Готовый перевод The Return of Cambrian Period / Возвращение Кембрийского Периода: Глава 30. Комары-кровососы - 9

Глава 30

Комары-кровососы – 9

    Увы, поспать им удалось недолго. Вскоре их разбудил Лю Фэнъюй:

    – Просыпайтесь. Становится всё холоднее. Спать в таких условиях слишком опасно, – его тон был очень серьёзным.

    Открыв глаза, Чэн Тяньби посмотрел на часы: девять градусов ниже нуля!

    – Температура продолжает падать, – Лю Фэнъюй плотно закутался в пуховик, но его лицо было белым, как бумага, и, похоже, он уже не на шутку замёрз.

    Сидевший в глубине машины ребёнок тихо всхлипывал, жалуясь на холод.

    – Так не пойдёт, – озабоченно сказал Цун Ся. – Давайте вылезем и поищем место, где можно разжечь огонь.

    Он встал и откинул край тента, накрывавшего грузовик. Уже собираясь спрыгнуть вниз, он внезапно остановился, шокированный сценой, открывшейся его глазам.

    Снаружи горело несметное множество костров. Вместе с военными в этот поход отправилось более сорока тысяч гражданских. При таком количестве людей костры, разведённые ими, протянулись на многие, многие мили – так далеко, что не видно было конца.

    Вокруг каждого костра тесно сгрудились люди. Сгорбившиеся и трясущиеся от холода, они постоянно растирали руки и ноги. Среди них были и седовласые старики, и хныкающие от голода дети. Вот уже несколько дней они не могли попить чистой воды и поесть хоть сколько-нибудь нормальной еды. Их жизням и так постоянно угрожала опасность, а теперь ещё и подступило резкое похолодание, и смогут ли они его пережить – неизвестно.

    Горожане, привыкшие к спокойствию и комфорту, походили сейчас на армию беженцев: им нечего было есть и нечем согреться, а пламя костров – единственное, что поддерживало их существование в этой дикой безлюдной местности.

    Неужели таково теперь положение человека на Земле?

    Стоя в кузове грузовика, Цун Ся смотрел на это море находящихся на грани отчаяния переселенцев и чувствовал, как в горле поднимается жгучий комок. Подошедший к нему Лю Фэнъюй тоже горько вздохнул.

    Это не было жалостью к кому-то конкретно, это было скорбью по всему роду человеческому…

    Лю Фэнъюй первым выпрыгнул из машины, за ним – Чэн Тяньби и Цун Ся.

    Насобирав веток и позаимствовав пару горящих палок из ближайшего костра, они разожгли огонь и уселись греться. Вскоре к ним подошли какие-то незнакомые люди с безучастно опущенными головами и молча подсели к костру, крепко обхватив колени руками. В их потухших глазах и на пепельно-бледных лицах не читалось ничего, кроме бесконечной апатии.

    Цун Ся сидел, не отрывая взгляда от танцующих языков пламени, а в голове непрерывно крутилась одна мысль:

    «Древний нефрит, ты явился, чтобы помочь человеческому роду? Так помогай! Помоги нам выжить!»

    В скором времени температура упала до -16 градусов. Многие, не в силах терпеть зверский холод, стонали и плакали, тихо подвывая на одной ноте. Звуки отчаяния и безысходности наполнили всё вокруг.

    Как раз в тот момент, когда Цун Ся подумал, что хуже уже быть не может, издалека донёсся звенящий гул.

    Все повернули головы, пытаясь понять, что происходит, но было слишком темно, чтобы что-либо рассмотреть.

    – Что? Что там такое? – посыпались отовсюду испуганные вопросы.

    Но ответа никто не знал.

    Звук становился всё громче. И вот уже они смогли опознать в этом гуле резонирующее жужжание тысяч и тысяч летающих насекомых, с бешенной скоростью машущих крыльями. Это жужжание было очень похоже на комариное. Вот только, чтобы жужжать так громко, комары должны быть просто гигантских размеров.

    Чэн Тяньби одной рукой поставил на ноги Цун Ся, другой – дёрнул вверх Лю Фэнъюя, и резко скомандовал обоим:

    – В машину! Быстро!

    Выйдя из ступора, они бросились к грузовику. Звон крыльев стремительно приближался, прошло всего несколько секунд – и позади них раздались истошные крики:

    – Комары! Огромные комары!

    – Комары, сосущие кровь! Они летят на тепло! Скорее тушите костры, тушите их!

    Чэн Тяньби сначала втолкнул в грузовик Цун Ся, затем сам забрался в него вместе с Лю Фэнъюем.

    Гул вибрирующих крыльев зазвенел буквально за их спинами. Все трое оглянулись: комар размером с человеческую голову находился всего в паре метров от них!

    – Твою мать! – выдохнул Лю Фэнъюй.

