Готовый перевод The Return of Cambrian Period / Возвращение Кембрийского Периода: Глава 29. Комары-кровососы - 8

Глава 29

Комары-кровососы – 8

    Когда Чэн Тяньби и Цун Ся наелись настолько, что больше не могли впихнуть в себя ни кусочка, на огромной куриной ноге оставалась ещё добрая половина мяса. И Лю Фэнъюй смог, наконец, приступить к трапезе.

    Все трое уже давно не испытывали этого блаженного чувства полной сытости и хотели подольше насладиться столь восхитительными ощущениями.

    Вскоре желудок Лю Фэнъюя тоже был полон и он довольно откинулся назад. Увидев, что актёр насытился, Цун Ся с сожалением посмотрел на оставшееся мясо:

    – Не стоило брать так много, всё равно мы не можем его сохранить. Это слишком расточительно. Как насчет того, чтобы забрать, что осталось, и отнести другим людям?

    Чэн Тяньби бросил на него саркастический взгляд:

    – Ты хочешь устроить побоище?

    Цун Ся ошеломлённо замер. Он живо представил, как приносит мясо в лагерь и толпы голодных людей набрасываются на желанную еду, пытаясь урвать себе кусочек. Это будет настоящее смертоубийство.

    – Не переживай, оно не пропадёт впустую, – заявил Лю Фэнъюй.

    – А? Ты всё ещё можешь есть?

    – Ну, в животе у меня места больше нет, зато…

    Лю Фэнъюй положил ладонь на мясо, и оно сразу начало шкварчать и шипеть, будто его жарили на раскалённой сковороде. А затем куриная ножка стала постепенно растворяться со скоростью, видимой невооруженным глазом. Иногда пищеварительные соки, выделяемые ладонью Лю Фэнъюя, просачивались и тяжёлыми каплями шлёпались на траву, отчего она моментально истаивала без следа.

    Цун Ся и Чэн Тяньби поспешно зажали носы: аппетитный аромат жареной курицы, ещё мгновение назад витавший вокруг, теперь сменился отвратительной гнилостной вонью.

    Цун Ся было безумно любопытно, как работает пищеварительная система Лю Фэнъюя, но из-за ужасного запаха он не решался подойти ближе и мог только, затаив дыхание, наблюдать на расстоянии.

    Внезапно Лю Фэнъюй обернулся и пронзительно уставился на него:

    – Осмелишься произнести это слово, и я тебя изобью.

    Цун Ся торопливо замахал рукой, мол, нет-нет, что ты, и в мыслях не было. Он знал, что актёра очень задевает эта тема, стоит только заикнуться про вонь – мужчина моментально вспылит.

    Но Чэн Тяньби не собирался щадить его ранимую душу:

    – Здесь воняет, пойдём отсюда.

    Лю Фэнъюй так разозлился, что его рука резко дёрнулась и струя желтоватого, невыносимо зловонного пищеварительного сока выстрелила в направлении Чэн Тяньби.

    Солдат стремительно отпрыгнул в сторону, на ходу выхватывая нож.

    – Эй-эй, хватит! Прекратите! – Цун Ся поспешил встать между ними. – Брат Лю, посмотри на себя: ты и красивый, и сильный. А это просто маленький недостаток, стоит ли из-за него беспокоиться?.. Тяньби, давай мы с тобой пойдём вперёд, а брат Лю догонит нас чуть позже, хорошо?

    Лю Фэнъюй оскалился на Чэн Тяньби в злобной усмешке:

    – При случае, я покажу тебе мою истинную форму. И тогда ты будешь ползать передо мной на коленях.

    – Не сомневаюсь, твоя вонь кого угодно свалит с ног, – презрительно фыркнул Чэн Тяньби.

    – Ну же, пойдем скорее! – громким голосом перебил его Цун Ся, настойчиво подталкивая в направлении лагеря.

    Лю Фэнъюй раздражённо цыкнул и показал Чэн Тяньби средний палец.

    Обернувшись, Цун Ся увидел, что на куриной ноге растворилось уже почти всё мясо, остались только кости.

