Готовый перевод Side Profiles and Irises ~Yes, No, or Maybe Half? Spinoff~ / Дополнительные линии и герои ~Да, нет или, может быть, половинку? Вбоквелл~ [❤️]: Глава 4.2

– Хорошо, но мы не можем просто продлить наше шоу, как какой-то бейсбольный матч, ты прекрасно и сам об этом знаешь.

– Я говорю здесь не об этом. Разве ты не находил сам матч захватывающим, когда слушал меня, Накчан?

– Да, так оно и было.

– Вот именно!!! – Тацуки без колебаний шагнул прямо в личное пространство Шина, и тот рефлекторно отступил на шаг назад. Шин задумывался уже об этом ранее, решив в конце концов, что, видимо, чувство личного пространства Тацуки было намного меньше, чем у обычных людей. Шин задавался сейчас вопросом, могло ли быть так, что Тацуки рос не зная, что такое быть кем-то отвергнутым. Девушки, вероятно, неправильно понимали Тацуки и неправильно истолковывали сигналы, поступающие от него при общении.

– Менеджер этажа – самый близкий зритель, который у нас, ведущих, есть, так? Так что мне очень, очень небезразлична твоя реакция, тебе понятно?! Если ты находишь мой сегмент веселым и захватывающим, то тебе следует больше слушать меня. Ты мог бы договориться с диспетчерской, чтобы дать мне десять-двадцать лишних секунд. Ты прекрасно передаешь всю информацию о времени, но когда я бросаю тебе мяч, а ты не возвращаешь его мне обратно, то я испытываю глубокое неудовлетворение. Как будто я не вижу твоей реакции, не понимаю, что ты хочешь мне передать, Накчан. Работа менеджера этажа заключается не только в том, чтобы передавать сигналы, ты это понимаешь?

Слова текли непрерывным потоком, пока этот профессиональный оратор продолжал говорить и говорить, не давая Шину ни единого шанса вставить хоть словечко. На кончике языка Шина вертелось одно оправдание: я ничего не могу с этим поделать. Зачем кому-то знать о его личных мыслях и чувствах во время работы? У него не было антенны, которая улавливала бы нюансы эфира, которые позволили бы ему высказать свое мнение о том, как руководить национальной телевизионной программой.

...Если бы я был Сома-саном, это было бы совсем по-другому.

Похоже, Тацуки уловил самые сокровенные мысли Шина, потому что лицо Тацуки сделалось немного суровым.

– Эй, эй, дай парню в конце концов передохнуть, – криво усмехаясь, вмешался Шитара. И Шин выдохнул с облегчением от всего сердца. – Это его первый день в качестве менеджера этажа, и ты говоришь ему не слушать диспетчерскую? Конечно, он не может этого не делать. Что ты пытаешься заставить сделать его во время эфира?

– Я ничего не говорил о том, чтобы не слушать диспетчерскую, – возразил Тацуки, обиженно надув губы. – Я просто говорю, что хочу от него большей ответной реакции на мое выступление. Я не смогу сделать все возможное, если не получу ответа от аудитории.

– Это неправильно, и ты об этом сам знаешь~

– Ни в коем случае, это супер нормально. Асоу-сан и Куниэда-сан – вот кто самые странные из нас троих. В любом случае, шоу было слишком тяжелым для сегодняшних новостей. На самом деле нам не нужен был этот последний комментарий к истории сталкера. Они могли бы закруглить эту часть за тридцать секунд.

– Да, да, иди и обсуди это с начальником, хорошо? Навада-кун, хорошо потрудился. У тебя есть время поговорить?

– Хм. Да, сэр.

Шитара провел Шина в пустую диспетчерскую и сел в кресло, которым обычно пользуется режиссер вещания. Затем он посмотрел на ряды темных и молчаливых экранов мониторов перед собой.

– Когда ты окружен всем этим оборудованием в диспетчерской, это может заставить тебя думать, что ведущие тоже являются частью оборудования.

– Неужели... такое возможно?

