В тесной комнатушке Цзян Сю медленно набрал на экране:
«Прости».
Он свернул приложение. На счет как раз поступил остаток оплаты от госпожи У — ровно сорок юаней.
Приняв перевод, юноша убрал со стола мусор, нагнулся и вытащил из-под кровати уже начатый пакет с кошачьим кормом.
Широкий рукав футболки скользнул вверх, обнажив тонкое, сухощавое предплечье. Кожу покрывала сеточка бледно-бурых шрамов, напоминавших трещины на изящном белом фарфоре.
Зачерпнув большую горсть корма, Цзян Сю неторопливо спустился на улицу.
Во дворе царила сонная тишина. Раздвинув переплетенные плети дикого плюща у полуразрушенной кирпичной кладки, он высыпал угощение на землю и замер рядом, задумчиво глядя под ноги.
Прошло около десяти минут, но привычного мягкого мяуканья так и не раздалось. Цзян Сю обеспокоенно нахмурился.
Он включил фонарик на телефоне и направил луч света в самую гущу переплетенных веток.
В ярком круге света лежал маленький, месяца два от роду, бело-рыжий котенок. Его лапки судорожно подергивались, а из приоткрытой пасти шла белая пена.
Почуяв человека, малыш попытался шевельнуться. Он явно хотел, как всегда, подбежать и ласково потереться о ноги, но лишь беспомощно сучил лапками по земле, не в силах подняться.
У Цзян Сю перехватило дыхание. Ни секунды не раздумывая, он шагнул в кусты, бережно подхватил дрожащий комочек на руки и бросился прочь из темного переулка.
***
Раздвижные стеклянные двери ветеринарной клиники «Доброе сердце» были полуоткрыты. Яркий свет изнутри падал на тротуар, прочерчивая на темном асфальте широкую серебристую полосу.
За стойкой регистратуры стоял высокий мужчина в светло-голубом медицинском халате, выгодно подчеркивавшем его правильные, благородные черты лица. Прижимая ладонью журнал дежурств, он неторопливо говорил по телефону. Его мягкий, глубокий баритон звучал на редкость спокойно и умиротворяюще:
— Кот из третьей палаты только после операции, сейчас самый критический момент. Завтра утром на смене присмотри за ним повнимательнее. Если возникнут осложнения, сразу же набери...
— Доктор, умоляю, спасите его! — задыхающийся от быстрого бега, отчаянный голос оборвал Фэн Мина на полуслове.
Фэн Мин замер. Этот голос — чистый, певучий, невероятно красивый — отозвался в его душе сладким трепетом. Он медленно, словно завороженный, повернулся на звук.
У самого входа стоял юноша в простой белой футболке и темных брюках. Слегка отросшие густые волосы мягко обрамляли его бледное лицо и спускались к тонкой шее.
Юноша был потрясающе, почти пугающе красив. Его тонкие, совершенные черты казались творением великого скульптора, а алые, словно налитые кровью губы судорожно хватали ртом воздух. В приоткрытом рту то и дело мелькал влажный кончик розового языка, лишая всякого самообладания.
Фэн Мин мертвой хваткой вцепился в трубку, не в силах отвести взгляд. Из-за тонких стекол очков он бессовестно, с жадностью голодного зверя разглядывал нечаянного гостя.
Цзян Сю слишком поздно вспомнил, что забыл надеть маску. Под столь бесцеремонным, тяжелым взглядом он поспешно отвернулся и уже сделал шаг назад, намереваясь уйти. Однако, опустив взгляд на задыхающегося котенка у себя на груди, он пересилил неловкость. Почти бегом преодолев разделявшее их расстояние, он взмолился вновь:
— Прошу вас, помогите ему!
Только тогда Фэн Мин заметил в его руках изможденное тельце. Судороги у котенка прекратились, но бока едва вздымались — кроха дышал через раз.
— Давайте его мне, — Фэн Мин невероятным усилием воли заставил себя переключиться на работу. Он нажал отбой на телефоне, осторожно забрал котенка и быстро зашагал в сторону процедурного кабинета.
Цзян Сю дернулся было следом, но врач бросил через плечо:
— Подождите здесь. Мне нужно будет завести карту пациента, так что понадобятся ваши данные.
Автоматическая дверь с тихим шипением разъехалась в стороны и тут же затворилась за ветеринаром.
