Идти через силу было мучительно. Бедро саднило, будто его грызли полчища муравьёв; Цзян Сю не мог толком разогнуть спину и после нескольких шагов начинал дрожать.
Всю дорогу до клиники он бежал без оглядки, и виски его были мокрыми от пота. Под маской лицо раскраснелось от духоты, на щеках налипли пряди, а на аккуратном кончике носа блестели капельки.
Фэн Мин намеренно сбавил шаг и пошёл следом.
За стойкой стоял дежурный врач. Глядя на приближающуюся пару, высокого и маленького, он мягко спросил:
— Оплатить пришли?
Цзян Сю запнулся: грубая ткань снова прошлась по бедру, и боль вспыхнула с новой силой. Под маской он слегка поджал губы и молча кивнул.
Врач вывел на экран счёт. Из-за досрочной выписки сумма вышла чуть меньше, чем Цзян Сю прикидывал заранее. Он приоткрыл рот, переводя дыхание после бега, и дрожащими пальцами вызвал платёжный код. Врач поднёс сканер.
Пик!
Дождавшись, когда на экране высветится «Оплата прошла», врач достал из-под стойки небольшой пакет с подарками. Внутри лежала пачка корма для котят, несколько тюбиков-лакомств и два пакетика козьего молока для малышей.
— Это вам от нас. Питомцы такое любят.
Из-под рукава пальто выскользнуло белое запястье. Цзян Сю взял пакет и вежливо сказал:
— Спасибо.
Врач впервые слышал его голос. Даже сквозь маску он цеплял, словно крючком. Врач замер, сглотнул и неловко хохотнул:
— Не за что, мы всем хозяевам такое дарим.
Это было правило клиники. Заметив, как скованно двигается Цзян Сю, врач участливо спросил:
— А что у тебя с ногой?
Цзян Сю неловко застыл, и пальцы, державшие пакет, невольно поджались. Он прикусил нижнюю губу, оставив на ней след от зубов, и отвёл глаза:
— Ничего. Спускался по лестнице и подвернул ногу.
«Врёт», — подумал Фэн Мин. Он опустил ресницы и разглядывал розоватую мочку, выглядывающую из-под шапки, и белую шею. Лицо его ничего не выражало.
«Какое подвернул. Его отымел мужик. Средь бела дня, до того, что ноги не сходятся и ходить он не может».
«Шлюха до мозга костей. От этого едва уловимого аромата кружится голова и подсаживаешься, как на иглу. Страшно представить, каким он бывает наедине с мужиком».
Фэн Мин прижал алый язык к нёбу, и взгляд сам собой соскользнул на нижнюю половину тела Цзян Сю, скрытую пальто.
«Ну и блядь. Небось, всё бедро распухло?»
От этой мысли по голове будто пробежал разряд, и кровь неудержимо хлынула вниз. Горло пересохло так, как никогда прежде, а за стёклами очков бушевало пламя желания.
Врач распечатал квитанцию и протянул Цзян Сю, а затем указал в сторону коридора: можно забирать котёнка.
Цзян Сю и не подозревал, что его фраза подлила масла в огонь. Он взял тонкую бумажку двумя пальцами, белыми, с чуть розовеющей мякотью ладони.
— Идём, — Фэн Мин поправил очки, упёршись указательным пальцем в переносицу, и скрыл за стёклами потемневший взгляд. Он слегка повернулся боком, чтобы «палатка» под голубым халатом не так бросалась в глаза.
Цзян Сю небрежно сунул квитанцию в карман и пошёл за ним. Двигался он по-прежнему медленно, а Фэн Мин, словно ничего не замечая, сбавил шаг и повёл его в палату, где держали Бело-рыжего.
Почти всех питомцев уже забрали хозяева, и в клетке остался лишь Бело-рыжий. Увидев Цзян Сю, он слабо замяукал и просунул сквозь прутья выбритую лапку, будто просил взять на руки.
Цзян Сю вдруг понял, что кое-что упустил: у него не было переноски. Как же он понесёт котёнка домой?
