Готовый перевод After Hooking up With the Crazy Junior Brother, I Became the Heartthrob / Спутавшись с безумным младшим братом, я неожиданно стал всеобщим любимцем: Глава 21.

Глава 21. От твоего кулака я ведь умру!

— Какое легкомыслие! Ты только поправился, как мог снова тайком покинуть орден?

Цинь Цзюэ не проронил ни слова в ответ на тираду старейшины Гу Хуна. Он по-прежнему хранил вид холодный и бесстрастный, опустив взгляд и неторопливо протирая свой духовный меч.

Людей из управы старейшина Гу Хун давно выпроводил, и теперь в комнате оставалось лишь трое.

Старейшина Гу Хун скинул черный плащ, полностью открыв свое несколько суровое лицо, однако взгляд его, обращенный к Цинь Цзюэ, был на удивление мягок.

Цинь Цзюэ налил чашку чая и передал её Цзи Цы, который сидел рядом, тихий, словно перепелка. Цзи Цы, ни на миг не забывая о своей миссии, принял чай и легко, едва заметно улыбнулся младшему брату.

Они общались, не обращая внимания на окружающих, и лишь тогда Гу Хун прекратил свои наставления и с непонятным выражением воззрился на Цзи Цы.

Он и раньше слышал, что этот Цзи Цы из ордена в последнее время очень сблизился с Сяо Цзюэ, но не придавал этому значения. Лишь сегодня, увидев, что Сяо Цзюэ, покинув орден, взял его с собой, старейшина по-настоящему осознал их отношения.

Взгляд Гу Хуна был настолько мрачен, что это заметил даже Цинь Цзюэ.

Он невозмутимо заговорил, пытаясь отвлечь его внимание:

— Старейшина Гу Хун, на этот раз я не сбегал из ордена.

Но Гу Хун на удивление не обратил внимания. Он по-прежнему смотрел на Цзи Цы.

Цзи Цы, ничего не понимая, с трудом удерживал улыбку и наконец промолвил:

— Эм, старейшина Гу Хун, Сяо Цзюэ ведь там.

Гу Хун посмотрел на него с усмешкой:

— Прежде я и не замечал, что юный друг Цзи обладает поистине небесной красотой.

Услышав это, Цзи Цы застенчиво ответил:

— Что вы, мне и на одну десятитысячную не сравниться с красотой старейшины Гу Хуна.

Гу Хун: «…»

Он хмыкнул и бросил:

— Сладкоречивый болтун.

Цзи Цы ничуть не обиделся и с удовольствием допил чай, который ранее дал ему Цинь Цзюэ.

— Сяо Цзюэ, возвращайся со мной в орден.

Цинь Цзюэ поднял на него равнодушный взгляд:

— У меня есть дела. Не вернусь.

Старейшина Гу Хун нахмурился:

— Но через месяц начнется Великое Собрание Шэнъюань. Это прекрасная возможность для тебя прославиться.

— Истребляя демонов в нижнем мире, я тоже смогу снискать славу, — спокойно ответил Цинь Цзюэ.

— Это не одно и то же, — Гу Хун пристально посмотрел на него. — Если ты займешь первое место на Великом Собрании Шэнъюань, то станешь первым среди молодого поколения мира совершенствующихся. Неужели ты действительно хочешь упустить такой шанс?

Цинь Цзюэ:

— Всего лишь пустая слава.

Услышав это, Цзи Цы восхищенно кивнул, подумав: «Как и ожидалось от младшего брата, он даже таким почетным титулом пренебрегает». Будь на его месте сам Цзи Цы, он, вероятно, схватил бы меч и с ревом бросился бы в бой.

Ах да, у него же еще нет меча.

При этой мысли Цзи Цы снова помрачнел. Ему стало невыносимо скучно слушать их разговор, поэтому он опустил голову и принялся теребить кольцо-вместилище на пальце.

Это движение тут же привлекло внимание Гу Хуна. Его взгляд упал на кольцо-вместилище, и лицо на миг исказилось:

— Почему это кольцо-вместилище у тебя?

Цзи Цы растерянно поднял голову.

— Я подарил, — первым ответил Цинь Цзюэ.

Лицо Гу Хуна выражало смешанные чувства:

— Это ведь мы подарили тебе…

— Правда? Не припомню, — Цинь Цзюэ слегка улыбнулся. — Старейшины даровали мне столько сокровищ, что немудрено что-то и забыть. Это кольцо-вместилище красивое, да и старшему брату оно как раз нужно, вот я и подарил. Раз сокровище оказалось в руках ученика, он ведь вправе им распоряжаться, не так ли?

Гу Хун поджал губы.

— Вправе, — глухо произнес он.

Увидев, что тот согласился, Цинь Цзюэ усмехнулся и сказал Цзи Цы:

— Старший брат, не мог бы ты сходить купить мне пару веточек танхулу?

Цзи Цы на мгновение замер, а затем ответил:

— Хорошо, младший брат, жди.

Сказав это, он вышел из комнаты и покинул гостиницу.

Прямо у выхода из гостиницы торговали танхулу. Цзи Цы подошел, достал из кармана две медные монеты и купил две веточки. Купив лакомство, он, однако, не сразу вернулся в гостиницу, а пошел бродить по улице, поедая танхулу на ходу.

Цзи Цы был не дурак: младший брат не любил сладкое, так что, скорее всего, это был лишь предлог, чтобы выпроводить его. Кто знает, о каких секретах они с Гу Хуном хотели поговорить наедине.

«Ладно, старейшина Гу Хун пока не должен тронуть младшего брата, — подумал он. — К тому же, Сяо Цзюэ и сам знает меру, ничего не случится».

Успокоившись, Цзи Цы беззаботно помахивал кошельком, который стащил у младшего брата перед выходом. Денег в нем было полно. Не беда, что сам Цзи Цы был гол как сокол, — у него ведь были деньги младшего брата. Раз младший брат позволил так легко стянуть у себя кошелек, значит, он разрешил ему тратить деньги по своему усмотрению.

С этой мыслью Цзи Цы развернулся и направился к лавке с жареной курицей. Курица здесь была довольно вкусной, и Цзи Цы ел с большим аппетитом. Он даже заботливо отложил половину, собираясь отнести ее младшему брату.

«Ну кто в этом мире не любит жареную курицу? — размышлял он. Хрустящая корочка, нежное, ароматное мясо, да еще и под соусом — перед таким никто не устоит!».

Едва он об этом подумал, как у входа в лавку раздался голос юноши:

— Что за дыра? Разве это можно есть? Грязища!

Цзи Цы, с набитым ртом куриной ножкой, услышав это, недовольно покосился в ту сторону. У входа стоял юноша в роскошных одеждах — ярком, кричащем алом наряде. Волосы его были стянуты в хвост, лицом он был довольно миловиден, вот только манеры и вид напоминали разъяренного петуха.

— Столы, пол — все в жиру! Мне, молодому господину, даже смотреть на это противно! И это еще! Вы что, едите курицу вместе с кожей? Какая гадость! Я, молодой господин, не буду здесь есть! Пойду в тот ресторан!

Юноша кричал громко, но никто не обращал на него внимания. Он разозлился еще больше. Подойдя к столику Цзи Цы, он встал к нему спиной и громко запричитал, обращаясь к своему стражнику:

— Здесь тоже можно поесть, но хозяин должен снять кожу с курицы! Неужели кто-то ест куриную кожу? Отвратительно!

Едва он это произнес, как с воинственным видом развернулся и тут же увидел, как какой-то молодой человек прямо у него на глазах отправляет в рот куриную кожу.

Юноша: «…»

Цзи Цы, поедавший кожу: «…»

Он усмехнулся, вызывающе вскинув бровь в сторону юноши. Тот позеленел — похоже, ему и впрямь стало дурно.

Цзи Цы это нисколько не смутило. На самом деле, он и сам не очень-то любил куриную кожу, но просто терпеть не мог, когда кто-то на публике так кичится своим положением. Еще и требовать, чтобы хозяин снимал кожу с жареной курицы! Сколько мороки! Жареная курица стоит недорого, с какой стати этот паршивец выдвигает столько требований?

Подумав об этом, Цзи Цы фыркнул. Он не старался скрыть своего смешка, и юноша его легко расслышал.

Юноша вытаращил на него глаза:

— Ты смеешься надо мной? Да как ты смеешь надо мной смеяться?!

Цзи Цы невинно моргнул и, глядя на него своими ясными глазами, снова отправил в рот куриную ножку.

Юноша вскипел от ярости и приказал своему стражнику избить Цзи Цы.

Цзи Цы тут же схватился за грудь и жалобно промолвил:

— Братец, от твоего кулака я ведь умру!

http://bllate.org/book/13496/1199175