Готовый перевод Unlock Comfortable Confinement / Ключ от уютных оков [❤️]: Глава 08

– Эй, что с тобой в последнее время?

Ючхан пнул ногой Сону, который сидел на корточках. Видимо, его беспокоило, что Сону в последнее время резко стал молчаливым и печальным. Сону со вздохом поднялся с места и отшвырнул помятую банку. С громким металлическим лязгом банка покатилась и закатилась в дальний конец переулка.

– Ничего.

– Если ничего, то почему ты такой?

В последнее время Сону все больше злился на Ючхана, втянувшего его в такую жизнь, и, боялся, что сорвется и наговорит лишнего. На вопрос товарища он лишь стиснул зубы, сдерживая тяжёлый вздох. Ючхан, встретившись взглядом с Сону, покраснел и тут же резко отвернулся.

В голове Сону снова и снова всплывал день, когда несколько дней назад Ивона похитил Ан Хёнтхэ. И то, как Ивон смотрел на него полным упрёка взглядом, и то, что Ан Хёнтхэ был отъявленным негодяем, – все это заставляло лицо Сону хмуриться от тревоги и беспокойства.

Если бы не он, Ивон сейчас был бы дома, жил бы с родителями, старшим братом и сестрой. Из-за него… Ивона похитили фактически из-за него. Сону, уже готовый расплакаться, стукнулся головой о стену так, что больно отдало, затем отряхнулся и поднялся. Он ткнул насупленного Ючхана.

– Пошли. Если опоздаем, опять получим по шее.

– Ага…

Ючхан тоже выглядел неважно. В последнее время его постоянно сравнивали с Сону, который вдруг стал сговорчивым и послушным. Его лупили и пинали, приговаривая, как это так, чтобы старшеклассник был хуже младшеклассника. После нескольких таких случаев Ючхан начал ненавидеть не бандитов, а самого Сону.

Сону делал вид, что не замечает этого. «Раз он втянул меня сюда, значит, он и должен за это отвечать», – бурчал он про себя сердитым голосом. Мысли о Ивоне не давали ему покоя. По ночам он не мог нормально заснуть, ворочался с боку на бок.

В притоне бандитов, как всегда, воздух был мутным от сигаретного дыма. После похищения Ивона Ан Хёнтхэ ходил довольный, будто выиграл в лотерею, и постоянно ухмылялся. Он тут же заметил Сону и Ючхана и громко окликнул их.

– Э, Сону пришел? Иди сюда.

Несмотря на юный возраст, Сону инстинктивно чувствовал, что нельзя показывать перед Ан Хёнтхэ свое плохое настроение. Поэтому он подбежал с широкой улыбкой, а Ан Хёнтхэ, бросив вальяжное «Малой», больно хлопнул его по спине.

– Ну что, поел чего-нибудь вкусненького?

– С друзьями покупал токпокки. Спасибо.

Когда Сону ответил звонким голосом, Ан Хёнтхэ переспросил: «Токпокки? Что за токпокки?» Но при этом довольно выпустил дым. Прислушиваясь к разговорам, пока бегал по поручениям, Сону понял, что о похищении Ивона знает куда меньше людей, чем он ожидал.

Почему? Сону пораскинул мозгами, но у него, маленького ребёнка без особого жизненного опыта и знаний, не хватало понимания, что это был заказное похищение, чтобы задавить конкурентов, и что информацию о выкупе за Ивона Ан Хёнтхэ держал в секрете от всех, кроме самых приближенных, чтобы урвать всё самому. Он лишь, как зверёк, навострил уши, наблюдал за обстановкой и внимательно слушал все разговоры.

– Аджоси закажет вкуснятину, поедим вместе.

– Спасибо!

– Ага, ешь хорошо, спи хорошо. Ты ведь наш будущий бандит.

Сону поклонился, будто благодаря за похвалу, но при этом тихо сжал кулаки.

Будущий бандит? Я им никогда не стану.

В отличие от Ючхана, который боготворил бандитов и ловил каждое слово Ан Хёнтхэ, Сону с каждым днем всё больше ненавидел их. В его глазах все здесь были отбросами. Даже чувства к Ючхану иссякли, и он уже хотел сбежать отсюда, невзирая ни на что. Но его всё ещё останавливали страх перед Ан Хёнтхэ и беспокойство за Ивона.

Вскоре привезли еду, заказанную Ан Хёнтхэ. Сону быстро накрыл на стол и проворно снял упаковку. Ему было неловко от вида Ючхана, который, сглатывая слюну, безучастно смотрел в их сторону, но сделать он ничего не мог. Ан Хёнтхэ больше всего ненавидел, когда делали что-то без его приказа, а позвать Ючхана поесть вместе, не спросив разрешения, как раз и было таким самоуправством.