    Чэн Тяньби выхватил армейский нож, но не стал дожидаться, когда комар окажется на расстоянии удара, а метнул в него лезвие ветра, на лету разрубив на две половинки. Это выглядело так, будто лопнул воздушный шарик, наполненный кровью: из раздутого живота мерзкой твари во все стороны брызнула алая кровь и дождём опала на землю.

    Отведя взгляд от останков насекомого, парни увидели, что многие люди неподвижно лежат на земле. Судя по их виду, по сморщенной и сухой, как у мумий, коже, из них высосали всю кровь. Поистине ужасающая смерть.

    Цун Ся и Лю Фэнъюй оцепенели, побледнев от страха, только Чэн Тяньби сохранил самообладание и приказал людям в грузовике:

    – Всем мутантам приготовиться к бою!

    Полная женщина с эволюционировавшим зрением в ужасе упала на колени, прижимая к себе дочь, и хрипло зарыдала:

    – Бесполезно! Всё бесполезно! Они повсюду, по всему небу!

    При таком тусклом освещении все, кроме неё, могли видеть не более чем на полсотни метров. Но даже без её слов оглушительное жужжание и чернота, накрывшая сотни костров, доказывали, что в небе несметные полчища этих кровососущих монстров.

    Увидев, что в сторону грузовика направляется рой комаров, те, кто ещё был способен действовать, будь то мутанты или обычные люди, схватили в руки всё, что могло сойти за оружие: ножи, металлические прутья, – и стали обороняться. Каждый раз, нанося удары по этим чудищам, они могли наблюдать, как "лопнувший шарик" орошает землю кровавыми брызгами.

    Но комарам не было конца.

    Снова и снова кровососущие твари, настигнув очередную жертву, вонзали свои хоботки толщиною с палец глубоко в её тело. И человек, только что бывший живым, за несколько секунд превращался в полностью высосанный, обескровленный труп. От страха перед подобной гибелью люди едва не теряли сознание.

    Цун Ся схватил Чэн Тяньби за руку:

    – Так ничего не выйдет! Их слишком много! По одному убивать бесполезно!

    Но солдату было не до него. Оттолкнув парня за свою спину, он негромко рыкнул:

    – Спрячься в грузовике.

    – Тяньби! – настойчиво закричал Цун Ся. – Вы с братом Лю должны объединиться! Используйте запах. У комаров обоняние в тысячу раз чувствительнее человеческого. Измени направление ветра, чтобы запах относило в их сторону. Они этого не выдержат!

    Чэн Тяньби замер и обменялся взглядами с Лю Фэнъюем.

    – Предупреждаю, – недовольно рявкнул актёр, – если ты не сможешь поднять запах повыше в воздух, смерть от потери крови покажется этим людям райской милостью.

    – Тяньби точно это сможет! – уверенно воскликнул Цун Ся.

    Стиснув зубы, Лю Фэнъюй скинул с себя пуховик и выпрыгнул из грузовика. Оглянувшись на парней, он велел с раздражённым видом:

    – Прикройте носы.

    Цун Ся поспешно зажал нос, а перед лицом Чэн Тяньби сформировалось что-то вроде воздушной маски.

    Внезапно тело Лю Фэнъюя поднялось над землёй. Его руки и ноги раскинулись в стороны, стремительно меняя форму, превращаясь в кроваво-красные лепестки огромного растения. Когда трансформация закончилась, перед ними предстал бесподобно прекрасный цветок по меньшей мере семи метров в диаметре. Центральную часть, полную острых шипов, окружали яркие лепестки, каждый размером со школьную доску и толщиной около десяти сантиметров. В самом сердце цветка находился Лю Фэнъюй. В окружении великолепных бордовых лепестков он выглядел фантастично, но при этом по-королевски роскошно.

    Да, это была она – неповторимая Раффлезия!

    Потрясённые люди ещё не пришли в себя, как в воздухе разлился отвратительный смрад. Он был настолько едким, что несколько человек, оказавшиеся вблизи Лю Фэнъюя, повалились на землю с пеной у рта, а те, кто был от него далеко, мучительно побледнели и зажали носы.

    Цун Ся тоже с трудом оставался в сознании.

    Он понял: вонь, что испускал Лю Фэнъюй, когда проявлял свои способности не в полную силу, – та вонь была просто мелочью, так, лёгким запашком, по сравнению с истинной мощью его зловония. Неудивительно, что актёр не любил говорить о собственном теле: это был не просто неприятный запах, это было убойное биооружие.

    – Блять, быстрее! – нетерпеливо закричал Лю Фэнъюй.

    Лицо Чэн Тяньби было зеленовато-бледным, не помогал даже воздушный фильтр перед носом. Вонь оказалась такой всепроникающей, что ему было лишь чуточку полегче, чем остальным. И всё равно ему казалось, что у него вот-вот вытекут глаза. Зато он понял, откуда у актёра столько самоуверенности и высокомерия: при таких способностях какой дурак рискнёт с ним связываться?