В клинике уже почти никого не осталось — рабочий день давно подошел к концу, и лишь в паре кабинетов тускло горел дежурный свет. У стены высился огромный стеллаж, заставленный пакетиками с кормами премиум-класса и дорогими лакомствами для животных.
Оставшись один в тишине холла, Цзян Сю почувствовал, как спадает первая волна паники, а на ее место приходит холодное осознание реальности.
«Я поступил слишком опрометчиво. В кармане нет ни гроша... На что мне лечить котенка?»
Мобильный в кармане глухо завибрировал, отвлекая его от невеселых мыслей. Цзян Сю достал телефон и разблокировал экран. На самом верху висело всплывающее уведомление от администрации платформы «Искатели общения».
Новостей было несколько, но первая же строчка заставила его сердце пропустить удар. Это было официальное извещение о полном и безвозвратном закрытии сервиса.
[В связи с обстоятельствами непреодолимой силы платформа «Искатели общения» прекращает свою работу в конце текущего года. Запуск процедуры ликвидации и удаления учетных записей пользователей начнется в ближайшее время.]
[Приносим искренние соболезнования в связи с доставленными неудобствами. Благодарим вас за то, что все это время оставались с нами!]
В комментариях под постом уже вовсю бушевали споры и плодились слухи:
— Выкладывать такое глухой ночью — это инфаркт можно получить! Разработчики, миленькие, ну сделайте хоть что-нибудь, не закрывайтесь!
— Да ладно, проект очевидно загнулся. Слухи о том, что основатели перегрызлись между собой, оказались чистой правдой.
— Плюсую. Говорят, они вообще выгребли всю кассу и свалили за границу, оставив сестру Сун у разбитого корыта.
Платформа «Искатели общения» всегда выгодно отличалась от конкурентов: мягкие правила, отсутствие жесткой возрастной верификации и никаких скрытых комиссий при выводе средств. Именно поэтому несовершеннолетний Цзян Сю выбрал именно ее. Здесь он мог спокойно брать заказы и забирать всю оплату себе. Если приложение закроют, он лишится единственного источника заработка, а найти замену в его положении будет практически невозможно.
Растерянный и неприкаянный, юноша стоял посреди тихого коридора клиники, не зная, что делать дальше.
Щелкнул замок, автоматическая дверь ушла в стену, и к нему вышел Фэн Мин. В руках он держал прозрачный пластиковый бокс. На дне бокса, укутанный во флисовое одеяло, мирно спал котенок. Лапки его больше не дрожали.
— Кроха отравился какими-то химикатами, — негромко произнес ветеринар. — К счастью, вы успели вовремя, сейчас его жизни ничто не угрожает. Но он еще совсем крошечный, большинство сильных антидотов ему противопоказаны. Будем выводить токсины капельницами.
Фэн Мин перевел взгляд на юношу. От того исходил тонкий, едва уловимый, но дурманящий аромат, от которого уставшая за день голова врача пошла кругом. Слегка осипшим голосом он добавил:
— Потребуется около недели процедур. Если не возникнет осложнений, сможете забрать его домой.
Глядя на спящего малыша, Цзян Сю тихо спросил. Его чистый, прохладный голос прозвучал подобно весеннему дождю, шуршащему в бамбуковой роще:
— Сколько это будет стоить?
Его длинные ресницы испуганно дрожали, отбрасывая тонкие тени на изящные скулы, а в глубине прекрасных глаз плескалось неприкрытое отчаяние.
Фэн Мин завороженно смотрел на это прекрасное лицо. Голос его невольно стал тише и ниже:
— Сама инъекция — семьдесят юаней. Капельницы — по сто в день. Если оставите его в стационаре, это еще тридцать пять юаней за сутки.
В общей сложности выходила приличная сумма — больше тысячи юаней. Для Цзян Сю это были колоссальные деньги. Он растерянно прикусил губу. Из-за этого аккуратный изгиб его верхней губы проступил четче, маня спелой, нежной мягкостью. Фэн Мин шумно сглотнул, почувствовав, как воздух в горле мгновенно закипел.
— А если... если отказаться от капельниц?
Заметив замешательство юноши, Фэн Мин прищурился, взгляд его потемнел от недоброго предвкушения, а дыхание сделалось тяжелым.
— Крайне нежелательно, — вкрадчиво возразил врач. — Котенку еще не делали прививок, иммунитета у него нет никакого. Любой оставшийся в организме токсин может спровоцировать рецидив, и тогда спасти его уже не удастся.
