В конце января Чен Син получил уведомления о приеме из нескольких школ.
В это время Лин Сючэн был слишком занят делами, он часто отсутствовал. Чен Сину нечем было заняться одному дома.
Цзян ЧжэньЧжэнь уже вернулся. Он получил условное предложение от Лондонского университета после того, как набрал нужное количество баллов по IELTS (1).
Чен Син сказал ему, что тоже может в любое время добиться такого же результата. И несколько человек собрались вместе, найдя время для встречи.
Собеседование в школы были назначено на вторую половину марта. Оставалось еще два месяца на подготовку.
Наконец, он как-то смог застать Сючэна дома, когда тот заскочил за какими-то бумагами. Чен Син остановил его и сообщил:
– Я хочу съездить в Китай.
Он хотел вернуться в Цинчэн. В те времена, когда он там жил, у Чен Сина не было ни мобильного телефона, ни электронной почты, в карманах голяк. Проживая в Лондоне, он ни в чем не нуждался, но все равно рвался туда, где вырос. Он снова хотел встретиться со своими старыми знакомыми и приятелями.
Это был местом его беззаботного детства.
Лин Сючэн не возражал и только спросил, как надолго он собирается туда. Чен Син небрежно заметил:
– Всего на несколько дней.
– Тебе что-то нужно от меня? – спросил его Лин Сючэн.
Чен Син ответил, что ничего не нужно.
Лин Сючэн взял документы и ушел, а дом снова опустел. Был только он, Чен Син, бродивший неприкаянным по комнатам.
Неделю спустя Чен Син вернулся в Китай. Когда она сошел с трапа самолета, со всех сторон его окружили китайцы, в аэропорту все было написано на китайском. С собой у него была только ручная кладь, поэтому, и не дожидаясь выдачи багажа, как большинство пассажиров, он подхватил свою сумку и пересел в другом терминале на местные авиалинии до Цинчэна.
Аэропорт в Цинчэне находился на берегу моря. Он был очень маленьким и старым. Все здесь осталось таким же, как тогда, когда Чен Син покидал родной город. Стены пестрели рекламой отечественных мобильных телефонов.
Чен Син вслух заметил на диалекте Цинчэн:
– Ничего не поменялось.
Он взял такси и поехал прямо в приют Цинчэн. Детский дом был расположен за школой в центре города, занимая небольшую по площади территорию, с расположенными на ней тремя небольшими зданиями, два из которых были спальными корпусами для детей с центрами активности в них, и одно, расположенное напротив центрального входа трехэтажное здание, являлось офисным зданием.
Если произвести отсчет с того момента, как он отбыл в Шанхай, а затем в Англию, Чен Син отсутствовал в Цинчэне одиннадцать месяцев, прошел почти год.
Он вошел в маленькую калитку рядом с железными воротами. Старик-охранник на входе в здание сидел и читал газету в надвинутых на глаза очках. Чен Син с улыбкой постучал в окно.
Старик Чжоу поднял голову, снял очки и некоторое время молча рассматривал его, а затем радостно хлопнул по столу:
– Чен Син!
Все люди в приюте собрались в комнате для деловых встреч, чтобы увидеться с братом Сином. Он вернулся в свой родной город, возвратившись в родные стены. Его младший названый брат был так взволнован, что, не обращая ни на кого внимания, громко кричал от радости.
Сестра Сяо Юй как всегда любила поплакать. Как только она увидела Чен Сина, ее глаза ту же увлажнились, и она шутя замахнулась в его сторону, делая вид, что хочет его ударить:
– Чен Син! У тебя совсем нет совести!
Юноша вскочил, обнял свою сестру Сяо Юй и тут же стал вести себя перед ней как избалованный ребенок.
Директор Чэн в этом время был на совещании в мэрии, Сяо Юй сообщила ему о приезде Чен Сина по телефону. Он передал, что вернется только вечером и пригласил Чен Сина на ужин.
После того, как все дети разошлись, Чен Син и Сяо Юй еще немного поболтали. Один рассказывал о своей жизни в Великобритании, а другая делилась событиями, произошедшими за этот год в приюте.
– Я выхожу замуж, – внезапно выпалила Сяо Юй, она счастливо улыбалась, полная любви, – свадьба будет в следующие входные, ты обязательно должен остаться здесь до этого времени!
Чен Син некоторое время пребывал в легком шоке, но затем кивнул:
– Хорошо, я приготовлю для тебя очень большой красный конверт(2)!
– Кто хочет твой красный конверт? – сестра Сяо Юй поправила ему воротник и сказала. – Почему ты ждешь, когда кто-то тебе поправит одежду. Нельзя всегда полагаться на других.
