Готовый перевод Deadman switch / Переключатель мертвеца [❤️] [Завершено✅]: Глава 30. Покой среди бури

Мы вошли в помещение и плотно закрыли за собой дверь, отгородившись от завывающей метели, которая мешала обзору. Глубоко вздохнув, я убедился, что дверь надежно заперта и защищает нас от порывов ветра. Оглянувшись, я увидел, что передо мной простирается роскошный мраморный холл, украшенный яркой эмблемой «Зал, посвященный 70–летию университета Бэкиль».

Чтобы добраться до главных ворот, мне нужно было пересечь заснеженный стадион и теннисные корты. Я не решался ступить на огромные белые земли. Судорожно ища укрытие, я наткнулся на временное пристанище.

В этот зале редко бывали студенты, за исключением мероприятия по распределению первокурсников, церемоний вручения дипломов и ярмарок вакансий. Но и сейчас в холле было пустынно и никого не было. Информационная стойка стояла без дела, единственный источник света исходил от люстры, подвешенной к высокому потолку.

— Тише, — Ёнвон, на волосах которого была снежинка, мерцающая как звезда в свете люстры, осторожно прижал палец к губам, призывая к тишине.

Он закрыл рот, его глаза сосредоточенно окинули холл.

— Здесь никого нет. По крайней мере, пока.

— Да... — ответил я, кашляя.

Ужасный холод, сковавший мое тело во время похода по снегу, начал уходить, постепенно ослабляя свою хватку. По мере того, как мое тело согревалось, забытая боль возвращалась, заставляя все мое тело дрожать от прилива жара.

— За мной.

Тихо фыркнув, я последовал за ним, когда мы вышли в коридор, примыкающий к вестибюлю. Мы направлялись к направлялись к преподавательской.

Ёнвон резко остановился перед дверью, внимательно прислушиваясь к звукам, доносящимся изнутри.

— Кто-нибудь здесь есть? Внутри… — произнес он с опаской.

После недолгого молчания он пожал плечами, неуверенность отразилась на его лице.

— Не знаю. Наверное, нам придется войти и выяснить.

Оно и понятно. За закрытыми дверями мы не смогли бы понять, есть кто-то в кабинете или нет. Тем не менее, неуверенность Ёнвона показалась мне необычным. Где бы он ни находился — в общежитии или в центральной библиотеке, — он всегда вел себя так, будто он все знает наперед.

Приготовившись, мы открыли дверь. Сквозь щель пробивался свет флуоресцентной лампы, давая слабый отблеск. Внутри никого не было. Ёнвон шагнул вперед, открывая дверь и приготовившись к возможной атаке.

По-прежнему царила тишина. Он обернулся, слегка кивнул, и только тогда я смог выдохнуть. Стоило только войти в преподавательскую, как мы ощутили тепло, и я почувствовал немного облегчения. Она была намного лучше морозного пустого холла с его огромным пространством. Вместе мы осторожно обследовали кабинет.

Никого не было: ни живых, ни мертвых. Я немного успокоился. Встреча с инфицированным с пустыми глазами и дрожащими ногами была бы последней каплей для нас.

В кабинете все оставалось так же, как и в рабочее время. Документы загромождали столы, следы от засохшего кофе виднелись на бумажных стаканчиках. На шкафу у стены стояла небольшая рождественская елка, ее крошечные лампочки празднично мерцали.

Некоторые компьютеры оставались включенными, вероятно, это были компьютеры, подключенные к общей сети. На темных мониторах отображалась эмблема университета, которая, наверно, уже бесчисленное количество часов появляется на экране.

— Куда все подевались?

— Скорее всего, они сбежали, живые или мертвые.

Я рассеянно смотрел на светящийся экран, бездумно щелкая мышкой. Режим энергосбережения отключился, когда я открыл окно с паролем. Придвинув стул поближе, я устроился перед компьютером, чувствуя, как тупая боль пробегает по бедрам, когда сгибаются ноги.

Подавив желание застонать, я попробовал ввести различные пароли, которые пришли мне на ум. Не «q1w2e3r4», даже не «1q2w3e4r». Может быть, «z1x2c3v4» подойдет? Когда я ввел пароль и нажал «Enter», загорелось окно рабочего стола.

Ёнвон пристально наблюдал за мной, спрашивая, как мне удалось его взломать.

— Это обычный пароль от компьютера в государственном учреждении, — объяснил я.

