Готовый перевод The Return of Cambrian Period / Возвращение Кембрийского Периода: Глава 31. Комары-кровососы - 10

Глава 31

Комары-кровососы – 10

    Немного восстановив силы, Чэн Тяньби смог сидеть самостоятельно и теперь спокойно отдыхал.

    А Цун Ся снова вернулся к Лю Фэнъюю:

    – Брат Лю, земля холодная. Залезай ко мне на спину, я отнесу тебя в грузовик.

    – Не надо. Лучше принеси мне несколько комаров.

    – Что?..

    – Я хочу есть.

    Лю Фэнъюй тоже истратил всю энергию, и хотя он не ощущал голод так, как ощущают обычные люди, но всё же чувствовал, что его тело неприятно "пустое".

    Пересиливая отвращение, Цун Ся подтащил к нему относительно небольшого комара. Тушка насекомого выглядела невыносимо мерзко и пугающе: весом около трёх-четырёх цзиней, с гадкими лапками и хоботком, да ещё и с раздувшимся, как шар, брюшком, которое едва не лопалось от переполнявшей его крови.

    Лю Фэнъюй схватился за голову комара и через пару секунд она полностью растворилась.

    – Этого мало, – потребовал актёр.

    – Но там ещё много осталось, – Цун Ся указал на обезглавленный труп насекомого.

    Лю Фэнъюя передёрнуло:

    – Там человеческая кровь. Я такое не буду.

    Цун Ся мысленно обозвал себя болваном. Он ведь прекрасно знал, что Лю Фэнъюй никогда не ест ничего, связанного с людьми: не важно, кем он сейчас стал, сердце у него по-прежнему человеческое.

    Кивнув, Цун Ся стал подтаскивать комаров, что валялись вокруг, поближе к актёру. Это оказалось непросто, уже после второго десятка он запыхался и вспотел.

    Пока Лю Фэнъюй растворял комарам головы, Цун Ся поглощал их древесную энергию. Хотя её в комарах было очень мало, зато самих насекомых – в избытке. Поглотив энергию из дюжины тушек, Цун Ся почувствовал, что к нему постепенно возвращаются силы, а усталость и дискомфорт в теле заметно уменьшились.

    Поскольку элемент Дерево обладает способностью к исцелению и восстановлению, то древесная энергия – теоретически – должна оказывать лечебный эффект. Но, например, Чэн Тяньби и сам по себе был очень выносливым. Так что Цун Ся не мог быть уверен наверняка: то, что он так быстро восстанавливается, это благодаря поглощённой энергии Дерева или же потому, что у него увеличился объём первичной энергии.

    В любом случае, после того как энергия Дерева попадала в его тело, она превращалась в бесцветную первичную энергию. Он даже мог ясно ощутить, как она циркулирует по его меридианам.

    Но он всё ещё не чувствовал в себе никакого "ядра". Очень странно…

    Однако сейчас было не время об этом думать: в первую очередь он должен помочь Чэн Тяньби и Лю Фэнъюю побыстрее восстановить силы.

    После того как Лю Фэнъюй переварил более сорока комаров, на его лицо наконец-то вернулись здоровые краски. Он встал, оглядел себя, перепачканного землёй и кровью, и брезгливо поморщился:

    – Я весь грязный. Мне нужно срочно помыться.

    – Сейчас так холодно. Как ты это себе представляешь? – беспомощно посмотрел на него Цун Ся. – Подожди, пока потеплеет.

    Люди, пострадавшие от зловонной атаки Лю Фэнъюя, понемногу приходили в себя. Один за другим они поднимались с земли и осматривались вокруг. При виде сюрреалистичной картины: валявшиеся повсюду трупы обескровленных людей вперемешку с огромными дохлыми комарами, – они испуганно бледнели.

