Готовый перевод The Protagonist Makes You Retreat / Главный герой вынуждает отступать: Глава 18. Пожалуйста, проявите к вашей Системе любовь и заботу

Глава 18

Пожалуйста, проявите к Вашей Системе любовь и заботу

    Что касается любви… В прошлом Цзи Мо собирался зарабатывать на жизнь литературным творчеством. Впервые получив гонорар за книгу, он провёл небольшие подсчёты: высчитал затраты на свидания, без которых не обойтись в отношениях, добавил стоимость подарков на всевозможные праздники и цену за более просторную квартиру, куда придётся переехать после свадьбы, – и всегда в конце общей суммы оказывалось на несколько ноликов больше, чем он мог себе позволить. Цифры убедили его, что в данный период любовь и отношения лишь помешают ему спокойно жить.

    Будучи реалистом, Цзи Мо воспринимал как должное, что единственный контакт в его телефоне, принадлежащий женщине, – это номер матери. В мыслях, крутившихся ночами в голове, он не раз допускал, что ему придётся провести всю жизнь в одиночестве. Кто бы мог подумать, что всего три года спустя он вступит в новый этап своей жизни – ради выживания начнёт строить романтические отношения с кем-то, кто и человеком-то не является.

    А дверь в эту новую для него веху открылась в таком причудливом, непостижимом месте, какое он не смог бы вообразить и в самой головокружительной фантазии.

    Прогуливаясь вдвоём с Е Минцзюнем по улицам Божественного континента, они повстречали немало последователей Храма. Вежливо принимая их приветствия, Цзи Мо, наконец, вернулся к реальности: вокруг сновало множество влюблённых парочек, нежно держащихся за руки, но каждая пара состояла из мужчины и женщины. Двое парней, как они, идущие вместе, смотрелись действительно странно. У Цзи Мо не было столько свободного времени, чтобы вникать в сексуальные предпочтения других людей, и всё же… как мужчина может найти чувство любви с другим мужчиной?

    Кабэ-дон?.. Нет, не годится! Он точно не удержится и отпихнёт Е Минцзюня.

    Принудительный поцелуй в стиле властного босса?.. Ну уж нет, у него с головой всё в порядке! Зачем ему делать то, что оскорбляет его тело и разрушает разум?

    Небольшая непринуждённая беседа о смысле жизни?.. Ха, смешно! Единственное, к чему может привести обсуждение с Е Минцзюнем смысла жизни, – это сомнения относительно собственной жизни.

    «Так не пойдёт! Неважно, какой это мелодраматичный штамп, как только ты примеряешь его на самого себя, на собственные фальшивые чувства – всё воспринимается совсем по-другому. Ну почему мы не можем стать просто приятелями по поеданию дынь ^[1] и остаться счастливыми одинокими собаками ^[2]?»

_______________

    ¹    Напомню, «Есть дыню» ( 吃瓜 ) – интернет-сленг, используется для описания человека, который пассивно наблюдает за всем со стороны, ни во что не вмешиваясь и не имея собственного мнения. Часто используется в значении: сплетничать, вести пустые разговоры о том, что их не касается.

    ²    «Одинокая собака» (单身狗) – сленговое выражение, относится к одиноким людям, вечным холостякам; выражает одновременно лёгкое презрение и снисхождение. Чаще всего используется одиноким человеком в отношении самого себя. В отношении другого человека выражает насмешку и иронию.

_______________

    Не имея ни теоретических знаний по данному вопросу, ни, тем более, практического опыта, Цзи Мо пытался вникнуть в специфику загадочных и непонятных отношений между «отрезанными рукавами». В это время главный виновник его затруднений, Е Минцзюнь, с любопытством разглядывавший толпы людей на улице, неожиданно остановился на месте:

    – Почему там такая длинная очередь?

    Проследив за его взглядом, Цзи Мо заметил неподалёку вереницу людей, растянувшуюся настолько, что хвост её терялся где-то вдали. Оглядев суетливую толпу, он сразу разобрался в происходящем:

    – Священнослужители низкого ранга, чтобы отточить своё мастерство, ежедневно выходят на улицы города и бесплатно накладывают исцеляющие заклинания на всех нуждающихся, – равнодушно произнёс он.

