Готовый перевод The Fantastical Beasts at World’s End / Свирепые монстры апокалипсиса [❤️] [Завершено✅]: Глава 22: Ты либо принимаешь лекарство, либо идёшь в больницу, либо спишь на улице. Выбирай сам

После разговора с Ся Чжимином Е Чжао впал в состояние глубокой задумчивости.

Почему одни люди могли видеть то, чего не видели другие? Астральное зрение?* Шестое чувство? Почему убийца специально выбирал людей с такими способностями? Двигала ли им ненависть из-за негативного опыта общения с такими людьми? Или он нападал на них, потому что они могли помешать его плану? Или убийца просто хотел навести ужас и ничего больше?

П.п.: астральное зрение, 阴阳眼 (инь/ян/янь): Буквально «Глаза Инь и Ян» — В китайском фольклоре это обозначает экстрасенсорную способность воспринимать сверхъестественные явления, такие как формы душ призраков, духов и/или божеств.

А учитывая отсутствие связей между жертвами, как убийца узнал о способности каждого из них видеть необычное?

— Уже встал? — голос вывел его из задумчивости.

Е Чжао повернулся и увидел Не Жэньяня: тот стоял у декоративной полки, отделяющей столовую от гостиной. Одной рукой он тяжело опирался о полку, а другой рассеянно массировал затылок. У него были усталые глаза, а когда он заговорил, его голос был низким и хриплым. Очевидно, он не очень хорошо выспался.

Не Жэньянь взглянул на настенные часы:

— О? Как уже так много времени? Мои извинения, дорогой. Я проспал. Ты сам приготовил завтрак?

— Ну, во сне ты его точно не готовил. Кто же это поклялся, что отныне он будет заниматься всей готовкой, а? — Е Чжао окинул его насмешливым взглядом, а затем кивнул: — Первый день и уже отказываешься от обещаний. Отличная работа.

— Я облажался, — быстро признал свою вину Не Жэньянь. — На обед я приготовлю тебе маньчжурский императорский пир Хань*, — воспользовавшись случаем, он быстро обнял Е Чжао за талию, после чего скрылся в ванной, чтобы умыться.

П.п.: 满汉全席 (мэн/хань/цюань/си): «Маньчжурский императорский пир Хань» — легендарный банкет, состоявшийся во времена династии Цин, который в разговорной речи используется для обозначения пышного банкета. «Я обложался», - 聂仁衍忙不迭狗腿认错, то есть Не Жэньянь ведет себя как угодливый подлиза.

«...» Е Чжао заметил, что губы Не Жэньяня потрескались, а его шаги звучали тяжелее, чем обычно, как будто ему было трудно оторвать ноги от пола. Он нахмурился:

— Почему ты выглядишь таким уставшим? Плохо спал прошлой ночью?

От Не Жэньяня не последовало немедленного ответа. Через несколько секунд он высунул голову и спросил:

— Не мог бы ты повторить, дорогой?..

— Я сказал, что  ты плохо спал этой ночью, — Е Чжао вспомнил о странном шуме накануне и добавил: — Кстати, ты не просыпался посреди ночи? Мне показалось, что я услышал скрип двери.

Не Жэньянь был ошарашен:

- Дверь? А-а-а, ты прав, я вставал, чтобы выпить стакан воды. И я думал, что стены тут с приличной звукоизоляцией. Как ты смог услышать звук открытия моей двери через свою, закрытую? Дай мне сначала умылься, дорогой. Мы поговорим об этом чуть позже, — он попятился назад в ванную, после чего раздался звук текущей воды.

Услышав ответ Не Жэньяня, Е Чжао замер. Дверь его спальни действительно была плотно закрыта, и вполне логично, что человек не должен улавливать такой тонкий звук из закрытой комнаты. На самом деле, в обычных обстоятельствах среднестатистического человека ничего бы не потревожило, если бы только за дверью не происходил настоящий погром.

Кстати говоря, нечто подобное произошло этим утром, когда он готовил яичницу. В гостиной, которая, в свою очередь, была отделена от кухни примыкающей столовой, работал телевизор. Но каким-то образом даже при включённом вентиляторе вытяжки и пониженной громкости телевизора он всё равно уловил каждое слово в утренних новостях!

До комментария Не Жэньяня он даже не подумал, что это странно. Стены не могли внезапно истончиться, а телевизор не мог автоматически менять громкость, поэтому оставалось только одно возможное объяснение — его слух усилился!

В ушах Е Чжао раздался звон стакана, в который поставили зубную щётку, причём так отчётливо, словно он стоял в ванной вплотную к раковине. Он нахмурился и поднял руку, чтобы поправить очки, но ощутил лишь воздух — на носу не было ничего, что можно было бы поправить...

Нет очков? Он каким-то образом умудрился провести утро без очков? Тогда в таком случае...

Как он смог прочитать новостную ленту из столовой? Что вообще происходит?!

Не Жэньянь вышел из ванной и увидел, что Е Чжао выглядит озадаченным и растерянным, поэтому он быстро бросился к нему:

— Что такое? Что случилось?

— Я... — В глазах Е Чжао мелькнуло недоумение. — Кажется, у меня проблемы со зрением и слухом.