    Мужчина в очках, ехавший в их грузовике, тоже встал и, повертев головой, удивлённо спросил:

    – Эй, здесь только что был большой красный цветок, который дико вонял. Я от этой вонищи аж сознание потерял. Куда он исчез?

    Лю Фэнъюй мгновенно окаменел. С жуткой гримасой на лице он медленно повернул голову в сторону говорившего:

    – Что ты сказал? Кто вонял?

    Мужчина в очках озадаченно замер, потом неожиданно вспомнил, что именно Лю Фэнъюй, популярная суперзвезда, превратился в тот кошмарный цветок, и его осенило:

    – А-а-а, так это твоя эволюционная способность? Почему он так вонял?..

    Лю Фэнъюй окончательно пришёл в ярость:

    – Я сделаю из твоей шеи бульон!  – прорычал он и, вытянув руку, на ладони которой стали появляться шипы, бросился к мужчине.

    В последний момент Цун Ся успел обхватить его со спины за талию:

    – Нет-нет, брат Лю, не надо! Не сердись! Он не со зла, просто не думает, что говорит.

    Актёр упрямо упирался и брыкался длинными ногами, пока Цун Ся оттаскивал его подальше. Злой и раздосадованный, он кричал:

    – Я нежный прекрасный цветок! Если кто посмеет ещё раз произнести то слово, я его убью! Ясно? Убью!!!

    Вспоминая великолепную громадную Раффлезию и её ужасающее зловоние, никто из присутствующих больше не решался заговорить на эту тему.

    – Ну что ты, брат Лю, не злись. Брат Лю – самый красивый мужчина в мире, – Цун Ся успокаивающе погладил его по спине.

    Лицо Лю Фэнъюя немного смягчилось. Он посмотрел на Чэн Тяньби, сидевшего с закрытыми глазами:

    – Как он? Живой? – После того, как им пришлось объединить усилия, чтобы противостоять комариной стае, солдат уже не казался ему таким раздражающим.

    – Да, он в порядке. Ему просто нужно отдохнуть.

    Чэн Тяньби приоткрыл один глаз:

    – Цун Ся, подойди сюда.

    Парень присел рядом с ним на корточки. Он догадался, о чём Чэн Тяньби хочет спросить, поэтому, не дожидаясь вопроса, взволнованно зашептал:

    – Я действительно могу поглощать энергию только из мёртвых существ. Сегодня я впитал её очень много. И чувствую себя так, будто стал гораздо сильнее. И выносливее. Как будто все мои физические качества резко возросли.

    Чэн Тяньби согласно кивнул:

    – Чем больше объём энергии, тем лучше физическое состояние. Иди и поглощай всю энергию, какую сможешь.

    Цун Ся огляделся. Насколько хватало глаз, всё вокруг было усеяно трупами: человеческими и комариными. Настоящая бойня, иначе не скажешь. Особенно тяжело было смотреть на сморщенные тела людей без единой капли крови.

    Взгляды Цун Ся и Чэн Тяньби на мгновение пересеклись, а затем одновременно упали на высохший труп силового мутанта, который, как они помнили, сидел в грузовике неподалёку от них.

    Чэн Тяньби открыл было рот, чтобы что-то сказать, но тут же закрыл обратно. Этого небольшого движения хватило, чтобы Цун Ся каким-то образом понял, о чём тот подумал и почему промолчал. Понял – и молча с ним согласился.

    Даже если перед тобой большущий сосуд, до краёв наполненный энергией, всё-таки существует психологический барьер, запрещающий поглощать себе подобных. И не важно, что ты поглощаешь – энергию или… Лю Фэнъюй, вон, тоже не притронулся к комариным телам, а всё потому, что в них была человеческая кровь.

    Хотя комары отступили, но осталась вторая проблема – мороз, который и не думал ослабевать. Многие боялись, что если температура продолжит падать, они не смогут пережить эту ночь. И всё же никто не осмеливался опять разводить костёр.