– Да, как будто они часть общего конвейера. Когда ты ведешь прямую трансляцию, ты просто хочешь, чтобы твое шоу прошло по плану без каких-либо эксцессов. Но если шоу начнет отклоняться от намеченного плана, или если мы получим информацию, которую нам нужно немедленно проверить, легко впасть в панику, и в диспетчерской мы хотим придерживаться того, что написано в сводке. Ответ, который мы ненавидим больше всего, звучит так: «Я не слышал об этом». Это заставляет нас мысленно проорать в ответ: «Просто выполняй неукоснительно наши приказы». Но у студии тоже есть свои аргументы в пользу их точки зрения. Они лучше могут чувствовать поток и атмосферу, царящую во время прямого эфира, и поэтому они стараются поддерживать шоу как можно лучше. Удивительно, что это не очень хорошо передается в диспетчерскую, хотя мы находимся вроде прямо по соседству. Телевидение работает очень странным образом. – Шитара откинулся на спинку стула и предложил. – Почему бы тебе не присесть?

– Нет, спасибо. Я в порядке, – отказался Шин.

– Менеджер этажа – это трудная роль для исполнения. Что бы ты ни делал, ты просто не сможешь удовлетворить сразу всех. Ты застрял между диспетчерской и ведущими, и тебе некуда сбежать. И, может быть, над тобой навис сердитый режиссер, что орет тебе в ухо через гарнитуру, или, может быть, возникла паника из-за неготового видео, но ты должен продолжать улыбаться ведущим, чтобы не случилось.

– Хм…

– Хм?

– Меня сейчас критикуют за мое сегодняшнее выступление? – нервно поинтересовался Шин.

– Нет, нет, – Шитара рассмеялся. – Это просто дружеская беседа. Я помню, как сам прошел через подобную беседу, когда только начинал работать. Кстати, я хотел спросить тебя, Навада-кун, что ты думаешь о замечаниях Тацуки?

Шин немного поколебался, но честно ответил:

– Я вроде как понимаю его и вроде как не совсем. Я никогда не работал на телевидении, поэтому мне интересно то, что он сказал сейчас… Но важно поддерживать общую атмосферу в студии. Это, кажется, нечто общее как для новостей, так и для варьете, поэтому я постараюсь сделать все возможное, чтобы больше удовлетворить пожелания ведущих эфира.

– Он сказал это потому, что он из тех ведущих, которые процветают на положительных ответных эмоциях. Если ты дашь ему один и тот же сценарий для прочтения перед камерой и перед живой аудиторией, его живая версия будет выглядеть значительно лучше.

– У него, должно быть, стальные нервы.

– По словам Тацуки, он никогда в жизни не нервничал. Это, должно быть, мило, но не думаю, что когда-нибудь захочу быть таким же как он.

Шин собирался улыбнуться и ответить: «Я абсолютно согласен с вами», – но Шитара продолжал говорить, поэтому Шин оставил эти мысли при себе.

– Тацуки может быть опрометчивым и нетерпеливым, но в конечном счете, я думаю, он пытался спросить тебя сегодня, каким менеджером или режиссером в будущем ты собираешься стать. Он хочет знать, какой, по-твоему, должна быть сама трансляция, когда ты находишься там на полу перед ними, и каковы твои ожидания от самих ведущих.

Накчан, каким режиссером ты хочешь стать в будущем?

Это были те самые слова, которые он задал Шину в магазине рамена.

– Ты пробыл здесь совсем недолго, Навада-кун, но, наблюдая за тобой, я думаю, что ты из тех, кто уделяет пристальное внимание нуждам других людей. Ты постоянно за всеми наблюдаешь, подмечая мелкие детали. Ты очень внимателен, замечая, когда кто-то куда-то смотрит. Ты знаешь, что кому в какой момент нужно принести, воду или газету. Даже сейчас ты пообещал, что будешь больше приспосабливать под ведущих. И да, это важно, но мне интересно… как бы это лучше сказать? Я бы хотел больше видеть настоящего «тебя» и то, что ты сам думаешь, чтобы ты не пытался всегда приспосабливаться под других.

– Значит… в конце концов меня все же критикуют.