Вспомнив в этот момент о Лин Сючэне, Чен Син тяжело вздохнул:
– Тогда кто же мой шурин?
– Ты его знаешь, – Сяо й прикрыла рот рукой и улыбнулась, – да...
Сяо Юй тоже нужно было уйти по делам во второй половине дня. Чен Син попросил ее поторопиться, чтобы он не ждал ее долго, пребывая здесь в безделии. Но у него самого тоже были дела, он хотел, как можно быстрее осмотреть родной Цинчэн.
Выйдя из приюта, Чен Син перешел дорогу, собираясь зайти в столовую, не забыв по дороге купить пачку сигарет.
Проходя мимо стеклянной двери, он остановился.
Это был тату-салон. На стеклянной двери салона было наклеено множество разных фотографий с работами тату-мастера. В левом нижнем углу стекла располагался прейскурант цен за набивку и удаление тату, здесь так же говорилось, что можно закрыть шрамы поверх набиваемыми тату. Чен Син решил заглянуть внутрь. Вроде все ясно, но лучше спросить самому. Такое ощущение, что салон полулегальный.
На двери висела деревянная табличка "Открыто", а из щели валил теплый воздух.
Чен Син открыл дверь салона и вошел.
Владелицей была милая девушка. Услышав музыку ветра(3) у дверей, она подняла голову и поздоровалась с Чен Сином:
– Привет, ты хочешь набить татуировку?
– Да, – ответил ей Чен Син.
Он вообще в этом ничего не понимал и выглядел немного растерянным. Владелица магазина поняла его состояние и мягко спросила:
– Что ты хочешь набить и в каком месте?
Чен Син немного подумал и спросил:
– Может ли татуировка скрыть мой шрам?
– Это зависит от того, насколько велик твой шрам, который ты хочешь скрыть, – объяснила она и показала Чен Сину несколько папок с образцами татуировок, – вот образцы работ, но все будет зависеть от самого шрама.
Чен Син фыркнул, рассматривая папки. В конце концов он нашел, что искал – папку с шаблонами алфавита. Он открыл ее.
– Ты можешь для начала показать мне свой шрам? – попросила тату-мастер. – Я посмотрю, чтобы понимать, смогу ли я закрыть его или нет.
Чен Син поднял голову и улыбнулся ей:
– Подожди, ты можешь набить мне такие буквы?
Владелица наклонилась, чтобы рассмотреть поближе, что выбрал клиент. Это был простой шрифт Wisdom Script. Это было так банально и это как-то не вязалось с всей внешностью Чен Сина.
– Ты уверен? – хозяйка салона решила еще раз убедиться в его решении, – Ты действительно хочешь сделать такую татуировку?
Чен Син протянул палец, чтобы еще раз коснуться шрифта на образце, и ухмыльнулся:
– Конечно, я хочу сделать именно такую татуировку. Есть ручка?
Владелица увидела, как он улыбается, его лицо почему-то немного покраснело, он обернулся и передал ей обратно ручку и бумагу с написанными двумя словами, сказав ей:
– Я хочу набить вот это.
На бумаге было написано: "Vincent Lim".
После подтверждения выбранного шрифта девушка заперла дверь салона, и перевернув табличку, выставила в дверях надпись «Закрыто». Так случилось, что в тот день у нее была свободная запись. Она никак не ожидала, что кто-то зайдет во так с улицы.
Войдя в мастерскую, Чен Син приспустил штаны и когда он устроился полулежа на кресле, ему продезинфицировали место будущего тату.
– Это тебя зовут Винсент? – владелица салона продолжала с ним болтать, – красивое имя.
Чен Син оторвался от планшета, который та ему дала, чтобы он мог занять себя просмотром видео, пока ему набивают тату, убавил громкость и ответил:
– Нет, это имя человека, который мне нравится.
Владелица магазина взглянула на него:
– Девушку зовут Винсент?
Чен Син неопределенно улыбнулся ей, подмигнув.
Она на мгновение заколебалась, а затем сказала:
– Под этой татуировкой твои шрамы не скроются до конца.
– Все в порядке, – тихо ответил Чен Син и повторил. – Это не имеет значения.
– Не бойся, это не очень больно, – владелица магазина почувствовала, что он немного нервничает, поэтому попыталась успокоить его. Она положила бумагу для татуировки ему на промежность, спросив. – Вот так будет нормально?
Чен Син опустил голову и взглянул вниз. Имя Лин Сючэна было наложено поверх его шрама. Казалось, что с такой надписью он будто становился собственностью Лин Сючэна. Он именно этого и хотел.
– Отлично, то, что надо.
Для Чен Сина, который пережил много сражений и драк, боль при нанесении татуировки можно было сравнить с комариным укусом.