Вздохнув, я вспомнив о том, что в нашем университете не так уж много средств защиты. Даже компьютеры на службе в армии были с таким паролем. Может, Южная Корея и считается страной с развитой ИТ-инфраструктурой, но я усомнился в надежности этой слабой системы.

В правом нижнем углу монитора появился значок «X», означающий отсутствие подключения к интернету. Это был ожидаемый результат, но все равно я расстроился. Я надеялся, что хотя бы проводной интернет будет работать.

Рабочий стол кишел рабочими документами, а открытые программы были самыми обычными — текстовые редакторы, электронные таблицы... Постойте, что это? Сравнение цен на самые низкие товары? Похоже, кто-то занимался онлайн–покупками. В нижней части экрана мигало окно мессенджера, указывая на непрочитанные сообщения.

Я открыл его.

«Вы слышали? В исследовательской лаборатории произошел несчастный случай».

«Что за несчастный случай? Мне никто еще не писал».

«Я не уверен. Что-то пошло не так во время эксперимента».

«Опять? В прошлый раз студенты–химики неправильно утилизировали реактивы, был взрыв».

«В этот раз, похоже, авария была в лаборатории вирусологии».

«Ужас. Что будет дальше? Нужно ли нам запретить вход в здание?»

«Мы еще не получали никаких официальных объявлений».

«Подождите минутку. Мне звонит директор».

Разговор внезапно прервался более, чем на час. На экране оставалось последнее сообщение от собеседника.

«Быстрее... печатайㅣссссссссссс».

Неосознанно моя рука потянулась к клавиатуре.

«×» «Эй»

«×» «Извините»

«×» «Вы в порядке?»

Сообщения не были отправлены. Появилось предупреждение о необходимости проверить подключение к интернету.

— И что там такого интересного?

На мое плечо легла рука, выведя меня из задумчивости. Ёнвон наклонился, вглядываясь в монитор.

Неожиданно он ухмыльнулся.

— Тебя легко напугать.

— Ёнвон, ты так же поступил с Нахе, помнишь? Там было объявление о несчастном случае.

— Кто это? — Спросил он.

Я растерялся.

— Первокурсница, с которой я познакомился на полпути. Мы были вместе до нескольких часов назад. Ты даже не помнишь ее имени?

— А зачем? Что такое? Это важно?

Его ответ застал меня врасплох. Казалось, у него был неисчерпаемый набор прозвищ только для меня. В то время как он называл меня так, как хочет, других он даже не запоминал.

— Неужели это вина лаборатории? Тогда почему мы не можем уйти? Если среди преподавателей ходят слухи, то наверняка кто-то должен был сообщить об этом.

— Я не знаю, — После минутной паузы он пробормотал про себя, словно обращаясь к невидимому существу, — Я тоже хочу знать.

***

За окном дул порывистый ветер и не прекращался снегопад. Небо оставалось пасмурным, даже после полудня было темно. Но хорошо освещенный кабинет излучал спокойствие. Несмотря на то, что мы задержались там, никого не встретили за все время. Настольный увлажнитель воздуха периодически издавал шипящие звуки, рассеивая влагу в воздухе.

Как всегда, Ёнвон покинул кабинет, чтобы бегло осмотреть территорию. Он пообещал вернуться.

А я тем временем тщательно исследовал каждый уголок комнаты для преподавателей. Прихрамывая, я добрался до комнаты отдыха. Войдя туда, я едва не разразился безудержным ликованием от открывшейся передо мной картины.

Как и в любом другом кабинете, здесь нашлось множество закусок. Я заметил кофейник, холодильник с растворимым кофе, пакетиками чая и печеньем. Был даже суп быстрого приготовления, вероятно, оставленный преподавателям для завтрака. В отличие от разграбленного магазина рядом с общежитием, большая часть продуктов здесь осталась нетронутой. И все это благодаря тому, что никто сюда не заходил.

Когда Ёнвон вернулся, я подошел к круглому столу для совещаний в углу кабинета, неся в руках миску с супом. От горячего супа исходил пар.

— Что это? — поинтересовался он.

— Наша еда, — вскользь ответил я, разворачивая упаковку с печеньем и наливая сок в чашку. — После всего, через что мы прошли, мы так нормально и не ели. Ну, это, конечно, не совсем пир, но лучше, чем батончики, ты не находишь?

Кан Ёнвон промолчал.

