До наступления темноты все вышедшие наружу игроки в спешке вернулись в свои хижины.
Хао Тяньшо вечером вскипятил воды и, занося её в дом, с ухмылкой предупредил:
— Лучше всё-таки не пить. В доме-то туалета нет, а ночью не выйдешь...
Ло Яньчжун спросил:
— Разве можно умереть от желания пописать?
— Тоже верно. Когда жизнь под угрозой, не до стеснения. Дядя, не бойся, в случае чего я заслоню!
Ло Яньчжун махнул рукой:
— Там в углу стоит пустая бочка, до штанов не дойдет.
Хао Тяньшо расхохотался.
Ся Юэ покосилась на него:
— Только ты и можешь смеяться.
— Надо же иногда расслабляться!
Ши Юцин послушал их болтовню, принял лекарство и сел отдыхать в уголке.
Перед тем как исчез последний луч заката, сестра Ли вернулась, таща за собой какой-то сверток. Но она не сразу вошла в дом, а сначала с силой бросила этот сверток перед дверью. Не дожидаясь, пока находящиеся внутри подойдут посмотреть, она шагнула внутрь, быстро закрыла дверь и заперла её на засов.
Как только сестра Ли вошла, Ши Юцин уловил сильный запах крови и ещё какой-то странный, не поддающийся описанию дурной запах.
Остальные, видимо, тоже учуяли его. Хао Тяньшо даже зажал нос.
Ся Юэ тихо спросила:
— Сестра Ли, чем это от тебя пахнет?
Та, похлопывая себя по одежде, с ноткой гордости в голосе ответила:
— Наше любимое божество одарило нас множеством вкусной рыбы. Но сейчас — время возвращения душ усопших, эту рыбу мы оставили для них, снаружи. Они ведь могут вернуться только в это время. Наша жизнь ещё долгая, спешить некуда.
Ся Юэ взглянула на Го Ялань и тихо буркнула:
— Такая вонь, а говорит «вкусная»...
Го Ялань поспешно приложила палец к губам, призывая к молчанию.
Но Ся Юэ уже заметила, что сестра Ли, нахмурившись, уставилась на неё мрачным, леденящим взглядом. Она тут же замолчала и, испугавшись, забилась на свою подстилку, расстеленную прошлой ночью.
Лицо сестры Ли выглядело бледным и холодным. Убедившись, что девушка легла, она фыркнула, откинула крышку центрального гроба и улеглась в него.
Когда крышка захлопнулась, Ся Юэ тяжело выдохнула:
— Напугала до смерти...
Хао Тяньшо, тоже с перепугу, тихо спросил:
— А что там, снаружи... правда рыба?
— Должно быть, — принюхиваясь, сказал Ло Яньчжун. — Рыбой пахнет, но вонь от другого.
Хао Тяньшо сглотнул:
— Может, там и мертвечина?
— Исключать нельзя…
Хао Тяньшо: «...»
Хао Тяньшо и Ся Юэ одновременно вздрогнули.
Ши Юцин, какое-то время посмотрев на гроб, перевел взгляд на окно.
Вскоре повторилась та же жуткая картина, что и прошлой ночью.
Словно шествие ста призраков, снаружи туда-сюда сновали тени. Но на этот раз все они подходили к тому месту, куда сестра Ли бросила мешок, и один за другим склонялись над ним...
Затем в дом отчетливо донеслись звуки чавканья, разрывания и глотания. Хотя ничего не было видно, звуки казались настолько яркими, что в мозгу у каждого разыгрался жуткий спектакль, а липкий запах постепенно заполнял собой всё пространство перед глазами.
Ся Юэ зажала нос и рот:
— Похоже на... Отвратительно.
Хао Тяньшо тоже было невмоготу, он то и дело ерзал, пытаясь отодвинуться подальше от дверей и окон.
Ши Юцин внимательно прислушивался, как вдруг...
«Тук-тук-тук…»
Раздался стук в дверь!!!
Пятеро игроков мгновенно изменились в лице.
Стук был неспешный, ритмичный, просто раздавался снова и снова.
