Готовый перевод Deadman switch / Переключатель мертвеца [❤️] [Завершено✅]: Глава 55. Превосходство

Ёнвон раздраженно проворчал, проводя рукой по волосам.

Человек, принесший вещи, стоял на пороге с ошарашенным и ничего не понимающим видом. Он передал вещи и быстро ушел. Было ясно, что он лишь выполняет приказ и не намерен вступать в разговоры с незнакомцами. Мы зажгли свечу и поставили ее в центр стола. Теплое свечение создавало уютную атмосферу, которая не подходила строгому конференц-залу, где находились только стол, стулья и монитор.

Среди пайков были полотенца, туалетные принадлежности, бутылка с водой и даже новое нижнее белье и носки. Откуда все это взялось? Из кабинетов этажом ниже? Или, может быть, из комнаты дежурного персонала?

— Что за невиданная щедрость?

К этому времени я уже чувствовал себя неспокойно. Мой прошлый опыт научил меня, что не бывает все просто так, обязательно человек попросит что-то взамен.

— Наверное, им что-то от нас нужно. Если бы они собирались убить нас сразу, то сразу так и сделали бы.

Было бы достаточно накормить нас, чтобы ослабить бдительность. Но давать еще и предметы первой необходимости?

Свеча тихо мерцала на столе. Мы встретились взглядами, понимая друг друга без слов. Ёнвон слабо улыбнулся.

— Они хотят довести нас до смерти. Шаг за шагом.

* * *

Пришло время ужина. В нашу дверь постучались. Вслед за остальными мы вышли в коридор. Люди сидели группами, возле каждой горела свеча. Несмотря на жестокую реальность, это выглядело как обычный сбор у костра во время студенческой поездки.

Чанмин заметил меня и помахал рукой. Он жестом указал на свободное место рядом с собой, и я прошел к нему и устроился поудобнее.

— У вас неплохая коллекция свечей, — заметил я.

— В каждом кабинете есть запасы на случай отключения электричества. Мы бережем фонарики на потом, а пока полагаемся на свечи.

— А нельзя ли открывать шторы днем? Тратить свечи — расточительно, — сказал я. — Это потому, что здесь слишком холодно?

— Да, отчасти, — кивнул Чанмин. — Если хочется свежего воздуха, можно немного приоткрыть шторы, но мы предпочитаем держать их закрытыми.

Даже если бы я захотел спросить еще что-нибудь, обстановка давала понять, что этого делать не стоит. Я получил положенную порцию еды. Сегодня в меню были консервированные фрекадельки.

Наша трапеза прошла спокойно. Я ел фрекадельки, оглядываясь по сторонам. За исключением Ёнвона и Чанмина, все были незнакомы. Группа была разной по полу и возрасту. Некоторые были одеты в спортивную форму, другие — нет. Я заметил кое-что странное.

Повернувшись к Чанмину, я спросил его:

— А где Ханбин?

— Что?

— Тот парень из университета Сэмен. Тот, кто привел нас сюда. Где он сейчас?

— А-а, он не ужинает. Он сейчас разбирается с кладовой.

— С кладовой?

Мое сердце тревожно забилось. Я бросил взгляд в другой конец комнаты. Ёнвон пристально смотрел в ту сторону, не притрагиваясь к еде; его банка с фрекадельками так и осталась нераспечатанной.

— Он повредил ставни при входе на первый этаж. Когда мы спросили, он сказал, что это была его ошибка.

Я перевел взгляд на противоположную сторону. Ёнвон смотрел на меня. 

— Поскольку он виноват, ему нужно поразмыслить над этим, — спокойно объяснил Чанмин, улыбаясь.

— Поэтому ему запрещено есть?

— А как иначе? Почему мы должны кормить и давать кров тому, кто не сделал для нас ничего полезного?

Я грозно уставился на него. Возможно, поняв мое непонимание, он продолжил:

— Знаешь, почему люди гибнут в катастрофах? Из-за халявщиков. Тех, кто только потребляет ресурсы, не внося своего вклада. Это несправедливо по отношению к тем, кто много работает и вносит свою лепту.

