Готовый перевод The Return of Cambrian Period / Возвращение Кембрийского Периода: Глава 16. Суперзвезда - 3

Глава 16

Суперзвезда – 3

    Поскольку за последние дни они дважды становились свидетелями экстремально резкого похолодания, нынешняя тёплая погода не вызывала у них доверия. Вот почему перед сном Цун Ся сложил возле кровати все толстые одеяла, какие нашёл в квартире. А для большего комфорта застелил новое постельное бельё. Жаль, что Чэн Тяньби этого не оценил и уснул сразу, как только лёг.

    В отличие от Чэн Тяньби, который прошёл специальную подготовку и умел, экономя силы, почти мгновенно засыпать в любой обстановке, Цун Ся такими навыками не владел. Он просто лежал, пока в его голове крутились сотни навязчивых мыслей.

    Усилием воли он заставил себя закрыть глаза. Хозяином квартиры, должно быть, был одинокий мужчина – во всяком случае, судя по этой полутороспальной кровати. Двум взрослым мужчинам было на ней не то чтобы тесно, но лежать приходилось довольно близко.

    До слуха Цун Ся доносилось ровное дыхание Чэн Тяньби. Вслушиваясь в него, он постепенно успокаивался: что бы ни случилось, по крайней мере, он не один. Он осторожно прислонился к солдату, и сердце сразу наполнилось чувством защищённости. Вскоре на него накатила сонливость, и он наконец погрузился в глубокий сон.

    Рано утром их разбудил беспорядочный шум под окнами.

    Чэн Тяньби настороженно поднялся и, сдвинув шторы, выглянул вниз.

    – Что случилось? – тихо спросил Цун Ся, тоже подходя к окну.

    Он увидел, что на центральном дворике жилого комплекса собралась группа людей. Похоже, все они были жителями этого района. Некоторые, вооружившись лопатами и другими инструментами, выкорчёвывали новые побеги сорняков, выросшие за ночь. Остальные слушали седовласого старика, который громко о чём-то разглагольствовал.

    – Пойдём узнаем, в чём дело, – сказал Чэн Тяньби.

    Одевшись, они спустились вниз. Оказавшись на улице, Цун Ся заметил, что борьбой с сорняками занимались в основном женщины, а те, кто о чём-то дискутировал, были сплошь молодыми и сильными мужчинами.

    Появление двух незнакомых лиц сразу привлекло внимание.

    – Эй, тут два новых человека.

    Все посмотрели на них. Громкоголосый старик спросил:

    – Вы приезжие?

    Чэн Тяньби скупо ответил:

    – Проезжали мимо и остановились на ночь.

    – Неужели вы собираетесь уезжать?! Но куда?

    – У нас пока нет определённых планов, – присоединился к разговору Цун Ся.

    – Не уезжайте! Военные говорят, что сейчас во всём мире одно и то же. Теперь нам нужно держаться друг друга, чтобы выжить.

    – Если у вас есть, что сказать – говорите прямо, – слегка нахмурился Чэн Тяньби.

    Старик подошёл к ним:

    – Откуда вы приехали? Вы вообще знаете, что творится снаружи?

    – Кое-что слышали, но не слишком много.

    Старик подозрительно оглядел их:

    – Хорошо, давайте я вкратце расскажу, что и как, и вы поймёте, почему я предлагаю вам остаться. Мне ведь не нужно объяснять, в каком положении находятся сейчас люди, верно? Когда-то мы были хозяевами: использовали, что хотели, ели, кого хотели, доминировали над всеми видами. А нынче всё – мы больше не на вершине пищевой цепи. Появилось множество растений и животных, которые не прочь полакомиться нами, и они стали для нас угрозой. Эти внезапные мутации… даже правительство и военные оказались бессильны. Всё, что может сделать правительство – обеспечить четыре часа воды и одну порцию прессованной пищи в день. Нам, простым людям, остаётся только самим о себе заботиться. А те, кто хочет гулять в одиночку, не проживут и пары дней. Я вижу, что вы молоды и сильны. Почему бы вам не остаться здесь и не присоединиться к нашему сообществу? Тогда и у вас, и у нас будет больше шансов на выживание.