— Что? — длинные прямые брови Не Жэньяня сошлись на переносице, когда он наклонился, чтобы осмотреть глаза Е Чжао, и на его лице появилось напряжённое выражение, похожее на выражение человека, страдающего сильным запором. — Что случилось? Ты не можешь видеть? Не волнуйся, дорогой! Если твои глаза перестанут работать, можешь взять мои!

«...» Бессмысленное заявление Не Жэньяня развеяло все следы паники, и лицо Е Чжао вернулось к своему обычному состоянию безэмоциональности. Он бесстрастно смотрел на Не Жэньяня:

— Сколько же дрянных романов ты прочитал? Дай угадаю, этот ты тоже выцыганил у медсестры из психушки?

Не Жэньянь поднял два пальца:

— Торжественно клянусь, я выманил у неё только одну книгу.

Е Чжао: «...»

— Но давай не будем менять тему, дорогой. Ты до сих пор ничего не объяснил. Что происходит с твоими глазами? — Не Жэньянь опустил руку и возобновил осмотр.

...Кто это вообще сменил тему разговора?!

Е Чжао почувствовал, что Ло Сяочэнь, возможно, был прав насчёт того, что любители специй имеют мазохистские наклонности. Каждый раз, когда он разговаривал с Не Жэньянем, у него возникало неудержимое желание запихнуть этого человека в мусорный мешок и выбросить. Возможно, именно в подтверждение теории о своём мазохизме он выдержал множество подобных разговоров за прошлые годы, не действуя в соответствии с этими импульсами.

— Тц, — Не Жэньянь прищёлкнул языком и мягко коснулся уголка глаза Е Чжао. Его пальцы на ощупь казались немного мозолистыми: грубыми, сухими и горячими. Е Чжао напрягся. — Твои глаза снова поменяли цвет.

— Ты имеешь в виду то, что вы с Ся Чжимином обсуждали недавно утром?

— Нет, в прошлый раз это было не так ярко выражено. Теперь вокруг твоих зрачков появилось кольцо... очень отчётливое, цвета тёмного золота. Более того... — Не Жэньянь сосредоточенно нахмурился. — Этот слой золота… он как вода. Такое ощущение, что он постоянно движется. Лёгкий тёмно-золотистый оттенок напоминает поверхность озера, припорошенного золотой пудрой. Если взглянуть внимательнее, кажется, что ободок слегка пульсирует, а при длительном рассмотрении можно даже заметить движение, похожее на волны: постепенное разрастание ряби, исходящей от зрачков.

Е Чжао слушал его причудливое описание, ничего не понимая. Самая обычная человеческая радужка при увеличении может казаться невероятно сложной и запутанной. В этом смысле сравнение узоров в его радужке с водной рябью было вполне понятным. Но что значило слова Не Жэньяня о том, что они текут?!

— Это выглядит странно? — не мог не спросить он.

— Вовсе нет... — Не Жэньянь всё ещё заглядывал ему в глаза, словно пытаясь выследить давно забытое воспоминание. — Они завораживают. Но у меня такое ноющее чувство, будто...

— Как будто что?

Не Жэньянь долго молчал. Наконец он со вздохом сдался и покачал головой:

— Забудь об этом. Это всё ерунда. Я не могу вспомнить.

— ...Никакого завтрака для тебя.

«...» В наступившей тишине Не Жэньянь взглянул на часы. Подумав, что завтрак он уже пропустил и вполне может воспользоваться представившейся возможностью, он набрался смелости и погладил лицо Е Чжао, думая вскоре после этого совершить стратегическое отступление. Но Е Чжао внезапно схватил его за плечо и потянул назад; импульс от этого движения заставил его нагнуться, опустившись на один уровень с Е Чжао. Неужели он сейчас получит пощёчину только за то, что прикоснулся к его лицу?!

К его удивлению, Е Чжао, продолжая удерживать его за плечо, другой рукой накрыл его лоб. Прохлада его прикосновения была успокаивающей и знакомой. И если он не сильно ошибался, это был первый раз с тех пор, как он вернулся, когда Е Чжао первым коснулся его. Неужели он сейчас получит награду только за то, что прикоснулся к его лицу?!

— Тебя лихорадит, — Е Чжао отстранился и прижал руку к собственному лбу, подтвердив свою первоначальную оценку. — Твой лоб гораздо горячее, чем мой. Что происходит? Вчера ты был в порядке.

Чрезмерно возбуждённый мозг Не Жэньяня наконец затормозил, и он бросил разочарованный взгляд на убранную руку Е Чжао, после чего выпрямился и отвернулся:

— Я здоров как бык, откуда у меня может быть жар? Может, это у тебя холодные руки?

Е Чжао посмотрел на Не Жэньяня. Некоторые вещи не менялись. Болеть было нормальной частью жизни; даже у животных время от времени были болезни. Но он никогда не мог понять, почему с Не Жэньянем было так сложно, когда наступала его очередь простудиться и заболеть. Заставить Не Жэньяня признать, что он болен, было всё равно что попросить его признать, что у него эректильная дисфункция; он воспринимал это едва ли не как попытку унизить его.

— Очень хорошо, — кивнул Е Чжао и спокойно ушёл в свою комнату, вернувшись через несколько минут с блистерной упаковкой лекарства от простуды, которую он бросил перед Не Жэньянем. — Ты либо принимаешь лекарство, либо идёшь в больницу, либо спишь на улице. Выбирай сам.

http://bllate.org/book/13179/1173409