Я молча смотрел на Чанмина, пока он продолжал объяснять.

— Мы другие. Если ты не работаешь, ты не ешь. Логично, верно?

На первый взгляд, это звучало разумно. Было бы несправедливо делить блага с теми, кто ничего не делает, в то время как все остальные рискуют жизнью, сражаясь с зараженными и собирая припасы. Но разве это не другая ситуация? Они думает, что Ханбин специально это сделал? Это было крайностью. 

— Все-таки металл не сильно помялся, да и только снаружи из-за зомби. Он должен исправно работать.

Это сказал не я, а другой студент, который нервно ковырялся в своих фрекадельках. На мгновение улыбающееся лицо Чанмина ожесточилось.

— Что ты сказал? Кто научил тебя так говорить со старшими?

— Эм…Нет, простите. 

— Позже собери всех, кто моих и ваших.

Парень будто опешил.

— Ты что, не слышал меня? Эй, кто старший этого парня? Кто?

Стук палочек прекратился. Девушка с короткими волосами напротив нас встала и подняла руку.

— Это я. Простите, старший.

— Убедись, что ты они в ежовых рукавицах, ладно? Если не хочешь горбатиться до седьмого пота.

— Я поняла.

Никто не осмеливался расслабиться. Свеча горела по-прежнему тепло, но в комнате стало на несколько градусов холоднее.

Я знал, что на факультетах искусств и спорта особое внимание уделяется иерархии и дисциплине. Особенно это касалось таких факультетов, как физкультура и театр, но даже на художественном факультете, известном своей мягкостью, царил порядок. Я видел, как Чхве Дабин постоянно называла своего старшего «старший Ки Ёнвон» и относилась к нему с глубоким уважением, хотя они даже не учились на одном факультете.

Но это же уже слишком!

При таком количестве первокурсников, переведенных студентов и студентов с двойным профилем невозможно было определить, кто из них старшекурсник, а кто — младшекурсник на лекциях моего факультета. Никто никогда не задумывался об этом, поэтому для меня это строгое разделение было безумием.

Озлобленное лицо Чанмина вернулось к прежнему спокойному выражению. Он посмотрел на меня и неловко улыбнулся.

— О, Вы, должно быть, испугались. Наши парни могут быть грубоваты, поэтому нам приходится иногда держать их в узде. Это наша проблема, так что мы сами с ней разберемся. Не переживайте.

Его слова были мягкими, но смысл был ясен: ты — чужак, поэтому молчи и притворяйся, что ничего не видел. Я сделал паузу, потягивая из бутылки воду, и Ёнвон коротко рассмеялся, не отрывая губ от горлышка бутылки.

Взгляд Чанмина переместился на него.

— Вы хотите что-то сказать?

Ёнвон даже не потрудился посмотреть на него, пренебрежительно махнув рукой.

— Нет, продолжай. Забавно видеть, как ты продолжаешь нести эту чушь.

Вокруг будто все покрылось льдом. Я склонил голову и потер лицо руками, не решаясь взглянуть на реакцию остальных. Мне хотелось не привлекать лишнего внимания, но Ёнвон решил иначе.

* * *

Прошла наша первая ночь здесь. Мы с Ёнвоном договорились остаться на время. Хотя здесь было много странного и подозрительного, мы не могли легко отказаться от места, которое гарантировало еду, кров и безопасность. Кроме того, люди, которые находились в главном здании недалеко от главных ворот могли обладать важной информацией. Нам нужно было сохранять осторожность, пока мы не получим то, что нам нужно.

Наступило утро следующего дня. Нас снова вызвали в общий коридор для получения заданий. Мы решили принять правила игры.

— Помимо сбора еды и воды и патрулирования нижних этажей, есть еще одно задание. Самое важное, — сказал Чанмин, указывая на лестницу за плотно закрытой дверью.

— Это ведь третий этаж? В главном здании семь этажей. Каждый день мы формируем команды, которые исследуют верхние этажи, расправляются с зомби и приносят нужные вещи. Обычно мы сменяем друг друга, но все вновь прибывшие занимаются этим неделю.

— Почему это? — спросил я.