    На лице Чэн Тяньби не отразилось никаких эмоций:

    – Вам самим не хватает еды. С чего бы вам задаром кормить посторонних людей? Говорите прямо, что вы хотите, чтобы мы сделали.

    – …Ладно, скажу честно, – ответил старик, – каждый день в полдень правительство раздаёт сухие прессованные пайки. В одни руки выдаётся только одна порция, за кого-то другого её получить нельзя. В нашем сообществе сейчас сорок два человека, половина из них – слабые старики, женщины и дети. Нам приходится каждый день посылать десять молодых, сильных мужчин, чтобы они ходили получали продукты, а потом возвращались и раздавали их всем. Если вы, ребята, присоединитесь к нам, то мы сможем получить ещё две порции. А ещё две порции – это значит, у детей будет ещё по одному кусочку еды.

    – Почему вы посылаете только молодых людей? – задал ключевой вопрос Цун Ся.

    Старик вздохнул:

    – Каждый раз, когда они уходят, один или двое не возвращаются. Если однажды все наши молодые люди не вернутся, настанет моя, старика, очередь идти за едой.

    – Кто распределяет продовольствие: правительство или армия? – спросил Чэн Тяньби.

    – Ммм, точно не знаю, но я слышал, что те, кто раздаёт продукты, одеты в военную форму… А разве армия и правительство – это не одно и то же?

    Чэн Тяньби не собирался ничего ему объяснять:

    – Хорошо, сегодня мы пойдём с вами. Когда выходим?

    – Подождите немного. Они скоро закончат тянуть жребий, и сразу выдвинетесь.

    – В вашем сообществе есть мутанты? – продолжил расспрашивать Чэн Тяньби.

    На лице старика промелькнула странная смесь негодования и зависти:

    – Нет. Если бы они были, то погибших было бы не так много.

    – Почему вы так думаете?

    – Военные вербуют мутантов. Мутанты намного сильнее простых смертных, вроде нас с вами. А сейчас такие времена, когда люди с крепкими кулаками ценятся на вес золота. Каждый мутант, который работает на армию, получает не менее пяти пайков в день. К тому же многим из них даже не нужно ждать, пока им пришлют еду, они и сами прекрасно могут охотиться.

    Цун Ся и Чэн Тяньби взволнованно переглянулись. Они оба помнили, как невыносимо чувство голода, и не хотели испытать его вновь. Если б можно было получать шесть порций еды в день, этого хватало бы им обоим.

    Однако, независимо от того, был ли Чэн Тяньби мутантом или нет, они не могли остаться в этом сообществе, не говоря уже о том, чтобы делиться едой с этими людьми. Им просто нужно было, чтобы кто-то отвёл их к военным, избавив от необходимости самостоятельно искать дорогу.

    Поднявшись обратно в квартиру, они собрали свои вещи и снова взвалили их на спины. Мир менялся слишком стремительно, и у них не было уверенности, что они смогут сюда вернуться. Поэтому всё ценное пришлось взять с собой.

    Затем они вернулись во двор и присоединились к парням, вытянувшим неудачный жребий. Небольшая группа из десяти человек отправилась в путь.

    Цун Ся поинтересовался у старшего в группе:

    – Мы пойдём пешком? Почему бы не поехать на машинах?

    Тот ответил вопросом на вопрос:

    – Так вы сюда на машине приехали?

    – Да.

    – Наверное, с окраины города, да? А по центру проехать невозможно, практически все дороги разрушены. Теперь, если хочешь куда-то попасть – шевели ногами, без вариантов.

    – И сколько времени уйдёт на дорогу?