— Можно взять его за шкирку и нести на руках. На дорогу он не рванёт, — сказал Фэн Мин за его спиной и положил ладонь ему на плечо.
Внутренняя сторона ладони у него тоже была в мозолях, жёсткая, и Цзян Сю почувствовал, как под ней краснеет плечо.
— Но прививок у него нет, так что пока на кровать не пускай и купать его в ближайшее время лучше не надо. Когда ему исполнится три месяца, приведёшь его на вакцинацию.
Всё внимание Цзян Сю было приковано к Бело-рыжему. Волосы у него и без того были длинные, а теперь, под шапкой, чёлка падала на лоб и закрывала часть обзора. Чтобы не задеть при подъёме лапку с катетером, он поднял руку; рукав пальто съехал, обнажив розоватое запястье. Тонкими белыми пальцами он убрал со лба влажные от пота чёрные пряди.
На лбу блестела испарина, а открывшаяся кожа в свете ламп мерцала, как нефрит. На фоне этой белизны ярко выделялась родинка в уголке глаза, алая, словно капля крови. Казалось, она способна вырвать душу из тела. В ней было какое-то необъяснимое колдовство и призыв, идущий из самой глубины, вопреки всему.
Лицо Фэн Мина тут же изменилось. Словно в пылающий костёр подбросили сухой травы: искры брызнули во все стороны, и в голове с треском что-то взорвалось. Всё поплыло, и слова вырвались сами:
— Со сколькими ты уже трахался?
Горло пересохло, голос упал так низко, что был почти неслышен. Он стиснул плечо Цзян Сю, и пальцы без труда вдавились в мягкую плоть даже сквозь несколько слоёв ткани.
«До чего же приятно держать».
Цзян Сю не успел разобрать, что он сказал. Фэн Мин убрал руку, шевельнул губами, сглотнул и хрипло спросил снова:
— Цзян Сю, колбаску будешь?
Он неотрывно смотрел туда, где под маской угадывался рот Цзян Сю.
«Вот так бы и всунуть. Чтобы взял до самой глотки, чтобы глаза покраснели и он заскулил, роняя слёзы».
«Рот у него такой маленький, ему точно не вместить всё. Лишнее потечёт по подбородку и измажет маску».
Взгляд Фэн Мина был взглядом хищника, готового к прыжку.
Колбаску? Цзян Сю недоумённо свёл брови. Они же с Фэн Мином едва знакомы.
— Доктор Фэн, хорошие новости!
Дверь распахнулась, и вошёл дежурный врач с улыбкой, держа на вытянутой руке телефон с чем-то смутно знакомым на экране. Цзян Сю не успел присмотреться: заметив, что тот ещё здесь, врач на миг окаменел и поспешно спрятал телефон.
— Кхм.
Он неловко прокашлялся, положил руку Фэн Мину на плечо и натянуто спросил Цзян Сю:
— Слушай, а ты что, ещё не ушёл?
— Уже ухожу.
Поняв, что им нужно поговорить, Цзян Сю деликатно ответил. Клетка не была заперта; он отодвинул дверцу и, опустив глаза, осторожно протянул руку. Бело-рыжий вцепился передними лапами в его локоть, задними отчаянно заработал и сам полез в объятия, избавив Цзян Сю от лишних хлопот.
Котёнок возрастом месяц-два был крошечным и свернулся в руках комочком, почти ничего не весившим. Прижав его к себе, Цзян Сю вышел.
Врач проводил его взглядом до поворота коридора и шумно выдохнул:
— Ух, чуть не помер. Едва не ляпнул при малыше то, что не следует.
«Малыш? Да его, наверное, перетрахало столько мужиков, что не сосчитать».
Фэн Мин сбросил его руку, и взгляд его заметно похолодел.
— Что там у тебя? — безразлично спросил он.
Врач ничего не заметил. Он достал телефон и повернул экран к Фэн Мину. Тот пробежал глазами переписку и вскинул бровь:
— Опять кого-то склеил?
Врач гордо фыркнул, и в голосе его засквозило самодовольство:
— Круто, да? Попробовал бы и ты, доктор Фэн. Всё равно «Искатели общения» в ближайшие месяцы закрываются полностью, так чего зря пропадать?
Фэн Мин слегка прищурился. Рука, спрятанная в кармане синего халата, незаметно погладила холодный корпус телефона. Там лежали десятки сообщений, которые невозможно было отправить. Очевидно, его уже занесли в чёрный список.
***
Бедро по-прежнему болело. Цзян Сю шёл с котёнком на руках, то и дело останавливаясь.
Миновав тёмный переулок за поворотом, он остановился у обшарпанного жилого дома. Внутри было тихо. Глядя в чёрный провал подъезда, он поставил пакет, достал телефон и набрал по цифре: 110.
Хотя толку, пожалуй, не будет. В окрестных районах с порядком было совсем плохо: даже если случалось убийство, до тех пор, пока дело не получало огласки, на него не обращали внимания. С мелкими склоками обычно старались не связываться, спихивали или замазывали, и, кроме потери времени, обращение ничего не давало.
Он так и не нажал вызов. Под белой кожей руки проступили синие жилки, а тонкие пальцы дрожали на корпусе телефона. Цзян Сю глубоко вдохнул, медленно выдохнул, словно что-то в себе подавляя, снова взял пакет и шаг за шагом поднялся по лестнице.
Из-под шапки он настороженно осматривался вокруг: если новый сосед снова выйдет донимать его, он тут же нажмёт вызов.
Но, к его удивлению, соседа не было видно до самой двери съёмной квартиры. Соседская дверь была плотно закрыта, из-за неё не доносилось ни звука, словно новый жилец вовсе отсутствовал.
Цзян Сю будто стало легче. Он приоткрыл рот и тихо выдохнул, обдав воздух нежным, пьянящим ароматом.
***
Центр Цзянши, Всемирный финансовый центр
Ассистент вышел из чайной комнаты с кофе в руках, сонно потирая глаза и широко зевая. Случайно скользнув взглядом по двери, он наткнулся на пару холодных тёмно-карих глаз. Ассистент вздрогнул, и кофе чуть не выплеснулся из чашки:
— Д-директор Се!
Безупречно сшитые туфли ступили на гладкий мраморный пол, а в тёмно-синие брюки точно по фигуре были облачены сильные ноги. Се Чангуань смотрел на него почти сверху вниз, и красивое лицо не выражало никаких чувств:
— Спать хочется?
Как тут не хотеть. Вчера он ходил за Се Чангуанем в спортзал и просидел там несколько часов, так что домой уехал куда позже обычного. Выспаться не удалось совершенно. А вот Се Чангуань, потратив в зале столько сил, всё равно выглядел бодрым, без малейших следов усталости. Выносливость у него была просто пугающая.
— Н-нет, не хочется, — дрожа, ассистент выдавил профессиональную сухую улыбку. Правду сказать он не смел.
— Иди отдыхай.
Се Чангуань одной рукой с чётко очерченными костяшками легко толкнул дверь кабинета и бросил, не оборачиваясь:
— Полдня выходных, с сохранением оклада.
Тяжёлая стеклянная дверь медленно закрылась, и отличная звукоизоляция отрезала радостный возглас ассистента.
Се Чангуань перевёл тёмно-карие глаза вниз, на мгновение замер длинным пальцем над экраном и открыл синее приложение. Пролистав длинную историю переписки, он остановил глубокий взгляд на единственной фотографии.
Посмотрел ещё раз, и снова... Как же она манит.
Дыхание Се Чангуаня чуть потяжелело, и он с некоторым смущением отвёл глаза. Подушечкой пальца он долго удерживал выбранное фото, и на странице выскочило несколько вариантов: переслать, сохранить, удалить, цитировать.
Он навёл палец на «Удалить» и с точностью нажал... «Сохранить».
http://bllate.org/book/13712/4588294
Готово:
