На следующий день утро началось с ясного света на востоке. Трава в углу двора была покрыта инеем, и даже выдыхаемый воздух казался белесым.
А Син, наконец выкроив свободное время, зашел проведать друзей, но едва переступил порог двора, как Чан Хэ сунул ему в руки метлу.
Он потер живот и с явным недовольством проворчал:
— Не даешь лошади сена, но заставляешь ее бежать. Совести у тебя нет, Чан Хэ.
Чан Хэ лишь презрительно скосился на него:
— На дереве полно фиников. Собирай сам, если хочешь. Как закончишь мести двор, приберись и в лавке.
Чан Хэ вышел, чтобы занести привезенные огородником овощи, поручив их переборку Фан Цяоэр, а сам отправился вытаскивать во двор огромную сковороду для жарки каштанов.
С появлением солнца иней на земле постепенно растаял.
В комнате Ци Си, выспавшийся и чувствующий себя прекрасно, перевернулся на другой бок. Его рука легла на горячую кожу, и он медленно открыл глаза.
— Ты еще не ушел?
Янь Кань притянул его к себе, уперев ладонь в спину, и слегка укусил за кончик носа:
— Куда это, мой супруг, мне уходить?
Ци Си потерся щекой о его грудь и, окончательно проснувшись, приподнялся. Его длинные волосы рассыпались по спине, а нижняя рубашка расстегнулась, обнажив ключицу с отпечатками зубов.
Его кожа была тонкой, и на шее еще виднелись розоватые следы — результат стараний этого пса рядом.
Ци Си даже не взглянул на него, просто перешагнул через Янь Каня.
Что касается обжигающего взгляда, преследовавшего его со спины, то со временем он просто привык.
Янь Кань скрестил руки на груди и с удовольствием наблюдал, как Ци Си одевается. Его господин был красив, и телосложение у него было отменное. Чуть пониже ростом, с тонкой талией, длинными ногами и приятными округлостями там, где положено.
Особенно он любил обнимать его — тело Ци Си было будто сделанным из теста, невероятно мягким в объятиях. На талии сейчас не было ни грамма лишнего, только гибкость и упругость.
Прижимаясь к нему, он мог восстановить силы после тяжелого дня.
Наблюдая, как Ци Си методично надевает одежду, Янь Кань поманил его:
— Супруг, подойди-ка сюда.
Ци Си приблизился:
— Что нужно?
Янь Кань обхватил его тонкую талию и усадил к себе на колени.
— Может, наденешь что-нибудь с высоким воротником? Утром холодно.
— Сегодня солнечно. — Ци Си шлепнул его по руке, все еще лежавшей у него на талии. — Отпусти, надо идти работать.
Янь Кань приблизился и поцеловал его в губы.
— Все же лучше сменить.
— Зачем менять… Ай! — Ци Си вздрогнул, почувствовав легкую боль в шее.
Он схватил Янь Каня за волосы и сердито проворчал:
— Ты что, собака?
— Откуда супруг знает? — Янь Кань рассмеялся, но отпустил его, когда Ци Си начал вырываться.
Увидев, что Ци Си направился к зеркалу, он замер, а затем улыбнулся еще шире.
Вскоре он получил возможность еще раз полюбоваться тем, как его господин переодевается.
Ци Си бросил на него косой взгляд и вышел из комнаты.
Янь Кань тихо рассмеялся, медленно покачав головой. На губах ощущалась легкая боль, он провел по ним пальцем, и его взгляд потемнел.
«Не ожидал, что мой супруг может быть таким диким.»
***
Лавка только что открылась, когда Те Шу со своим дедом привезли на ручной тележке партию товара.
Чан Хэ с остальными поспешили помочь разгрузить.
— Двести тыквенных чаш, Чан Хэ, пересчитай, всё ли в порядке.
Услышав шум, А Син быстро закончил подметать двор и забежал в лавку. Он развязал мешок, достал одну чашу и осмотрел.
— Зачем господину эти штуки? В лавке что, денег на нормальные чашки не хватает?
Чан Хэ проигнорировал его и отсчитал пятьдесят монет деду Те Шу:
— Дедушка, возьмите, пожалуйста.