... А что, если я не хочу показывать истинного себя перед другими? Что в этом такого плохого?

– Хм?

– Ну что ж… В этой отрасли есть кое-кто, кого я действительно очень уважаю, и я решил следовать за ним, куда бы он ни пошел. Во всяком случае, я просто хочу поддерживать его, как могу, чтобы он чувствовал себя хорошо, выполняя работу, которую он хотел бы, чтобы я сделал для него. Это и есть моя личная мотивация… И я не думаю, что это неправильно с моей стороны думать таким образом.

– Хммм, так вот какой твой ответ, – прокомментировал Шитара, скрестив руки на груди. – Не мне решать, правильно это или нет, но ты пока еще достаточно молод. Есть вероятность, что в будущем ты сможешь вырасти и измениться.

Разве это не то же самое, что сказать, что моя точка зрения неверная?

Шин вернулся в общую комнату, чувствуя себя как в тумане, а Тацуки, такой яркий и солнечный, как ни в чем небывало, уже тянул его в кафетерий:

– Я слышал, что сегодня он открыт всю ночь. Жаль, что они не могут держать его открытым так поздно каждый день~

– ...Не могу поверить.

Тацуки был одной из причин, по которой Шина сейчас вызвали для откровенного разговора, и после всего этого он все еще мог подойти к нему, как будто ничего не случилось между ними до этого.

– Хм? О чем это ты?

– Как ты можешь подходить ко мне так, как будто между нами в студии ничего не произошло?

– Это потому, что там мы с тобой говорили о работе. А теперь, когда наша работа на сегодня закончена, мы просто оставляем ее в студии. Но если тебе есть что сказать, я готов тебя выслушать.

– Это не совсем так!

Возможно, именно скорость, с которой они переключились на другие темы, позволила Шину без всякого страха сделать свой комментарий. Тацуки не боялся высказывать свое мнение, и он не боялся назревающего конфликта. Он смотрел людям прямо в глаза своими яркими горящими глазами и говорил то, что было у него на уме в данный момент, всем и каждому, независимо от того, кем они были. Но независимо от слов, используемых для его описания, прямой, четкий, безапелляционный, в Тацуки было что-то яркое, словно он был солнцем, и Шин не мог смотреть прямо на него, всегда инстинктивно отводя взгляд в сторону.

К ним присоединились другие сотрудники, и они группой из пяти-шести человек направились в кафетерий. Хотя была поздняя ночь, в помещении было полно народу, и Шин услышал, как из толпы то-то окликнул его.

– Навада!

– О, добрый вечер!

Несколько постоянных актеров с ГоГо-шоу сидели рядом с Сакаэ.

– Гм…

Шин колебался, держа поднос с ужином, приготовленным специально для этого вечера. Люди рядом с ним наблюдали за ситуацией, подталкивая его локтем в сторону столика Сакаэ.

– Иди и посиди с ними. Они ведь исполнители с твоего шоу, верно?

– Простите и спасибо, – Шин склонил вежливо голову и направился к столику Сакаэ.

– Навада, с кем ты только что был?

– С сотрудниками «Ночных новостей». Мы только что закончили эфир. Недавно меня назначили на их шоу.

– Ух ты, какие новости! – громкий голос принадлежал одному из комиков. Он разнесся по всей столовой.

Сакаэ резко проворчал, сделав замечание:

– Говорите потише.

– О-о-о-о, так вот почему мы продолжаем приглашать тебя, но ты продолжаешь отказывать нам!

– О, ничего подобного.

– Это потому, что ты все время просишь, чтобы он снимал для тебя девушек, когда ты рядом с ним.

– О-о-о, но разве я не говорил, что однажды могу стать политиком? Может быть, мне стоит быть повежливее с Навадой, так, на всякий случай~?

– Ты серьезно? В любом случае, Навада, если что, то ты можешь надеть прямо сейчас наушники и не слушать, что мы скажем дальше.

– Ты рассуждаешь об этом как-то очень легкомысленно.

– Так же, как и то, носят они белье или нет.

http://bllate.org/book/13537/1202123