На самом деле, Сон Джиха ещё с детства знал, что он не такой уж добрый и хороший.
И для этого даже не нужно припоминать прошлое, когда он чуть не задушил свою старшую сестру только потому, что она отобрала у него кольцо. Он был равнодушен к другим и у него просто вообще ни к чему не было интереса.
По словам психиатра, его симптомы были похожи на те, что были у людей с антисоциальным расстройством личности, но от них у Джиха было одно существенное отличие. А именно оно заключалось в том, что его совсем ничего не могло заинтересовать. Вообще.
Чтобы достичь чего-то, нужно иметь хотя бы осознание какой-то цели. А его не интересовала сама жизнь. Но стоит отметить, что Джиха был человеком, которому всего-навсего не хватало целеустремлённости и желания действовать.
И всё же он человек, и время от времени может чего-то захотеть, но к счастью, его предки были людьми, поколениями сколотившими целое состояние. Из-за чего ему никогда не приходилось добиваться желаемого самостоятельно.
Но ему повезло, и не пришлось пить таблетки, помогающие избавиться от повадки становиться одержимым чем-то одним и не отказываться от этого даже под угрозой смерти. Ему не поставили медикаментозное лечение, потому что все эти вещи были неоживлёнными предметами.
Поэтому, когда Сон Джиха впервые начал зацикливаться на «живом предмете», то не знал, как остановиться. Нет, дело было в том, что он даже не хотел этого знать.
— Страшно…… Хны-ы……
Когда Дэон заплакал, он остановился бессознательно. Однако не потому, что ему было жаль Дэона или он чувствовал себя виноватым, а потому, что он хотел увидеть, как тот плачет, ведь никогда раньше этого не видел.
Он хотел знать о Дэоне абсолютно всё, запечатлеть его в любом виде. Не упуская ни одной детали.
Лицо Дэона, переполняющееся слезами, было потрясающе прекрасным. Будь у него возможность, он бы хотел сохранить его в таком виде и спрятать где-нибудь тут.
Однако после продолжительного посещения психиатра по настоянию семьи, Сон Джиха понял, что его мысли ненормальны. Он думал: «Если я начну говорить всё, что хочу, Дэон испугается. И может даже сбежать».
Поэтому до сих пор Сон Джиха просто подавлял всё то, что хотел высказать. До того, как повстречал Дэона, он молчал, потому что действительно не хотел говорить, но после встречи с ним он был тихим, потому что боялся, что стоит ему открыть рот и он сбежит от него.
Однако оказалось, Дэон страшился того, что он молчит и попросил его разговаривать с ним. Эти слова искусили и увлекли Джиха.
Он говорит, что ему намного страшнее, когда я молчу, так не лучше ли тогда сказать всё, что хочу?
С того момента Джиха перестал сдерживаться. А поскольку он развязал себе руки, его поведение стало немного грубее. И он начал делать всё, что только хотел.
Когда он без промедления вогнал свой пенис внутрь Дэона по самое не хочу, пришедшее к нему наслаждение было настолько волнующим, что у него закружилась голова, а уголки рта задрожали. В тот момент он не мог не использовать силу даже несмотря на гон, опьяняющий его разум.
Не считая того, что он со всей дури толкает свой непосильно большой член в Дэона, измождая его, и, не давая ему и минуты перерыва, он ещё и давит на принимающего, отягощая его настолько чрезмерными ласками, что образовались кровоподтёки и синяки.
Он не слышал слов Дэона, просящего остановиться. «Ещё до того, как мы начали, разве он не согласился на то, что я могу делать всё, что хочу?» —переиначил Джиха, но, разумеется, Дэон сказал немного по-другому.
Прошло полдня и уже почти наступило утро.
— Хн-н-нгн-мпф. Хы-ыгх! О-отпусти, сукин ты сын……!
Голос, нежно зовущий его «сонбэ», бесследно пропал. Дэон, который всё это время не мог даже отдышаться, охрипшим голосом ссыпался ругательствами.
И это на самом деле было заслужено. С тех пор, как Джиха произвольно вступил с ним в половой акт, он не давал Дэону и шанса на отдых. И то, что его голос охрип, было естественным, ведь за всё это время Дэон уже несколько раз терял сознание и даже когда вновь приходил в себя, это соитие продолжалось.
Однако Джиха лишь наклонил голову набок, когда тот попросил отпустить его.
— Почему я должен?
— Сонбэ, отпусти меня….. Мой сонбэ бы отпустил!
— Дэон, кроме меня у тебя есть другой сонбэ? Кто……?
Спрашивая о «сонбэ», он имел в виду не старших из университета, которых обычно так называют. Он спрашивал, есть ли какой-то другой сонбэ, который вытворял бы с ним нечто подобное. Джиха насколько это было ему под силу, старался подражать тому тону, каким он разговаривает, когда находится в здравом уме, но он всё же не мог скрыть шипы, прорастающие внутри.
— Ублюдоокх……! Ангх.
Дэон продолжал дубасить его в грудь кулаком, даже находясь ниже талии Джиха. Ночью они испробовали всевозможные позы и сейчас вновь вернулись к обычной «миссионерской». Сила, с которой он его дубасил, была значительной. Однако Джиха, слабо улыбаясь под вновь опустившейся чёлкой, радушно принимал все эти удары.
Пока он раскрывал всего Дэона изнутри, его разум, который до вчерашнего дня был помутневшим, казалось, постепенно возвращался в норму. Так могло лишь казаться, но…
Успокаивающим тоном Джиха обратился к Дэону:
— Но мы ещё далеки от завершения……
— ……Что?