— Не стоит, не стоит!
— Не можем же мы пользоваться вашей помощью даром. Примите, в будущем ещё придётся беспокоить вас насчёт тыкв.
После долгих уговоров старик наконец сдался и взял деньги.
— Ну, я пойду тогда. — Он потянул к себе Те Шу и строго наказал: — Здесь слушайся старших, понял?
— Дедушка, я знаю. Возвращайся осторожно.
Мальчик был таким смышлёным, что А Син не удержался и потрепал его по голове.
«Теперь понятно, почему господину нравится этот малыш.»
Едва дед Те Шу ушёл, как появился Ци Си, приведя себя в порядок. Он откинул занавеску, и все присутствующие повернулись к нему.
— Господин, дедушка Те Шу принёс чаши.
Тыквенные чаши были примерно одного размера. Ци Си взял одну, внимательно осмотрел — внутри и снаружи она была тщательно отполирована. Проверив несколько штук подряд, он не нашёл изъянов.
— Большой брат, чаши в порядке?
— Очень хорошие.
Лицо мальчика сразу озарилось улыбкой.
Ци Си открыл другой мешок — там чаши тоже были отменного качества. Видя, как ребёнок гордо выпрямился, он спросил:
— После того, как вы собрали эти чаши, твой дедушка ещё раз их обработал?
Малыш кивнул:
— Дедушка сказал, что раз большое дело доверили нам, мы должны выполнить его как следует.
Ци Си улыбнулся и ласково потрепал его по голове:
— Передай дедушке мою благодарность.
Время было уже позднее, когда раздалось урчание пустого желудка. Ци Си взглянул на А Синя, который округлил глаза, явно страдая от голода, и предложил:
— Давайте сначала поедим.
На завтрак каждому досталась миска лапши.
Тесто замесили и нарезали прямо в кипящий котёл, добавив пучок зелени. Готовую лапшу разложили по мискам, залили долго варившимся костным бульоном, сверху положили мясной соус и посыпали зелёным луком. Так получилась лапша "дао сяо мянь".
Чан Хэ и А Син потирали руки, получив большие порции. Взяв палочки, они устроились под навесом. Сначала с наслаждением отхлебнули бульона, затем перемешали лапшу и принялись есть большими кусками.
«Вот это жизнь! Настоящее блаженство!»
— Господин — настоящий мастер! Чан Хэ, давай меняться местами: я буду помогать в лавке, а ты иди...
— Куда идти? — Янь Кань медленно подошёл к ним, заложив руки за спину.
Улыбка на лице А Сина застыла, и он захихикал:
— Да никуда… Хозяин, только встали?
Янь Кань скользнул взглядом по их мискам.
— Лапшу едите?
— Д-да, — Чан Хэ прижал свою миску к груди, будто опасаясь, что Янь Кань её отнимет.
Ци Си, стоявший у входа, вовремя пришёл на помощь едокам.
— Янь Кань, будешь есть?
— Буду! Раз мой супруг приготовил, как можно отказываться? — Янь Кань тут же расплылся в улыбке, отчего оба под навесом дружно закатили глаза.
«Вечно он только на них рычит.»
Те Шу уже позавтракал, но в лавке утром было много работы. Чтобы он не проголодался, Ци Си налил ему немного лапши — хоть чуть-чуть попробовать.
Мальчик сидел за столом и снова увидел того человека, который всегда виснет на его большом брате.
И называл его как-то странно — «фулан». Но Чан Хэ объяснил, что так называют самых близких.
Завтрак прошёл шумно, и вскоре в лавку начали заглядывать первые покупатели.
— Чан Хэ, налей-ка мне в тыковку!
По голосу сразу было понятно — постоянный клиент. Чан Хэ улыбнулся и завязал беседу:
— Опять свою тыкву дома забыл?
— Ага, у меня их уже три штуки скопилось. Как-нибудь принесу все, чтобы сразу несколько наполнить. — У ног старика стояла корзина с двумя кроликами.
Чан Хэ ловко взял тыкву и начал наливать вино, бросив взгляд на упитанных кроликов.
— Сегодня купили?
— Сам развожу, продаю, чтобы на вино заработать. Зима ведь, корма не хватает.
