился по лестнице, шлёпая тапочками.
— Аоао?
Цзян Чжиюй приоткрыл белую дверцу и просунул голову внутрь.
— Куда же подевались наши два «волка с Уолл-стрит»? Аууууу! — Цзян Чжию запрокинул голову и издал волчий вой.
Из-за стеллажа высунулась головка Лу Ао — маленького волчонка. Из-за кассы поднялся Лу Синъюань — большой волк.
— Дорогой!
— Папа.
Цзян Чжиюй раскинул руки, превратившись в укротителя волков, и обнял обоих:
— Пошли, дедушка Чжан спустится присмотреть за магазином, а мы — за покупками.
Солнце всё ещё пекло. Троица зашагала по сияющему золотом тротуару.
Лу Синъюань нёс большую корзину. Лу Ао тащил маленькую корзинку.
Цзян Чжиюй держал за руки их обоих.
Лу Ао как бы невзначай заметил:
— Цзян Чжиюй, я сегодня днём опять кое-что продал.
Цзян Чжиюй удивился:
— Вау, правда? А что продал?
Лу Синъюань невозмутимо пояснил:
— Продал несколько эскимо. Старшеклассники из соседней школы перелезали через забор, прогуливая уроки. У него хватило смелости подойти и остановить их, заставив купить эскимо.
— И что, они купили? — с беспокойством спросил Цзян Чжиюй. — Аоао, тебя не побили?
— Конечно, нет, — Лу Ао горделиво выпятил подбородок. — Тот старшеклассник с огненной головой купил шесть эскимо, по одному на каждого, и ещё одно угостил меня.
— Рыжий, наверное? Что за «огненная голова»?
— Ну, волосы красные как огонь.
— А ты поблагодарил братика?
— Поблагодарил, — Лу Ао уверенно поднял голову. — Я сказал ему: «За каплю воды в нужде отплачу в будущем целым источником. За благодеяние одним эскимо отплачу в будущем, пригласив покататься на лыжах в заснеженных горах».
— Ха-ха-ха! А что сказал братик?
— Он сказал, что я его закадычный друг, и предложил стать назваными братьями.
— Ну и что, вы поклялись?
— Нет, — Лу Синъюань мрачно добавил: — Только они собрались побрататься, как появился завуч второго курса старшей школы, поймал всех этих учеников и увёл обратно.
http://bllate.org/book/13911/1225889
Сказали спасибо 0 читателей