Он коротал время за просмотром популярной драмы о свекрови и невестке по рекомендации девушки-мастера. Он даже начал обсуждать сюжет драмы с владелицей тату-салона. О том, как нужно поступать со своей женой и матерью, если он окажется на месте героя этой драмы.
В конце концов девушка попросила его помолчать, чтобы он не мешал ее работе.
У Чен Сина в набиваемой ему надписи было всего два слова, шаблоны владелицы были в порядке, и вся работа не заняла много времени. После трех эпизодов мастер тату наконец начала очищать его, смывая краску.
Протирание раны горячим полотенцем причиняло ему некоторый дискомфорт. Чен Син уставился на буквы, нанесенные поверх его шрама, кончики пальцев так и зудели, ему очень хотелось прикоснуться к этим словам.
В это время как раз позвонил Лин Сючэн, чтобы узнать, как у него дела в Цинчэне.
– Удивительно, ты так спокойно перенес все манипуляции, – владелица тату-салона убрала полотенце, и Чен Син не смог удержаться от искушения, он протянул руку, чтобы коснуться слегка покрасневшего и опухшего края только что набитой ему татуировки, но девушка шлепнула его по руке. Он вскрикнул:
– Ах.
Лин Сючэн услышал этот звук и спросил его:
– Что ты там сейчас делаешь?
– Я... – Чен Син на некоторое время задумался, а потом выдал, – нашел себе девушку.
В это время тату-мастер подняла на него глаза, Чен Син подмигнул ей, и она подыграла ему, нарочито громко спросив:
– Малыш, ты хорошо помыл его? Почему это занимает у тебя так много времени?
Чен Син свернулся на кресле калачиком с улыбкой, его мышцы были напряжены, натянув воспаленную после тату кожу, эта боль заставила его быстро ухватиться за полку рядом со стулом. Девушка мягко прижала его обратно. Вся их возня была слышна в трубке телефона.
Лин Сючэн предупредил, его, улыбаясь при этом, о чем свидетельствовал его тон:
– Не приезжай с моей невесткой тайком. Если ты вернешься без нее, я не буду знать, кого первым мне придется спасать, когда вы свалитесь в воду.
Чен Син вспомнил, ту драму про тещу и невестку, и как будто почувствовал себя ее участником. Он прошептал ему:
– Папа, тогда я хочу спасти тебя.
Лин Сючэн рассмеялся в ответ.
Они перекинулись еще парой слов, владелица магазина попросила Чен Сина встать, а Лин Сючэну велела повесить трубку.
– У вас с отцом действительно хорошие отношения, – девушка позавидовала Чен Сину, – мой отец был категорически против того, чтобы я открыла этот салон. С тех пор мы больше не общаемся.
Чен Син разглядывал свою татуировку в большом зеркале от потолка до пола, он все еще не верил, что сделал это. Он утешил девушку, сказав:
– Его поведение показывает, что он заботится о тебе. Я тоже все время жду, что он что-нибудь мне запретит. Но вместо этого он просто заметил, что я плохо ем.
Последнее, сказанное Чен Сином, было обращено к нему самому. Девушка этого не поняла, и когда он приспустил брюки, она поспешно сказала:
– Нет-нет ты можешь уже надеть свою рубашку.
Чен Син вернулся в отель в небрежно наброшенной одежде.
В результате предстоящей свадьбы Чен Син пробыл в Цинчэне больше недели. Сначала он познакомился с несколькими младшими братьями, которые учились на год позже него в школе. А после того, как он от души повеселился на свадьбе Сяо Юй, на следующий день он уже вернулся в Лондон. Потому что он собирался сопровождать Лин Сючэна на весеннем фестивале.
Его возвращение в Лондон пришлось на 14 февраля, утром в День святого Валентина, когда везде, и дома, и за границей пахло сладким розовым. Когда он спустился с трапа самолета, он почему-то был робок и нервничал. А когда он увидел Лин Сючэна, ожидающего его у выхода из терминала, его сердце чуть не выпрыгнуло из груди.
В конце концов, это ведь он, тайно прикрываясь Лин Сючэном, на которого положил глаз, планировал заговор против него же. Он не мог не чувствовать себя виноватым, когда встретил этого праведного мастера.
Однако Чен Син всегда был человеком, который не отличался особой скромностью, он не был из робкого десятка. Когда дело доходило до решающего момента, он не паникует. Он вытащил розовую коробку и поприветствовал Лин Сючэна:
– Винсент!
Лин Сючэн не стал высказываться, что он не маленький, чтобы получать такие подарки, он обнял Чен Сина и повел его на выход:
– Где моя будущая невестка?
Чен Син лишь неопределенно пожал плечами:
– У нас пока период ухаживаний.
