Готовый перевод Deadman switch / Переключатель мертвеца [❤️] [Завершено✅]: Глава 46. Вечная связь

— Хохён, у тебя же уже все хорошо с головой?

— Со мной все хорошо.

— Тогда зачем ты защищаешь этого больного? Он же тебя до потери сознания избил.

— Я тоже не лучше него. Я тоже его спровоцировал, да и тоже нехило его так удрил.

— Да нет же! Ситуация сейчас не лучшая. Что с нами будет, если его освободить?

— В этой ситуации и есть дело.

Голос собеседника Хохёна становился тише, в нем слышалось разочарование. Хохён стоял на своем.

— Нельзя так просто избавляться от людей. Что будет, если мы будем разделяться? Кроме нас самим у нас никого нет. Кому нам доверять, если при любом недопонимании мы будем разделяться?

— Да. Ты прав, что нам нельзя разделяться. Но разве мы может просто спустить такое ужасное поведение ему с рук? Да он даже за людей нас не считает. Что он ожидает с нашей стороны?

— Нам не нужно его прощать. Дело не в том, чтобы его слепо поддерживать. Я единственный, кого Ёнвон ударил, горло болит только уменя, никто больше не пострадал. Забудем обо всем на этот раз. Если такое еще раз повторится, то поступим по-вашему. 

— Я не хотел этого говорить, но, честно говоря, этот парень просто создает проблемы, понимаешь? Он воспользовался тем, что он мастер рубить зомби, и использовал меня как козла отпущения. Теперь он думает, что может обмануть кого угодно. Так не пойдет.

Хохён молчал и слушал. 

— В любом случае, мы не будем это терпеть. Я старался уважать твое мнение, насколько это возможно, но если ты и дальше будешь упрямиться, тебе тоже придется несладко.

Я не мог не слушать их разговор с тихим смехом. Ошарашенный и не в силах сдержать гнев, я наблюдал за тем, как Хохён, похоже, разделяет мои чувства и сухо усмехается.

— Значит, я тоже проблемный. Я сейчас не в лучшей форме, вряд ли на что-то сгожусь.

В этот напряженный момент я не мог не восхититься его стойкостью и умением посмеяться даже в сложные моменты.

— Что теперь? Выгоните меня?

Как бы то ни было, он был занозой в их заднице. Хохён был известен своей склонностью к физическим стычкам, душил людей и даже калечил им запястья, прикрываясь защитой. Такова была его сущность, и он не был бы самим собой, если бы вел себя иначе.

Я прислонился к стене и громко засмеялся, словно одержимый. Я на мгновение задумался, не дойдет ли мой смех до тварей и не сунутся ли они сюда. Хохён держался до самого конца. В итоге мы вдвоем остались за бортом.

***

Ничего в наших напряженных отношениях с Хохёном не изменилось. Наша неприязнь к друг другу до сих пор была между нами. Без крайней необходимости мы с ним отказывались обмениваться словами. Иногда мы даже не говорили о необходимом. Пробираясь по лабиринтам коридоров Гуманитарного корпуса, мы держались на расстоянии, повернувшись друг к другу спиной, поглощенные своими мыслями.

С тех пор как мы ушли из группы, все стало хуже. Хотя нам удалось накопить приличное количество еды у остальных, все это считалось общим. Быть с пустыми руками становилось все сложнее. Ночные вахты не были исключением. Пока один из нас спал, другой стоял на стороже в темноте долгие часы, с глазами, налитыми кровью от недосыпа. Мы настолько были изможденными, что нас даже не хватали на обычную перебранку. 

Ненавидели мы друг друга молча, обмениваясь неприязненными взглядами. Иногда Хохён жалел о своем решении уйти в изгнание. Он никогда этого не говорил, но сожаление было написано на его лице. И все же я понимал, что, даже если бы ему снова предоставили такой же выбор, он сделал бы его без колебаний. Я чувствовал то же самое. Я не мог его терпеть от слова совсем, но такова была моя судьба. Ожидание конца игры, который никогда не наступит, было мучительным. Я ждал лишь нашей скорой кончины. 

И вот теперь мы здесь. Возле выхода из Гуманитарного корпуса было больше людей, чем мы предполагали. Поскольку я нечасто бывал в этом месте, то не предполагал, что здесь кто-то будет. Я крепко сжал в руке металлический прут, который нашел вместе с кружкой, подносом и несколькими тарелками в шкафчике в комнате для профессоров. Такое оружие вполне сгодится. Я обмотал рукоятку скотчем, чтобы не ослабить хватку.

С громким стуком я взмахнул прутом, нанося удар по шее монстра, нападающего на меня. Я знал, что мне нужно нанести еще несколько ударов по шее, чтобы тот умер, но время было роскошью, которую мы не могли себе позволить. Я стремительно повернулся, но тут меня встретила другая бегущая тварь.

Было уже слишком поздно, чтобы уклониться от надвигающейся атаки. Я быстро поднял руку, пытаясь блокировать удар. К счастью, плотная ткань моей одежды, послужила барьером, не позволив его зубам вонзиться в мою кожу. Он напоминал неумолимого пса, отчаянно пытавшегося прокусить мою руку.

В ответ я решил действовать наверняка. Расчетливым движением я ударил его лбом, отчего его щеки дернулись, а рот широко раскрылся. К этому я тоже уже привык. 

— Агх...!

— На что пялишься? Отвратительно, — пробормотал я себе под нос, засовывая нож ему в рот, проникая под язык и прорезая мягкую плоть от подбородка к шее.

— Ёнвон! 

Голос Хохёна прорвался сквозь шум борьбы. Мое тело рефлекторно дернулось. Он взмахнул металлической бейсбольной битой, которую держал в руках, и удар пришелся прямо по голове зомби за моей спиной. Не поспеши он ко мне, я давно лежал бы с разорванной глоткой.

Бита выскользнула из его руки, и я увидел его запястье. Оно покраснело и сильно распухло, потому что у нас не было возможности как-то его подлечить. Похоже, связки на поврежденном участке разорвались. Хохён поднял биту неповрежденной рукой, прикусил губу, выровнял дыхание и вытер тыльной стороной ладони холодный пот со лба. Выглядел он далеко не лучшим образом.

Дверь распахнулась, и из аудиторий по обе стороны коридора посыпались новые люди. Может быть, это были студенты в клубах или сдающие экзамены? Не раздумывая, я схватил его за руку и рванул вперед. Он последовал за мной, подавляя стоны. Мы отчаянно бежали по прямому коридору до перекрестка. Там уже будет выход и мы…

Но наши шаги постепенно замедлились. Коридор впереди кишел тварями. Если бы они преследовали нас только сзади, у нас еще был бы шанс. Они обладали огромной выносливостью, но им не хватало ума. Если бы мы несколько раз поднялись и спустились по лестнице или свернули за угол, чтобы сбить их с толку, мы могли бы от них избавиться. Однако наше нынешнее положение было куда более плачевным. Два из трех возможных путей впереди были заняты этими существами. Если они появятся и с других сторон, то нам конец. 

Когда я смотрел на длинный прямой проход Т-образного коридора, меня посетило внезапное осознание. Я уже бывал здесь, когда пытался спастись от этого кошмара. И тогда я встретил свой конец именно в этом месте. И как же я так забыл? 

Я был вынужден признать свою ошибку. Нельзя было слишком спешить и уходить из здания, нужно было продумать нормальный план, пока мы были наверху. 

Несмотря на подступающие усталость и отчаяние, я чувствовал, что, возможно, в этот раз мы могли бы продержаться еще немного. Я чувствовал себя опустошенным, мне хотелось повернуть время назад, к рождественскому утру, встать с кровати в общежитии, впервые встретить Чон Хохёна и снова поздороваться. Я больше так не могу, я устал. 

— В этот раз я ошибся.

— Что?

Я опустил голову и разразился истерическим смехом.

— Я ошибся!

Хохён посмотрел на меня в ужасе от моей реакции.

— Но ты не ошибся.

— Неправда. Нас скоро разорвут и мы снова подохнуть. Все кончено.

— Не смей так говорить!

Я смотрел на него, в моих глазах отражались отчаяние и изнеможение, но он не сдавался. С внезапным приливом энергии он издал громкий крик. Его обычно спокойное лицо исказилось от гнева. Лицо его все еще было бледным, на нем оставались старые раны, но он горел яростью и силой. Он схватил меня и прижал к стене.

— Слышишь меня? Мы не умрем. Ты не умрешь, Ёнвон! 

— Что?

Хохён закрыл и снова открыл глаза. Его дрожь улеглась, взгляд обрел спокойствие. 

— Просто не сворачивай и беги вперед. Не оглядывайся.

— Чон Хохён…

— Продолжай бежать до самого выхода.

— Проклятье. Что ты говоришь?

— Ёнвон, твои шансы выжить выше, чем у меня. Ты еще можешь сражаться, а я нет. Я пойду по тому коридору и постараюсь замедлить их. Если кто-то из них отвлечется на меня, они могут не обратить внимания на остальных. Ёнвон, пожалуйста, беги скорее.

Я пытался осознать всю серьезность слов Хохёна. Мое тело онемело, словно я погрузился в холодные темные воды.

— Ты хочешь стать приманкой?

— Что еще я могу сделать? Может, нам обоим стоять здесь и встретить свой конец? Так у тебя будет хотя бы время сбежать. Давай уже!

— Ты идешь туда, чтобы умереть?

Хохён покачал головой и поднял биту, которую держал одной рукой.

— Я не собираюсь умирать. Смотри, у меня есть это оружие. Я постараюсь их задержать, а потом сам найду выход.

— А что я не так сказал?

Он опустил голову и вздохнул, затем снова показал биту.

— Я не собираюсь умирать. У меня есть оружие. Я сделаю все возможное, чтобы выиграть время и найти подходящую возможность уйти через выход.

Мне хотелось наорать на него за все эти глупости, сказать, что, пожертвовав собой, он не спасет меня, потому что у меня не было другого выхода. Я хотел посмеяться над наивностью Чон Хохёна, но не мог. Мой взгляд был прикован к его дрожащим рукам. Даже его бита слегка подрагивала.

У меня перехватило дыхание. Он сохранял спокойствие, как будто охотно жертвовал собой, но в глубине души он тоже был напуган. Он жаждал как можно скорее убежать и избежать смерти. И все же, из-за меня и других он держал себя в руках. Это было поистине достойно восхищения.

Несмотря на мои личные чувства гнева и обиды, несмотря на все это, он был полон решимости идти по пути, который считал правильным. Это была непоколебимая сила, которую Хохён демонстрировал на протяжении всего нашего испытания.

Хохён слабо улыбнулся в ответ на мой взгляд. Он попытался изобразить что-то похожее на нормальную улыбку, но дрожащие губы выдавали его истинные эмоции.

— Почему ты так смотришь на меня? Это не похоже на тебя, Ёнвон. Раньше ты смотрел на меня как на угрозу, а теперь...

Я не мог отвести от него взгляд, просто не мог. 

— Ёнвон, если нам удастся сбежать, то обязательно найди меня.

Мое горло сжалось, голос дрожал от эмоций. Хохён продолжал говорить без паузы, сильно кусая губы. Вскоре в полупрозрачных карих радужках заблестели слезы.

— Даже если я потеряю память... Пожалуйста, помни обо мне, Ёнвон.

Я молчал, не в силах подобрать слова. Хохён заключил меня в крепкие объятия. Я впервые обнимал его теплое живое тело. Я чувствовал, как бьется его сердце, словно оно яростно протестовало, отказываясь умирать и желая жить.

http://bllate.org/book/13176/1172780