    Какая всё-таки жуткая способность! Если Лю Фэнъюй захочет причинить им вред, ему достаточно дождаться удобного момента и просто прикоснуться: пара секунд – и кожа разъедена до самого мяса.

    Когда они отошли достаточно далеко, Цун Ся с недоумением спросил:

    – Тяньби, почему ты его так ненавидишь? Он ведь на самом деле неплохой, просто немного избалованный.

    Холодно взглянув на парня, Чэн Тяньби выплюнул одно слово:

    – Воняет.

    – О! Но обычно от него не воняет. Только когда он использует свои способности, может немного… кхм… – Цун Ся смущённо умолк.

    Посчитав разговор оконченным, Чэн Тяньби пошёл вперёд. Пришлось его догонять:

    – Брат солдат, возможно, я разгадал главную тайну первичной энергии.

    – Рассказывай, – заинтересованно изогнув бровь, Чэн Тяньби посмотрел на парня.

    Цун Ся подробно изложил всё, что узнал сегодня, и, главное, рассказал о своей уверенности, что именно первичная энергия, появившись на Земле после землетрясения, стала виновницей глобальной эволюции.

    Выслушав его доводы, Чэн Тяньби согласился:

    – Звучит логично.  – Но потом нахмурился: – Древний нефрит с самого начала хотел, чтобы ты культивировал первичную энергию. Не означает ли это, что он появился сейчас как раз потому, что эта энергия высвободилась? Или потому что произошло то землетрясение?

    – Да, верно! Первичная энергия виновата в наступлении Судного дня человечества, но древний нефрит учит, как использовать её для культивирования. То, что он появился сразу после землетрясения – ни раньше, ни позже – явно не может быть совпадением.

    Он задумался:

    «Может ли быть, что когда тот старик говорил "мой народ", он имел в виду людей? Неужели древний нефрит появился, чтобы помочь человеческой расе пережить нынешнюю катастрофу?»

    Едва возникнув, эта идея крепко засела в голове Цун Ся. Он попробовал взглянуть на картину в целом, связав воедино множество событий прошлого и настоящего, включая информацию, полученную из нефрита, и, похоже, все факты указывали на одно – древний нефрит действительно может помочь людям.

    Так, стоп! Если это правда и он тот самый "преемник", о котором вещал старик, получается, ему отведена роль Великого спасителя, как в каком-нибудь фильме или романе?

    Поражённый этой мыслью, Цун Ся застыл на месте.

    Нет, это просто нелепо. Он самый обычный человек. У него нет ни нужных способностей, ни умений. Ну какой из него спаситель человечества? Понятно ведь, что его встреча с древним нефритом – чистейшей воды случайность. Если бы они не вошли в подземный трубопровод, не набрели на грибную пещеру, не были проглочены гигантским грибом, если бы он не рискнул жизнью, чтобы пронзить "сердце" этого грибного монстра, то его кровь не попала бы на древний нефрит и между ними не возникло бы никакой "кровной связи". Всё это просто стечение обстоятельств – и ничего более! Он обычный слабак, не способный защитить даже себя самого. Куда ему спасать других?

    Но тут он подумал, что, возможно, у него совсем другая задача.

    Что если его предназначение – передавать информацию из древнего нефрита другим людям, таким как Чэн Тяньби? Помогать сильным становиться ещё сильнее, чтобы они, обретя мощь и могущество, могли спасать многих и многих людей, – если именно в этом заключается его миссия, тогда да, он должен с ней справиться…

    – С сегодняшнего дня ты будешь культивировать вместе со мной по методу, описанному в нефрите, – прервал его размышления Чэн Тяньби.

    – Но я всё ещё не чувствую своего энергетического ядра.

    – Раз ты можешь поглощать энергию из мертвых существ, наверняка сможешь и из окружающего пространства. Не думай пока про ядро, просто следуй методу из нефрита. Кстати, ты поглотил энергию той курицы?