В такой момент никто не осмелился бы спросить «кто там».
Кому там ещё быть, кроме духов?!
«Тук…»
«Тук-тук…»
Стук продолжался.
Лица у всех были перекошены от ужаса. Они, стиснув зубы, ждали, когда дух уйдет. Но время шло, а стук не прекращался.
Хао Тяньшо и остальные начинали испытывать муку. Прошлой ночью дух, разорвавший бумагу на окне, пробыл недолго и ушел. А сейчас казалось, что этот стук будет длиться вечно.
С каждым новым стуком их сердца словно сжимали тисками.
Ши Юцин закрыл глаза, пытаясь игнорировать звук за дверью.
Неизвестно, сколько прошло времени, но после очередного «тук» вокруг внезапно воцарилась тишина.
Воздух стал холоднее на несколько градусов. Ши Юцин, недоумевая, открыл глаза.
Перед глазами стояла непроглядная тьма, ничего не было видно.
Не осталось ни единой крупицы того слабого света, что был в доме раньше.
— Го Ялань? — тихо позвал он.
Ответа не последовало.
— Хао Тяньшо, Ся Юэ... Ло Яньчжун?
Снова повисло молчание.
Что-то случилось...
Ши Юцин встал и протянул руку, ощупывая пространство вокруг. Было пусто: ни стены, ни людей.
Словно... он внезапно попал в бесконечное темное пространство.
Но не успел он обдумать это, как откуда-то издалека послышались легкие шаги — стук каблуков о землю.
Они были прямо за его спиной и... приближались к нему!
Ши Юцин не обернулся. Интуиция подсказывала: ни в коем случае нельзя оборачиваться.
Шаги приближались!
Он побежал вперед. Но в какую бы сторону и с какой бы скоростью он ни бежал, звук шагов оставался на том же расстоянии — ни ближе, ни дальше.
Но стоило ему остановиться, как шаги становились ближе.
Ши Юцину оставалось только идти вперед без остановки. Он предположил, что прошел уже довольно большое расстояние, но его взгляд по-прежнему упирался в темноту.
Он пытался тихонько звать Го Ялань и остальных по имени, но ответа не было.
Всё казалось очень странным.
Они ведь соблюдали правила, почему же эта ночь так отличалась от предыдущей?
Ши Юцин почти выбился из сил, но, стиснув зубы, продолжал идти.
Внезапно позади раздался другой звук.
«Шурх-шурх-шурх…»
«Шурх-шурх-шурх…»
Ши Юцин остановился. Этот звук... был ему знаком.
«Шурх-шурх-шурх…»
Странный звук стремительно приближался к нему. Он не успел даже подумать, как в следующее мгновение его ноги оказались плотно обмотаны чем-то, похожим на грязь!
Ши Юцин: «...»
Ши Юцин опустил голову и беззвучно раскрыл глаза.
Он вообще не видел, что это за существо. Хотя он уже связал это с черным предметом, который прошлой ночью принес ему термос, но, не имея возможности утверждать наверняка, испытывал перед этими нечеловеческими тварями лишь инстинктивный страх.
Он хотел скинуть то, что обвилось вокруг ног, но оно сжималось всё туже и за несколько секунд буквально «разрослось» у него под ногами!
Существо становилось всё больше и выше, и Ши Юцин, который сначала пытался вырваться из его хватки, постепенно почувствовал, как что-то огромное поднимает его.
Существо по-прежнему обвивало его ноги.
Однако шаги сзади начали удаляться.
Ши Юцин, лишенный зрения, мог только сосредоточенно вслушиваться. Вскоре он понял, что гигантский черный сгусток под ним быстро двигался вперед.
Вскоре шаги окончательно стихли.
Ши Юцин стоял неподвижно, что-то теплое потерлось о его ноги.
Ши Юцин: «…»
Он опустил голову, долго глядя на этот черный предмет. Его лицо выражало сложные чувства, но в конце концов он согнулся и сел.
— Бо Хуай, — спросил он, — это ты?
Гигантское существо лишь издало шуршащий звук.
Ши Юцин замолчал.
