Готовый перевод The Return of Cambrian Period / Возвращение Кембрийского Периода: Глава 32. Милый мальчик и его кот - 1

Глава 32

Милый мальчик и его кот – 1

    Колонна из десятков тысяч человек растянулась на несколько километров. Стоило кому-то чуть отделиться, на него тут же набрасывались различные твари, из-за чего число погибших и получивших травмы постоянно увеличивалось. К счастью, большинство мутировавших животных не решалось безрассудно нападать на такую внушительную толпу. Поэтому, после той ночи, когда одновременно ударил сильный мороз и случилось комариное нашествие, настолько масштабных потерь больше не было.

    На данном этапе их маршрут пролегал по скоростному шоссе Шанхай-Куньмин. Далее им предстояло пройти через Гуйчжоу, Чунцин, Хубэй, Хэнань и Хэбэй, прежде чем, наконец, добраться до Пекина. После отказа спутниковой навигации путешествие по шоссе стало единственной возможностью не сбиться с правильного направления. К тому же очевидно, по сравнению с перспективой блужданий по девственным дебрям Юньнани и Гуйчжоу было намного безопаснее передвигаться по проложенной дороге. Хотя она тоже уже так заросла, что была едва различима.

    Весь путь от Куньмина до Пекина составлял более 2700 километров. Даже если они будут идти круглосуточно, без сна и отдыха, дорога всё равно займёт не меньше месяца. А сейчас они только миновали Цюйцзин. То есть, пройдя менее двухсот километров, они уже потеряли десятую часть отряда! А оставшиеся – те, кто выжил, – были так болезненно истощены, что напоминали ходячих мертвецов.

    Единственное, что поддерживало людей, – мечта о Пекине, где их всех непременно ждёт свежая еда, чистая вода и тёплая постель. Только эта надежда, теплившаяся в сердце каждого, заставляла их снова и снова переставлять усталые ноги.

    Посмотрев на дорожный знак, ржавый и накренившийся, Чэн Тяньби достал карту, чтобы свериться с ней:

    – Мы подошли к границе Гуйчжоу.

    Цун Ся сел на землю и с тяжёлым вздохом вытянул гудящие ноги:

    – Это действительно долгий поход.

    Был полдень, солнце палило особенно ожесточённо, поэтому была объявлена остановка на отдых. Те, у кого ещё оставались силы, отправились в лес, окружавший шоссе с обеих сторон, чтобы поохотиться.

    – Давайте найдём место, где можно перекусить, – тихо сказал Лю Фэнъюй.

    Услышав про еду, Цун Ся сразу воспрянул духом. Втроём они зашли в лес, выбрали уединённое местечко и приготовились насладиться вкусненьким. В нынешнее время возможность отведать производственные колбаски, почувствовать тот самый, доапокалиптический вкус была поистине даром Небес.

    Лю Фэнъюй с гордостью извлёк пачку колбасок в вакуумной упаковке. Это были настоящие красные копчёные колбаски «Цюлинь» ^[1], такие сочные, такие аппетитные, м-м-м… Рот Цун Ся моментально наполнился слюной.

_______________

    ¹    Красные колбаски «Цюлинь» («Чурин») производятся Харбинской компанией «Qiulin Food Co., Ltd. ». Компания была основана в 1900 г. российским бизнесменом Иваном Яковлевичем Чурином и специализировалась в основном на производстве всемирно известных традиционных российских продуктов питания: хлебобулочных, кондитерских, вино-водочных и колбасных изделий. В 1909 г. был запущен цех по производству колбас, и сразу огромную популярность приобрели красные копченые пикантные колбаски, изготавливаемые по литовским рецептурам. Колбаса имела характерный красный цвет, а поскольку Литва на тот момент входила в состав Российской Империи, в Харбине этот мясной деликатес прозвали "красной русской колбасой". И по нынешний день эти колбаски являются одним из известнейших продуктов северного Китая. Красные колбаски «Цюлинь» имеют ярко выраженный копчёный вкус и аромат, сочные и при этом не очень жирные.

_______________

    – Они дали мне две упаковки. Нам должно хватить их на два дня, – сказал Лю Фэнъюй.

    Цун Ся, не отрывая взгляда от колбасок, энергично закивал головой, как послушный пёсик.

    – Эй, а ты будешь есть только после того, как наедимся мы! – с вызовом посмотрев на Чэн Тяньби, актёр вернул ему его недавние слова.

    Чэн Тяньби бросил на него равнодушный взгляд и больше никак не отреагировал. Зато Цун Ся уставился на Лю Фэнъюя умоляющими глазами, безмолвно упрашивая за солдата.