Сону навострил уши, надеясь услышать в разговорах Ан Хёнтхэ хоть что-то об Ивоне. Мысль позвонить в полицию тоже приходила ему в голову. Но внутреннее что-то мешало ему сделать это, поэтому он хотел хотя бы заранее выяснить, где держат Ивона.

К сожалению, Ан Хёнтхэ не проронил ни слова о Ивоне. Наевшись досыта, он позвал Ючхана, который ждал своего часа, и накормил его объедками. Ючхан, с лицом, пылающим от унижения, опустил голову и торопливо стал подбирать остатки еды.

Сону вёл себя сговорчивее обычного и сам вызвался выполнять поручения бандитов. Ему нужно было передвигаться по зданию общежития, не вызывая подозрений. Бандиты обосновались в довольно большом мотеле, где было много мест для осмотра. В каждой комнате были бандиты - они лежали, читая комиксы, или играли в карты. Разочарованный Сону сидел на лестнице и вздыхал, когда его окликнул один из мужчин.

– Эй, ты, сходи на крышу, забери бельё.

– Будет сделано!

Бодро ответив, Сону тут же вскочил и побежал на крышу. Он собирал бельё под палящим солнцем, обильно потея, когда вдруг услышал откуда-то слабый плач. Сначала он испугался, подумав, что это призрак, но затем передумал.

Неужели это Ивон плачет?

Сону сглотнул сухую слюну, спустил собранное бельё вниз и стал осматриваться. Может, на крыше есть незаконно построенная мансарда? Но открыв дверь, он увидел лишь кладовку. Вскоре он понял, что плач доносится из водосточной трубы, соединённой с крышей. Сону быстро собрал оставшееся бельё и проследил, куда ведет труба.

В подвал!

Прижимая руку к колотящемуся сердцу, Сону, уворачиваясь от взглядов бандитов, украдкой спустился по лестнице и замешкался. Как и следовало ожидать, дверь в подвал была заперта. Он с детства был мастером на все руки и легко мог открыть замок или запертую дверь. Проблема была в том, что будет после. Если его действия обнаружат, то Ивону, да и ему самому, не поздоровится.

Неужели нет способа незаметно проникнуть в подвал?

На всякий случай Сону тщательно осмотрел первый этаж здания. Но внутри не было видно никакого входа. Он вышел наружу и стал обходить здание вдоль стены, пока не столкнулся с Ючханом.

– Что ты здесь делаешь?»

В его голосе сквозила неприкрытая враждебность. Пока Сону колебался, что ответить, тот подошел ближе. И вдруг злобно крикнул:

– Ябедничаешь на меня аджоси?

– Что? Когда я ябедничал?

– Почему тогда это я один получаю взбучку?

Сону онемел от нелепости обвинения, а Ючхан стиснул зубы и резко набросился на него. На его лице читалось, что он уже всё для себя решил.

– Ах ты, чёртов паршивец! Как ты мог так поступить со мной? Я же хорошо к тебе относился, мы же из одного детдома.

– О чём ты? Что я сделал? На что я наябедничал?

Несправедливое обращение, издевательства, принуждение к труду под видом поручений – всё это исходило от Ан Хёнтхэ. Но юный разум, долго подвергавшийся пагубному влиянию этой среды, начал перенимать образ мыслей бандитов, и ненависть Ючхана обратилась не на Ан Хёнтхэ, а на близкого друга, с которым они росли как братья.

– Это я привёл тебя сюда!

Бросив обвинение, Ючхан вдруг разразился руганью. Предатель! Сволочь! Безродный! Голос его хрипел от ярости, лицо пылало. Сону растерянно попятился, а Ючхан набросился на него.

– Отстань!

Крикнул Сону, но в итоге они сцепились и покатились по переулку. Бандиты, выглянувшие из окон на шум, вместо того чтобы разнять, лишь хихикали, наблюдая за зрелищем, а кто-то швырнул в них окурок. Сону, которому и так было трудно сдерживать чувство вины перед Ивоном и злость на бандитов, сильно толкнул Ючхана. И, прежде чем тот, отлетев назад, успел подняться, ударил его по лицу.

Они оба замерли в шоке: он никогда не бил старшего, а Ючхан никогда не получал от него сдачи. Шок был недолгим. Вскоре потасовка переросла в драку с кулаками.

http://bllate.org/book/13313/1183974