Они двинулись дальше, и вскоре впереди показался свет. Это была свеча, стоящая на перекрестке. Свеча уже догорела почти до основания и скоро должна была погаснуть.
Перед свечой стояла миска с дымящимся рисом.
Едва увидев этот рис, Ши Юцина охватил небывалый голод.
Такой, будто он не ел семь дней и ночей и вот-вот умрет.
«Хочется съесть эту миску риса», — это была его первая мысль.
Под воздействием этого непреодолимого желания его сознание ещё не прояснилось, как вдруг он уловил другой, особый аромат.
Совершенно иной, чем запах риса, но ещё более манящий.
Затем от гигантского существа отделилось нечто вроде щупальца, и на этом черном щупальце повис пакетик с жареными каштанами.
Словно боясь, что он не заметит, щупальце покачало пакетиком у него перед глазами.
Ши Юцин: «…»
Он взял пакет с каштанами.
Гигантское существо двинулось дальше, растоптав в пыль миску с рисом на перекрестке.
Хотя Ши Юцин был очень голоден, учитывая странность этого места, он только крепко сжал пакет с каштанами, но есть не стал.
Когда появился белый свет, картина перед глазами начала расплываться.
В то же время в доме.
Ши Юцин резко открыл глаза и глубоко вздохнул.
— Ты в порядке? — спросила сидевшая рядом Го Ялань.
— Ничего… — Его голос звучал хрипло.
Спустя некоторое время, привыкнув к тусклому свету, Ши Юцин пощупал карман. Тот был полным, там действительно появился пакет.
— Они ещё не проснулись, — с тревогой произнесла Го Ялань.
Ши Юцин повернулся и посмотрел на остальных игроков.
Все они сидели, свесив головы, и спали.
— Вскоре после того, как раздался стук в дверь, вы все уснули, — рассказала Го Ялань. — Как я ни будила вас, у меня не получалось заставить вас проснуться. Особенно тебя. Твоё дыхание было очень неровным…
Ши Юцин уже знал, что она «попутчик», и не сомневался в том, что только она не уснула. Услышав это, он наклонился и взглянул на спящих:
— Нужно разбудить их.
Го Ялань покачала головой:
— Их не разбудить ни криком, ни ударами. Они словно потеряли чувствительность… Непонятно, что происходит.
Ши Юцин сейчас двигался свободно и мыслил ясно. Вспомнив все события во сне, он встал и твердо сказал:
— Это связано с подношением. Духи, которым мы днем приносили жертву, сейчас «отвечают» нам взаимностью.
— Взаимностью?
Ши Юцин кивнул:
— Прошлой ночью все были в порядке. Значит, только сегодня мы все вместе сделали то, чего не делали вчера.
Го Ялань сразу поняла:
— Ты имеешь в виду подношение?!
— Да, мы сделали подношение духам. Теперь, судя по всему, они делают ответное подношение нам. Помнишь стук в дверь? Мы вошли в сновидения сразу после него. Во сне я увидел миску с белым рисом. Я был очень голоден, но не стал есть, пошел дальше и проснулся. Этот рис — еда для мертвых. Если бы я его съел, то, возможно, не вернулся бы.
Го Ялань спросила:
— Что же теперь делать? Мы не можем войти в чужие сны.
Ши Юцин достал из кармана тот пакет с каштанами.
Та удивленно посмотрела на него, но расспрашивать не стала.
Ши Юцин разделил каштаны пополам с Го Ялань, и они, держа ароматные каштаны, стали водить ими перед носом у спящих.
На самом деле он не знал, поможет ли это разбудить их, но другого способа не было, оставалось только попытаться.
Хао Тяньшо проснулся первым. Увидев каштаны, он открыл рот, чтобы съесть, но Ши Юцин сразу отодвинул его и продолжил будить остальных.
Хао Тяньшо: «…»
Ло Яньчжун и Ся Юэ проснулись почти одновременно. Они были очень уставшими, словно взобрались на высокую гору, и тяжело дышали.
За окном по-прежнему бродили тени, но атмосфера в доме постепенно становилась легче.