    Все трое вернулись в грузовик, забились в угол и, обхватив себя руками, сжались в комочки, боясь упустить драгоценные крохи тепла.

    Температура упала уже до двадцати с лишним градусов ниже нуля. Холод, как острый нож, пронизывал до костей. От их одежды в такой мороз почти не было толку, приходилось держаться только на силе воли.

    Цун Ся уже едва ощущал своё тело, его губы побелели, перед глазами всё расплывалось, и неудержимо клонило в сон. Но он старался не поддаваться, ему нельзя было засыпать – они втроём должны приглядывать друг за другом.

    Снаружи непрерывно доносились звуки плача. Плакали и взрослые, и дети; их отчаянные, обречённые голоса острыми иглами вонзались в сердце Цун Ся.

    «Так холодно… Как же согреться?.. Нужно тепло…»

    Цун Ся постарался успокоить свой разум и прочувствовать поток энергии внутри себя. Его тело напоминало голографическую анатомическую карту. Он смог чётко "увидеть" все свои кровеносные сосуды, кости, нервы и сухожилия. И вдобавок он столь же ясно "увидел" прозрачную энергию, циркулирующую, подобно крови, по всему его телу и наполнявшую каждую его клетку.

    «А у этого потока можно увеличить скорость? Когда кровь течет быстрее, то и телу теплее. Что если этот принцип сработает и с энергией?..»

    Цун Ся попробовал мысленно следовать за потоком энергии, призывая его течь чуть быстрее, ещё чуть быстрее, и ещё. И у него получилось! Скорость энергетического потока действительно увеличилась. Хотя, пожалуй, называть это "потоком" было слишком смело – просто тоненький ручеёк. Но зато он обнаружил, что может управлять им и направлять в любую часть своего тела. Основываясь на механизмах терморегуляции человеческого организма, Цун Ся стал перемещать энергию в клетки кожи, чтобы обеспечить её дополнительным источником тепла.

    Через некоторое время Цун Ся ощутил, что его тело восстановило нормальную температуру, а к онемевшим от холода рукам и ногам вернулась чувствительность. Обрадованный, он поспешно взял Чэн Тяньби за руку.

    Солдат удивлённо вздрогнул: он не ожидал, что рука парня окажется такой горячей.

    – Энергия может обогревать тело. Попробуй! – прошептал Цун Ся и коротко объяснил принцип действия.

    Чэн Тяньби немедленно закрыл глаза и начал экспериментировать с потоками энергии в своём теле.

    Цун Ся повернулся к Лю Фэнъюю, чтобы и с ним поделиться своим открытием, но вспомнил, что актёр ничего не знает о древнем нефрите и энергетических потоках. Ему оставалось только придвинуться к мужчине вплотную, чтобы попытаться согреть теплом собственного тела.

    Лю Фэнъюй, казалось, вот-вот уснёт, пришлось растормошить его, чтобы не дать погрузиться в сон.

    Чэн Тяньби долго пробовал управлять энергией согласно инструкции Цун Ся, но так ничего и не добился.

    – Не получается, – озадаченно сказал он, открывая глаза.

    – Что не получается? – сонно пробормотал Лю Фэнъюй.

    Его голова лежала на плече Цун Ся, и он пытался посильнее зарыться в тёплую шею парня, которая в холодном кузове грузовика ощущалась горячей маленькой печкой.

    Разглядев эту картину, Чэн Тяньби нахмурился и отвернулся, не проронив ни слова.

    Не заметив его реакции, Цун Ся распахнул свою одежду и, нащупав его руку, притянул к себе:

    – Ничего страшного. Моё тело горячее.

    Чэн Тяньби оцепенел, не в силах пошевелиться.

    Его холодную, как лёд, руку Цун Ся прижал к своему тёплому животу, и хотя от прикосновения замёрзших пальцев по телу парня пробежала непроизвольная дрожь, он не отпустил её.