    Глядя на его несчастное лицо, актёр недовольно поджал губы:

    – Тц, ты, похоже, скорее сам загнёшься с голоду, чем дашь голодать своему вояке, да?.. Ой, да расслабься, я просто пошутил. Я вообще не голоден, съем только один кусочек – чисто ради вкуса. Остальное – ваше.

    – Брат Лю, ты такой замечательный! – просиял Цун Ся, и Лю Фэнъюй довольно хмыкнул.

    Разорвав упаковку, актёр отломил небольшой кусочек и закинул себе в рот. Медленно пережёвывая, он прикрыл глаза, чтобы сполна насладиться насыщенным вкусом, а остальное протянул Цун Ся.

    Парень торопливо вручил Чэн Тяньби целую колбаску:

    – О боги, аромат потрясающий. Тяньби, попробуй скорее.

    Чэн Тяньби взял деликатес и стал неспешно откусывать по маленькому кусочку, растягивая удовольствие.

    Вчера они трое наелись досыта и теперь не были настолько голодны, чтобы, забыв о манерах, как одержимые набрасываться на пищу. Вот только с каждым днём, проведённым в суровых условиях апокалипсиса, их желание что-нибудь съесть всё возрастало. Казалось, даже набив желудки доверху, они всё равно не будут до конца удовлетворены. И это при том, что они каждый день питались достаточно хорошо, в отличие от большинства людей из их многотысячного отряда переселенцев.

    На обратном пути они снова наткнулись на хозяина мутировавшей бордер-колли. Мужчина выглядел вполне довольным жизнью; судя по всему, у него не было проблем с добычей еды. Он сидел верхом на своей собаке, не утруждая себя ходьбой, а за ним следовали две высокие красивые девушки. Ещё месяц назад эти красотки даже одним взглядом не удостоили бы такого заурядного мужчину средних лет. Но не теперь. Теперь его можно было назвать настоящим местным тираном.

    Во всём огромном отряде было только пять человек, имевших эволюционировавших питомцев. Благодаря своим животным им не приходилось беспокоиться о пропитании. Неудивительно, что они стали объектами всеобщего заискивания и неприкрытого подхалимажа.

    Цун Ся не мог не признать, что иметь такого питомца невероятно полезно:

    – Давайте, если будет возможность, тоже заведём кошку или собаку. Или ещё кого-нибудь.

    – Это не так-то просто, – тут же охладил его пыл Чэн Тяньби. – Те, кто не эволюционировал, или совсем детёныши, или давно пошли на корм более сильным животным. А те, кто эволюционировал, вряд ли захотят признать кого-то своим хозяином.

    А Лю Фэнъюй добил окончательно:

    – Ага. И даже если тебе повезёт найти мелкого детёныша и ты сможешь его приручить, что если он не мутирует, а? Ты ведь даже съесть его не сможешь. Наоборот, тебе придётся делиться с ним своей едой. Ты как, готов к этому?

    Цун Ся удручённо вздохнул. Он ведь просто так это сказал. Понятно, что шанс заполучить верного мутировавшего питомца был один на миллион. Эх, вот если бы у него ещё до конца света было домашнее животное…

    После дневного привала они снова отправились в путь. Лиственный лес, подступавший к шоссе, становился всё гуще и гуще, а очертания дороги – всё менее чёткими. Им приходилось сверять направление по компасу и пока ещё видневшемуся кое-где бетонному покрытию. Но если не смотреть под ноги, казалось, они идут по дикому лесу.

    Наша троица была в хорошей физической форме и постепенно продвинулась к переднему краю колонны. То и дело до них доносились звуки армейских громкоговорителей, напоминавших всем, что нельзя отходить от остальных, а иначе рискуют заблудиться.

    Под вечер на лес неожиданно опустился туман, настолько густой, что сквозь него еле пробивались последние отблески заходящего солнца. Видимость резко снизилась.

    – Надо найти женщину с эволюционировавшим зрением, – сказал Чэн Тяньби. И поторопил: – Быстрее!

    Не решаясь отходить далеко, они стали искать среди тех, кто был поблизости. Но людей было так много, а они даже понятия не имели, где может находиться та женщина.

    В итоге, они прекратили поиски и старались держаться ближе друг к другу: если в таком тумане отделиться от товарищей, то снова найти их будет крайне сложно.

    – Эй, – Чэн Тяньби посмотрел на Лю Фэнъюя, – если мы вдруг разделимся, выпускай свою вонь. Тогда мы сможем выйти на твой запах.