    Божественные заклинания чрезвычайно эффективны в лечении физических травм. Жрецы высшего ранга умели восстанавливать даже потерянные конечности человека, хотя и они были бессильны перед заболеваниями костей и внутренних органов. Разумеется, в окрестностях Храма не должно было быть так много раненых. Единственная причина таких длинных очередей – слепая вера простых людей в силу Божественных заклинаний. Даже когда лекарь ставил точный диагноз, они отказывались довериться ему и успокаивались лишь после посещения жреца.

    А ведь они понятия не имеют, кто ж такой этот Бог, которому поклоняется Су Гэ, но при этом воспринимают святой истиной всё, что с ним связано. Какая нелепость!

    Цзи Мо видел много таких людей. Поначалу он пытался образумить их, но потом обнаружил, что они всё равно любыми способами стремятся быть озарёнными божественным светом, – и перестал вмешиваться. Он уже собирался утянуть Е Минцзюня оттуда, как вдруг дорогу ему преградила женщина. Опустившись на колени, она склонилась перед ним так, что её лоб почти касался его ступней.

    – Жрец Утренней Звезды, мой ребенок болен. Не могли бы Вы благословить его?

    Вуйен позволила Цзи Мо в деталях рассмотреть внешний облик просительницы. Скользнув взглядом по её потрёпанной одежде, он спокойно сказал:

    – Сяньцзюнь, прошу, примените к нам вашу технику скрытности.

    Е Минцзюнь не отказал ему в просьбе: один взмах руки – и они оба исчезли с людских глаз. Увидев, как разочарованно застыло лицо женщины, Цзи Мо поднял взгляд на стоявшего рядом бессмертного:

    – Вы не спросите, почему я не помог ей?

    – Это всего лишь простудная лихорадка. Она хорошо излечивается, если вовремя принимать лекарства.

    Последние пять тысяч лет Е Минцзюнь всё время изучал что-то новое и необычное, и конечно, не обошёл вниманием искусство врачевания. Теперь он с одного взгляда мог определить подлинную картину болезни.

    Цзи Мо не удивился очередному его читерскому навыку, а невозмутимо пояснил:

    – На ее манжетах были пятна от микстуры, должно быть она уже сходила к врачу и получила лекарство. Отлично зная, что болезнь несерьёзная, она всё равно хотела, чтобы на ребёнка наложили Божественное заклинание. А понимая, что не может встать в очередь, решила просить благословления у Белого Жреца, и даже не побоялась рассердить меня этим.

    Не в силах постичь столь бессмысленное поведение, бессмертный растерянно спросил:

    – Это и есть любовь человеческих матерей к своим детям?

    – Да, великая, но безрассудная любовь… Дневной запас маны жрецов ограничен. Если эта женщина займёт место в очереди, другие пациенты получат помощь позже, а среди них наверняка найдутся раненые, которые действительно нуждаются в исцеляющих заклинаниях, и для которых любая задержка в лечении может стать критичной. Но её это не волнует, ведь для неё кашель собственного ребёнка важнее чужой жизни.

    Посматривая на женщину, продолжавшую наблюдать из тени, явно в ожидании шанса вклиниться в очередь, Цзи Мо искривил губы в беспомощной, но саркастической улыбке:

    – Сяньцзюнь всё ещё считает, что любовь – это нечто прекрасное?

    Люди – удивительно сложные существа! Е Минцзюню всегда было трудно разгадать, что за мысли переполняют эти маленькие головки. Вот, например, сейчас: ясно видно, что Цзи Мо улыбается, но витает вокруг него чувство печали и меланхолии.

    Однако, не собираясь отрекаться от своих взглядов, он возразил:

    – Я думаю, винить сто́ит не любовь, а невежество.

    – Невежественными людьми проще управлять.

    Проницательность бессмертного, совершенствовавшаяся на протяжении тысячелетий, была достаточной, чтобы увидеть истину. Цзи Мо признавал его правоту, и всё же голос Белого Жреца становился всё тише и подавленнее:

    – Нынешнее поколение людей Божественного континента выросло под опекой Чан Хуэя – бесполезным, безвольным. Они ничего не способны делать самостоятельно, только и могут, что полагаться во всём на Храм. Абсолютно во всём. Неважно, поле нужно вспахать или заключить брак – с любым вопросом они первым делом идут к жрецу, а потом спокойненько выполняют его указания. Совсем не такого хотел Су Гэ для этого мира. Но не мог же он заставить себя обречь на гибель людей, что уповали на него. Вот и оказался привязан к этому месту на тридцать лет. А предложение объединиться с Демоническим континентом… Думаю, он понимает, что уже через несколько лет будет уступать Йе Цзюньхоу по силе, и потому решил, наконец, разбить котелки и потопить лодки ^[3], чтобы собственными руками убить эту веру.

_______________

    ³    «Разбить котелки, потопить лодки» (破釜沉舟) – китайская стратагема, означает сражаться не на жизнь, а на смерть; отрезать путь к отступлению; поставить всё на карту. Русские аналоги: «Сжигать корабли», «Сжигать мосты».

    История происхождения: Генерал Сян Юи отправлялся на сражение с превосходящими силами противника. Но боевой дух его солдат был сломлен. Тогда, после переправы через реку, он приказал потопить все лодки, разбить все котелки для приготовления еды, сжечь все палатки, а каждому солдату оставить лишь трёхдневный запас продовольствия. Таким образом, у солдат оказался только один выход – победить противника, так как пути назад не было. Они яростно сражались и в итоге одержали победу.

_______________

    До пришествия Небожителей эти земли находилась под управлением Королевства Фэй. Когда Йе Цзюньхоу начал вторжение, Су Гэ и Чан Хуэй, объединив силы, дали ему отпор. В результате, обе стороны разделили территорию Королевства Фэй между собой, образовав Божественный и Демонический континенты. Самая большая страна этого мира оказалась бессильна перед мощью пришельцев с небес. С тех пор прошло всего тридцать лет, а люди, бывшие когда-то жителями Королевства Фэй, уже успели позабыть о минувших днях богатства и процветания, полностью покорившись власти Небожителей.

    Независимо от того, в каком мире он находился, Су Гэ оставался всё тем же Верховным Жрецом, который стремился нести добро и справедливость. Его очень печалило, что местная, самобытная цивилизация разрушалась по вине чужеземцев. Так что причина, по которой он выбрал для объединения именно Демонический континент, заключалась в желании вернуть Королевство Фэй к прежнему состоянию. Скорее всего, даже если б Чан Хуэй не покинул Храм, рано или поздно эти двое разошлись бы во мнениях, ибо между ними с самого начала не было единодушия.

    Цзи Мо давно уже заметил проблемы Храма, но, пробыв здесь всего три года и всё это время находясь под неусыпным присмотром Чан Хуэя, он был просто не в силах изменить что-либо. Сейчас он тоже не стал рассуждать о мировых разногласиях, а вместо этого сказал Е Минцзюню с тихим вздохом:

    – Вот почему, Е Минцзюнь, пожалуйста, не надо беспрекословно выполнять все мои запросы, даже если вам самому это нравится. Не позволяйте мне стать слишком зависимым от вас. Человек, полностью потерявший себя – это очень грустное и жалкое зрелище.

    В глубине души Цзи Мо всегда подозревал, что отношение Е Минцзюня к нему скорее похоже на привязанность к домашнему животному, чем на нежные чувства к возлюбленному: оставил при себе из жалости или ради забавы, и вроде бы не против порадовать разными игрушками, но если говорить о сердечной искренности – пожалуй, она весьма ограничена. Люди, что держат существ других видов в качестве живых игрушек, будьте готовы повторить их участь, когда встретитесь с жизнью более высокого уровня! По крайней мере, в сравнении с людьми Е Минцзюнь гораздо мягче по характеру.

    – Конечно, я не тот человек, который пожертвует жизнью ради моральной целостности. Если мне будет угрожать серьёзная опасность, я обязательно попрошу вас о помощи. И пока вы готовы откликаться, я постараюсь делать всё возможное, чтобы отблагодарить вас.

    В неволе человек может утратить способность выживать самостоятельно. Даже если хозяин, наигравшись, отпустит его, он всё равно не сможет вернуться к нормальной жизни.

    Отныне Цзи Мо вынужден находиться возле бессмертного, словно в клетке: внешний мир слишком опасен для него, чтобы рисковать выходить наружу. Единственное, что ему остаётся, – приложить все силы, чтобы не стать прирученным. А судьба непослушного питомца, осмелившегося стремиться к свободе, в конечном счёте зависит лишь от милости его владельца.

    Как он сам когда-то написал в своей книге: «Если нет сил оказать сопротивление – молись, чтоб человек, повстречавшийся тебе, оказался хорошим».

    К счастью, Е Минцзюнь действительно был очень добрым и хорошим бессмертным. Выслушав Цзи Мо, он как обычно мягко улыбнулся:

    – Хорошо, я согласен на твою просьбу. А в качестве награды ты обнимешь меня?

    Да ладно… этот Сяньцзюнь слишком быстро учится!.. Ему правда так нравится гладить ^[4] людей?

    Беспомощно глядя на него, Цзи Мо попытался поспорить:

    – Сяньцзюнь, если в объятия не вложены чувства, они почти ничего не значат.

    – У людей есть концепция – правда, я её не совсем понимаю, – утверждающая: «Для меня то имеет значение, что приносит мне удовольствие».

    «О… Нет, ну раз ты так говоришь, то… погладь меня. В любом случае, самое замечательное в объятиях – это когда кровь приливает, биение сердца учащается… Вот будешь делать это и увидишь напротив равнодушное лицо – тогда сразу поймёшь, что ответная реакция всё же имеет значение. Ведь если по-другому… Ты гладишь меня, я в это время глажу тебя – расслабляясь вместе, мы оба не прогадаем».

_______________

    ⁴    Напомню, что слово «обнимать» (抱) звучит также как слово, означающее «заниматься сексом». А Цзи Мо в своих мыслях использует слово 撸, которое хоть и переводится как «гладить», но гораздо чаще применяется в сленговом значении: фапать, мастурбировать, дрочить.

_______________

    Оценив непреклонный вид бессмертного, Цзи Мо утешил себя мыслью, что сейчас они скрыты от чужих глаз, и просто обвил руками талию мужчины.

    Тело Е Минцзюня было прохладным, словно нефрит, а от одежд веяло сочным ароматом влажных трав и листьев, будто он только что вернулся с берега озера. Это был первый раз, когда Цзи Мо по собственной инициативе находился настолько близко к кому-то. Но как ни убеждал он себя не думать об этом и представлять, что обнимает огромную Ночную жемчужину Еминчжу ^[5], его сердце всё равно колотилось быстрее и быстрее.

_______________

    ⁵    Еминчжу (Ночная светящаяся жемчужина) (夜明珠) – шар из камня (чаще всего флюорита), обладающего люминесцентными свойствами (светящийся в темноте). В мифологии – название древней мистической светящейся жемчужины, появившейся после извержения вулкана.

    Название жемчужины и имя Е Минцзюня различаются только последними иероглифами: жемчужина (чжу) – лорд (цзюнь).

    Картинки: светящаяся Еминчжу, самая большая в мире Еминчжу.

_______________

    С Е Минцзюнем оказалось довольно легко иметь дело: как только выполнялось его требование – он прекращал свои приставания. Даже сейчас, в такой удачный момент, он не попытался сделать следующий шаг, как будто затеял всё это из чистого любопытства, просто желая получить новые впечатления от активных действий Цзи Мо.

    В книгах персонаж с таким бесхитростным характером обычно появляется лишь для того, чтобы быть обманутым, выжатым до последней капли и отброшенным, как ненужный хлам… Нет, ну если вспомнить паршивый сюжет «Владыки Великой Пустоши», то, действительно, главные героини использовали его по полной.

    В памяти вдруг всплыл финал того гнилого шедевра, и Цзи Мо почувствовал, что та писанина может являться настоящим предзнаменованием будущего, ожидающего Е Минцзюня. Поэтому, подняв голову, он стал наставлять:

    – Сяньцзюнь, люди не так непосредственны, как животные. Человеческая природа ненасытна, нас всегда тянет к тому, что мы не можем обрести. Если хотите, чтобы вашими чувствами дорожили, никому не позволяйте заполучить их, не приложив сперва усилий.

    «О, вот значит как! То есть, ты постоянно переживаешь, что меня используют, но при этом не испытываешь ко мне ни малейших чувств? Правильно?»

    В ответ на слова Цзи Мо в глазах Е Минцзюня вспыхнули игривые искры. Ущипнув чистую светлую кожу на щеке парня, он усмехнулся:

    – Ты уверен? Ведь в таком случае, когда попросишь меня о помощи, тебе придётся заплатить дороже.

    Эээ?.. Да твою ж… Он снова забыл, что сейчас именно ему отведена роль главной героини, которая должна сначала использовать, а затем отбросить мужчину. Ничего не поделаешь, видно, не дано ему вжиться в этот образ…

    «Ох, и как это понимать? Сначала сам вырыл на дороге яму, потом сам же и рассказал о ней намеченной жертве, мол, прямо перед тобой яма, не ходи туда, не надо. Твою мать, должно быть, это настоящая любовь!»

    Ошеломлённый тем, как виртуозно он сам себя подставил, Цзи Мо усилием воли успокоился и разорвал объятия с бессмертным, решительно отказываясь демонстрировать своё душевное смятение:

    – Сяньцзюнь, относись ко мне так, как будто я ничего только что не говорил.

    Цзи Мо великолепно умел изображать безмятежный вид, становясь подобным сверкающей глади моря, которую, кажется, не способна потревожить даже легчайшая зыбь. В этот момент не было заметно ни намёка на яростную бурю, бушевавшую у него внутри. Но глядя на него такого, Е Минцзюнь, наоборот, только больше обрадовался и притянул его обратно в свои объятия:

    – Ты такой милый!

    Не ожидавший этой внезапной выходки, Цзи Мо ошеломлённо замер. К счастью, в сей критический момент свиток с Системой, умышленно забытый неким бессмертным на дне озера, взмыл в воздух и честно исполнил свой профессиональный долг:

    – Сяньцзюнь, вы заключили цель стратегии в объятия, не получив на то разрешения. Пожалуйста, примите наказание.

    – Ты выбрала неудачное время, чтобы вернуться, – поднял недовольный взгляд Е Минцзюнь, и поток алого пламени обрушился на свиток.

    Увы, создатель Системы, похоже, заранее предвидел подобный манёвр и потому поместил её в Карту гор и рек Шеджи, также являющуюся древнейшим Божественным артефактом. Так что Система, оставаясь стойкой и нерушимой, настойчиво взывала к справедливости:

    – Сяньцзюнь, пожалуйста, не используйте для атаки на Систему Истинный огонь Самадхи ^[6].

_______________

    ⁶    Сама́дхи – термин, описывающий важный метод медитативной практики в буддизме. Самадхи позволяет успокоить разум и достигнуть высшего уровня концентрации; таким образом, он становится таинственной силой, которая может перенести медитирующего в более высокие царства и полностью изменить состояние жизни.

    Истинный огонь Самадхи (三昧真火) – священный (высший) негасимый огонь, способный сжечь даже камни. Его нельзя потушить ни ветром, ни водой, а разгорается и сжигает тело жертвы он за считанные секунды.

_______________

    И вот, после тщетной попытки ликвидировать судью и избежать наказания, Е Минцзюнь торжественно обратился к Цзи Мо:

    – Давай серьёзно отнесёмся к выполнению миссии и снимем печать.

    Серьёзно отнесёмся, говоришь? А может перед тем, как запечатывать свою культивацию, нужно было просто серьёзно подумать?

    Косо поглядывая на Сяньцзюня – своенравного, непокорного и упрямого, – умудрившегося угодить в яму, им же самим и выкопанную, Цзи Мо твёрдо решил: с сегодняшнего дня он клянётся защищать Систему даже ценой жизни!

_________________

Автору есть что сказать:

    Цзи Мо: Скажите, почему вы вообще решили, что я, несгибаемо прямой натурал, могу интересоваться мужчинами?

    Е Минцзюнь: За двадцать с лишним лет ни одна женщина не сумела соблазнить тебя. Разве это не доказательство?

    Цзи Мо: Глупости! Моя сексуальная ориентация способна устоять даже перед внешностью Хуэй Юэ!

    Е Минцзюнь: В романах написано, что одни мужчины дают – другие принимают. А два мужчины-шоу просто не привлекают друг друга.

    Цзи Мо: Буду очень благодарен, если вы закроете зелёный сайт ^[7] на вашем экране, спасибо.

_______________

    ⁷    Зелёный сайт. Имеется в виду сайт www.jjwxc.net, где размещено много романов данмей (яой, BL).

_______________

http://bllate.org/book/13808/1218856