    Это тепло, которого так не хватало, которого так жаждало его окоченевшее тело… Даже если этим чудесным ощущением была окутана только одна рука, солдат чувствовал, что всему его телу стало намного теплее. То ли он слишком нуждался в этом тепле, то ли у него окончательно замёрзли мозги, но он не стал сдерживаться и прижался к Цун Ся, с блаженством ощущая температуру его тела, проникающую через одежду.

    Так тепло…

    Хотя все трое хотели спать, Чэн Тяньби колоссальным усилием воли не позволял себе провалиться в сон. Ему то и дело приходилось будить то одного, то другого мужчину, и таким образом они провели остаток этой мучительной и тревожной ночи.

    Около пяти часов утра начало теплеть.

    Температура, резко упав прошлым вечером, сейчас столь же стремительно повышалась. Не прошло и часа, как вернулись прежние плюс двадцать градусов. Те, кто сумел продержаться до конца, выжили, но те, кто случайно заснул, больше уже никогда не откроют глаза.

    Пережив этот кризис, все трое смогли, наконец, спокойно уснуть.

    Когда они проснулись, было позднее утро.

    Ещё не открыв глаза, Цун Ся почувствовал тошнотворный запах гниющего мяса. Сперва он подумал, что это опять Лю Фэнъюй, но быстро понял, что запах был не совсем таким, как у актёра.

    Выглянув из грузовика, он увидел, что вокруг раскинулось море трупов. Повсюду, насколько хватало глаз, лежали мёртвые, сильно разложившиеся за ночь тела. Жуткий, ужасающий запах смерти стоял в неподвижном воздухе, не тревожимый ни малейшим ветерком.

    Прошлой ночью погибла по меньшей мере тысяча человек: кого-то убили комары-кровососы, кто-то умер от истощения, а кто-то замёрз насмерть.

    Цун Ся поспешил отвести взгляд – зрелище было совершенно невыносимое.

    Военные, вооружившись мегафонами, призывали всех как можно скорее выходить на дорогу и продолжать путь. Иначе была велика опасность всеобщего заражения.

    Многие машины, и их грузовик в том числе, были со всех сторон заблокированы трупами, так что не могли сдвинуться с места. Старикам и маленьким детям из семей мутантов в первую очередь предоставили места в тех машинах, которые ещё могли проехать. А всем остальным оставалось только идти пешком.

    Они втроём тоже сознательно присоединились к пешему отряду. Для Цун Ся это было даже на руку: по дороге он продолжал поглощать энергию из валявшихся повсюду комаров. Правда, он обнаружил, что по прошествии ночи энергии в комарах стало ещё меньше, чем раньше. Получается, после смерти энергия постепенно рассеивается?

    Лю Фэнъюй продолжал возмущаться, что он грязный и ему срочно нужно помыться и переодеться. Впрочем, Цун Ся тоже ощущал себя некомфортно. После всех этих температурных перепадов, когда он успел и вспотеть, и промёрзнуть до костей, он чувствовал, что… ммм… пованивает.

    После двух часов похода впереди показалась река.

    Люди поспешили к ней, чтобы умыться. Некоторые на ходу стягивали с себя одежду, желая полностью погрузиться в воду.

    Цун Ся с товарищами тоже собирались найти место для купания. Но как раз в тот момент, когда они подходили к реке, их перехватил заместитель командующего Шэнь Ваньцзя в сопровождении двух рядовых.

    Чэн Тяньби поприветствовал его согласно уставу, после чего тот спросил:

    – Товарищ Чэн, я слышал, что вчерашнюю атаку комаров отразил господин Лю, который был с вами. Я хотел бы узнать подробности.

    – И зачем это вам? – лениво взглянул на него Лю Фэнъюй.

    Цун Ся уже предупредил его, чтобы он не разглашал, что Чэн Тяньби способен управлять силой ветра. Не то чтобы ему было дело до этого солдафона, просто не хотелось подводить Цун Ся.