    – Да пошёл ты! – сердито рыкнул актёр.

    Но, несмотря на раздражение, он прекрасно понимал, что сейчас не время злиться. Туман окутал лес слишком внезапно. Это было не просто ненормально. Это также означало, что где-то поблизости есть много воды.

    – Внимание! – впереди послышался голос, усиленный громкоговорителем. – Всем прекратить движение и устроиться на отдых. Никуда не отходить, пока не рассеется туман. Повторяю, всем остановиться и передать тем, кто идёт сзади, чтобы оставались на месте.

    Усевшись на землю, они прижались друг к другу спинами. Им было не до отдыха: тела были напряжены, как натянутые струны, а сердца сжимались от плохого предчувствия.

    Туман становился всё тяжелее. Повернув голову к сидящему рядом солдату, Цун Ся едва смог различить черты его лица.

    А потом он почувствовал, что дыхание Лю Фэнъюя участилось и стало каким-то… судорожным?

    – Брат Лю, ты в порядке? - Почему Лю Фэнъюй нервничает больше, чем он?

    Актёр глубоко втянул в себя воздух:

    – Я же рассказывал, что мы со съёмочной группой несколько дней после землетрясения провели в реликтовом лесу, – в его голосе явственно сквозил страх.

    – Да, я помню.

    – Там… там тоже был такой сильный туман.

    – …Брат Лю, что было в том тумане? – тихо спросил Цун Ся.

    – Я не знаю. Там могло быть всё, что угодно, – сдавленно прошептал Лю Фэнъюй. – После того тумана… после того, как он рассеялся… я больше никого из своей команды не видел.

    Цун Ся тяжело сглотнул, чувствуя, как ёкнуло сердце. Но после всех тех опасностей, что им пришлось пережить, его было не так просто испугать. Он, конечно, чувствовал подступающий страх, но панике не поддавался.

    Вдруг Чэн Тяньби прошептал ему на ухо:

    – Попробуй сконцентрировать энергию в глазах.

    «Точно!» – осознав, что Чэн Тяньби имеет в виду, Цун Ся радостно оживился.

    На лице Лю Фэнъюя, расслышавшего слова солдата, появилось странное выражение, но он не стал ничего спрашивать.

    Собрав всю первичную энергию, циркулирующую в теле, Цун Ся направил её в глаза. Их тут же обдало жаром и защипало, да так сильно, что хотелось заплакать, лишь бы смягчить это жжение. Постепенно неприятные ощущения отступили, и он увидел, что в том месте, где раньше был непроницаемый туман, стали проступать колышущиеся тени.

    Да! Да-да-да! Он действительно смог улучшить своё зрение!

    Он был так взволнован, что хотелось кричать! Но он лишь слегка сжал руку Чэн Тяньби, давая понять, что всё получилось.

    – Следи за тем, что происходит вокруг, – сказал солдат.

    Но в этом странном тумане даже с улучшенным зрением Цун Ся мог видеть только размытые силуэты людей и деревьев.

    Тогда он попробовал повторить тот же фокус со своим слухом, надеясь его тоже сделать более чувствительным. Но нет, в этот раз направить энергию, куда нужно, не получалось. Сколько он ни пытался, поток энергии просто хаотично метался в теле. Ну что ж, с его уровнем контроля оставалось радоваться хотя бы улучшенному зрению.

    В полутьме, окружённые плотным туманом, люди тревожно замерли, стараясь не издавать ни звука. В гнетущей атмосфере прошло пять-шесть минут, а затем до них донеслось лягушачье кваканье.

    Начавшись где-то вдали, оно стремительно приближалось, становясь всё громче, всё пронзительнее, разделяясь на множество звонких, навязчивых голосов. Оглушительные "ква-ква", "ква-ква" гулким эхом звенели в вязком тумане.

    Поначалу звук шёл только с одной стороны, но постепенно распространился во всех направлениях. Вскоре уже отовсюду доносилось леденящее душу кваканье, словно острый нож вонзаясь в хрупкие нервы людей.

    В этот напряжённый момент неподалёку раздался истошный крик:

    – Что?! Что это за тварь?! Чудовище! Монстр! Аааа…

    В тот же миг в толпе воцарился хаос. Люди в панике бросились в сторону, противоположную от оборвавшегося вопля.

    Но уже через секунду похожий крик раздался в другом месте. И добавился новый звук: будто кто-то тяжёлый грузно бежал по земле, заставляя весь лес содрогаться от его поступи.

    – Никому не бежать! Всем оставаться на месте! – торопливо приказал голос из мегафона, после чего яростный рёв пулемётной очереди заглушил все остальные звуки.