Ши Юцин вернулся на своё место, обняв пакет с каштанами.
Хао Тяньшо, взволнованно хлопая себя по груди, тараторил о своих приключениях.
Был тот же непроглядный сон, только за ним никто не следовал. Он несколько часов искал выход, устал, хотел пить и в конце концов на перекрестке увидел миску с рисом.
— Я ничего не ел! Раньше я слышал всякие истории, что людям перед смертью снятся вещие сны. Например, что они едят жертвенный рис, еду мертвых и всё такое… В реальности это суеверие, но здесь — кто знает? Я побоялся есть! Но даже если не есть, стоило пройти перекресток, как рис снова появлялся… В конце концов, учуяв запах, я подумал, что это призрак надо мной издевается, попробовал выбросить ту миску и тут же проснулся! А-а-а-а-а, скажи скорее, откуда у тебя каштаны!
Ши Юцин: «…»
— У меня тоже было примерно так. — Ся Юэ выглядела уставшей и была вся в поту. — Но я просто перевернула миску вверх дном.
Ло Яньчжун с серьезным лицом сказал:
— Сны в инстансах иногда содержат подсказки. Я не обратил внимания на ту миску с рисом, обыскал там всё, но ничего не нашел. А когда учуял запах, понял, что кто-то из вас проснулся. В конце концов разбил ту миску и, действительно, сразу выбрался.
Ся Юэ осенило:
— То есть, чтобы проснуться от того сна, достаточно было просто уничтожить миску с рисом?
Ло Яньчжун кивнул.
Ши Юцин спросил:
— Вы... правда не слышали шагов?
Трое одновременно покачали головой.
Го Ялань, спохватившись, тоже покачала — она подражала игрокам.
Лицо Ши Юцина слегка помрачнело.
Шаги, которые слышал он, скорее всего, принадлежали монстру из инстанса «Семья из шести человек», боссу черного мира.
Это дело не касалось остальных игроков, поэтому Ши Юцин пока отложил его в мыслях и заговорил о насущном:
— Наши кошмары связаны с дневными подношениями, но подношения — это обязательное задание. Игра не ставит игроков в безвыходное положение принудительными заданиями. Возможно, такие сны будут каждую ночь, но у каждого из них есть способ выбраться. Во сне нельзя терять бдительность и, тем более, нельзя сдаваться.
Ло Яньчжун кивнул и через минуту спросил:
— Вы помните вчерашнюю фразу NPC? У здешних умерших нет прижизненных чувств.
Хао Тяньшо не понял:
— А что не так с этой фразой?
Ло Яньчжун с досадой взглянул на него, словно на безнадежного.
Ши Юцин ответил за него:
— У умерших нет прижизненных чувств — эта фраза уже намекает на то, что здешние призраки — не злобные духи, движимые обидой.
Хао Тяньшо вытаращил глаза:
— А? Такие страшные, со столь разрушительной силой и не злобные духи?
Ло Яньчжун сказал:
— Их разрушительная сила велика только по отношению к нам, людям. И духи, лишенные прижизненных чувств, в том сне просто отвечают взаимностью на подношения. А то, что, съев еду, можно больше не проснуться, — вовсе не обязательно их главная цель... Я думаю, загадка этого острова, возможно, заключается вовсе не в духах.
Повисло молчание.
Ши Юцин посмотрел на Ло Яньчжуна, затем на Хао Тяньшо и слабо улыбнулся:
— Твои деньги потрачены не зря.
Ло Яньчжун, уловив мысль юноши, удивился:
— Ты тоже так думаешь?
Ши Юцин кивнул:
— Кажется, здешних духов много, и они свирепы, но пока ни один игрок не погиб от их рук.
Ся Юэ напомнила:
— Но в первую ночь исчезло восемь человек...
Ши Юцин хотел ответить прямо, но запнулся на полуслове, вспомнив свою мать, которая раньше помогала ему советами, и не удержался:
— Подумай ещё раз над правилами.
Ся Юэ на несколько секунд застыла, повернулась и переглянулась с таким же непонимающим Хао Тяньшо. А затем до них дошло, и они оба воскликнули:
— Боже, так значит, исчезновение тех людей — это...