    – О, так это вы. Нам доложили, что прошлой ночью именно вонь товарища Лю отогнала всех… – он запнулся, увидев, какими свирепыми глазами уставился на него актёр.

    Цун Ся нервно замахал рукой:

    – Заместитель командующего Шэнь, вы не можете произносить это слово!

    – Какое слово? – растерялся офицер.

    – Слово "вонь", – холодно фыркнул Чэн Тяньби. – Он никому не позволяет говорить, что от него воняет.

    – ЧЭН! ТЯНЬ! БИ! Ты, мать твою, смерти ищешь?!

    Лю Фэнъюй вытянул руку, чтобы ударить его, но уже опытный Цун Ся ловко удержал его, обхватив сзади:

    – Брат Лю, успокойся, не злись. Они не нарочно.

    Заместитель командующего Шэнь выглядел немного смущённым:

    – Кхм, хорошо, больше не скажу… Так, все говорят, что вы прогнали комаров, превратившись в великолепную гигантскую Раффлезию. Это правда?

    – Раз все это видели, о чём тут спрашивать? – раздражённо отозвался Лю Фэнъюй.

    – Товарищ Лю, это новый тип эволюции человека, который мы только сейчас обнаружили. У нас есть несколько учёных, которые хотят с вами встретиться, – с еле сдерживаемым возбуждением объяснил Шэнь Ваньцзя.

    – Не интересно, – категорично отказал актёр.

    – Взамен мы дадим вам две пачки колбасок. И они ничего не будут с вами делать. Просто побеседуйте с ними, и всё.

    Услышав о двух пачках колбасок, у всех троих загорелись глаза. Колбаски, колбасочки, объедение!

    Сглотнув слюну, Лю Фэнъюй засомневался.

    – Иди, – сказал Чэн Тяньби.

    Мужчина сердито зыркнул на него:

    – Даже если я пойду, не надейся, что там будет и твоя доля.

    – Неважно, просто поделись с ним, – Чэн Тяньби кивнул головой на Цун Ся.

    Растроганный Цун Ся улыбнулся:

    – Брат Лю не откажет тебе в еде.

    Лю Фэнъюй закатил глаза и с независимым видом повернулся к военным:

    – Пойдёмте уже. Раньше уйдёшь – раньше вернёшься. Не хочу задерживаться с купанием.

    – Брат Лю, мы будем ждать тебя здесь, – с предвкушением посмотрел на него Цун Ся.

    Когда актёр ушёл, Чэн Тяньби и Цун Ся, пройдясь вдоль берега, нашли место, где было поменьше людей, и стали раздеваться, чтобы искупаться.

    На самом деле, было не так уж малолюдно: не более чем в десяти метрах от них плескался кто-то ещё. Но во времена, когда для человека самое главное – это поесть и согреться, такое чувство, как стыдливость, становится излишней роскошью.

    Мужчины, женщины, дети – все, от мала до велика, словно пельмешки, прыгали в реку. Возможность искупаться в прохладной чистой воде была, пожалуй, единственным маленьким удовольствием, доступным им в этом тягостном походе.

    Цун Ся вытащил из рюкзака чистую одежду, аккуратно разложил её на берегу и только потом разделся и вошёл в реку.

    Погрузившись в воду по самую шею, он украдкой взглянул на Чэн Тяньби. Однажды они уже видели друг друга голыми, но почему-то тогда Цун Ся смущался гораздо меньше.

    Чэн Тяньби выглядел немного похудевшим, но от этого его тело казалось ещё более крепким и сильным. Мышцы груди и живота стали ещё заметнее: плотные и рельефные, без капли лишнего жира. Спокойно и уверенно он входил в воду, ласково омывавшую его длинные ноги.

    Цун Ся почувствовал, что его сердцебиение внезапно участилось.