Фэн Мин хищно улыбнулся и перешел на доверительный шепот:
— Но вы не переживайте так из-за денег. Оплатить можно будет перед самой выпиской. А пока давайте просто запишем ваши данные.
Цзян Сю недоуменно вскинул голову. В его настороженном взгляде сквозило недоверие. Под холодными неоновыми лампами его безупречная кожа казалась прозрачной, точно дорогой фарфор. Он напоминал хрупкий цветок, распустившийся посреди зимней стужи, или алую лилию смерти на краю бездны — пугающе прекрасный и манящий.
Карточка пациента требовалась лишь для обратной связи, так что опрос много времени не занял. Намеренно избегая расспросов, Цзян Сю указал лишь самый примерный район проживания вместо точного адреса. Закончив с бумагами, он поспешил уйти.
Фэн Мин задумчиво провожал его взглядом. Когда силуэт юноши растаял в ночной темноте, ветеринар медленно провел пальцами по экрану компьютера, оглаживая строчки с именем владельца.
— Цзян Сю... — прошептал он. Его кадык судорожно дернулся, а в глубине зрачков вспыхнул опасный, нездоровый блеск.
***
Ночные улицы встретили Цзян Сю прохладой и безлюдьем. Отойдя на приличное расстояние от клиники, он наконец облегченно выдохнул и почувствовал, как напряжение отпускает измученное тело.
Шагая под редкими фонарями, он вновь достал телефон, собираясь дочитать уведомление о закрытии платформы, когда на экране высветилось входящее сообщение.
«Клубничный мармелад: Ладно, не буду навязываться».
«Подожди».
Вспомнив о неподъемном счете за лечение котенка, Цзян Сю лихорадочно застучал по клавишам:
«Я согласен».
«Опиши подробнее, что именно от меня требуется».
«Клубничный мармелад:...?»
Заказчица не стала задавать лишних вопросов. За десять минут они обсудили все детали плана, обменялись контактами в WeChat, после чего она без лишних слов перевела ему предоплату — целых восемь тысяч юаней.
«Клубничный мармелад: Как только убедишься, что этот придурок пришел на место встречи, отправь ему голосовое: "Ха-ха-ха, придурок, не ожидал?! Я парень, и у меня побольше твоего будет!" А потом сразу кидай его в черный список».
«Клубничный мармелад: Отправишь — скинешь скриншот переписки, и я переведу остаток. Жду отличных новостей!»
Цзян Сю на секунду завис. Читая инструкции, он даже при всей своей эмоциональной холодности не мог не почувствовать, сколько обиды и жажды нелепой мести кроется в этой затее.
«Он тебя сильно обидел?»
«Клубничный мармелад: Этот гад прирезал меня двадцать раз за катку! Я всю игру просидела перед серым экраном! Никакого удовольствия, один сплошной стресс!»
«Клубничный мармелад: Если я ему не отомщу, спать спокойно не смогу!»
Похоже, девушка решила расслабиться перед сном в онлайн-баталиях, а в итоге заработала себе нервный срыв. На платформе «Искатели общения» действительно был собственный игровой раздел со встроенными реферальными ссылками на популярные онлайн-проекты от партнеров.
Память старенького смартфона Цзян Сю давно была забита под завязку, поэтому в игры он никогда не заходил, но вполне мог представить степень ее ярости.
Он подтвердил получение платежа и переименовал контакт заказчицы: «Розыгрыш: милая мишень». Вернувшись в приложение, он отыскал присланную ею визитную карточку жертвы.
Аватарка в профиле была серой и невзрачной — какой-то мрачный парень из аниме. Цзян Сю не увлекался японской мультипликацией, так что персонажа не узнал, зато никнейм сразу заставил его удивленно приподнять бровь:
«Красавчик в розыске».
Тщеславия владельцу было явно не занимать.
Как и велела Клубничный мармелад, Цзян Сю переслал контакт на свой резервный женский аккаунт. Перейдя туда, он открыл страницу цели. Профиль оказался девственно чистым. Никаких постов, никакой личной информации — типичный аккаунт-однодневка. Однако индикатор горел зеленым: цель была в сети.
Тусклый свет уличного фонаря мягко ложился на макушку Цзян Сю, очерчивая золотистым контуром его тонкий профиль.
Прежде чем сделать первый шаг, следовало прояснить один важный момент. Он открыл диалоговое окно и быстро набрал:
«Привет! Ты так круто играешь... Слушай, а у такого классного паренька есть девушка?»
http://bllate.org/book/13712/4451957
Готово:
