Готовый перевод Deadman switch / Переключатель мертвеца [❤️] [Завершено✅]: Глава 65. Побег из кампуса

После этого колкого замечания все всполошились. Кто-то из противоположной группы пробормотал про себя:

— Предатель.

Студент, на которого все уставились, исказил лицо и закрыл рот.

В разговор неожиданно вмешался спокойный голос Ёнвона.

— Эй, вы думаете, Хохён такой же, как вы? Если бы он был таким, вы бы все уже давно были мертвы. Если бы Хохён разозлился, он побил бы вас по головам поварешкой.

— Нет, Ёнвон, зачем ты вспоминаешь про поварешку?

Он вспомнил ту ситуацию на кухне. Тот случай, когда я судорожно искал оружие на кухне общежития и случайно схватил круглый половник. Мне вдруг стало стыдно. Счастье, что вокруг было темно. Было бы еще более неловко, если бы они увидели, как покраснело мое лицо из-за комментария Ёнвона.

Хаын, которая без дела постукивала битой по руке, заговорила:

— Мы все равно уходим. А вы, ребята, делайте, что хотите.

— Что изменится, если вы уйдете? Будете шататься по улице, пока не замерзнете до смерти?

— А что насчет вас? Подниметесь наверх и убьете вашего драгоценного Чанмина, который уже превратился в тварь? Или опять устроите рабство с помощью новичков?

Группа ребят не ответила.

— По крайней мере, это лучше, чем умереть, застряв здесь. Вы, ребята, знаете это. Нет смысла оставаться здесь. Мы тут были только из-за этого старого пердуна, который давил на нас.

— Старый пердун? Это все, что ты можешь сказать?

Спортсмены уставились на нее, но Хаын нисколько не дрогнула.

— А что? Разве это не правда? Как еще назвать человека в таком возрасте, который держит иерархию и ведет себя как король, если не старым пердуном? Наш лидер намного лучшего вашего старикана.

Она указала на меня. Я удивился. С каких это пор я стал у нас главным? Неужели они провели тайное голосование без моего ведома?

— Может, он немного нежен, но у него твердый характер. Он добрый и умный… — она остановилась на полуслове и украдкой взглянула на Ёнвона.

Тот с легким раздражением в голосе резко добавил:

— И милый.

— ... Милый, — повторила Хаын с неохотой.

Видимо, мало было Ёнвону говорить все эти слова одному мне, теперь он и другим доказывает, что я — самый прекрасный человек на свете. А я, между прочим, здоровый парень ростом почти сто восемьдесят сантиметров. Как же мне хочется сейчас исчезнуть…

Пока они не успели снова преградить нам путь, мы быстро двинулись в путь.

Ханбин нес Кёнхвана, не показывая никаких признаков усталости. Как только мы дошли до запасного выхода, я почувствовал, что кто-то бежит к нам сзади.

— Я... Я тоже... Нет, я с вами!

Я обернулся. Это был молодой студент в темно-зеленом спортивном костюме, тот самый, который толкнул Чанмина к зараженному. Несмотря на то, что он был деспотичным, и все его ненавидели, этого парнишку провожали недовольными взглядами и называли предателем.

Скорее всего, он решил встать на нашу сторону, чтобы его самого не выгнали из их компании.

И снова все взгляды устремились на меня. Они ждали моего решения. Я жестом указал на дверь.

— Если ты с нами, то давай быстрее. У нас мало времени.

Услышав за собой торопливые шаги, я открыл дверь.

* * *

Когда мы оказались на втором этаже, то перед нами предстал внешний мир. Уже рассвело, и за стеклянными дверями простиралось темно-синее небо, еще не тронутое красным оттенком восхода. Спустившись в вестибюль с верхнего этажа, где все двери и окна были плотно закрыты, а свечи зажжены, мы почувствовали холод. Даже в помещении при каждом вдохе и выдохе появлялся пар.

— Давайте немного подождем, прежде чем выходить. Вы же знаете, что темнее и холоднее всего перед рассветом.