— У нас тут тоже пару недель назад пару принесли — уже и крольчата появились.
Старик жадно смотрел на тыкву и, получив её, тут же пригубил.
— Эх, у вас вино — хоть куда!
Он бережно заткнул тыкву, отсчитал монеты и продолжил:
— Тогда держите их отдельно. У меня сын сначала пару штук принёс — думали, к свадьбе зарежем. А они расплодились… Теперь вся семья на кроликах сидит.
— Жить-то можно?
— Да уж лучше, чем когда сын в горы за дичью ходил — сердце обрывалось…
***
За несколько фраз Чан Хэ выведал у старика всю подноготную. Хотя теперь он работал в винной лавке, старые навыки разведчика никуда не делись.
Утром клиентов, заказывавших горячие блюда, было немного, поэтому Ци Си сначала позанимался с мальчиком, а когда тот уселся за маленький столик с кисточкой и начал выводить иероглифы, занялся своими делами.
Сегодня был базарный день, и на улице становилось всё оживлённее.
Янь Каню было скучно в одиночестве, и он решил принести своего малыша. Перепрыгнув через стену, он заметил, как мальчик под навесом уставился на ребёнка.
— Подойди, посмотри.
Те Шу аккуратно отложил кисть и робко взглянул на Янь Каня.
— Не хочешь?
— Хочу! — Стиснув зубы, Те Шу решительно подошёл к Янь Каню.
Янь Кань взял малыша под мышки, позволяя его маленьким ножкам упереться в свою ногу.
— Знаешь, как его зовут?
Мальчик покачал головой, внимательно разглядывая младенца.
«Какой хорошенький братик.»
— Его зовут Янь Цинянь, домашнее имя — Янь Сяобао.
Те Шу моргнул и лишь потом сообразил:
— Почему фамилия Янь? У большого брата фамилия Ци.
— Потому что он носит мою фамилию.
— Но почему... — голос мальчика стал тише.
Он плохо знал Янь Каня и немного побаивался его.
«Если фамилия Янь, значит, по матери. Наверное, этот дядя — родственник большого брата.»
Посмотрев на малыша, он поспешно поклонился и убежал продолжать писать иероглифы.
Оставшись без зрителей, Янь Кань вздохнул. Увидев, что его супруг занят, он скучно похлопал малыша по попке и унёс его в дом.
***
— Тот клиент — кроликовод?
Чан Хэ кивнул:
— Да, у него несколько десятков кроликов. Кажется, вся их деревня теперь ими занимается.
Если так, то проблема с закуской к вину решена.
— Хозяин здесь? Ваши ланч-боксы готовы!
А Син, жаривший каштаны на улице, обернулся на голос. Перед ним стояла тележка с новенькими многоярусными коробками для еды.
Чан Хэ вышел и крикнул:
— Мешай быстрее, а то подгорят!
А Син нахмурился:
— Я же мешаю! Кстати, зачем господину столько коробок?
— Сам спроси. — Чан Хэ принялся заносить коробки внутрь, сделав несколько ходок.
Все коробки и тыквенные чашки тщательно вымыли во дворе, вытерли и убрали. Ци Си взял деревянную табличку и написал объявление:
"Принимаем предзаказы на блюда с доставкой. Первые две недели — плата только за упаковку. При возврате чистой тары — возврат упаковочного сбора."
Табличку выставили у входа, чтобы все клиенты могли прочитать.
Те, кто не умел читать, спрашивали у соседей, и вскоре вся улица знала о новой услуге. Первые заказы не заставили себя ждать.
— Хозяин Ци, это правда про доставку?
— Совершенно верно.
— Тогда не буду сам заходить — привезите жене.
Ци Си взял кисть:
— Оставьте адрес, имя и удобное время.
— Хозяин Ци! Мой сын обожает вашего острого цыплёнка — привезите и нам!
— И нам! И нам!
Ци Си методично записывал. Закончив, он подозвал Чан Хэ:
— Доставку поручаю тебе.
Тот лишь кивнул:
— Не беспокойтесь, господин, я привык к быстрым переходам — справлюсь.
Удовлетворённый, Ци Си отправился на кухню готовить ингредиенты.
Те Шу, закончив задание Ци Си, слез со стула и стал помогать ему на кухне.
Янь Кань, уложив малыша спать, увидел, что Ци Си снова крутится у печи, и не смог сдержать недовольства:
— Мой супруг более занят, чем я.
Ци Си взглянул на бездельничающего у двери человека и приподнял бровь:
— Подойди сюда.
Янь Кань приблизился:
— Что нужно?
Ци Си помешивал еду на сковороде и кивнул в сторону очага:
— Помоги подбрасывать дрова.
Янь Кань обмяк, положив голову на плечо Ци Си:
— Супруг…
Ци Си стряхнул его голову и нахмурился:
— Быстрее, огонь вот-вот погаснет.
Те Шу то смотрел на Ци Си, то на Янь Каня.
«И правда странные они…»
Отблески пламени освещали черты Янь Каня: его нахмуренные брови ясно выражали недовольство.
— Супруг, давай я найму тебе ещё одного повара.
— Не нужно, людей хватает.
Хотя и добавилась доставка, но пока это только начало — Чан Хэ справляется. Жарку блюд и учёт Ци Си ведёт сам, Цяоэр отвечает за приём заказов, подачу еды и уборку столов. Ларёк с каштанами уже не так загружен, как раньше — поджарил партию, взвесил покупателям, принял оплату.
Всё это они пока контролируют вместе, но когда мальчик освоится, ларёк поручат ему.
Янь Кань тяжело вздохнул:
— Какое там хватает? Ты с утра до ночи без отдыха. Встал — и сразу за работу, только ночью могу с тобой поговорить. Ты сам вспомни, когда последний раз играл с Янь Сяобао.
Ци Си замер на мгновение с лопаткой в руке.
Место у очага в глубине кухни было плохо освещено, но глаза Янь Каня ярко горели в отблесках пламени. Он говорил всерьёз.
Ци Си прикусил губу и выложил готовое блюдо.
— Если людей станет больше, увеличатся и расходы лавки. У нас ведь небольшой бизнес.
— Пустяки. Я могу прислать повара из усадьбы. Всё равно ему платят жалование, и там он готовит три раза в день. Какая разница, где готовить?
Ци Си ополоснул сковороду и принялся за следующее блюдо.
— А остальные в усадьбе разве не едят?
Ян Кан покачал головой:
— Там не один повар.
В усадьбе Янь работали шеф-повар, повариха и их подмастерье. Раз хозяева жили отдельно, нагрузка на кухне уменьшилась.
— У меня много людей, супруг. Прикажи — и всё будет сделано. Если ты за всё берёшься сам, то лучше уж я буду содержать тебя. Не могу смотреть, как ты так устаёшь.
Когда Янь Кань был занят, он молчал. Но теперь, в свободное время, когда он наконец мог прийти с малышом, его супруг целый день крутился у печи. Даже ребёнка почти не брал на руки.
«Он же супруг генерала — как до такого унижаться?»
Ци Си помолчал, затем тихо сказал:
— Дай мне подумать.
Он никогда глубоко не задумывался над этим вопросом. Но раз уж Янь Кань поднял эту тему — а мнение близкого человека нельзя игнорировать — Ци Си решил отнестись к этому серьёзно.
Янь Кань, видя, что его слова возымели эффект, не стал давить. Если Ци Си согласится, людей можно будет взять даже из торгового каравана Чан Хэ — там с лёгкостью выделят несколько десятков человек.
Последующие действия происходили в молчании: Ци Си наполнил тыквенные миски едой, упаковал в ланч-боксы, и Чан Хэ отправился с доставкой.
Той же ночью супруги лежали в постели.
Ци Си, обняв денежный ларец, тщательно пересчитал доходы. С момента, как он взял лавку, уже окупил первоначальные затраты. Чистая прибыль составила триста лянов.
Закрыв ларец, он принял решение.
Повернувшись к лежащему на боку Янь Каню, он сказал:
— Пусть повариха приходит. Я научу её всем этим блюдам.
Янь Кань улыбнулся:
— Ты решил?
— Угу.
— Хорошо, завтра же её пришлют.
Янь Кань забрал у Ци Си ларец, убрал в шкаф, затем обнял его и перекатился с ним по кровати. Натянув одеяло, он плотно укутал супруга.
— Спи. Завтра люди будут на месте.
Ци Си закрыл глаза, уютно устроившись в объятиях Янь Каня, и вскоре уснул.
***
На следующий день во дворе появился новый человек.
Повариху звали Янь, близкие называли её тётя Янь — она была потомственной служанкой семьи Янь. Когда старший брат Янь Каня переезжал, бабушка, беспокоясь, отправила её присматривать за ним.
Со временем она осела здесь и вышла замуж.
Обменявшись приветствиями, Ци Си начал обучать её, готовя вместе.
Будучи опытной кухаркой, тётя Янь схватывала всё на лету — стоило Ци Си один раз показать блюдо, как она могла повторить нечто похожее.
Нужна была лишь практика — и несколько простых блюд не составили бы для неё проблемы.
Пока Ци Си занимался с тётей Янь, доставка набрала невероятную популярность.
Те, кто не хотел есть в лавке, передавали заказы через знакомых или заранее заказывали при посещении рынка — и ароматные блюда доставлялись прямиком домой.
Вскоре доставка стала приносить больше дохода, чем сама лавка.
Чан Хэ пришлось позвать на помощь своих товарищей по каравану. Лошади и повозки у них были — дело было лишь в расстоянии.
Но работать просто так они не согласились. В зависимости от дальности Ци Си установил плату от двух до десяти монет за заказ. Ловкие курьеры могли заработать до сотни монет в день.
Для семей с детьми и жёнами это стало хорошим подспорьем — почему бы и не помочь?
Когда Ци Си наконец смог полностью передать дела лавки другим и оглянулся вокруг — на дворе стояла ранняя зима.
Мелкий снег кружился в воздухе, ледяные крупинки, не больше зёрнышка маша, ударялись о плечи и рассыпались. Хоть и крошечные, но уже колючие, как иголки.
Передав управление лавкой в другие руки, Ци Си заснул, а проснулся уже в генеральской усадьбе.
Снаружи свистел холодный ветер, окна и двери были прикрыты, оставив лишь узкие щели. В комнате стоял жаровня с углем, наполняя пространство уютным теплом.
Проснувшись, Ци Си нащупал рядом пухлого малыша.
Он притянул к себе укутанного в красную одежонку карапуза и повернулся, чтобы разглядеть его.
Янь Сяобао уже исполнилось четыре месяца. Раньше, занятый делами, Ци Си иногда по несколько дней не видел сына. Теперь же, встретившись с ним взглядом, он ощутил лёгкое головокружение от осознания времени.
«Раньше был таким крошечным, а теперь так вырос.»
— А-а! — Пухлая ладошка сжала его палец с неожиданной силой.
— Супруг. — Янь Кань вошёл с тазом воды, отряхнул с плеч снежинки и, разогрев руки, сел на край кровати.
Ци Си позволил ему взять малыша, наблюдая за движениями:
— Как я оказался в генеральской усадьбе?
Янь Кань улыбнулся без тени смущения:
— Прошлой ночью супруг ходил во сне — даже меня напугал. Я последовал за тобой и увидел, как ты направляешься сюда. Ну а чтобы ты не простудился, просто перенёс тебя.
Ци Си криво усмехнулся:
— А если бы просто попросил вернуться?
— Разве супруг согласился бы? Лучше уж одним движением перенести. — Янь Кань покачал малыша и снова уложил на кровать. Впервые за долгое время вся семья собралась вместе.
Ци Си накрыл Янь Сяобао одеялом, прижался щекой к его личику и на мгновение забыл обо всём на свете.
Янь Кань подал ему тёплую салфетку для умывания, затем вышел и вернулся с едой.
— Накормить или...
Ци Си покраснел до мочек ушей:
— Я уже взрослый. Не как Сяобао.
В тёплой комнате одеться было нетрудно. Ци Си быстро накинул одежду и спустился с кровати, оставив малыша с Янь Канем за завтраком.
После еды, завернувшись в меховой плащ и уткнувшись нижней частью лица в мягкий мех, Ци Си взял зонт и отправился в лавку.