— Почему? Подумайте обо всем, что мы вам дали. Долг нужно отрабатывать. На четвертом этаже находятся кабинеты профессоров. Они уже наполовину исследованы, так что это не займет много времени. Когда все будет готово, мы сможем заселить его, а затем примемся за пятый.

Теперь стало понятно, почему они так охотно дали нам припасы. Им нужны жизни, которыми можно рисковать. Это похоже на дешевый трюк, на то, что провернул бы захудалый продавец финансовой пирамиды.

Я взглянул на Ёнвона. Он сохранял скучающее выражение лица и смотрел куда-то в сторону, не обращая внимания на слова Чанмина. Его поведение говорило о том, что он последует моему примеру, независимо от того, решим ли мы пойти против приказов или спокойно отправимся очищать верхние этажи.

Я мысленно взвешивал варианты. Сможем ли мы спастись, если попытаемся бежать? Здесь много крепких парней. Даже если нам удалось бы выбраться, снаружи ожидают только кучи снега и зомби.

Я беспокоился за Ханбина. Он рискнул выломать затвор, чтобы спасти нас. Он мог бы солгать и сказать, что мы повредили задвижку, но не стал этого делать. Он принял несправедливое наказание. Я должен помочь ему.

— Хорошо, понимаю, — ответил я, заставив себя улыбнуться. Я решил пока отойти в сторону и понаблюдать за ситуацией.

— Хохён, — сказал Чанмин, тоже улыбаясь мне.

— Да?

— Я понял, что никогда не спрашивал ваш возраст. Раз уж мы будем часто встречаться, я должен хотя бы это знать.

Его внезапный интерес к моему возрасту рано или поздно проявился бы. Он хотел как-то утвердить свое превосходство, ведь я не с его факультета.

— До недавнего времени мне было двадцать четыре, — ответил я.

— Ты на год моложе меня. С этого момента я буду обращаться к тебе неформально. Хорошо, Хохён?

Он ждал этого момента. Я улыбнулся еще шире.

— Конечно. Делай, как хочешь. Впечатляет, как ты ставишь себя выше других только потому, что родился на год раньше.

— Что ты сказал?

Выражение лица Чанмина изменилось, когда он направился ко мне. Я увидел, как он сжал кулак под рукавом своего зеленого спортивного костюма.

Я напрягся. Хотя он был примерно моего роста, его мускулистое телосложение внушало страх. Я не был уверен, что смогу одолеть его, если дело дойдет до драки.

— Эй, — резко вмешался Ёнвон. — Да, ты. Парень с ублюдочным лицом.

— Какого черта? Что ты…

— Ты на год младше меня. С этого момента я буду разговаривать с тобой неформально. Хорошо, придурок? — Ёнвон слегка наклонил голову, его лицо было безэмоциональным.

Лицо Чанмина стало свекольно-красным, атмосфера становилась все более напряженной. Я беспокоился, что нас могут бросить наверху, чтобы мы сами справлялись с проблемами. Мой резкий ответ теперь казался очень глупым, и я начал жалеть об этом.

— Извините, мы здесь, — раздался голос сзади.

Это были Ханбин и еще один парень, которого я раньше не видел. Он встретил мой взгляд и слегка кивнул. Даже при тусклом освещении было видно, что Ханбин выглядит нехорошо.

— Все ребята для задания в сборе. Двое новоприбывших будут в разведке неделю, начиная с сегодняшнего дня, а эти ребята там уже четыре дня, так что у них осталось еще три, — сказал Чанмин, вернув себе самообладание. Он раздал им различные инструменты.

— Это ваше оружие. Возьмите по одному. Они общие, так что не сломайте их. Верните их после возвращения. Понятно?

Ханбин молча кивнул и взял в руки большой молот. Хотя он казался спокойным от природы, сегодня он выглядел особенно опустошенным.

Ёнвон быстро взял стальной лом. Похоже, он ему очень подходил. Мы могли бы узнать, кому какая музыка или блюда нравятся. Было до горечи иронично, что знали мы совсем другое — любимый вид оружия.

http://bllate.org/book/13176/1172789