Готовый перевод Deadman switch / Переключатель мертвеца [❤️] [Завершено✅]: Глава 57. Обещание

— Отойди. Тебя может задеть.

— Ёнвон...

— Я сам, не подходи.

Наши глаза встретились. Наверно, он понял мой ужас, я был перед ним как открытая книга. Выражение лица Ёнвона было таким же непроницаемым, как и всегда, его нельзя было понять.

Постепенно я успокоился и мог мыслить трезво. Тяжелое дыхание постепенно выровнялось. Я пошатнулся и схватил его за руку. Вся моя рука была в крови, я и сам не понял, когда поранился.

Ёнвон и Ханбин встали по каждую сторону стеллажа. Даже двум крепким молодым парням пришлось нелегко, но это было лучше, чем если бы я пытался сделать это в одиночку. Книжная полка медленно приподнялась, стал виден упавший зараженный: его голова была разбита упавшей на него статуей в форме лошади, но он все еще дергался.

Ёнвон придавил шею монстра ногой и оттолкнул тело наружу, не отпуская тяжеленную полку. Подбородком он указал на меня.

— Разберись с этим.

Железный лом, которым он орудовал, лежал на полу передо мной. Я без задней мысли поднял его. Он был еще теплым от его прикосновений. Затем я изо всей силы вонзил инструмент в шею твари, извивающейся на полу.

Последовал еще один удар, а потом еще.

Монстр издавал страшные рычащие звуки, захлебываясь в черной крови. Он отчаянно пытался поцарапать и укусить меня, но словно был не там. Снова и снова я вонзил острие лома в мертвую плоть, пока тварь не перестала двигаться.

— Все отлично, — сказал Ханбин, и я тут же повернул голову в его сторону.

На руках у него лежал Кёнхван. Он был весь в крови, которая текла из глаз, носа и рта; она так сильно залила лицо, что его было трудно узнать.

— Сердце еще бьется. Если поторопимся, то можно будет его спасти… — Ханбин опустил глаза, в них читалось отчаяние.

Мы не могли больше медлить. Оставив разгромленную лабораторию позади, мы вышли в коридор и побежали к лестнице, ведущей вниз. Наша вылазка на четвертый этаж была окончена. В результате поисков была обнаружена разбитая бутылка виски и один умирающий.

* * *

Один из их товарищей вернулся с тяжелыми ранами после важной разведки, но все остальные были до жути спокойны. Кто-то тихонько болтал, кто-то читал при свечах, а кто-то слегка потягивался, как будто это обычное дело — приходить обратно после того, как довелось побывать на грани жизни и смерти.

Ханбин и Ёнвон отправились переносить Кёнхвана в его комнату, в которой, как оказалось, жил и сам Ханбин. То же самое было и со мной, и с Ёнвоном, и с другими. Было ясно, что у местных главарей был четкий план, как выдворить «чужаков» или использовать их. Я отправился доложить Чанмину о результатах вылазки.

— Значит, это все, что вы привезли?»

Чанмин с презрением приподнял кончиками пальцев рюкзак Кёнхвана. Капли виски стекали с промокшего рюкзака. Я стоял, тяжело дыша, потный и окровавленный. Но сейчас было не время беспокоиться о таких вещах.

— Нам нужны лекарства, — сказал я.

Тот насмешливо хмыкнул. 

— Какие лекарства?

— Кёнхван в очень плохом состоянии. Даже если мы не можем оказать должную помощь, нужно хотя бы продезинфицировать раны. У вас есть антисептик?

— У нас есть. Но почему я должен давать его вам? — невозмутимо ответил Чанмин.

У меня не было слов. Почему он должен отдать его? Он наверняка видел, как Кёнхвана спешно уносили, видел его переломанные конечности, его лицо, залитое кровью.

У меня закружилась голова. Трудно было сказать, почему — от сильного напряжения или от циничных слов этого бездушного парня. Прикусив внутреннюю сторону щеки, я заставил себя сосредоточиться.

— Мы принесли еду.