    – Часа два, если всё пойдёт гладко… Вот только у нас никогда не бывает "гладко", – на лице мужчины застыло выражение ужаса и страдания. – Ты ведь слышал? Каждый раз, когда мы выходим, – каждый божий раз! – кто-нибудь да не возвращается.

    – Объясни уже, что там за чертовщина в городе?

    – Там? – нервно усмехнулся старший. – Там полный пиздец! Крысы-людоеды, богомолы-людоеды, кошки-собаки-людоеды! Куча всяких разных монстров, и все – людоеды!.. В первый раз, когда мы вышли, двоим нашим богомол перерезал шеи. На второй день ещё одного утащила дикая кошка. Это третий день, и никто из нас не знает, сможет ли вернуться живым. Сейчас я больше всего жалею, что когда у нас в сообществе обсуждали вопрос, можно ли разрешить заводить домашних животных, я голосовал против.

    – Почему?

    – Теперь некоторые люди выживают благодаря своим питомцам. Среди животных намного больше мутантов, чем среди людей. У домашних животных, которые мутировали, как правило, меняется тело, а характер остаётся прежним. По крайней мере, они всё ещё преданы своим хозяевам и самовольно не нападают на людей. Не то что дикие! Те жрут всё подряд, а особенно любят людей. Конечно, человек ведь лёгкая добыча, к тому же в нас много мяса. Поймал одного – и целый день сытый, кайф… Ну так вот, у одного моего друга живёт собака. Она выросла выше трёх метров и каждый день ходит с хозяином на охоту. Да-а, теперь его семье не нужно беспокоится о пропитании. – Мужчина горько засмеялся: – Видишь, как всё перевернулось – люди вынуждены полагаться на собак, чтобы прокормить себя.

    А Цун Ся было не до смеха. От одной мысли, что они могут столкнуться с животными размером с холм, у него начинали дрожать колени.

    – Когда мы выходим, – продолжал лидер группы, – то заодно охотимся. Стараемся убить несколько мелких мышей или кого-нибудь наподобие. Не думай, что можно выжить, питаясь одной травой. Если люди будут долго недоедать, то те, кто послабее, очень быстро умрут, а те, кто моложе и сильнее, продержаться чуть подольше. Поэтому обязательно нужно есть мясо. Мы готовы рисковать жизнью, чтобы добыть пищу для наших семей, и пока способны дышать, мы, пусть даже ползком, но обязаны вернуться назад.

    Тронутый до глубины души Цун Ся тихо вздохнул. Чэн Тяньби, молча наблюдавший за ними со стороны, притянул его себе и, наклонив голову, прошептал:

    – При встрече с кем-то опасным, не делай глупостей, а сразу беги ко мне.

    Цун Ся грустно улыбнулся:

    – Не волнуйся, я знаю свои возможности.

    Каким бы он ни был добрым, он всё же не был настолько самоотвержен, чтобы жертвовать собой ради помощи другим. Привязанность этих мужчин к своим семьям растрогала его, но он понимал, что в условиях апокалипсиса, когда сам находишься на волосок от гибели, не время заботиться о посторонних.

    Их группа шла уже около сорока минут, когда наткнулась на огромного золотистого ретривера. Ростом более трёх метров, каждая лапа толщиной с талию взрослого человека, сияющая в солнечных лучах золотистая шерсть – он был устрашающе могуч и прекрасен. За ним следовала женщина лет тридцати, которая периодически дёргала пса за шерсть на лапах, и тот сразу замедлял шаг, подстраиваясь под её темп.

    Несколько человек всполошились, но старший закричал:

    – Не бойтесь, не бойтесь! У него есть хозяйка.

    Чэн Тяньби и Цун Ся впервые видели домашнее животное, которое, как рассказывал лидер группы, охотится вместе с хозяином. Хотя называть животное, выросшее до размеров большого грузовика, домашним – язык не поворачивался. Даже зная, что собака не нападёт на них, они нервничали не меньше остальных. Видимо, при встрече с крупным существом срабатывал какой-то первобытный инстинкт.

    Женщина посмотрела на них и потянула ретривера в сторону.

    Тут все заметили, что она тащит в руке окровавленный мешок – судя по размеру, в нём, скорее всего, была большая мышь – и чуть не захлебнулись слюной от зависти.

    На данный момент мыши лучше других животных подходили для использования в пищу, но охотиться на них было крайне сложно. Грызунов, бегающих стаями, люди победить не могли, наоборот, сами рисковали стать их добычей. А мыши-одиночки при виде человека убегали с такой скоростью, что догнать их не представлялось возможным.

    Поэтому охотиться на мышей могли либо мутанты, либо люди, которым помогали их питомцы-мутанты. В итоге и те, и другие стали объектами всеобщей жгучей зависти.

    С приходом апокалипсиса система социальных ценностей рухнула. Для людей, озабоченных выживанием и добычей пропитания, деньги быстро потеряли былое значение. Никто уже не завидовал сановникам и магнатам, отныне всё решала сила.

    Когда они уже отошли, кто-то прошептал:

    – Если бы я знал раньше, тоже завёл бы собаку.

    – Не, лучше кошку. Кошки ловят мышей лучше, чем собаки. И мы бы могли каждый день есть мясо.

    – Какой смысл говорить об этом? Если бы твой отец не проголосовал против…

    – Что значит "твой"? Как будто мой отец – единственный, кто был против!

    Лидер прикрикнул на них:

    – Эй, эй! Чего расшумелись? Если продолжите спорить… – его голос резко оборвался.

    Прямо на глазах у ошарашенных товарищей поперёк его горла проступила тонкая кровавая полоса. А потом все увидели, что голова мужчины, который ещё секунду назад разговаривал с ними, плавно и очень-очень медленно начала соскальзывать вбок, пока, наконец, с глухим стуком не упала на землю.

    Фонтан яркой артериальной крови брызнул на высоту более двух метров и опал вниз, орошая землю алым дождём.

    – А-а-а! А-а-а-а-а! Богомол! Это богомол!!!

    Стремительно промелькнул изумрудно-зелёный силуэт. Но с тех пор, как город заполонили сорняки, зелёный цвет был повсюду, и в этой зелёной массе человеческому глазу было трудно различить отдельные элементы. В траве, доходившей людям до пояса, богомол, с его тонким, 20-30-сантиметровым телом и идеальной камуфляжной окраской, легко оставался невидимым и неуловимым, как призрак. Постоянно перемещаясь с места на место, он без труда мог перереза́ть шеи и животным, и людям.

    Небольшой отряд в панике бросился вперёд. Сразу после атаки богомол скрылся в густой траве, и люди понятия не имели, где он теперь находится. Из всех насекомых в этом городе богомолы были самыми распространенными и самыми доминирующими хищниками, даже мутанты боялись их скорости и маскировочной окраски. Они были похожи на клан убийц, специализирующийся на том, чтобы прятаться в тени и нападать из засады на зазевавшееся свежее мясо.

    Чэн Тяньби и Цун Ся уже слышали от толстяка, насколько ужасны эти чудовища. И первая же встреча с ними оставила столь кровавое впечатление. Поэтому, естественно, они не смели медлить и тоже побежали со всех ног.

    Они успели отбежать совсем недалеко, когда Чэн Тяньби резко замер. Пусть богомол умел хорошо маскироваться, но пока он двигался – независимо от того, насколько лёгкими были его движения – он обязательно создавал колебания воздуха. Почувствовав ветерок, Чэн Тяньби моментально обернулся и обнаружил перед собой изумрудно-зелёную лапку, похожую на лезвие. Причём невероятно острое лезвие! Экзоскелет богомола всё ещё был заляпан ярко-красной кровью.

    Зрачки Чэн Тяньби мгновенно расширились.

http://bllate.org/book/13833/1220607