    – Эмм… я забыл, – расстроенно признался Цун Ся. – Я был так поглощён мыслями о еде, что всё остальное просто вылетело из головы, а потом было поздно, – с натянутым смешком объяснил он и покосился на Чэн Тяньби, чтобы проверить, не рассердился ли тот.

    Честно говоря, иногда он слегка побаивался солдата. Но ведь это нормально – быть осторожным с тем, кто гораздо сильнее тебя?

    Взглянув на Цун Ся, Чэн Тяньби увидел немного опасливое выражение на его лице. Сейчас парень напоминал милого домашнего хомячка, который робко смотрит на тебя жалобными глазками. У Цун Ся порой появлялся такой взгляд, особенно когда он говорил или делал что-то не так.

    Чэн Тяньби, к его собственному удивлению, это показалось довольно забавным. А потом он вспомнил слова Лю Фэнъюя о том, что Цун Ся похож на его жену. Если подумать, парень действительно всегда заботится о нём и старается сделать ему приятно. Пожалуй, это и вправду немного похоже…

    «Он так старается, потому что боится, что я брошу его? И всё это только ради того, чтобы я его защищал?..»

    Внезапная мысль заставила Чэн Тяньби нахмуриться. Хотя Цун Ся не делал ничего чрезмерного, солдат всегда чувствовал себя немного неловко. А их знакомство с Лю Фэнъюем дало ему ясно понять: он далеко не единственный вариант, есть и другие сильные люди, у которых парень может найти защиту, и уже прекрасно с этим справляется.

    Цун Ся ошарашено наблюдал за выражением лица Чэн Тяньби. Он ещё ни разу не видел, чтобы за столь короткое время на лице солдата сменялось так много разных эмоций. И хотя не было похоже, что Чэн Тяньби разозлился, он всё же решил аккуратно спросить:

    – Тяньби, ты сердишься? Просто сегодня я был ужасно голодный, а завтра обязательно попробую поглотить, обещаю.

    Опомнившись, Чэн Тяньби покачал головой:

    – Ничего страшного, попробуешь в следующий раз, – после чего развернулся и быстро зашагал вперёд.

    Но Цун Ся снова его догнал и заговорил, пытаясь разрядить атмосферу:

    – Как твои тренировки в последнее время? Твоё Лезвие ветра очень мощное. Ты проверял, на каком расстоянии оно может сохранять свою форму?

    – На данный момент примерно пять-шесть метров, – не глядя на парня, сухо ответил солдат.

    – Ого! Радиус поражения пять-шесть метров – это действительно много. Если начальник штаба узнает о тебе, они ни за что тебя не отпустят. Надо будет напомнить брату Лю, что нужно держать это в строжайшей тайне. А вон как раз брат Лю нас догоняет. Брат Лю, мы здесь!

    Слушая это "брат Лю, брат Лю", Чэн Тяньби ощущал, как в груди нарастает какое-то зудящее чувство: не то раздражение, не то беспокойство.

    Впрочем, Цун Ся тоже чувствовал тяжесть на душе, видя, что Чэн Тяньби не желает с ним разговаривать. Он не переставал проклинать себя за глупость: как можно быть таким идиотом, чтобы от одного вида еды забыть о важном деле? Упустил такую хорошую возможность для проверки, а теперь кто знает, повезёт ли им завтра с охотой на мутировавших животных.

    Чтобы скрыть смущение, ему пришлось всю дорогу идти позади Чэн Тяньби, болтая с Лю Фэнъюем о всяких пустяках.

    Когда они наконец добрались до стоянки, уже совсем стемнело. Большинство людей в их грузовике успели уснуть, но, услышав шум, некоторые из них открыли глаза и пристально уставились на вернувшуюся троицу.

    Лю Фэнъюй нахмурился:

    – На что смотрите?

    – Вы нашли еду, да? – шёпотом спросил Ло Юн.

    Эти трое выглядели такими энергичными, будто смогли наесться вдоволь, в то время как почти все находившиеся в грузовике были голодны и подавлены.

