Готовый перевод Unable to Divorce After Signing the Marriage Contract / Связан брачным контрактом [❤️] [Завершено✅]: Глава 20.3. Принятые меры

Господин Лу снова достал бальзам для губ, который он же и засунул в карман пуховика Линь Юйхэ:

— Похоже, нет смысла напоминать тебе, я сделаю это сам.

Линь Юйхэ изумлённо смотрел на него. Он хотел что-то сказать, но, увидев выражение лица мужчины, проглотил слова.

В машине стало тихо и повисла та же напряжённая атмосфера, что была между ними, когда они вышли из дома отца Линя и У Синь.

Он подумал, что господин Лу рассердился. Но не мог понять почему. Обычно на подобные вещи начинают злиться члены семьи больного или представители медицинских профессий. Лу Нань не принадлежал ни к одной из этих категорий, поэтому Линь Юйхэ никак не мог понять, почему мужчина прилагает столько усилий, чтобы заботиться о нём.

Машина ехала плавно, и всю оставшуюся дорогу они молчали. Линь Юйхэ подумал, что Лу Нань не хочет больше с ним разговаривать. Однако Лу Нань, казавшийся рассерженным, начал рыться в пакете и снова что-то искать.

Он достал пачку влажных салфеток, вытащил одну, а затем сказал Линь Юйхэ:

— Руку.

Линь Юйхэ не знал, что хотел сделать господин Лу, но всё равно вытянул руку, как его попросили.

Лу Нань бесстрастно добавил:

— Другую.

Линь Юйхэ вытянул другую руку, и господин Лу взял его ладонь. Он аккуратно провёл слегка прохладной влажной салфеткой по тыльной стороне руки.

Линь Юйхэ наконец вспомнил, что вытер рукой кровь, когда почувствовал трещину на губах. Он забыл об этом, но Лу Нань заметил.

В глазах старших своей семьи Линь Юйхэ был идеален и не нуждался в опеке, но в глазах господина Лу всё было по-другому. В его глазах у Линь Юйхэ постоянно появлялись раны, из-за которых за ним постоянно нужно было присматривать.

— Спасибо, — прошептал он.

Лу Нань с невероятной аккуратностью стирал пятна крови; салфетка сначала была холодной, но постепенно согрелась, когда соприкоснулась с жаром кожи, и в конце осталось лишь тепло.

Господин Лу очень нежно обращался с рукой Линь Юйхэ. Его руки были красиво сложенными, светлыми, с чёткими суставами. Они ярко выделялись на фоне рук Лу Наня. Эти руки предназначались для того, чтобы держать скальпель или скользить по чёрно-белым клавишам пианино.

Когда кровяные пятна исчезли, на другой стороне руки всё ещё оставались красные следы. Лу Нань попытался стереть их, но ему не удалось; отметина не исчезла.

Линь Юйхэ заметил, что он делает, поэтому объяснил:

— Всё нормально. Это не кровь, просто отметина.

Господин Лу замер на секунду и спросил:

— Когда она у тебя появилась?

Любой посчитал бы это родимым пятном, но Лу Нань хотел узнать, когда он получил шрам, как будто знал, что Линь Юйхэ родился без всяких отметин.

Но Линь Юйхэ не заметил никаких тонкостей вопроса и искренне ответил:

— Это из-за постоянных инъекций, которые мне делали, когда я был маленьким.

Лу Нань нахмурился:

— Постоянные инъекции?

Линь Юйхэ кивнул:

— У меня очень тонкие кровяные сосуды, поэтому трудно сделать укол. Только вена была более-менее заметна, а мне нужно было часто делать уколы, поэтому требовалась внутренняя игла. Один раз игла искривилась и оставила шрам.

Мужчина замер, и его движения остановились. Кончик пальца почти прикоснулся к шраму, но он так и этого не сделал, а лишь спросил:

— Тебе до сих пор больно?

Линь Юйхэ улыбнулся:

— Больше нет.

— Ты плакал, когда тебе делали укол? — прошептал Лу Нань.

Линь Юйхэ немного удивился, когда посмотрел на человека напротив. Вопрос Лу Наня прозвучал так, будто он знал, что Линь Юйхэ любил плакать, когда был ребёнком.

Он всё равно честно ответил:

— На самом деле, в детстве я очень боялся боли. Но дети всегда преувеличивают боль. Вообще-то, мне было не так больно.

Его голос звучал расслабленно, однако Лу Нань, услышав его слова, надолго замолчал.

Он думал о том, в чём именно было дело: в том, что ребёнок преувеличивал боль, или в том, что он с детства привык игнорировать боль.

Лу Нань не прикоснулся к шраму. Стерев кровь, он использовал жар своих рук, чтобы согреть ладони юноши, но пальцы и запястье Линь Юйхэ так и остались холодными, как всегда.

Лу Нань убрал влажные салфетки и обхватил тонкую руку своими широкими ладонями.

Линь Юйхэ заметил, что мужчина пытается сделать, и чтобы не беспокоить взрослого человека, быстро пояснил:

— Всё в порядке, у меня всегда холодные руки. Я просто засуну их в карман на время, тогда они согреются.

Лу Нань посмотрел на него, но не отпустил:

— Ты уже давно держишь их в карманах.

После этого Линь Юйхэ затих. Господин Лу был прав, его руки постоянно были настолько холодными, что просто положить их в карман делу не поможет. Если бы это помогало, он бы так сильно не страдал по ночам во время сна.

Ему также постоянно не хотелось тревожить Лу Наня, и кроме того, было трудно найти горячую воду в машине, поэтому он лишь сказал:

— Я не забуду в следующий раз надеть перчатки, может, тогда будет получше.

— Перчаток нет, — ответил Лу Нань.

Линь Юйхэ был ошеломлён. Пока он сидел, осознавая то, что только что услышал, Лу Нань закинул руку ему на плечи и взял за левую руку, в то время как его другая рука всё ещё находилась в ладони Лу Наня. То, как он держал обе его руки в своих, приравнивалось к тому, что Лу Нань держал его в своих объятиях.

На Линь Юйхэ был толстый пуховик, и он выглядел как пушистый комок. Однако так объятия становились проще, и одна рука, закинутая на него, легко оставляла другого человека удовлетворённым.

Для Линь Юйхэ, оказавшего в такой ловушке, низкий, магнетический голос мужчины проникал прямо в уши, когда тот заговорил:

— Я не принёс перчатки, так что давай обойдёмся без них.

Линь Юйхэ не знал, что сказать. Его ухо горело от дыхания мужчины, но он изо всех сил старался сохранять бесстрастное выражение лица.

Но всё же думал про себя: «Ты же сам сказал, что не готовил для меня перчатки».

http://bllate.org/book/13189/1175305