    Трое парней почувствовали, что к ним со всех сторон приближаются источники мощной энергии, да ещё в таком количестве, что невозможно было сосчитать.

    Они стояли под раскидистым деревом, всё также спиной к спине, и изо всех сил старались не шевелиться. Лягушки от природы подслеповаты и могут видеть только движущиеся объекты, поэтому в нынешней ситуации любая попытка убежать была равносильна самоубийству.

    – Сможешь использовать пистолет? – тихо спросил Чэн Тяньби.

    – Да, – стиснув зубы, Цун Ся крепко сжал пистолет в руках. Хотя его нервно потряхивало, он держал оружие прямо напротив груди, вглядываясь в туман ярко светящимися глазами.

    – Опусти пистолет, а то у тебя руки устанут раньше, чем эти твари появятся, – голос Чэн Тяньби оставался спокойным и ровным, как озёрная гладь в безветренный день.

    Цун Ся медленно опустил руки и несколько раз глубоко вдохнул.

    Кваканье становилось всё резче, все оглушительнее. По его громкости можно было представить, какими размерами должны обладать существа, издающие эти звуки.

    Ему вспомнилось детство. Маленьким он любил играть в полях и на огородных грядках. В то время ему очень нравилось слушать переливчатые песни лягушек, их отрывистые рулады и нестройное многоголосье. Кто бы знал, что сегодня эти звуки природы из детских воспоминаний будут звучать как несущий смерть ритуальный напев.

    «Только не двигайся. Только не двигайся, и всё будет хорошо», – мысленно успокаивал себя Цун Ся.

    Наконец сквозь туман он разглядел приближающуюся большую тень. Существо немного постояло на месте, а затем подпрыгнуло и пронеслось рядом с ними. Высота прыжка составляла метров шесть-семь, не меньше, а когда эта тварь приземлилась, от огромного веса её туши по земле прокатилась дрожь.

    У Цун Ся перехватило дыхание: благодаря улучшенному зрению он смог рассмотреть этого монстра во всей его красе.

    Это была гигантская лягушка высотой в пять метров, весившая, наверное, тонн десять. Огромную башку "украшали" выпученные кроваво-красные глаза, каждый размером с человеческую голову. Белёсая нижняя челюсть непрерывно двигалась, издавая булькающие звуки. Тёмно-зеленую морщинистую кожу усеивали мерзкие, огрубелые бугорки размером с кулак. Довершали картину толстые конечности, буквально раздувавшиеся от переполнявшей их взрывной силы.

    Насколько он помнил, у лягушек длина языка составляет 30-50% от длины тела. Это что получается, у данной особи язык по меньшей мере шесть метров ^[2]?!

    Сейчас расстояние между ними и лягушкой не превышало пяти метров. А значит, ей понадобится лишь доля секунды, чтобы дотянуться до них. Конечно есть шанс, что, вымахав до такого размера, она стала неповоротливее. Хотя… даже если и так, гибкий лягушачий язык настолько быстрый, что в любом случае ни одному человеку не тягаться с ним в скорости.

_______________

    ²    Перед этим говорилось, что высота лягушки пять метров, но это имелась в виду её высота в сидячем положении. Длина языка составляет 30-50% относительно тела с вытянутыми лапками. Вот почему язык длиной не менее шесть метров.

_______________

    Всех троих прошиб ледяной пот. Их мышцы заныли от напряжения, но они не решались не то что шелохнуться – даже моргнуть. Ни один человек, будь он хоть сто раз мутантом, не осмелился бы бросить вызов этой монструозной лягушке. Им оставалось только надеяться, что она не увидит их, замерших на месте, и поскорее уйдёт.

    Однако огромные, похожие на стеклянные шары, кроваво-красные глаза лягушки с жутковатой несинхронностью повернулись в их сторону: сначала один глаз, потом другой. Лягушка и три оцепеневших человека с минуту молча смотрели друг на друга.

    Как раз в тот момент, когда они с облегчением подумали, что земноводный гигант их действительно не видит, зрительный нерв Цун Ся вдруг заработал с высокой скоростью.

    Улучшенное динамическое зрение позволило ему уловить молниеносное движение лягушки, открывающей рот. Оно появилось в его сознании, словно стремительно прокручиваемые слайды. Но даже если он это видел, скорость его нервной реакции слишком сильно отставала от зрения.

    И когда из тёмных глубин лягушачьего рта в их сторону выстрелила розовая лента мясистого языка, он успел только вскрикнуть:

    – Её глаза эволюционировали!

http://bllate.org/book/13833/1220623