— Это само собой разумеется, а вот лекарства — это редкость, поэтому мы должны беречь их как можно больше. Одна таблетка добавляет один день к вашим обязанностям по вылазке наверх, а один тюбик мази — неделю. Здесь все равны. правила для всех одни. Это справедливо.

— Справедливо?

— Этот парнишка теперь валяется без дела. Все, что он привез, — это грязный рюкзак и несколько бутылок воды. Теперь у нас не хватает людей для завтрашних дел, и это лишняя головная боль. Почему мы должны тратить драгоценные лекарства на такого человека? Для чего?

— Если мы не поможем, он умрет. Он не валял дурака, добыл припасы и пострадал. Как ты можешь так говорить о человеке, который...

— И? Неважно, как он поранился, потому что он теперь обуза для нас.

Я смотрел на него, пытаясь успокоиться. 

— Хохён, ты здесь не так давно, поэтому можешь не понять. Если ты не приносишь результат, то не получаешь вознаграждения. Если ты так хочешь спасти его, будешь выполнять часть его работы?

— Что?!

— Эй, я тут разговариваю, — резко сказал парень. — Что за неуважение?

Кёнхван все еще был без сознания. В ситуации, когда жизнь висела на волоске, Чанмин говорил полную чепуху. Его губы презрительно скривились.

— Мне интересно, тебе на полном серьезе нравится играть в эти дурацкие игры с дедовщиной и прочей ерундой? — Ответил я с насмешливой улыбкой.

— До тебя пока не дошло. Приди в себя, — продолжил он нарочито ласково. — Кстати, лопата твоя где? Та, которую я тебе давал.

Я не успел захватить ее с собой, когда мы убегали из лаборатории. У нее отломилась ручка, она так и осталась валяется под рухнувшей книжной полкой.

— Я говорил тебе, что нужно быть аккуратным. Это общая лопата. А ты выбросил ее и вернулся с пустыми руками? Ты что, прикалываешься? — усмехнулся Чанмин. В его взгляде чувствовалась хитрая непринужденность человека, занимающего высокое положение. Однако в следующее мгновение его лицо исказилось от ужаса. Его глаза, широко раскрытые от шока, остановились на моей руке, на синяках и ранах.

— Погоди.

Своей большой ладонью он схватил меня за запястье. Несмотря на наш одинаковый рост, я не мог сравниться с ним по силе.

Он, не церемонясь, прокрутил мою руку.

— Ты…

Я знал, что это было результатом моих попыток удержать стеллаж. Не только ладони и костяшки, но даже запястья были в синяках и в крови. На тыльной стороне запястья, которую трудно было разглядеть, виднелась отметина. Не просто след, а порез, или...

— Тебя укусили?

След от укуса?

В глазах помутилось, Я не слышал бессвязного голоса Чанмина и не чувствовал боли от того, что мою руку сжимали так, будто она вот-вот сломается. Я растерялся.

Рана на запястье была неглубокой и маленькой. Она больше походила на отпечаток от передних зубов, чем на вырванный кусок плоти. Если бы меня укусили достаточно сильно, чтобы с первого взгляда распознать след от укуса, я не смог бы передвигаться так хорошо, как раньше.

Неужели меня укусили? Если да, то когда? Когда я взял в руки лом Ёнвона, чтобы прибить того зараженного? Как это вышло? Я плохо помню. Помню только, что я несколько раз ударил по шее твари, которая отчаянно сопротивлялась.

— Какого черта ты приперся, больной ублюдок?! Да еще пытаешься убить невинных людей! — Чанмин повернул голову и громко крикнул. — Всем собраться! У нас ЧП. Одного из нас укусили!

Атмосфера мгновенно изменилась. Люди, мирно занимавшиеся своими делами, вскочили, словно обожженные. Звук нескольких пар ног торопливо заполнил коридор. Я непонимающе уставился на парня, пытаясь вырвать руку из его хватки.

— Отпусти...

Держа меня одной рукой, он внезапно нанес удар другой. Моя голова резко повернулась. Я потерял равновесие и зашатался. Еще один удар, на этот раз в живот. Я не мог дышать. 