Цикл гона Джиха обычно длился пять дней. Вчера был третий день, а сегодня четвёртый, так что он будет продолжаться ещё как минимум до завтра.
Разумеется, он скрыл тот факт, что в этот раз пришёл в себя раньше, чем бывало прежде. Джиха говорил голосом, очень схожим на его обычный тон.
Глаза Дэона расширились от шока, а уголки рта задрожали. Были ясно раскрыты его потрясение и испуг.
— Е-ещё целые сутки заниматься этим……?
Если быть точнее, сейчас только утро, так что до конца оставалось почти сорок часов. Как только Дэон осознал это, его лицо побледнело. Джиха чмокнул его в уголок рта и застенчиво кивнул.
Хоть разум, потерянный из-за гона, наполовину и вернулся к нему, жара, охватывающая его тело, всё ещё не ушла. Джиха плавно начал толкаться своим членом, по-прежнему находящимся внутри Дэона.
— Я-я умру. Сонбэ, я серьёзно, если продолжим, я правда умру.
— Не умрёшь.
— Точно помру! Агхн… спасите……
Глядя сверху вниз на Дэона, который, рыдая, упрямился, Джиха подумал.
Он всё равно не умрёт, так что я могу просто игнорировать эти капризы, правда?
Но наполовину вернувшийся к нему рассудок заставил Джиха вести себя всё-таки по-человечески. Он не был уверен, но после того, как смог избавиться от жара посредством Дэона, его мозг начал нормально соображать.
— Тогда как насчёт вязки……?
— Вяз… что?
— …….Если повяжемся, всё закончится……
Конечно, не всегда гон может закончиться после вязки. Однако Джиха, который вот уже несколько лет проводил гон в одиночестве, словно на уровне инстинктов знал, что если он сейчас повяжется, всё закончится.
У него было предчувствие, что как только оставшийся жар окончательно выйдет наружу, наступит конец этому гону.
Дэон мог лишь закатить глаза при упоминании «вязки». По его лицу видно, он чем-то обеспокоен. И, кажется, он несколько напуган.
— Не будем?
— ……
— Тогда закрой глазки, я разбужу тебя завтра.
Если сможешь их закрыть.
На его слова Дэон ничего не ответил, но обматерил его глазами. С губ Джиха сорвался смешок. Ему казалось это забавным, хоть и сам теперь разговаривал с ним неформально.
— Д-давайте повяжемся.
— Угу, я сделаю так, что ты не забеременеешь.
— ……
Дэон намеревался что-то сказать, но замолк. Джиха не обратил на это особого внимания.
В большинстве своём вязка значительно увеличивает шансы на беременность, но это не касалось Сон Джиха, ультра доминантного альфы. Он был способен очистить эякулируемое из него семя.
Будучи не в себе, он был не уверен, но только не сейчас. В то же время его совсем немного терзали иные мысли.
Если он забеременеет, то не сбежит, так ведь?
Даже если у него есть этот блядский партнёр по метке, будь у него лишь ребёнок, он…… . Всё ещё находясь внутри него, Джиха молча уставился на Дэона, тот тихо глядел на него снизу вверх. Джиха впервые захотел владеть чем-то живым, так что для него это была весьма непростая задача. Одно дело завладеть предметом, другое — человеком.
Но его размышления не продлились долго. Если бы родился ребёнок, Дэон любил бы его больше, чем Джиха, а это его не устраивало. Джиха не может допустить, чтобы Дэон хоть немного отводил взгляд от него на что-то другое.
Уже готовый к сцепке член начал пробиваться ещё глубже внутрь Дэона. Дальше и дальше, в самое-самое глубокое место, до которого только может дотянуться. Несмотря на то, что у него не было намерения изливаться сперматозоидами, Джиха резко выгнул поясницу, жадно впиваясь в талию партнёра, словно отчаянно пытаясь оплодотворить его.
— Ыгх.. ыакх.. ы-ыг!
— ……Ха-а……
С крайним выдохом удовольствия Джиха, узел на основании его члена начал расширяться, увеличиваясь в размерах. В то же время Дэон уже настолько ослаб, что перестал дышать — не было сил. Джиха помогал ему своим дыханием.
Некоторые рецессивные омеги не могли выдержать вязки, при которой половой орган альфы увеличивается в размерах прямо внутри, впиваясь в органы, и были не в силах даже элементарно делать вдох и выдох. А Дэон был даже ультра рецессивным, так что было само собой разумеющимся, что вязка была для него непосильной ношей.
То, сколько он кончал внутрь, было сравнимо с мочеиспусканием, даже при том, что в эякуляте не было сперматозоидов. Джиха целиком и полностью наслаждался этим моментом — прямо сейчас он вяжется с Дэоном, помогая ему дышать, передавая своё собственное дыхание изо рта в рот.
Впервые он был так сильно доволен своим гоном, который всегда лишь мучил его. Казалось, подавляющий его жар полностью отступал, а сам он остывал, и всё благодаря прохладному телу Дэона.
Сон Джиха, никогда прежде не обнимавший омегу, и не знал, что ощущения, которые он испытывает сейчас, сильно отличаются от того, что чувствуют обычные альфы, когда вяжутся с кем-то. А именно то, что обычные альфы и омеги после вязки разгораются ещё жарче для дальнейшего размножения.
Джиха же сейчас был безмерно удовлетворён. Пока у него был Дэон, он чувствовал, что сможет выдержать гон, который раз за разом заставлял его хотеть умереть……
http://bllate.org/book/13269/1179837