    С головой окунувшись в воду, Чэн Тяньби с шумным плеском вынырнул обратно, окружённый сияющими брызгами, и резко откинул голову назад. Его мокрые, уже довольно отросшие волосы прочертили в воздухе изящную дугу, оставляя за собой сверкающий след из множества капель, переливающихся под лучами солнца.

    Цун Ся в восхищении застыл, во рту у него пересохло, а взгляд не мог оторваться от безупречного профиля Чэн Тяньби.

    Повернувшийся солдат увидел глуповато-ошеломлённое выражение на его лице и слегка нахмурился.

    Опомнившись, Цун Ся смущённо улыбнулся:

    – Тяньби, ты такой красивый.

    Чэн Тяньби ничего не ответил, видимо, посчитав его замечание бессмысленным.

    – Эмм… Брат солдат, какого ты роста?

    – Метр восемьдесят девять.

    – Неудивительно, что ты так хорошо выглядишь в форме. Когда мы с тобой только познакомились, ты казался таким… свирепым. Но я сразу понял, что ты не можешь быть плохим парнем. Зачем быть плохим парнем, если ты настолько красив?

    Чувствуя, что разговор становится всё нелепее, Чэн Тяньби с сарказмом спросил:

    – Разве твой "брат Лю" не самый красивый мужчина в мире?

    Цун Ся рассмеялся:

    – Я тогда его просто утешал. Лю Фэнъюй, конечно, очень красивый, но немного изнеженный. На мой взгляд, именно у тебя по-настоящему мужская красота.

    Чэн Тяньби приподнял бровь. Он никогда не обращал внимания на свою внешность, но, тем не менее, слышать слова Цун Ся было… приятно.

    Цун Ся вытянул обе руки в стороны и несколько раз активно взмахнул ими, видимо, изображая какое-то упражнение:

    – Если в будущем у меня появится возможность, я тоже хотел бы потренировать грудные мышцы и пресс, и всё остальное. Это должно быть интересно.

    Чэн Тяньби промолчал, но с улыбкой подумал, что сейчас Цун Ся удивительно напоминает белокрылую утку, барахтающуюся в воде.

    Неторопливо перекидываясь фразами, они тщательно смывали с себя грязь. Находиться в прохладной воде было очень комфортно, и они не собирались выходить на берег по крайней мере до возвращения Лю Фэнъюя.

    Кто бы мог подумать, что всего несколько часов назад они чуть не замёрзли до смерти.

    Вспомнив об этом, Чэн Тяньби подробно расспросил Цун Ся о прошлой ночи. Парень рассказал ему, как обнаружил способ поддерживать температуру тела, используя энергию. Чэн Тяньби попробовал ещё раз, строго следуя его указаниям, но опять безрезультатно. Он так и не смог мысленно управлять своей энергией, направляя её куда вздумается. Древесная энергия в его теле упрямо циркулировала по изначальному пути, а финальной точкой её маршрута было энергетическое ядро.

    Цун Ся был одновременно и счастлив, и обеспокоен этим результатом: счастлив, что наконец-то овладел полезным навыком и теперь может высоко держать голову перед Чэн Тяньби, а обеспокоен тем, что у солдата не получилось тоже его освоить.

    – Ничего страшного, – он мягко коснулся плеча Тяньби, – если снова похолодает, мы прижмёмся друг к другу и я согрею тебя.

    Его прикосновение напомнило Чэн Тяньби о прошлой ночи, когда он прижимал руку к тёплому животу Цун Ся. Это согревающее тепло посреди лютого холода было так притягательно, что он никак не мог выкинуть его из головы.

    Они продолжали говорить о потоках энергии, как вдруг оба почувствовали необычайно мощный энергетический всплеск. Озабоченно переглянувшись, они стали осматриваться по сторонам, но вокруг всё было тихо и спокойно, ничего необычного.

    Но что-то точно происходило! Откуда-то ведь взялись эти колебания энергии!

    Чэн Тяньби догадался первым:

    – Это в воде! Быстро к берегу! – резко скомандовал он и, схватив Цун Ся за руку, потащил из реки.

    Когда они оказались на суше, Цун Ся ощутил, что источник аномальной энергетической активности действительно находится в воде.

    – В воде что-то есть! Скорее на берег! – закричал он во весь голос.

    Услышав его крик, люди в панике стали выбираться из реки. Никому и в голову не пришло проверять, правдивы его слова или нет, ведь в нынешнее время, когда в любой момент можно лишиться жизни, нельзя было быть чересчур осторожным.

    Но увы, для тех, кто заплыл далеко, было уже слишком поздно. Спокойная гладь реки внезапно разверзлась и из воды выпрыгнуло огромное чёрное чудище. Люди, находившиеся неподалёку, не успели даже вскрикнуть, как оказались в его желудке.

    Рассмотрев его, Цун Ся понял, что это гигантский сом длиною не меньше тридцати метров!

    Три десятка метров! Когда он выпрыгнул из воды, его туша буквально закрыла собою небо; выглядело так, будто многоэтажное здание взлетело в воздух.

    Увидев, что огромный сом за один укус проглотил дюжину человек, люди, спешившие к берегу, закричали от ужаса, но продолжили отчаянно загребать руками и ногами. Ну а те, кто был слишком медлительным, стали закуской чудовищной рыбины.

    Широко распахнутыми глазами Цун Ся смотрел на речного монстра и не мог поверить: это же пресноводный сом, а размером с большого кита!

    Когда он стоял в воде, то думал, что там довольно мелко. Он специально не заплывал далеко, чтобы не рисковать. Но оказалось, этой глубины достаточно, чтобы вместить такое огромное существо. Какие же твари водятся там, где река ещё глубже?

    Цун Ся и Чэн Тяньби вовремя выбрались на берег, и теперь гигантская рыба не представляла для них опасности. Но всё равно при взгляде на этого исполина, заглатывающего людей, их пробирала дрожь.

    Мутировавший сом выпрыгнул из воды, только чтобы поесть. Полакомившись человечинкой, он плюхнулся обратно, окатив волной брызг всех, кто был ближе четырёх-пяти метров от воды.

    Эта трагическая сцена завершилась в считанные секунды, но все были глубоко шокированы. Остававшиеся в воде люди, которым повезло не быть съеденными, трясясь от ужаса, выползали на берег. Больше никто не осмеливались приближаться к реке и на полшага.

    Чэн Тяньби и Цун Ся потрясённо смотрели на взбаламученную воду и только через некоторое время осознали, что всё ещё голые.

    Но Цун Ся, ещё не оправившемуся от испуга, было не до смущения:

    – Это ужасно, как он мог быть таким большим…

    Лицо Чэн Тяньби тоже заметно побледнело:

    – Водные организмы изначально были крупнее наземных. Мы опасались животных и растений на суше, но забыли про тех, что находятся в воде.

    – Ты прав, – вздохнул Цун Ся. – Мы все – городские жители. После конца света это первый раз, когда мы столкнулись с большим водоёмом. Откуда мы могли знать?..

    Придя в себя, они оделись в чистую одежду, а грязную засунули в рюкзаки. И тут Цун Ся осенило:

    – Брат Лю! Когда он вернётся и не сможет помыться, он будет в ярости.

    Но Чэн Тяньби и не думал переживать по этому поводу, наоборот, его даже немного порадовала мысль, что Лю Фэнъюй не сможет получить то, чего хочет.

    Вернувшись к тому месту, где договаривались ждать Лю Фэнъюя, они услышали неподалёку громкие крики. Подойдя ближе, они увидели группу солдат НОАК, окруживших мужчину, который рвался к реке и надрывно кричал:

    – Пустите меня! Я убью эту рыбу!

    – Что происходит? – спросил Цун Ся у стоявшего рядом человека.