    После вопроса Ло Юна уже абсолютно все распахнули глаза и впились горящими взглядами в троих парней, рассматривая их с такой жадностью, словно хотели забраться им под одежду.

    Окинув их холодным взглядом, Чэн Тяньби произнёс голосом, в котором чудилось завывание ледяного ветра:

    – Нашли. И она у нас в желудках.

    Его взгляд, подобный взгляду волка и тигра ^[1], заставил людей содрогнуться от страха и опустить головы.

_______________

    ¹    Как волк и тигр (如狼如虎) – метафора, означающая кого-то сильного и свирепого, могучего и жестокого.

_______________

    – Ночью будем дежурить по очереди, каждый по два часа, – прошептал Чэн Тяньби, посмотрев на Цун Ся и Лю Фэнъюя.

    – Считаешь, это необходимо? – нахмурился актёр.

    – Да.

    Годы военной службы выработали у него привычку никогда не ослаблять бдительности. Он чуть ли не кожей чувствовал, что здесь есть люди, которые отчаянно жаждут добраться до их рюкзаков. После стольких опасностей, что они пережили, было непозволительно потерять всё из-за того, что расслабились в каком-то паршивом грузовике.

    Цун Ся никогда не сомневался в словах Чэн Тяньби. Кивнув головой, он хотел вызваться:

    – Хорошо, тогда я…

    – Ты первый, – Чэн Тяньби посмотрел на Лю Фэнъюя. – Ты весь день проспал.

    Лю Фэнъюй поджал губы:

    – Первый так первый, всё равно я ещё не хочу спать.

    – Через два часа я подменю его, а ты пока спокойно выспись, – взглянул на Цун Ся солдат.

    – Ладно. Но как только устанешь, сразу разбуди меня – я тебя сменю.

    Чэн Тяньби хотел что-то ответить, но вдруг замер, прислушиваясь к своим ощущениям:

    – Опять похолодало?

    Подняв руку, он посмотрел на термометр на своих часах. Действительно, после дневных 28 градусов сейчас температура снизилась уже до 21.

    – И правда стало прохладнее. Если это снова будет резкое похолодание, неизвестно, насколько может упасть температура, – Цун Ся обеспокоенно вздохнул.

    Люди в машинах и те, кто устроился на привал прямо на голой земле, тоже заметили изменение температуры. В последнее время такие резкие перепады уже никого не удивляли, поскольку случались каждые несколько дней. Эти температурные скачки в дополнение к безумно разросшимся сорнякам стали причиной гибели почти всех посевов. И большинство горожан решило остаться в Куньмине как раз потому, что боялось оказаться в дороге во время очередного сурового заморозка.

    Но те, кто отправились с армией, постарались подготовиться и сейчас спешно извлекали тёплые вещи, чтобы защититься от холода.

    К тому времени, когда они трое натянули на себя утеплённую одежду, температура упала уже до 16 градусов. Цун Ся, пытаясь поплотнее закутаться в куртку, прислонился к Чэн Тяньби:

    – Опять началось. Интересно, будет ли на этот раз снег.

    Чэн Тяньби ничего не ответил, только прикрыл глаза.

    – Тяньби, давай прижмёмся поближе, – шёпотом попросил Цун Ся.

    Солдат в ответ согласно угукнул и Цун Ся немедленно крепко прижался к нему.

    Он не знал, насколько сегодня опустится температура, но пока он рядом с этим мужчиной, то не устрашится холодов и презрит опасности. У Чэн Тяньби была огромная внутренняя сила, и в этом постапокалиптическом мире, где Цун Ся не знал, во что верить, и не видел надежды на будущее, эта сила стала для него психологической опорой.

    Он хотел бы жить вместе с Чэн Тяньби, ну а в крайнем случае – вместе умереть. С этой мыслью Цун Ся спокойно закрыл глаза и погрузился в сон.

    Когда Лю Фэнъюй увидел живописную картину из двух прижавшихся друг к другу мужчин, его брови невольно поползли вверх, а в уголках губ появилась двусмысленная улыбка.

http://bllate.org/book/13833/1220620