— Это суп быстрого приготовления, но он вкусный. Я готовил его для своих младших братьев и сестер, когда они болели. Им всегда нравилось, когда я подогревал суп, добавляя в него немного молока. Если, конечно, тебе он нравится.

Почувствовав неладное, я поднял голову и увидел, что он пристально смотрит на скромную еду, расставленную на столе, и неспешно моргает глазами.

— У меня сегодня день рождения? Нет, он уже прошел.

Чон Хохён удивился.

— Странно. Почему ты всегда делаешь такие заботливые вещи? Ты такой внимательный, что мне хочется умереть.

Я частенько не мог его понять, поэтому я решил сделать вид, что не услышал слово «внимательный», и сосредоточился на остальных его словах.

— Пожалуйста, не умирай.

— Не буду. Это было бы пустой тратой времени.

Он быстро уселся за стол. Только тогда я понял, что стул всего один. Он бросил на меня взгляд.

— На что ты смотришь?

Выставив перевязанную ногу вперед, я неловко сел на единственный стул, не найдя другого места присесть. Пренебрежение Ёнвона к собственному комфорту, когда он, не задумываясь, садился на колени, неизменно поражало меня.

— Ничего страшного.

У меня нет желания спорить с ним. Я повернулся, чтобы взять со стола другой стул.

В этот момент он схватил меня за руку.

— Куда ты?

— Возьму еще один стул. Я тоже хочу сесть и поесть.

Ёнвон озорно ухмыльнулся и легонько постучал меня по бедру.

— Зачем тебе еще один стул? Просто сиди здесь. Быстро садись.

— Нет, я принесу другой стул. На этом тебе неудобно.

— Ты упрямый, да? Ладно, продолжай в том же духе. Если хочешь, чтобы я сошел с ума и сломал все стулья, валяй.

— Сейчас сяду.

Я неуклюже уселся на его бедро, чувствуя себя еще более неловко, чем в тот раз, когда я случайно сел на колени незнакомца, когда автобус тряхнуло на остановке. Нет, это было еще хуже.

Он крепко обнял меня, его руки обхватили мою талию, прижимая спину к своей груди. Это напоминало объятия сзади. Двое мужчин, один ростом почти 180 сантиметров, другой — почти 190 сантиметров, крепко обнимают друг друга. Зрелище было бы забавным, если бы кто-нибудь нас увидел. Мое тело и разум становились все более беспокойными.

— Хохён, ты приготовил это для нас, пока меня не было?

— Да, конечно.

Он тихонько хихикал, помешивая ложкой дымящийся суп. Слабые вибрации доносились до меня из-за нашей близости.

— Почему ты смеешься? Потому что я не могу нормально двигаться после удара ножом, но при этом остаюсь, как ни странно, красивым и не до конца здоровым? Думаю, тебя забавляет мысль о том, как я, хромой, пытался накрыть на стол.

Я не мог понять, комплимент это или оскорбление... Нет, это, несомненно, было оскорбление. На мгновение я подумал о том, чтобы опрокинуть стол, но быстро отбросил эту мысль. Я приложил столько усилий, чтобы все тут устроить, поэтому было бы обидно это испортить. И страх перед Ёнвоном тут ни причем.

— Ты не хочешь есть?

— Нет, хочу. Но можно нам что-нибудь другое?

Неужели он действительно жаловался на блюдо в такой тяжелой ситуации?

— А что еще ты хочешь?

Ёнвон ухмыльнулся и игриво потрепал меня по щеке кончиками пальцев. После недолгого молчания он неуверенно спросил:

— А что насчет меня?

— Ты хочешь сожрать меня, как это делают зараженные?

— Я не стану этого делать. Наш Хохён и так с трудом добывает пропитание. Я не смогу тебя так просто поймать.

— Да и довольно крупный.

— Даже больше, чем я?

Я молчал. Я никогда раньше не слышал, чтобы кто-то называл меня маленьким, несмотря на мой слегка заниженный рост в 180 сантиметров. Меня охватили грусть и гнев.

— Тогда, может, ты бы хотел что-то другое от меня?

— О чем ты?

— Почему придуриваешься? Ты же хватался за мою руку, мило плакал и испачкал мою руку. Помнишь? Тебе рассказать еще? (ТУТ ОТСЫЛКА НА 23 ГЛАВУ (18 +) 1 ТОМА, ПОЭТОМУ ЧИТАЙТЕ СКОРЕЕ, ЕСЛИ ПРОПУСТИЛИ ЭТУ СЦЕНУ. В АНЛЕЙТЕ ЕЕ ВЫЛОЖИЛИ ТОЛЬКО НЕДАВНО).