    Цун Ся стоял на коленях на земле, и его непрерывно рвало. Он угорел настолько, что сознание путалось от недостатка кислорода, а перед глазами плыли цветные круги. Лю Фэнъюй был прав: если Чэн Тяньби не сможет поднять эту вонь повыше в воздух, то лучше уж пусть комары высосут всю кровь – наверняка, это будет не так мучительно.

    На лбу Чэн Тяньби выступил холодный пот. Он закрыл глаза и выпустил всю свою энергию, чтобы изменить направление ветра, сначала поднимая весь зловонный воздух повыше над землёй, а затем посылая его в сторону комариных полчищ.

    Когда он снова поднял веки, то увидел, что комары с ломким треском падают на землю и там, ещё несколько раз дёрнув тонкими лапками, перестают шевелиться.

    Прошло всего несколько минут – и весь бесчисленный комариный рой, почуяв убийственный аромат, сбежал с поля боя.

    Лю Фэнъюй устало свернул свои лепестки, возвращаясь к человеческому облику. Чэн Тяньби тоже осел на землю, руки и ноги не слушались его, а в теле не осталось ни капли энергии.

    Ни у одного из них не было сил подняться на ноги.

    Когда Цун Ся перестало тошнить, он с трудом встал. Доковыляв до грузовика, взял куртку Лю Фэнъюя, вытащил из рюкзака запасную одежду и побрёл к актёру:

    – Брат Лю, быстрее одевайся. Очень холодно.

    Тот медленно поднял на него взгляд:

    – Одень меня.

    Выпустив из своего тела всю зловонную ци, имевшуюся у него, он теперь был истощён до такой степени, что не мог пошевелить даже пальцем.

    Цун Ся тоже был ослаблен, но всё же не так, как Лю Фэнъюй. Собравшись с силами, он натянул на него одежду, а потом пошёл к Чэн Тяньби:

    – Тяньби, ты в порядке? – спросил он, помогая солдату сесть.

    Чэн Тяньби покачал головой:

    – Устал.

    Хотя он истратил всю энергию, это не уменьшило общий объём той энергии, которую он мог культивировать. Как если бы у него был бак для воды размером с автомобиль. Даже если его полностью опустошить, сам бак от этого меньше не станет. Ему просто требуется время на восстановление, и "вода" постепенно снова заполнит его энергетический резервуар. Но какое-то время его "бак" будет пустым.

    Он лишний раз убедился, что нужно непрерывно увеличивать объём резервуара, чтобы тот мог вмещать как можно больше энергии – намного больше, целый океан. И тогда он не будет падать без сил лишь оттого, что изменил направление ветра.

    Цун Ся украдкой достал из рюкзака прессованное печенье и бутылку воды. Развернувшись так, чтобы максимально загородиться от чужих глаз, он разорвал упаковку, сунул печенье в рот Чэн Тяньби и прошептал:

    – Ешь скорее. Ты, наверное, очень голоден.

    Чэн Тяньби действительно очень хотел есть, после больших энергозатрат он всегда чувствовал жуткий голод.

    Когда он доел печенье, Цун Ся поднёс к его рту бутылку с водой:

    – Попей.

    Выпив всю воду и слегка утолив голод печеньем, Чэн Тяньби уже не выглядел таким пугающе бледным.

    Цун Ся обхватил Чэн Тяньби руками, закрывая от пронизывающего ветра, и обеспокоенно спросил:

    – Тебе лучше?

    Чэн Тяньби устало кивнул:

    – Всё нормально. Немного отдохну – и буду в порядке.

    – На этот раз твои способности могут быть раскрыты.

    – Не обязательно. Лю Фэнъюй был слишком заметным, а большинство людей нанюхались до обморока. Можно использовать его, чтобы отвлечь внимание.

    – Хорошо, я поговорю с ним. А ты отдыхай.

    Цун Ся посмотрел на бескровные губы Чэн Тяньби, и у него сжалось сердце. Он впервые видел солдата таким слабым, совсем не похожим на себя обычного: твёрдого, мужественного и сильного.

    Переведя взгляд на его подрагивающие ресницы, Цун Ся впервые ясно осознал, что это всего лишь молодой человек двадцати одного года. Чэн Тяньби был на несколько лет моложе его, но вынужден нести миссию намного более тяжёлую. И он ни разу не отступил и не пожаловался!

    По сравнению с Чэн Тяньби его собственные слабость и трусость были просто неизмеримы.

    Глядя на парня, который настолько устал, что не мог подняться на ноги, Цун Ся принял решение: он непременно должен стать сильнее, а для этого должен впитать все знания из нефрита. Ради Чэн Тяньби, который неоднократно спасал его, ради того, чтобы они вместе смогли выжить, он обязан перестать быть слабаком.

    Даже если он не способен стать крутым бойцом, то хотя бы станет ценным помощником. И возможно однажды сможет стоять рядом с Чэн Тяньби с высоко поднятой головой – не как опекаемый человек, не как обуза, а как надёжный, верный спутник.

http://bllate.org/book/13833/1220621