Го Ялань тут же зажала им рты и указала на центральный гроб.
Оба мгновенно замолчали.
Согласно правилам, нужно было вернуться домой до наступления темноты, потому что после заката духи на улице отнимают жизни.
Значит, если после заката находиться дома и не контактировать с духами, то, по крайней мере, не погибнешь от их рук.
Правило о том, что, спрятавшись в гробу, можно укрыться от них, было ложным. Большинство из них думали, что те восемь игроков погибли из-за этого ложного правила.
Такая вероятность существовала, но и вывод о смерти из-за ложного правила был сделан лишь на основе исчезновения тех восьми.
Однако никто своими глазами не видел их тел, никто не был свидетелем их смерти.
От чего именно они погибли, на данный момент было лишь догадкой.
Но точно не от рук духов, ведь гробы стояли в безопасных домах.
Что касалось ночных кошмаров, в первый день они только пришли и ещё не делали подношений, поэтому кошмары и не появлялись.
Если... если они ошиблись и ложное правило не было смертельным, то куда делись те люди?
Гробы стояли в доме, и тот, кто был способен сделать что-то с людьми в гробах, мог быть только человеком.
Ши Юцин мельком взглянул на центральный гроб и одними губами произнес: «Завтра проследим, куда она пойдет».
Все одновременно кивнули и, переглянувшись с удивленным видом, ещё немного пошептались. В конце концов тема снова съехала на жареные каштаны, на которые уставился Хао Тяньшо...
Ши Юцин ещё не успел придумать, как объяснить их появление, но Го Ялань уже сказала за него:
— Днем подобрали на улице, в чужом доме пережарили и выбросили.
Ся Юэ чувствовала недоумение:
— А? Разве было такое?
— Ты тогда в туалет бегала.
Ся Юэ закивала:
— О, о, о!
Ши Юцин разделил каштаны. Чувство голода после сна у всех немного притупилось, но при виде еды всё равно разыгрался аппетит. Ночь была долгая, поэтому они уселись в кружок, болтали и закусывали.
Хао Тяньшо вздохнул:
— Эх, только костра не хватает!
Ся Юэ бросила на него взгляд:
— Ты правда на курорт приехал, да?
— А кто сказал, что экстремальные развлечения — не развлечения?
Ся Юэ: «...»
— Неплохие каштаны… — прокомментировал Ло Яньчжун.
Го Ялань съела один каштан и больше не стала, уставившись в окно, погрузившись в свои мысли.
Ши Юцин слушал их болтовню — то о реальности, то о загадках инстанса — и медленно чистил каштаны. Когда он их ел, всё внимание было на разговорах, и только съев пять или шесть штук, вдруг вспомнил, что совсем недавно почистил лишь три!
Он незаметно опустил глаза.
Между его рук два черных щупальца, не останавливаясь ни на минуту, чистили пакет с каштанами. Через мгновение в руках оказалось ещё два-три очищенных...
Ши Юцин: «...»
Словно почувствовав его взгляд, черный сгусток мгновенно исчез в темноте.
Ши Юцин продолжил есть каштаны. Те, что были в руках, закончились, и черный сгусток, действительно, снова появился, на этот раз очень тихо.
Юноша отвел взгляд и продолжил слушать остальных.
Каштаны в руках быстро наполнились.
Ши Юцин опустил голову, приблизив лицо к черному сгустку, и неподвижно уставился на него, внимательно разглядывая.
Черный сгусток застыл, а затем с шорохом пополз прочь, крайне нелепо...
Вскоре все собрались и легли спать.
Когда в комнате стало совсем тихо, только тогда странный черный сгусток снова выполз с шорохом.
Спустя мгновение в углу темной хижины, освещаемый лунным светом, проникающим из окна, появился увеличивающийся причудливый черный силуэт.
Этот силуэт медленно приблизился к спящему юноше, наклонился, мягко коснулся его лба, затем вздрогнул и, полностью накрыв его собой, замер.
http://bllate.org/book/13575/1577436