— Нет! Я помню. Я помню это настолько ярко, что у меня даже глаз дергается. Пожалуйста, замолчи.

— Может, мне предложить что-то полегче? Хочешь, слижу все с тебя?

— Угх! — Я невольно закричал, отчаянно пытаясь заглушить все дальнейшие слова.

Не раздумывая, я взял с тарелки печенье и положил его в рот Ёнвону. Он не выказал удивления и принял его, удовлетворенно хрустя. Мы молча сосредоточились на еде. Когда теплый суп оказался внутри меня, то появилось чувство расслабленности в теле.

В это время Ёнвон внимательно изучал различные бутылки с фруктовым соком, которые я принес, и остановил свой выбор на клубничном соке. С пирсингом, хрустящими стодолларовыми купюрами и темными волосами он обладал аурой, которую нельзя было отнести к доброй или мягкой, но все это органично сочеталось в нем.

Я потянулся за апельсиновым соком на край стола, держа ложку во рту. По моему телу пробежала легкая дрожь, и я заметил, как напрягаются мышцы его бедер при каждом моем движении. Сначала я подумал, что мне показалось, но по мере того, как это продолжалось, я больше не мог это игнорировать. Возможно, дело было в моем весе, но я не мог набраться смелости и спросить, в этом ли причина. Я не хотел этого знать.

— Тебе не слишком тяжело? Да, наверно. Мне слезть?

— Тяжело.

Он кивнул в знак согласия со спокойным выражением лица. Однако его руки, обхватившие мою талию, не отпускали меня.

— Тогда я…

— Внизу все тяжелеет. Кровь приливает.

— Что?

— Ты чуть не упал во время еды, и все время терся об меня своим задом. Наш милашка действительно ненасытен, да? Даже в такой ситуации?

Ненасытным был не я, а Ёнвон.

Я изумленно уставился на него, а он хитро ухмыльнулся.

— Почему так смотришь на меня? Ты меня заводишь. Хочешь, я войду?

— Куда войти? В дом? Я отчаянно пытался убежать от его ответа.

— Я вставлю свой…

— Молчи!

И я сразу же запихнул ему в рот большую конфету. Ёнвон захихикал с конфетой во рту, а я смотрел на него в недоумении. Казалось, что я слышал от этого человека уже все, что только можно.

Я по-прежнему знал о нем очень мало. Итог нашего благополучного побега оставался неопределенным. Тяжелые обстоятельства и вопросы, на которые не было ответов, продолжали нависать над нами. Однако по мере того, как мы вели непринужденную беседу и ели вместе, в моем сердце поселилась необъяснимая легкость. Он больше не был таким пугающим, как при нашей первой встрече.

***

Не успели мы опомниться, как за окном наступила темнота. Хотя был еще ранний вечер, мир за окном погрузился в кромешную тьму. Сильный снегопад, казалось, быстро стихал, изредка в окно заглядывали порывы прохладного ветра. Несмотря на то, что я находился в помещении, атмосфера была пронизана холодом. Я взял висевшую неподалеку мягкую куртку, которую кто-то оставил рядом.

Ёнвон сидел, скрестив руки, прислонившись к точке обзора, с которой хорошо просматривалась дверь. Он притащил откуда-то снаружи длинную железную трубу и передвигался с привычной ему сноровкой.

Я занялся своим раненым бедром, снимая повязку и тщательно вытирая пропитанную кровью марлю. На бедре красовался неглубокий порез. Я нанес антисептический раствор на ватный диск и осторожно приложил его.

— Ауч…

Я закончил дезинфекцию раны и аккуратно перевязал ее. Остался тонкий шрам, постоянное напоминание об опасности, которой я едва избежал.

— Гх, — Ёнвон издал слабый стон, его взгляд был отрешенным и задумчивым, пока он наблюдал за тем, как я занимаюсь своей раной.

Пока я приводил себя в порядок, он, все еще погруженный в свои мысли, прислонился к стене, держа наготове длинную железную трубу. Внезапно мне в голову пришел вопрос, и я не смог удержаться, чтобы не задать его.

http://bllate.org/book/13176/1172764