– О? – Лин Сючэн был удивлен, – правда?
Чен Син лишь кивнул, как будто не хотел больше говорить об этом.
Лин Сючэн внезапно почувствовал себя немного потерянным. Когда его ребенок вернулся домой, у него появилась какая-то тайна. Он хотел узнать больше, поэтому продолжил расспросы в машине:
– Это та девушка, которая была с тобой, когда ты мылся в тот день?
Чен Син слегка наклонил голову в его сторону, чтобы посмотреть на него, при этом не говоря ни слова. Изгиб уголков его рта был почти неуловим.
Лин Сючэн некоторое время еще помолчал, а затем сменил тему:
– Хорошо. Что ты хочешь? Сначала заехать домой или поужинать?
Чен Син посмотрел на время:
– Поехали домой.
Вернувшись домой, Чен Син открыл чемодан и достал подарок, который он приготовил для Лин Сючэна.
– Это тебе, – он передал его Лин Сючэну.
Лин Сючэн взял коробку в руки и собирался тут же открыть, но Чен Син попросил его сделать это попозже без него, – не вскрывай это сейчас.
– Чен Син, что с тобой сегодня происходит? – Лин Сючэн положил маленькую коробку на полку винного шкафа. Он был намного выше и сильнее Чен Сина. Он не знал, что он может еще дать Чен Сину. А Чен Син понимал, что он не может дать ему то, чего он на самом деле хочет.
Чен Син некоторое время смотрел на него, а затем внезапно обнял его за талию и спрятался в объятиях Лин Сючэна, как будто он был сильно подавлен и убит горем.
– Я не думаю, что я нравлюсь тому человеку, – признался Чен Син Лин Сючэну. Голос у юноши был гнусавым и прерывистым, как и у всех подростков, сбитых с толку проблемами подросткового возраста.
Когда Лин Сючэн был с Чен Сином, он всегда становился очень мягкосердечным. Вот и сейчас он обнял Чен Сина в ответ:
– Разве ты можешь кому-то не понравится?
– Я не знаю, как заставить его влюбиться в меня, – Чен Син задрал голову и посмотрел на Лин Сючэна, продолжая изливать ему душу. – Я, вероятно, очень далек от того, чтобы понравиться когда-либо понравится этому человеку.
Гендерные различия достаточно естественны.
– А какие люди нравятся ей(4)? – неуверенно поинтересовался Лин Сючэн.
Чен Син снова положил голову на плечо Лин Сючэна:
– В любом случае, не такие как я.
Лин Сючэн знал, что он не добьется нужных ответов от Чен Сина. Он держал его в объятиях, наслаждаясь чувством, что он зависит от него как от родителя, и завидуя тому человеку, который смог заставить Чен Сина впустить его в сердце. Он всегда надеялся, что Чен Син будет жить беззаботной жизнью, но темные эмоции, бушующие в сердце Лин Сючэна, не давали ему самому покоя. Было бы здорово, если бы все счастье и печаль Чен Сина исходили только от него.
Но это невозможно, потому что его Чен Син действительно повзрослел.
____________________
Сноски:
(1) IELTS (англ. International English Language Testing System) — международная система оценки знания английского языка. Позволяет определить уровень и навыки владения английским у людей, для которых он не является родным.
(2) Красный конверт – rрасные конверты хунбао (红包, hóngbāo) это самый популярный в Китае способ сделать подарок. В такие конверты вкладывают деньги и преподносят родным, друзьям, молодожёнам на свадьбах, а также традиционно в организациях сотрудникам в таких конвертах выдаётся премия к празднику. Это не просто деньги, это еще и пожелание благополучия и процветания. Красный цвет самый популярный и благоприятный цвет в Китае, он символизирует удачу и счастье. Конверты оформляются ярко, поздравления зачастую вытиснены крупными золотыми иероглифами.
(3) Музыка ветра – в китайской традиции фэн‑шуй это предмет из собранных на нитку (леску, веревку, ленту) небольших предметов, колеблющихся под действием ветра и издающих. Чаще всего предметы собраны в композицию и тщательно подобраны по цвету. Другие названия этого символа: мельница ветра; ветряная мельница; китайские колокольчики. Это символ, привлекающий удачу.
(4) У ребенка и родителя в этом диалоге происходит недопонимание. «Ему» (他) и «ей» (她的) на китайском звучат почти одинаково – [tā] и [tā de]. Так что пи этом разговоре не совсем понятно о человеке какого пола идет речь.
(5) Небольшой коллаж с надписью тату. Но, уважаемые читатели шрифт Wisdom Script не совсем выглядит так, подобрала подобрала ближайший в Word. Сильно не придирайтесь )))
http://bllate.org/book/13543/1202543