— Не двигайся!

Кто-то надавил на меня сзади. Я упал лицом на холодный мраморный пол, ощутил безжалостный и мощный удар в бок и спину.

— А-агх!

Лежа на полу, я мог едва видеть ноги тех, кто меня окружал. Кто-то натянул веревку. Вскоре мои руки были скручены за спиной.

— Всегда какая-то ерунда происходит с этими новичками. Помните того парня, который пришел и сразу помер?

— Да мы ничего поиметь с него смогли. Все впустую.

— Именно. На этот раз двое погибли сразу. Что мы будем делать с поисковой группой завтра?

— Похоже, нам придется отправить оставшихся двоих.

— Один новичок и тот, который с физкультурного?

— Да.

Услышав упоминание о Ёнвоне, я вернулся к реальности. Я едва успел поднять голову, но тотчас кто-то схватил меня за волосы.

— Ах!

Не выдержав боли, я закричал, как вдруг в рот мне засунули кляп и обмотали лицо толстой веревкой, заткнув рот.

— Может, убьем его сейчас?

Чанмин уперся коленом мне в грудь и схватил за подбородок. Я с ненавистью посмотрел на него, горячее дыхание просачивалось сквозь ткань, затыкавшую мне рот. Он осмотрел мое лицо, поворачивая его из стороны в сторону и даже приоткрывая веки, затем покачал головой.

— Нет. Похоже, зараза еще не полностью распространилась. Пока не будем, только крови больше здесь разведем.

— Тогда что же нам…

— Давайте бросим его на склад, пока он не умрет и не оживет. Пусть там немного погниет, а потом мы с ним разберемся.

Слово «склад» прозвучало из уст Чанмина уже во второй раз. Первый раз был, когда он с гордостью хвастался, что поручил Ханбину организовать склад.

Новичков в группе прикрепляют к поисковой группе на неделю. Они ежедневно рискуют жизнью, исследуя верхние этажи, но, как ни странно, пострадавших не было. Ханбин был наказан голодовкой и уборкой на складе. И вот только что Чанмин упомянул это место второй раз. Он отправит меня на склад и разберется со мной позже.

На первый взгляд, эти утверждения казались не связанными между собой, но в моем сознании они распадались и вновь собирались воедино. Теперь я понимал. Склад, по словам самого парня, был местом, где держали тех, кто обратился в зомби, всех неугодных. А организация склада означала убийство тех самых зараженным, связанных по рукам и ногам и с кляпом во рту.

Теперь ясно, почему припасов всегда хватало на всех. В них никогда не могло быть недостатка. Людей использовали до тех пор, пока не оставалось ничего, что можно было бы извлечь из них, а затем безжалостно выбрасывали, морили голодом и лишали самого необходимого, доводя до смерти.

Ханбин бесстрашно бросился в опасность, чтобы спасти Ёнвона и меня. Поломка затвора произошла не по его вине, но он даже не пытался оправдываться и молча принимал наказание в одиночестве.

Каким большим и устрашающим он ни выглядел, он был всего лишь студентом-первокурсником. Всего лишь в прошлом году он был старшеклассником, которому тяжело среди незнакомых одногруппников. Даже взрослые, которые должны быть достаточно зрелыми, могли сойти с ума в подобной ситуации.

Я спросил его, тяжело ли ему далась уборка склада. Наивно, ничего не зная...

— Давайте закроем его поскорее, пока он не превратился.

Неужели я заразился? Неужели у меня скоро начнется лихорадка, конвульсии и, в конце концов, остановится сердце? А как же обещание, данное Ёнвону? Обещание, что он не вернется в то рождественское утро, что мы обязательно выживем и спасемся...

Закрытая дверь распахнулась.

Кто-то сильно ударил меня ногой, заталкивая в темноту, и я упал на пол. В помещении царил кромешный мрак. Перед глазами стояла пелена, и я не мог ничего рассмотреть.

Внезапно с противоположной стороны коридора донесся громкий шум.

http://bllate.org/book/13176/1172791