    – Эта рыба только что съела его родителей. Бедняга.

    – Но почему вокруг него так много солдат?

    – Потому что он реверсивный мутант, – сказал Чэн Тяньби.

    Цун Ся был недостаточно высок, чтобы из-за чужих спин увидеть то, что творилось в центре толпы, но Чэн Тяньби без труда разглядел обезьяноподобную внешность кричащего мужчины.

    Цун Ся стало любопытно, и он протиснулся вперёд.

    Действительно, в окружении солдат стоял молодой человек с красивым лицом, но мускулистый, словно бык, и с телом, покрытым шерстью, как у орангутана. Он выглядел мощнее даже силового мутанта: могучие длинные руки, доходившие до колен, явно могли нанести сокрушительный удар, а крепкие коренастые ноги с широкими ступнями должны были обеспечить хорошую устойчивость на любой поверхности. Клочья одежды, разорванной при трансформации, свисали с крупного тела.

    «Так вот как проявляется реверсивная способность! Он и правда выглядит очень внушительно… и очень жалко».

    Глаза мутанта были налиты кровью, он кипел от ярости и пытался прорваться сквозь сдерживавших его людей, чтобы отомстить гигантской рыбе. Но, к сожалению, как бы силён он ни был, что он мог сделать с таким громадным монстром? Он просто пошёл бы на верную смерть.

    Конечно, армия не могла позволить самому ценному своему мутанту так бессмысленно сгинуть, поэтому они отчаянно пытались остановить его.

    После долгих криков молодой человек осел на землю и горько разрыдался. Его тело постепенно возвращалось в обычную форму, от одежды остались одни лохмотья, а лицо было залито слезами. Смотреть на него было мучительно больно.

    Его безутешный плач оживил в памяти окружающих болезненные воспоминания о потерянных близких и родных, и вскоре отовсюду стали раздаваться горестные всхлипы.

    Не выдержав этой гнетущей атмосферы, Цун Ся выбрался из толпы. Он подошёл к Чэн Тяньби, у которого было такое же мрачное лицо, как у него, и они молча поспешили уйти оттуда.

    Через некоторое время вернулся Лю Фэнъюй, выглядевший вполне беззаботно.

    – Брат Лю, мы здесь, – Цун Ся издалека помахал ему рукой. Сейчас его больше всего волновал вопрос, смог ли Лю Фэнъюй получить колбаски.

    Актёр подошёл к ним с довольной улыбкой.

    – Ну что? О чём тебя спрашивали?

    – Спрашивали о причинах моей мутации, о способностях и всяком таком. Ещё они хотели посмотреть, как я трансформируюсь. Я, естественно, отказался. – Лю Фэнъюй нахмурился: – Кажется, эти старики совсем не ценят свои жизни.

    Цун Ся рассмеялся:

    – Действительно, не ценят… Они не пытались завербовать тебя?

    – Ну-у, они просили присоединиться к ним, но я не согласился. Это слишком хлопотно. К тому же я прекрасно могу обойтись и без их еды.

    Как только разговор коснулся еды, глаза Цун Ся ярко заблестели и он выжидательно посмотрел на Лю Фэнъюя.

    Тот самодовольно усмехнулся и похлопал по своему карману:

    – Здесь. Вечером нужно будет найти укромное место, чтобы съесть их.

    Цун Ся взволнованно закивал.

    – Ладно, я пошёл мыться, а потом можно будет идти дальше, – заявил актёр, но Цун Ся схватил его за руку и неохотно рассказал о недавних событиях.

    От услышанного у Лю Фэнъюя перекосило лицо. Как бы он ни хотел искупаться, только идиот станет прыгать в реку, где водится тридцатиметровый сом-людоед. Со страдальческим видом он распыли на себя полфлакона духов и только после этого, поддавшись уговорам Цун Ся, снова отправился в путь.

    Им предстояло долгое путешествие.

http://bllate.org/book/13833/1220622