Мое предложение встретило согласие остальных. Когда мы приготовились к выходу, все сделали небольшой перерыв. Ханбин усадил Ли Кёнхвана на диван в холле, Хаын села рядом с ним, скрестив руки и на прирыв глаза. Атлетически сложенный парень нервно озирался по сторонам. Ему было неловко и неуютно: до недавнего времени мы враждовали и чуть не поубивали друг друга. Только Нахе, казалось, готова была завязать с ним разговор.

Понаблюдав за их неловким общением, я отвернулся и увидел, что Ёнвон встал рядом со мной. И мы оба посмотрели на улицу. Если идти по главной дороге, то можно попасть к главным воротам. Кампус был очень большим, а обзор загораживали деревья и здания, поэтому ворота не были видны напрямую. Но и он, и я знали, что впереди есть выход.

— Ты когда-нибудь заходил так далеко раньше? — спросил я Ёнвона.

— Нет, никогда.

За этой дверью даже ему предстояло отправиться в неизвестность. Что ждет нас впереди — смерть или жизнь, — никто не мог сказать наверняка. Я молча наблюдал за тем, как рассвет проникает в безлистные ветви деревьев. Поддавшись приятной атмосфере, я спросил его:

— Ёнвон, ты ведь знаешь кафе на студенческой дороге, рядом с автовокзалом? Помнишь? Здесь не так много кафе, потому что это дальний район. Оно одно из немногих.

Он молча покачал головой, немного задел меня. Это кафе было хорошо известно среди студентов нашего университета. В этом районе, где нет ничего интересного, кроме ресторанов, закусочных и нескольких пабов, оно выделялось стильным интерьером и приятной атмосферой.

— Их клубничный сок показался мне очень вкусным. Ни разу не пробовал сам, но так говорят.

Он продолжал спокойно смотреть на меня, не говоря ни слова.

— Не хочешь сходить туда как-нибудь? Я слышал, ты любишь такое.

Вместо того, чтобы ответить на мое предложение, Ёнвон глубокомысленно нахмурился.

— С кем ты туда ходил?

— А?

— Ты не любишь сладкое. Так откуда ты знаешь, что сок вкусный? С кем ты был там?

Моя попытка предложить заглянуть в кафе как-то неожиданно привела разговор в напряженное русло.

— Я пошел с ребятами с нашей кафедры. Мы засиделись в пабе допоздна, а потом пошли в кафе, чтобы протрезветь. Один из парней сказал, что после выпивки ему обязательно нужно выпить свежего фруктового сока.

— С целой группой парней? Не с один, а с несколькими?

И тут я совсем перестал его понимать.

— Ёнвон?

— Что?

— Ты расстроился?

— Да. Ты общался за одним столом с теми парнями и, наверное, тоже улыбался им. Ничего себе, ты даже пил всю ночь? Почему мой Хохён ведет себя так мило и с кем попало? Это мне должно чертовски понравится, ты так считаешь?

— Прости, я зря заговорил об этом. Виноват, — Я извинился и сменил тему. — Значит, в следующий раз давай мы с тобой пойдем вдвоем. Я это хотел сказать

— После того, как мы выберемся отсюда?

— Да, после того как выберемся. Мы ведь уже собираемся уходить, не так ли?

— Да... Да, собираемся.

— Закажем клубничный сок и торт. Ты говорил, что любишь играть в баскетбол, да? Мы сможем вместе сыграть. Все, что нам нужно, — это площадка и мяч. Легко! И еще кое-что... Ах да, смотреть фильмы всю ночь...

Ёнвон снова молчал, в его взгляде больше не было ни злости, ни напряжения, только смелость. Затем он слегка улыбнулся и протянул мизинец.

— Обещаю.

Я тоже улыбнулся и переплел свой палец с его:

— Обещаю.

Наконец, после морозной ночи, взошло солнце. Мы собрались перед дверью и взяли оружие, поправляя одежду, чтобы было как можно теплее. Я застегнул свою куртку на всю длину, зная, что стоит нам открыть дверь и выйти, как на нас обрушится режущий кожу ветер.

— Вы все знаете, верно? По дороге к главным воротам нет ничего, кроме открытого пространства. Насколько я помню, там есть только комната управления парковкой. Так вот, я хочу сказать… — Из-за недосыпания и усталости у меня сжалось горло, поэтому, прочистив его несколькими покашливаниями, я постарался говорить четко и громко. — Будет трудно вернуться, когда мы отсюда уйдем.

Настроение стало мрачным. Несмотря на то, что я лишь озвучила то, что все и так знали, лица вокруг меня осунулись.

Наш студенческий кампус был похож на длинную винную бутылку. Пробка была главными воротами, а дно бутылки — общежитиями. Главное здание, в котором мы сейчас находились, ну, может быть, где-то рядом с поверхностью этой самой бутылки.

Дорога к главным воротам была прямой, ни скамеек, ни остановок, прорубленной через густой лес. Если бы мы встретили там зомби, то единственным вариантом было бы бежать по открытой дороге, чтобы обогнать их, или перелезть через забор и скрыться в крутых заснеженных горах, где нас ждала снова полная неизвестность.

— Если вы чувствуете, что это тяжело для вас, вы не обязаны идти. Можете вернуться наверх или найти другое здание поблизости. Что решаете?

Наступило молчание. Хаын пожала плечами.

— Я с вами. Как я уже сказала, оставаться здесь — смерть. Если я все равно умру, то лучше попробовать что-то сделать до того, как это случится.

Нахе тоже присоединилась:

— Мне нужно выжить и выбраться, неважно, насколько тяжело это будет. Правительство отказалось от нашего спасения? Немыслимо! Неужели они думают, что граждане платят налоги только для этого? Я сделаю так, что они и пикнуть не смогут о том, что пытались спасти нас, но было уже поздно.

— А еще я... не хочу больше оставаться здесь, — новичок в спортивном костюме тоже начал высказываться, — Если я останусь с этими людьми, то просто умру.

Ханбин кивнул в знак согласия. Наконец, я посмотрел на Ёнвона. Он рассеянно вертел в руках металлический ломик, а потом ответил:

— А что делать? Не идти?

В итоге никто не передумал.

* * *

Острый, как колючки, ветер царапал наши щеки. К счастью, вокруг нас пока никого не было, но мы не знали, что нас поджидает дальше.

Не только нам, но и другим наверняка пришло бы в голову сбежать из кампуса через главные ворота. Возможно, десятки людей так и поступили. Если бы хоть одному из них это удалось, снаружи давно узнали бы, что в здесь есть выжившие. Это значит, что все они потерпели неудачу или…

Пытаясь подбодрить всех, Хаын резко указал вперед.

— Всем быть начеку. Мы не знаем, что нас ждет впереди. Даже те люди, которые приехали на той машине скорой помощи, мертвы. А на них даже было специальное оборудование для защиты от вируса.

— Может, нас взять машину? Вон та карета скорой помощи. Нам нужно только добраться до нее; дверь открыта, так что нам даже не понадобятся ключи, — неожиданно предложила Нахе.

На мгновение я подумал, не шутит ли она. Но серьезность в ее сияющих глазах была безошибочной. Ее выражение лица напомнило мне прошлую версию меня самого, смело предложившего выдвинуться в зал 70-летия.

— Нахе.

— Да, Хохён?

— Допустим, мы доберемся до машины. Как ты собираешься завести ее без ключей?

— Разве современные машины не заводятся с кнопки?

Это было настолько наивно, что трудно было понять, с чего стоит начать ей объяснение.

— Есть еще одна серьезная проблема.

— Что такое? 

— А двигатель вообще заведется? Он простоял на морозе несколько дней.

— Почему он не заведется? Разве машины тоже замерзают?

В ее взгляде было столько невинности, что, хотя Ёнвон уже открыто смеялся над ней, я не мог заставить себя насмехаться над этим чистым лицом.

— Эм, Нахе. Мне искренне любопытно, так что не пойми меня неправильно, но выслушай меня.

— Ага.

— Ты ведь никогда раньше не водила машину?

— У меня даже прав нет! Я планировала получить их на этих каникулах, — гордо заявила она.

Я молча улыбнулся. В этой неразберихе любой, кто достаточно сообразителен, чтобы оценить ситуацию, уже давно попробовал бы трюк с машиной, как и профессора и руководители, которые бежали с началом вспышки. Если же нет, то они, скорее всего, погибли, даже не успев сесть за руль, поэтому по кампусу разбросано так много бесхозных машин.

http://bllate.org/book/13176/1172799