Янь Кань напутствовал его:
— Вечером возвращайся в усадьбу. Зимой тут теплее, а в лавке пусть остаются Чан Хэ с поварихой.
Ци Си, не оборачиваясь, махнул рукой, в душе смеясь над его настойчивостью.
«Ну и характер — лишь бы добиться своего, не гнушается никакими методами.»
***
Зимой таверна пользовалась особым спросом.
Свернув с главной улицы в переулок, Ци Си увидел несколько курьеров с ланч-боксами, сновавших туда-сюда.
Сун Сынян, засунув руки в рукава, расхаживала у входа. Увидев Ци Си, она улыбнулась:
— Утром не видела, как ты уходил. Откуда теперь идёшь?
Ци Си замялся, мысленно ругая Янь Каня, но вслух лишь вежливо ответил:
— В гостях был у родни.
Сынань не была болтливой, задав один вопрос, она открыла свою бамбуковую пароварку:
— Сегодня снег, очень холодно. Возьми несколько паровых булочек, поешь в лавке.
Ци Си покачал головой:
— Не стоит. Я уже позавтракал.
— Господин!
Услышав зов из лавки, Ци Си улыбнулся Сынань и сразу же направился внутрь.
Проходя мимо уличного лотка с жареными каштанами, он велел А Сину взять несколько для себя, а также отнести немного Сынань и соседке тётушке У Сюхун. Сам же зашёл в лавку перекусить.
Зимой не только у крестьян не было работы — после того как А Син помогал Янь Каню в загруженный период, теперь и у него появилось свободное время.
Ци Си теперь усиленно учил ребёнка вести счёты и писать, чтобы к следующей осени или зиме тот мог присматривать за уличным лотком с каштанами.
Закончив с горячими каштанами, пришло время заняться сегодняшним важным делом.
Сегодня было десятое число десятого месяца, и работники лавки отработали ещё один полный месяц — пора выдавать жалованье.
Воспользовавшись тем, что клиентов было немного, Ци Си вызвал их по одному в подсобное помещение.
Курьерам, доставлявшим заказы, платили ежедневно, остальным — раз в месяц, в середине.
Чан Хэ, который выполнял больше всех, теперь считался почти что управляющим. Ци Си поднял ему жалованье до пяти лянов. Это только за работу в лавке — в резиденции генерала он получал отдельное вознаграждение.
Затем было жалованье Фан Сяоэр. С тех пор как девушка устроилась сюда, она работала старательно и ответственно. Хотя её обязанности сводились к подаче блюд и мытью овощей, она приходила рано утром и уходила поздно вечером, редко позволяя себе отдых. Её месячное жалованье составляло два ляна.
Повариха, тётушка Янь, была старой слугой в резиденции, и с ней, конечно, обращались хорошо. Она получала жалованье от резиденции, а здесь, как главный повар, — четыре ляна.
Наконец, Те Шу, которое приходило в лавку каждый день.
Хоть он и был мал, но помимо изучения иероглифов помогал по мере сил. Ци Си положил ему один лян.
По сравнению с другими тавернами, Ци Си был исключительно щедр.
Получив жалованье, все были рады.
Когда все разошлись, ребёнок снова пришёл один.
— Большой брат, вот серебро для вас.
Ци Си погладил его по голове:
— Ничего не оставишь себе?
— Не оставлю. До нового года ещё далеко, оставлю потом. Мальчик улыбался, и в его глазах, казалось, прятались звёзды.
Ци Си тихо рассмеялся:
— Хорошо, я запишу.
Мальчик возвращал деньги, которые Ци Си внёс за лечение его деда. Ци Си не стал отказываться.
Для ребёнка это был урок жизни, а также способ обрести душевный покой.
Записав сумму в детский «счёт», Ци Си прошёлся по лавке.
Теперь, когда все справлялись со своими обязанностями, можно было заняться чем-то ещё.
Хоть таверна и приносила доход, но рынок в городе Сеша был невелик. А если в будущем перебраться в столицу, расходов будет ещё больше.
«Дети — дорогое удовольствие».
http://bllate.org/book/13339/1186344
